Часть 10

      Дорога до границы занимает всего два дня. Два дня в одном седле с Миккелем, два дня и две ночи в его объятиях. Мы не останавливались на постоялых дворах, не заглядывали в деревни, а направлялись прямо по курсу.       Всё это время я была беспокойной. В первый день я думала, что все будут шутить или подтрунивать надо мной, но все искренне поздравляли нас с церемонией. Миккель с огромным удовольствием показывал свою метку и это вызывало у меня двоякие чувства. С одной стороны мне было приятно такое его хвастовство, его гордость, а с другой — то, как он делился своими эмоциями было грубо, словно я и не имела выбора.       Ребята не говорили ничего лишнего, лишь пару раз пошутили будем ли мы ночевать вместе с ними или устроим себе уютное гнездышко глубже в лесу. Но мы оставались вместе с остальными у костра. Мартис попросил показать мою метку, Ритали спрашивала как прошла наша ночь, Чент и ребята говорили, что раз Мик светится от счастья — то всё прошло чудесно.       Я была согласна с этими домыслами. Несмотря на то, что я была почти всё время с Миккелем он больше не делал ничего смущающего. Хотя признаться честно, мне бы этого хотелось. Я проводила дни напролёт вместе с ним на лошади, ощущала его крепкое тело за своим, чувствовала его дыхание и поцелуи на шее. А ночами… ночами его руки скользили по моему телу, он обнимал и целовал меня без продолжения. Это было странно — смущающе, но не до такой степени, чтобы я отодвинулась, приятно, но не так, чтобы я нуждалась в большем. Конечно, при каждом удобном случае он шептал мне на ухо все свои мысли, но не лез мне под одежду.       Меня немного беспокоил переход через границу, но и здесь всё прошло более чем спокойно. Двое высоких и огромных мужчин расспросили нашу компанию про путешествие и получили более чем подробный отчёт. Слушать то, как компания Мика рассказывала о прошедших неделях было странно и хорошо. Их история была более красочной и теплей, чем мои скитания до них. Дальше стало ещё интереснее, это было настолько непривычно, неожиданно даже, что поначалу я растерялась. В какое бы поселение мы не заходили — нас везде встречали с радостью. Все были чертовски позитивные в присутствии Мика или даже по причине его присутствия. Горожане спрашивали и обо мне, на что наша компания отвечала разнообразными шутками, ухмылками и подмигиванием.       На ночёвку мы планировали остановиться в Хеллдейле. Даже при въезде в городок здесь всё ощущалось более ярко. Двое малышей подлетели к нашим лошадям, когда мы спешились. А затем подбежала и молодая девушка, она осмотрела всех нас, а когда её взгляд натолкнулся на Мартиса — влетела в его объятия. — Как же я соскучилась, — её голос сочился облегчением и радостью. — Всё в порядке, Тая. Мы едем в столицу, а затем я вернусь. — Успокаивал любимую мужчина. — Тебе хватит таскаться за этим дураком, — она махнула рукой в сторону нас с Миккелем, на что он лишь улыбнулся. — Я беременна! — Надеюсь ты забеременела, когда Мартис был в городе, а не после его отъезда, — начал Миккель, но продолжить не смог.       Эта светловоловая девушка подлетела к нему как фурия. Она схватила его за ворот рубахи и начала трясти — Миккель лишь смеялся, пока Мартис не оттащил свою жену от принца. А его хоть бы что… он спокойно наблюдал за этой картиной, а затем развернулся ко мне. — Они такие забавные, когда вместе, а нрав у Таи — ох, огонь, а не девушка. Думаю вы найдёте общий язык. — Его рука скользнула по моей талии. — Сегодня мы останемся на постоялом дворе — посмотришь, что это означает в нашем королевстве.       Меня удивило, что он всё ещё помнил моё возмущение по поводу его слов о наших домах. Он мог быть таким внимательным если хотел и это очаровывало.       Наша компания, за исключением Мартиса направилась внутрь городка. Пусть он и был близко к границе, но не выглядел отдаленным. Чистые улочки наполненные людьми, громкие голоса, обсуждение продуктов и цен на рынке, различный запах выпечки, а затем и мяса…       Ровная, вымощеная дорога привела нас к большому трехэтажному зданию похожему на поместье. Странно что такое строение находилось в центре города. Каково же было моё удивление, когда я поняла, что это наш пункт назначения — местный постоялый двор!       Нас встретила девушка с улыбкой до ушей, её странной радости не было предела, что казалось для меня чем-то нелепым. — Чем я могу вам помочь? — Она кивнула на наши пожитки. — Надолго ли останетесь? — Прекрати поясничать, Несси, — улыбнулся Мик, — твой отец в городе или? — Или, — улыбнулась девушка, — а тебе не стоит быть таким букой! Ты — принц, а опять игнорируешь свои обязанности наследника престола. Как ты мог уехать, когда знал, что в столице бал? В твою же честь, Древние, тебе так не выбрать невесту! Никто не согласится…       Миккель лишь хмыкнул, а мне стало весело. В действительности всё было именно так. Вряд-ли бы достойная принцесса согласилась выйти за такого оборванца и наглеца по своей воле. И это мы ещё не говорим о его характере. А вот я… и все эти нелепые случайности, что заставили меня принять такое решение — могла ли я посчитать это судьбой? Такое огромное количество абсурдных моментов, что в итоге привели меня сюда. В Аккарское королевсто. В качестве его невесты — или жены, если учитывать церемонию Хаоса.       Несс провела нас за стойку и помогла оформить номера. В конце концов её взгляд с любопытством оглядывал и меня, но она ничего не сказала. Хотя мне были более чем интересны её предположения. Возможно, Миккель часто путешествовал с кем-то, женского пола, возможно, этой девушке было плевать, возможно, я не стоила её внимания — вариантов было огромное множество.       Перестав размышлять над тем, что, кажется, могло бы меня расстроить, я начала разглядывать интерьер поместья. Если снаружи оно показалось мне дорогим и немного пафосным, то внутри всё было более чем уютно. В холле, где мы познакомились с Несс, было светло. Огромное пространство делало приёмную ещё больше. У стойки на полу стояли небольшие деревья в вазонах — от них исходил божественный запах, на двух стенах величаво изображались замки королевской семьи, большой мягкий ковёр у фотеля так и требовал внимания. Я сразу заметила, что его плетение сочитает в себе цвета королевского рода.       Когда с оформлением было покончено мы направились по своим комнатам. Коридор, которым мы с Миком шли был украшен золотыми — с виду — парапетами и красным узором на полу. Каблуки моих сапожек гордо выстукивали по плитке — это действительно не было похоже на постоялый двор в моей столице. Любопытство внутри меня подняло голову и я решилась посмотреть на Миккеля. Зря. Он улыбался довольной, знающей и нагловатой ухмылкой, явно будучи счастливым, что произвёл впечатление.       Его рука слегка сжала мою ладонь, запуская волны мурашек по коже, когда он кивнул на последнюю дверь в конце коридора. У меня затрепетало сердце — о, боги, по какой причине? За дверью оказалась небольшая уютная комнатка — в светлых тонах, с мягким голубым ковриком у кровати. Большой кровати, с серо-синем постельным и двумя огромными подушками. Далее мой взгляд цепляется за окно — оно кажется небольшим, среди всего прочего, но вид из него — божественен. Городской пейзаж привлекает и меня тянет у окну. У меня перехватывает дыхание — городок просматривается как на ладони — небольшие домики, снующие туда-сюда горожане, площадь с рынком, алея невысоких деревьев.       Я ощущаю присуствие Миккеля не сразу, он оказывается за моей спиной и притягивает к себе. Здесь так уютно — здесь, в его объятиях, в этой комнате, городе… Такое чувство, что я впервые за долгое время на своём месте, впервые с момента побега я ощущаю себя свободной.       Миккель тянет меня назад, к постели и падает рядом — это напоминает наше исследование двора у меня дома, но это было так давно. Я замечаю, что и постельное приятно пахнет, и кровать мягкая и… — Согласна, этот постоялый двор лучше нашего столичного. — Киваю и разворачиваюсь к Миккелю. — Тебе все и везде так рады. Словно ты не принц, а не знаю даже… — Машу рукой в его сторону. — Это всё харизма, принцесса. — Он перехватывает мою руку и подносит к губам. Едва касается ими. — Даже ты пала под моими чарами.       Мне смешно. Но в принципе я даже могу согласиться — Миккель настолько яркий и открытый, что невольно начинаешь к нему тянуться. Это интересно с одной стороны, а с другой даже завидно как-то. Люди — его люди — его знают, так приветливы и отзывчивы с ним, а я… Вечно в столице, вечно в замке…       Черт, злость возникает внезапно! Он же одна из косвенных причин, почему я почти заперта в стенах замка. Двояко. С Миккелем многое ощущается двояко. — Согласна, наверное. Не буду спорить, чтобы не ранить твоё эго.       Улыбаюсь и Мик улыбается в ответ, а мне от его взгляда беспокойно. Опять. Он пододвигается ко мне ближе и прижимает к себе. Его руки, Древние, никогда не думала, что ощущать чьи-то руки на собственной коже будет настолько хорошо. А он ведь ничего не делает — просто касается, просто гладит, мягко очерчивает мою кожу и всё.       А затем нависает надо мной и рассматривает. Смотрит и смотрит, почти всегда, когда бы я не посмотрела на него — я ловлю ответный взгляд. И это прекрасно. Мне интересно, что Миккель пытается высмотреть во мне, что его во мне привлекает и едва эта мысль формируется в моей голове он целует меня. Его губы нежные, вернее его движения, эта ласка мягко сминающая мои губы. Эти зубы, что оставляют лёгкие отметины на губах, щеках даже — пусть эти укусы и не очень приятны. Ему нравится спускаться поцелуями и укусами от моей челюсти, метить мою шею, горло, опускаться к ключицам. Мы знакомы так мало, но я определённо знаю, что ему нравится делать со мной.       И мне определённо нравится то, что он делает. Он целует, ласкает, умело нажимает на мои кнопки и творит со мной что-то невозможное. Я отвечаю, отвечаю — передавая все оттенки эмоций и чувств, которые он будит во мне. Отвечаю, с улыбкой ему в губы, со стоном в его рот, когда он особенно касается моей кожи. Я расстворяюсь с ним, в его странной нежности и желании. Он рисует моим телом словно маслом, сминает меня аки воск или глину, прижимая ближе к себе.       Я ощущаю насколько он заинтересован во мне, насколько он тактичен и горяч. Он спускается по мне и шепчет прямо в живот: — Хочу тебя сожрать, принцесса. Эти несколько дней были пыткой, — он расшнуровывает мой корсет и не отводит взгляда от груди. — Я представлял, как ты будешь стонать и скулить в моих руках, но не мог допустить, чтобы кто-то из ребят услышал тебя.       Румянец поднимается по моей коже, рисуя алыми пятнами, разжигая внутри нечто неудержимое и огненное. Его губы на моей коже лишь усугубляют это ощущение. Мокро, щекотно, а затем о-о-о-очень хорошо… Настолько хорошо, что я чувствую это в своей сердцевине. Его зубы настолько сильно впиваются в чувствительную кожу, что я едва могу сдерживать голос. И вот в эту секунду я согласна с тем, что мой голос слишком громкий. Я задыхаюсь, тону в звуке собственных стонов и наслаждения. — Моя хорошая, ты знаешь, что восхитительна на вкус. Твоя кожа мой чёртов наркотик, как и ты вся. — Он поцелуями спускается по моим ногам и, — Я буду целовать твои ноги, целовать каждый сантиметр твоего тела. Но землю — нет, ты ведь одна такая особенная, а по земле ходят миллионы грязных простолюдинов. — Его голос становится тише и грубее. — Я не позволю никому прикоснуться к тебе, они едва достойны твоих взглядов, принцесса…       Он продолжает и продолжает говорить, но я уже не слышу. Я настолько ухожу в его прикосновения, что реальность уплывает…       Позже мы лежим, оба глядя на потолок — я ощущаю странное умиротворение. Рядом с Миккелем всегда так, словно он моя недостающая половинка, часть меня. При мысли об этом в груди странно покалывает, но меня удивляет другое — метка отзывается. Она слегка печёт, покалывает, не позволяя забыть о своём существовании. Мне интересно, так же ли она ощущается у Мика? Словно что-то одновременно и согревающее и обжигающее…       Словно чувствуя мой вопрос принц оборачивается ко мне. На его губах играет расслабленная улыбка, его мальчишеские черты сейчас более выразительные, чем когда либо. В один миг я вспоминаю что я старше, возможно, умнее, но рядом с ним… я ощущаю себя маленькой девочкой, под защитой, под внимательным взглядом. — О чем думаешь?       Спрашиваем одновременно и начинаем посмеиваться. Это так забавно, тепло наполняет мою грудь и я решаюсь сказать то, что меня волнует: — Я боюсь встречи с твоим отцом. — Мне даже смотреть на Миккеля в этот момент неудобно. — Учитывая нашу первую встречу, да и причину моё присуствия сейчас…       Ладонь Мика накрывает мою, он переплетает наши пальцы, а затем притягивает меня к себе. — Мой король будет зол, я уверен — он зол уже сейчас. Но точно не на тебя. На меня, на моё Великолепное Высочество — как ты однажды выразилась. Потому что я слишком ветренный, слишком непосидчивый и импульсивный для принца. — Я заметила. — улыбаюсь, вдыхая его аромат. — Поэтому на тебя он посмотрит недовольным взглядом, а потом начнёт меня песочить. Так что тебе переживать не о чем. — Он слегка целует меня в лоб и шепчет: — Ты в безопасности и под моей защитой.       Следующим днем мне устраивают экскурсию по городку. Мы гуляем по алеям, кушая плюшки с мясом — они жирные, но почему-то я не смогла отказать. Миккель встречается с парой людей обсудить какую-то информацию и, что оказывается важным для меня, отец встретился с орденом Розы. Я уже могу вздохнуть с облегчением.       На обед мы оказываемся в большой забегаловке, надпись гласит «У сплетника». Здесь меня пытаются накормить с огромным рвением. И официантка, и Миккель, и Фенсит, и даже повар вышедший из кухни. Я согласилась на картофель с мясом и немного салата. Оказалось моё немного отличается от их немного, что мясо — это кусок мясища, который физически не поместится в меня ни при каком условии.       Следующим интересным для всех моментом стала попытка Миккеля меня кормить. Попытка весьма удачная и дико смущающая, но отказаться не было ни возможности, ни необходимости. То, как он при этом смотрел на меня, как улыбался — словно уже зная, что я не откажусь. И это было странно. С его приборов брать мясо, а кусочек хлеба… и ощущение того, как мои губы коснулись его пальцев… О, Древние!       Сквозь моё тело словно ток пустили. Такое лёгкое и невинное прикосновение, а моя реакция была очевидна, как по мне. Хотя остальные кажется не заметили, ну или не обратили внимание. И без того было забавно. Мартис кормил Таю, Чент решил поприкалываться над Ритали и она его поддержала. Забавно и приятно, такое спокойное времяпровождение и комфорт. Не то, что можно было когда либо ощутить в нашем замке, в замке вообще.       А затем мы собрались и помчали дальше. Чем ближе мы были к столице, тем беспокойнее мне становилось. Я верила, что Миккель защитит меня от всего, только вот принц всё-равно ниже короля по статусу. Это совсем дико, ощущать такое беспокойство, а затем расслабляться и забывать о нём, в его объятиях.       Столица Аккары — восхитительна. Если меня удивил своим видом первый городок у границы, то столица поразила в самое сердце. Её окружали восхитительные горы — защищая от возможных нападений и атак. Окружённый ещё и муром, город казался неприступным. Тогда, при первом посещении я видела лишь замок, и то — мельком. А сейчас мне показалось всё величие столицы Аккары. Мурашки новыми и новыми волнами спускалось моим телом, поднимая глубоко изнутри воспоминания десятилетней давности. Это заставляло меня чувствовать себя вновь беспомощной десятилетней девочкой. Оказаться перед королём в этот момент мне ни капельки не хотелось — он всё ещё оставался злодеем моей истории.       Миккель крепче сжал моё запястье, возвращая меня в реальность. На его лице играла довольная улыбка, словно ничего такого и не произошло, а меня не переставало подташнивать. Когда мы подошли к городским воротам нас окружили, более десятка рыцарей или же армейцев внезапно оказались слишком близко. Они не казались злобно настроенными или напряжёнными, но их количество беспокоило. Люди Миккеля тоже ничего не предпринимали, но смех и шум затих. Из толпы вышел высокий светловолосый мужчина. Большинство присутствующих было светловолосыми. — Ваше Непоседливое Высочество вернулись, — слова этого рыцаря были наполнены ядом, хотя — это мог быть и сарказм, — мы действительно соскучились и хотели бы провести с Вами время, но боюсь король желает вас видеть ещё сильнее нас.       Тихий шёпот и смешки прошлись по толпе, Чент переглянулся с кем-то из рыцарей и кивнул, а Миккель просто потянул меня за собой. Моё сердце было не в порядке, я боялась, что оно сломает мою грудную клетку и упадёт на пол. Возможно проскачет ещё несколько метров. Это был кошмар. Особенно, когда мы оказались на центральных улицах. Прохожие здоровались и кивали нам с Миккелем, кто-то подходил похлопать по плечу, но я ощущала каждый внимательный взгляд на своей коже. — Дыши, принцесса, дыши.       Миккель шёл уверенным шагом, спокойно и расслабленно. Его большой палец рисовал маленькие круги на моей коже и это успокаивало. Вероятно, это и было причиной, по которой он это делал. Когда мы подошли к замку мне казалось, что сердце бьётся у меня прямо в горле. А затем открылись ворота. Появилась пара стражников, что поклонилась Миккелю. Мужчины сказали, что Его Величество ожидает нас в своём кабинете.       Не его, а НАС! О, Древние, сейчас я была готова поверить в любое чудо лишь бы остаться в порядке. Сейчас замок не казался таким враждебним как впервые, Миккель не раз рассказывал как он чудил в этих стенах. Некоторые из его развлечений десять лет назад я даже видела. Но всё-равно, находится в этом замке было страшно. Я всё ещё помнила слова короля о подземелье и камерах. — Теперь это и твой замок, Фрея. Спокойнее. — Последнее слово я едва расслышала и осознала, что мы остановились у чёрных дверей с восхитительной резьбой.       Миккель постучал и, не дождавшись ответа, открыл дверь. Я сильнее натянула рукава, стараясь спрятать метку, но понимала, что это бессмысленно. Метка Миккеля была на виду.

Нота бене:

      Тая — жена Мартиса, беременна девочкой. Занимается выпечкой.       Название города Хеллдейл.       Несси — одна из знакомых компании в Хеллдейле. Знает компанию с самого детства.       Песочить / чихвостить — отчитывать кого-то. Фенсит — один из городских,