Часть 1. Мольба

Я скрылась от посторонних глаз и слов в пустой библиотеке. Здесь было темно и тихо, а между отсеками с книжными полками нашелся свободный стол. Свеча приятно потрескивала, пока я стояла над книгой и пыталась разобрать написанное. Строки давались с трудом. Усталый взгляд бегал по ним кругами и спотыкался о незнакомые символы. Я поднесла свечу ближе, чтобы разглядеть каждый вензель, но резкий порыв ветра задул её. Следом раздался скрип. Я осталась во тьме и притаила дыхание в надежде не услышать чьи-то шаги. Секунда. Минута. Тишина. Только голоса за окном и вой ветра, стучащий по рамам. «Значит, сквозняк?» Я снова зажгла фитиль и вернулась к книге. Слово следовало за словом, а за ними — холодное касание, скользящее по спине. Вздрогнув, я обернулась. — Каин! Ангел усмехнулся от удачной попытки меня напугать. Теплый свет падал на его белоснежные локоны, словно пытаясь затмить их лунный блеск. — Прячешься от кого-то? — бархатный голос прозвучал полушепотом. — Могу скрыть тебя получше. — Мне не нужна помощь. Каин подошел ближе и посмотрел за моё плечо. Увидев сложные символы из книги и скудные заметки в блокноте, он лениво спросил. — Разве? Язвительный тон ранил эго острием сомнений. Я нахмурилась, и его алый взгляд встретился с возмущенным моим. Каин усмехнулся и потянулся рукой к моей выбившейся пряди волос, будто хотел рассмотреть недовольство ещё лучше. — Неужели задел тебя? Холодные кончики пальцев дотронулись до виска и убрали прядку за ухо. Еле коснувшись кожи, он запустил волну мурашек по моей шее. Я прикрыла глаза в попытке найти хоть одну здравую мысль и верную реакцию. Тело тянулось к нему каждой клеточкой, когда разум осуждающе бил его же по рукам. Слова вырвались раньше, чем я успела их осознать. — Сделай два шага назад. Ангел немедленно последовал приказу и встал вплотную к книжному шкафу, разрывая опасную близость. — Прости, мне трудно держать себя в руках, когда рядом ты. Тон его извинений остался дразнящим: не имея возможности коснуться тела, он тянулся словами к нутру. И я ответила наперекор ему. — Это поправимо. Мы замерли на миг. Каин ждал, когда всё его отзовется во мне, пока все моё противилось этому. Будто каждый мой вздох, взгляд и стук в груди не могли принадлежать ему априори. Гордость перечила чувствам, а противоречия бились о черепную коробку, пока я не нашла компромисс. — Ты говорил, что я могу отыграться за те три года. — Да. Каин спрятал ухмылку в тени уголков своих губ, когда я сделала два уверенных шага навстречу. — Тогда не двигайся. Мои руки опустились на его ремень. Я расстегнула пряжку, наблюдая как под черной водолазкой напрягаются мышцы ангела. Он походил на статую, сотворенную моим желанием. Освободив ремень, я озвучила новый приказ. — Руки за спину. Каин обвил мою талию и прижал меня к себе. — Как пожелаешь. От резкого движения я уткнулась в его грудь, улавливая частый стук сердца. — За свою. Ангел послушался, не скрывая усмешки: — Стоит четче формулировать желания. В сантиметрах от его тела я обвила его торс и завязала ремень в тугой узел вокруг кистей. После — встала на носочки и потянулась к уху. — А теперь не прикасайся ко мне. От близкого шепота ангел сглотнул. — Я надеялся, что ты остановишься на ремне. А он для обоих здесь только для вида. Его дыхание опалило кожу. Чувствуя как подкашиваются ноги, я опустилась. Лед голубых глаз скользнул по моим изгибам, и я отвела взгляд, чтобы не поддаться соблазну от его эфемерных прикосновений. Засмотрелась на родинки на его лице и провела по ним кончиками пальцев, собирая в созвездия. Очертила скулу, подбородок и наблюдала, как медленно закрываются его глаза и дрожат ресницы. — Не слишком ли нежно для пыток? — усмехнулся тот в ожидании моего следующего шага. Руки легли на плечи, скользнули по ключицам и опустились к грудной клетке, будто прокладывая путь к сердцу. Оно, когда-то казавшееся осколком льда, все сильнее билось о ребра. Каин напряженно наблюдал за мной, держа себя в руках против своей воли. — Не сдерживайся, если хочешь найти слабое место. Я подскажу, только попроси. В ответ на бархатный шепот моя ладонь легла на его крыло и провела по мощному сгибу. Каин дрогнул и с его уст сорвался тяжелый вздох. — Нашла? Не дождавшись ответа, я повторила то же со вторым крылом. Каин резко запрокинул голову, оголяя шею. Даже при тусклом свете я видела как отчетливо выступают его вены. — Нет, — сдавленно произнес ангел. Он склонился надо мной так, чтобы случайно мазнуть своими губами по моей коже, если бы я неосторожно отступила. Тяжело дышал в шею, пока я рисовала узоры на его крыльях. От его дразнящего дыхания кожа покрылась мурашками. Близость поглотила меня, лишая рассудка и дистанции. Вместо того, чтобы отдалиться, я прижалась к нему всем телом. Обычно холодный, как статуя, Каин теперь закипал внутри. Мышцы были напряжены, грудь тяжело вздымалась, а сердце выдавало гулкие удары, пытаясь достучаться до моих слабостей. — Из всех пыток ты выбрала самую изощренную. Я готов провести вечность на цепях, но не могу выдержать и минуты, не касаясь тебя в ответ. Ты и есть моё слабое место. Голова закружилась, и я впилась ногтями в его спину, чтобы не потерять равновесие. Каин издал сдержанный гортанный рык. — Поцелуй меня, Лэйн, — его голос звучал отчаянно. — Оставь меня в оковах, сведи с ума, но поцелуй. Свеча погасла. Мы остались в кромешной тьме наедине с тяжелым дыханием, лунными бликами и свечением алых глаз. Он поглощал меня взглядом, присваивая каждый сантиметр себе. Я поднялась на носочки и провела кончиком носа по его, пока он повторял снова и снова: — Поцелуй. Молю. Я хотела ему поддаться. Но сейчас он стал пленником, для которого я не знала милосердия. Была слепа перед его слабостью и сладостным мучением, скопившемся внутри. «Если отдаление от желаемого — его цепи, мне следует затянуть их туже. Растягивать эти минуты так, чтобы они казались вечностью». Шаг назад, и цепь сковала его сильнее. Ещё шаг, и оковы впились в грешную плоть. Ещё, и он остался наедине с мольбой. Каин оперся о книжных шкаф, разглядывая мой отдалившийся силуэт. Сквозь сбитое дыхание он тихо произнес: — Ты непреклонна. Я это заслужил.