Часть 74 (Осознание происходящего)

С Гарри было достаточно. В обществе пяти дра­конов и мадам Максим Хагрид его не хватится. Он не­слышно развернулся и побежал вдоль опушки к замку. Теперь ясно, что ему предстоит. К лучшему или нет, что он узнал про драконов? Наверное, всё-таки к лучше­му. Во всяком случае, первая волна страха схлынула. А что с ним было бы, если бы во вторник он увидел этих дра­конов впервые? Да просто упал бы в обморок в присут­ствии всей школы. Может, ещё всё обойдётся... он всё-таки вооружен волшебной палочкой. Но что такое палочка против огромного, чешуйчатого, огнедышащего драко­на, вооруженного острыми пиками? Всего-навсего тоню­сенькая дудочка. Как пройти мимо него, да ещё и перед зрителями? Как? До встречи с Сириусом у камина в гостиной остава­лось четверть часа. Ему, как никогда, надо поговорить с кем-нибудь. Гарри побежал и неожиданно столкнулся с кем-то, упал навзничь, очки съехали в сторону, он едва успел плотнее завернуться в мантию, как чей-то голос совсем рядом воскликнул: — Кто здесь? Гарри замер и вгляделся в очертания волшебника. Того выдала бородка. Это был профессор Каркаров. — Кто здесь? Опять повторил Каркаров, озираясь по сторонам. Гарри лежал не шелохнувшись. Прошла ми­нута. Каркаров, видно, решил, что столкнулся с каким-то зверем, может, с собакой, потому что поглядел вниз. И, не заметив ничего подозрительного, крадучись, двинулся на голоса, к загону с драконами. Гарри очень осторожно поднялся на ноги и опять пу­стился бегом к замку. Нет никаких сомнений, что делает в лесу Карка­ров в такую пору. Тайком покинул корабль, вдруг удастся уз­нать, что предстоит его чемпиону. Возможно, даже высле­дил Хагрида с мадам Максим, когда те шли вдоль кромки леса: их трудно не заметить. Осталось пойти на их голоса, и он тоже проникнет в тайну драконов. Значит, во вторник только Седрик с Чхве Ханом встретятся с неизвестной опасностью. Дойдя до замка, Гарри проскользнул в парадные две­ри и поднялся по мраморной лестнице. Он сильно запы­хался, но хода не сбавил. До встречи у камина осталось всего пять минут... Полная Дама дремала на своем хол­сте. — Чепуха! Крикнул он. — Верно. Сонно буркнула, не разлепляя глаз, Дама и пустила Гарри в гостиную. Там было пусто, ничем не­дозволенным не пахло. Значит, удалось обойтись без на­возной бомбы. Гарри скинул мантию-невидимку и рухнул в кресло рядом с камином. В гостиной царил полумрак, освещало её только пламя. На одном из столов — россыпь значков в поддержку Седрика переливалась зелёными отблеска­ми. На них горели буквы «Настоящий Поттер смердяк» — так кончились добрые намерения братьев Криви. Гарри перевёл взгляд на камин и чуть не упал с кресла. В камине, среди языков пламени, торчала голова Си­риуса. Хорошо, что Гарри видел подобное на кухне Уизли: там, в огне очага, торчала голова мистера Диггори, не то пе­репугался бы до смерти. А так его лицо впервые за не­сколько дней озарила улыбка. Гарри вскочил с кресла и присел на корточки у камина. — Ну как ты, Сириус? Сириус очень изменился. Когда они прощались, лицо было худое, измождённое, на лоб и плечи падали спутан­ные черные космы. Теперь волосы коротко стриженные, чистые, лицо округлилось, помолодело. Он стал похо­дить на единственную фотографию, которая была у Гар­ри: Сириус на свадьбе Поттеров. — Про меня не будем, как ты? — Я... Гарри хотел было сказать «хорошо», но не смог. Его как прорвало. Он говорил обо всём: никто не верит, что он не по собственной прихоти стал участни­ком Турнира; Рита Скитер наплела о нём с три короба в «Пророке», и теперь, куда бы он ни пошел, его осыпают градом насмешек. А главное, ему не поверил лучший друг. Позавидовал его славе. — И вот, только что Хагрид пока­зал мне драконов, наше задание во вторник. Это поги­бель. В отчаянии закончил он. Сириус с состраданием смотрел на Гарри. Глаза у него всё ещё не утратили мёртвого, загнанного выражения, подаренного Азкабаном. Дав крестнику выговориться до конца, он начал: — С драконами справиться просто, объясню через минуту. У меня совсем мало времени. Я проник в дом не­знакомых волшебников, воспользовался их камином, но хозяева могут вернуться в любую минуту. А надо кое о чём предупредить тебя. — Предупредить? Душа у Гарри ушла в пятки. Что может быть страшнее драконов! — Каркаров был Пожиратель смерти. Ты ведь знаешь, что это такое? — Кто? Каркаров? — Он сидел со мной в Азкабане, но его выпустили. Даю голову на отсечение, Дамблдор потому и пригласил в этом году в Хогвартс Мракоборца Грюма, чтобы он глаз с него не спускал. Грюм раскрыл Каркарова. И того от­правили в Азкабан. — А потом что, выпустили? Медленно проговорил Гарри; казалось, его мозг не справляется с потоком ин­формации. — Почему? — Он пошел на сделку с Министерством магии. Сириус нахмурился. — Сказал, что раскаивается. И готов назвать несколько имён. Многие оказались в Азкабане по его милости. Там его ненавидят, я это знаю. С тех пор он преподаёт в Дурмстранге, учит своих учеников темным искусствам. Так что будь осторожен с его чемпионом. — Буду.. Так ты думаешь, это Каркаров бросил моё имя в Кубок? Но тогда он классный актёр. Он взбеленился, ус­лыхав, что будет четвертый участник. Требовал, чтобы ещё раз зажгли Кубок. — Да, его актёрский талант известен. Удалось же ему убедить Министерство в искреннем раскаянии. И ещё, всё это время я внимательно следил за публикациями в «Пророке». Меня так же не покидают мысли о ещё одном участнике, которого ты упомянул в письме. — Не только ты следил, но и весь волшебный мир. Тяжело вздохнул Гарри. — Ты говоришь про Чхве Хана, а что с ним не так? — Рита в своей статье называла того героем, а ещё в августе она выпускала статью о неком сильном человеке. Как я понимаю, это он и был. И либо тогда он перешёл дорогу Темному лорду, либо он ещё не успел определиться со стороной, к которой примкнёт. И уж лучше бы первое, хотя в любом случае от него тоже, судя по всему, пытаются избавиться. Также, читая в прошлом месяце статью этой Скитер, я сквозь строчки узнал, что перед приездом в Хогвартс Грюм подвергся ночному нападению. Знаю, она пишет, что это его очередной бред. Поспешно прибавил Сириус, видя, что Гарри хочет возразить. — Но я так не думаю. Кому-то нежелательно его присутствие в Хогвартсе, оно может мешать. Но никого это не насторожило: ведь Грю­му всюду мерещатся происки врагов. Нет, ему не мере­щится. Грюм был лучший мракоборец в Министерстве. — Так ты думаешь, это Каркаров хочет меня убить? Но почему? Сириус немного помедлил. — До меня доходят тревожные слухи. В последнее вре­мя Пожиратели смерти очень оживились. Подтвержде­ние этому — Чемпионат мира по квиддичу. Кто-то послал в небо Черную Метку.. И ещё. Ты слышал об исчезнове­нии одной ведьмы из Министерства? — Берты Джоркинс? — Да. Она пропала где-то в Албании. По слухам, имен­но там находится последнее убежище Волан-де-Морта. А ведь она знала, что готовится Турнир Трех Волшебни­ков. — Да, но вряд ли она вдруг взяла и отправилась прямо к Волан-де-Морту. — Я хорошо знаю Берту. Мы учились в Хогвартсе примерно в одно время. Берта на несколько лет старше меня. Она круглая дура. Любопытная и безмозглая. Не­дурное сочетание, правда? Её проще простого заманить в ловушку. — Вот как Волан-де-Морт мог узнать про Турнир! Ты считаешь, что Каркаров исполняет его приказ? — Не знаю... Уж чего не знаю... Каркаров, похоже, чело­век, который мог бы снова перекинуться к Волан-де-Морту, но при одном условии: если у того опять будут сила и влия­ние. Но кто бы ни подложил в Кубок твое имя, у него были на то причины. По-моему, Турнир — самый подходящий спо­соб уничтожить тебя и списать всё на несчастный случай. — Хороший план. Содрогнулся Гарри. — Драконы своё дело сделают, а убийцы окажутся ни при чем. — Против драконов есть оружие. Сириус говорил теперь очень быстро. — Усыпляющее заклятие не при­меняй. Драконы очень сильны, их волшебная мощь ог­ромна. Одному волшебнику не справиться, нужно одно­временное заклятие нескольких волшебников... — Знаю. Видел собственными глазами. — Но ты можешь справиться с драконом один. Есть простое заклятие. Все, что требуется... Но Гарри взмахом руки остановил его. Сердце заби­лось так, словно хотело выскочить. С винтовой лестни­цы донеслись шаги. — Уходи. Сейчас же уходи. Шепнул он Сириусу. — Кто-то сюда идет. Гарри вскочил на ноги, загородив камин. Не дай бог, кто увидит голову Сириуса. Такой будет шум, допросы, где он сейчас... Позади раздался легкий хлопок — Сириус исчез. Гар­ри смотрел на площадку винтовой лестницы. Кому при­спичило разгуливать в час ночи? Из-за этого идиота Си­риус не успел сказать, как пройти мимо дракона. Им оказался Рон в своей клетчатой пижаме, из кото­рой он давно вырос. Увидев в гостиной Гарри, Рон при­рос к полу и огляделся. — Ты с кем разговаривал? Спросил он. — А тебе какое дело? Что ты по ночам бродишь! — Я просто подумал, где ты... Ну, ладно, пойду спать. — Ты шпионишь за мной! Крикнул Гарри. Он пони­мал, Рон не знает, что наделал, что не хотел этого. Но ка­кое это имело значение! Гарри закусил удила и ненави­дел Рона всеми фибрами души — от рыжей макушки до голых лодыжек, торчащих из пижамных штанов. — Прости, пожалуйста. Тут же извинился парень. Лицо Рона залилось гнев­ным румянцем. — Как это я не подумал, что тебе сейчас нельзя волноваться! Не буду больше мешать! Готовься к следующему интервью! Гарри схватил со стола значок, над которым потру­дились братья Криви, и запустил им в Рона. Значок уго­дил прямо в лоб и упал на пол. — Это тебе на память! Надень его во вторник. Глядишь, ещё и шрам на лбу появится. Ты ведь о нём мечтаешь! И Гарри пошел через гостиную к лестнице. Он ожи­дал, что бывший друг остановит его, с радостью получил бы тумака. Но Рон стоял и молчал в своей нелепой пижа­ме. Гарри промчался мимо него, бросился в спальне на кровать и долго ещё полыхал от злости. Он не слыхал, когда Рон вернулся.

***

— И что всё это значит? — Гарри теперь будет подозревать Чхве Хана, ня? — Посмотрим, что будет. А сейчас всем спать. Вы и так уже давно должны быть в постели. — Почитаешь нам сказку, ня? — Да, пожалуйста. — Хорошо. Идите выбирайте. — Ой, давай ту, которую нахваливал Раон. — Давай. * А Сириус невероятно внимательный и догадливый. Даже я на ту статью внимания не обратил. Возможно, он прав, и кто-то нацелился ещё и на Чхве Хана... Главное, чтобы этот кто-то не полез к детям. * — Пап, идёшь? — Кто говорил, что спать пора? А? — Иду я, иду. Сказку выбрали? — Да!