Когда антропофаги мурлыкают

      - На самом деле, это довольно просто. - Дагмаш отложил в сторону свои записи и вздохнул. Руки устало ныли после часа активного массажа, но по крайней мере, успех был: потихоньку Ригхан всё больше чувствовал хотя бы плечи и шею, что не могло не радовать. Может, потому что они изначально не были так сильно повреждёны, как ноги, а может - из-за того, что Дагмаш старался проводить с ним всё свободное время, ассистируя Хельге, которая не справлялась в одиночку с восстановлением демона. Но какая разница, если что-то начало меняться. Вот и сейчас, когда Хельга уже ушла спать, антропофаг всё ещё сидел в подвале, продолжая попытки оживить чужие нервы массажем. - Если я могу получить относительную свободу в обмен на риск, то я готов заплатить эту цену.       Пожав плечами, он потянулся - спина затекла и захрустела, но это была приятная усталость, на которую Дагмаш был согласен. Взгляд Ригхана проследил за этим - демон жадно впитывал чужие движения, лишённый возможности сделать так же.       - Хотел бы я так же смело что-то утверждать, но всё, что у меня есть - это путь в неизвестность. Может быть, когда-нибудь я смогу по нему пойти и сделать это без сожалений.       Взгляд его стал мёртвым, но всего на мгновение. В последние дни Ригхан всё меньше впадал в безумие или апатию, что не могло не радовать. Но, наученный горьким опытом и сломанным запястьем, Дагмаш привык всегда помнить об опасности своего спасенного знакомого. Что, впрочем, не мешало ему выкраивать любое свободное время и спускаться в подвал башни сира Каерна, чтобы просто посидеть молча, пока Хельга возилась с Ригханом.       - Ты своё уже искупил, а с чистой совестью идти легче. - Но сейчас у людоеда не было настроения сидеть молча - наоборот, Дагмаш улыбнулся своей шутке и покачал головой. Болтливость сегодня так и просилась наружу. - Прости за глупую шутку.       - Ничего, я начал первый. - Глаза демона скользнули по нему, и Ригхан слабо улыбнулся. Если Дагмаш и надоел ему своими разговорами сегодня, то это было всяко лучше тишины и неподвижного взгляда в потолок. Наверное. В любом случае, Дагмаш рискнул продолжить своё словоблудие и подтянул длинные ноги к груди, сжавшись на краю кровати больного в комок.       - Я тоже много чего хочу. Не видеть кошмаров, где ко мне приходят те, чьи жизни я отнял. - Он склонил голову на бок, будто собака, ожидающая команды хозяина. Каждый раз говорить с Ригханом было страшно, будто людоед должен был зайти на неизведанную территорию, но в то же время он не мог промолчать. Оттого с языка сам собой сорвался новый вопрос: - Тебе снятся сны?       Может, Дагмаш просто не мог подавить привычку сочувствовать тем, кто этого не заслуживал, или же видел в Ригхане того, кто знал, насколько страшно не быть хозяином своего собственного тела и разума. Но что бы это ни было, каждую встречу с демоном внутри поднималась какая-то буря, которую было сложно удержать внутри. Вот и сейчас, он не смог и от злости на себя прикусил кончик дрожащего языка. Зачем демону было отвечать на вопросы того, кто попытался убить его и подверг ещё большим истязаниям, пусть в конечном итоге они и пошли Ригхану на пользу? Но почему-то он до сих пор был необоснованно добр к незваному спасителю, чуть не ставшему палачом.       - Нет, наверное. Или я их не помню. - Ригхан перевёл взгляд на Дагмаша, следя за тем, как тот тяжело выдохнул. Он ненавидел его? Или был благодарен за спасение? Угадать, что происходило внутри головы практически сошедшего с ума демона, было невозможно, но Дагмаш понадеялся, что там хотя бы не было ненависти к нему. Он не знал, почему, но это было страшнее безразличия.       - Вот как... Я тебе завидую.       - Было бы, чему. - Демон медленно моргнул и нахмурился. - Когда нет ничего, это страшнее кошмаров. Кажется, что ты уже умер. И продолжаешь умирать каждую ночь.       В подвале воцарилась тишина. Возможно, это был плохой вопрос, возможно, не стоило его задавать. Дагмаш потер лицо руками и резко поднялся с кровати.       - Я могу остаться с тобой на эту. - Он повернулся к Ригхану, переборов желание извиниться и сбежать, как уже привык делать с другими обитателями башни. Но не с этим демоном. Не с тем, кого он спас и вынес из плена длиною в сотни лет собственными руками. Не с тем, за кого он чувствовал ответственность, хотя никто не заставлял его проводить с бывшим демоническим военачальником, а ныне почти парализованным и сумасшедшим инвалидом столько времени. Что ж, зато у Дагмаша была отличительная черта - взваливать на себя чужие проблемы. - Если ты, конечно, хочешь.       - Как посчитаешь нужным. - Хорошо, что мысли Ригхан читать не мог. - Не знаю только, что скажет утром Хельга, может, тебе нельзя так делать. Но я не имею ничего против.       - Если она до сих пор не пострадала, проводя с тобой столько времени, то не думаю, что со мной что-то случится. - Антропофаг встал и пошарил взглядом по комнате: вторая койка в импровизированном подвальном лазарете стояла у стены, но сдвинуть её не составило никакого труда. Схватившись за изголовье, Дагмаш со скрипом поволок кровать и усмехнулся смотрящему на это Ригхану: - Разве что я чего-то не знаю, и ты плюнешь в меня кислотой во сне.       Тот в ответ сморщил нос:       - Это не кислота.       - Знаю, знаю. Я не настолько глупый, я читал учебные труды по химии из библиотеки сира Каерна. - Вторая кровать встала идеально, и даже не провалилась под весом Дагмаша. Что было логично, ведь на такой же лежал далеко не маленький и не лёгкий демон, который сейчас вопросительно уставился на севшего рядом с ним антропофага. Дагмаш потянулся за бечевкой и подвязал лезущие в глаза рыжие волосы, чтобы те не мешали во время сна. - Может быть, принесу тебе несколько интересных книг из тех, что мне выдали, и почитаю вслух. Тебе, наверное, скучно, когда никого нет.       Он вовсе не думал, что демону вообще было нужно его общество, и что стоило так откровенно навязываться. Но пока что ни с кем во всей этой башне, на всём острове, Дагмаш не чувствовал себя так спокойно, как с этим несчастным. Может, потому что пока Ригхан не представлял особой опасности, ввиду не полностью восстановленных сил и подвижности. Хотя даже так натворить дел демон мог, и не вставая с кровати. Но хотя бы сейчас с ним было тихо. И это подкупало. Дагмаша в целом было очень легко подкупить чем-то хорошим.       - Я не слишком-то много вижу вещей за пределами этой комнаты. - Ригхан снова медленно моргнул. Наверное, день вымотал его.       - Если Хельга разрешит, я бы мог принести тебе что-нибудь ещё. - Людоед осторожно протянул руку, следя за тем, чтобы та была в поле зрения демона. Но всё, что было ему нужно - это осторожно опустить Ригхана в более удобную позу и натянуть на него одеяло. Пока что тот не жаловался на холод, но все-таки подвальные сквозняки сюда отлично долетели. Прикусив губу, Дагмаш сосредоточенно расправил одеяло и почему-то завис, следя за движением глаз Ригхана. Голубой цвет в них был едва уловим, но, если присмотреться, то можно было заметить, что глаза демона были похожи на провал в летнее небо. - Ты когда-нибудь видел кошек? У Гертруды есть одна.       "Я бы мог принести тебе её и положить на её мягкую пушистую спину твою руку. Я бы мог нарвать тебе свежих цветов, целую охапку, чтобы хоть что-то в этой страшной комнате напоминало тебе о жизни за её пределами." - Но острые зубы лишь сильнее впились в плоть, и Дагмаш отстранился.       - Может, в прошлой жизни. - Казалось, Ригхан даже не заметил этой заминки. Может, был настолько вежливым, а может, ему вовсе не было интересно. На лице его отразилось видимое усилие, но он лишь грустно моргнул: - Моя память... Потеряла многое из того, что я когда-то знал.       - Говорят, эти животные действуют на других исцеляюще, по крайней мере морально. - Не то, чтобы в жизни Дагмаша было много возможностей погладить кошек - те отчаянно его боялись. Но он бы нашёл способ. - А ещё они мурлыкают, когда чувствуют себя в безопасности. Так что, если постараешься не впасть в приступ безумия и не напугать её, то услышишь это.       Ригхан лишь дёрнул уголком губ - кажется, упоминание собственного сумасшествия что-то задело в нём, на секунду заставив напускное спокойствие пустить трещину. И Дагмашу стало страшно в неё выглядываться. Может быть, когда-нибудь потом. Сейчас он чувствовал, что и сам готов разбиться, словно хрустальная ваза. Смешно. Кто бы мог подумать, что антропофаг способен на такие мысли.       Резко отвернувшись, он принялся остервенело расшнуровывать сапоги, чтобы лечь.       - Прости. Мне не следовало это говорить. Давай спать. - Отбросив от себя обувь, Дагмаш протянул руку к свече и погасил пламя, чуть поморщившись от резкой боли в кончиках обожженых пальцев. Ему не привыкать. Ему ни к чему нельзя привыкать, и к этому тоже. Это всё скоро закончится. Нужно было насладиться этим тихим вечером, пока была такая возможность. Подвал погрузился в темноту - лишь два красных огонька глаз в ней можно было различить, и то, с трудом, так сильно они потухли.       - Не вини себя, ты прав. - Голос Ригхана заставил их дернуться, словно обладатель этих глаз нестерпимо хотел обернуться и посмотреть на него. Но не смог.       Послышался тихий скрип кровати, выдох. Если бы Ригхан мог что-то ощущать, то понял бы, что большая, неестественно горячая ладонь антропофага осторожно накрыла собой его собственную, что неподвижно лежала поверх одеяла. Но чувствительности в кистях пока что не было вовсе.       Какое-то время Дагмаш лежал молча. Можно было бы подумать, что он спит, если бы не дыхание - слишком прерывистым оно было для спящего. Но спустя какое-то время он все-таки подал голос, более хриплый и осипший, чем до этого:       - Ригхан, а ты знаешь... Когда антропофаги мурлыкают?       - Просвяти меня. -Демон, может, и хотел бы повернуть голову, чтобы увидеть лицо своего собеседника, однако что-то ему подсказало, что сейчас эта просьба была бы лишней. А Дагмаш - зажмурился, и губы его дернулись, словно он хотел бы заплакать, да вот только забыл, как.       - Когда хотят, чтобы другие чувствовали себя в безопасности.       И комнату наполнил тихий, рваный звук, чем-то похожий на то, как мурлыкают кошки.