Часть 2 первые лучи

Прошёл месяц после свадьбы. Дом у озера жил своей тихой жизнью: по утрам Ангелина играла на рояле, а Максим заваривал кофе и ставил чашки на подоконник — так, чтобы первые солнечные лучи касались их краем. Однажды за завтраком она вдруг замолчала, глядя в окно. — О чём думаешь? — спросил он, касаясь её ладони. — О том, как странно… — она улыбнулась. — Ещё год назад я не могла представить, что буду вот так сидеть, пить кофе, слушать птиц и чувствовать… покой. Максим обнял её сзади, уткнувшись носом в волосы. — Это только начало. Но прошлое не отпускало. Однажды вечером Ангелина получила письмо. Обычный конверт, без обратного адреса. Внутри — фотография: она и Максим у входа в суд в день развода. На обороте — короткая надпись: *«Ты думаешь, это конец?»* Она замерла, чувствуя, как холод ползёт по спине. Максим заметил её состояние сразу. — Что случилось? Она молча протянула ему записку. Его лицо на секунду окаменело, но он быстро взял себя в руки. — Не бойся. Я всё решу. — Как? — она сжала его руку. — Он не остановится. — А я не позволю ему к тебе приблизиться. — Он посмотрел ей в глаза. — Помнишь, что я сказал в больнице? «Я не уйду». И не уйду. Даже если придётся стереть все его следы. На следующий день Максим отвёз Ангелину в город — не к адвокату, не в полицию, а в музыкальную студию. — Что мы здесь делаем? — удивилась она. — Пора вернуть то, что у тебя отобрали. В студии их ждал продюсер, с которым Ангелина когда‑то мечтала работать. Теперь у неё был шанс: запись сингла, небольшой тур, возможность снова выйти на сцену — уже не как жена полицейского, а как самостоятельная артистка. Когда она спела первую песню, продюсер замер, а потом сказал: — У тебя голос, который нельзя прятать. Ангелина посмотрела на Максима. Он улыбался — той самой улыбкой, от которой у неё всегда замирало сердце.

***

Вечером, когда они вернулись домой, Ангелина вдруг сказала: — Я хочу ребёнка. Максим замер. Потом медленно повернулся к ней. — Ты уверена? — Да. — Она взяла его за руки. — Я больше не боюсь. Не боюсь, что не справлюсь. Не боюсь, что он вернётся. Потому что ты рядом. И если у нас будет малыш… это будет наш малыш. Наш. Он прижал её к себе так крепко, что на секунду стало трудно дышать. — Мы сделаем всё правильно. Обещаю. Через полгода Ангелина стояла на сцене маленького клуба — такого же, как тот, где они встретились. В зале сидели друзья, несколько журналистов и… Максим. Она запела.Голос звучал чище, чем когда‑либо. В нём была боль, но и сила. И любовь. После концерта он подошёл к ней, обнял, прошептал: — Ты сияешь. — Это ты дал мне свет, — ответила она. Они вышли на улицу. Небо было усыпано звёздами. Где‑то вдали шумел прибой. — Знаешь, — сказала Ангелина, — я больше не жду «привет» от судьбы. Потому что самое главное уже случилось. — И будет случаться каждый день, — добавил Максим. — Потому что мы вместе. Маленькая Маша, их дочь, смеялась, когда Максим поднимал её высоко над головой. Ангелина смотрела на них, и в её глазах стояли слёзы счастья. — Она похожа на тебя, — сказала она, когда малышка уснула. — Нет, — возразил Максим. — Она похожа на нас. На нашу любовь. Они сидели у окна, держась за руки, слушая, как ветер шепчет что‑то в ветвях деревьев. — Иногда мне кажется, — тихо сказала Ангелина, — что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. — Правда, — ответил он, целуя её пальцы. — И будет только лучше. Где‑то вдалеке мерцали звёзды. В их доме было тихо. По‑настоящему тихо. И счастливо. Потому что они нашли друг друга. Потому что их «привет» стал «навсегда».Время текло размеренно, словно ручей, огибающий камни. Дом у озера наполнялся новыми звуками, новыми смыслами. Маша подрастала — её смех становился звонче, шаги — увереннее. Каждое утро начиналось с того, что она врывалась в спальню родителей с криком: «Папа, мама, пора вставать!» — и мир тут же расцветал яркими красками. Максим и Ангелина научились жить в этом новом ритме. Бывали дни, когда усталость наваливалась тяжёлой волной: бессонные ночи, капризы, неожиданные болезни. Но даже в эти моменты они находили друг в друге опору. Однажды вечером, уложив Марию спать, Ангелина села у окна. В руках — чашка травяного чая, за окном — багряный закат. Максим подошёл сзади, обнял, прижался щекой к её плечу. — О чём думаешь? — прошептал он. — О том, как быстро всё меняется. Ещё недавно я боялась даже мечтать о таком счастье. А теперь… — она улыбнулась, — теперь я боюсь только одного: что это может исчезнуть. Максим развернул её к себе, посмотрел в глаза: — Это не исчезнет. Потому что мы строим это каждый день. Вместе.

***

Весна принесла перемены. Ангелина возобновила выступления — теперь уже не одна, а с маленькой аудиторией, которая сидела у неё на коленях и хлопала в ладоши, когда мама пела. Максим, несмотря на загруженность, всегда находил время прийти на концерт — сидел в первом ряду, смотрел на неё с той же восхищённой улыбкой, что и в их первую встречу в клубе. Однажды после выступления к ним подошла женщина — стройная, с тёплым взглядом и седыми прядями в волосах. — Вы — Ангелина? — спросила она. — Я слушала вас ещё до… всего. И рада видеть, что вы снова на сцене. Ангелина смущённо улыбнулась: — Спасибо. Это было непросто. — Но вы справились. — Женщина протянула визитку. — Я — куратор музыкального фестиваля. Хотели бы выступить? Небольшая площадка, но очень душевная. Ангелина взглянула на Максима. Он кивнул: — Конечно, хотим.

***

Подготовка к фестивалю заняла несколько недель. Ангелина выбирала репертуар, репетировала, а по вечерам они вместе с Максимом обсуждали детали: костюмы, свет, звук. Мария, видя, как мама волнуется, приносила ей рисунки — цветы, солнце, семью из трёх человечков — и говорила: «Это тебе, чтобы не боялась». В день выступления Ангелина стояла за кулисами, сердце колотилось как сумасшедшее. Максим взял её за руку: — Ты готова. — А если я забуду слова? Если голос дрогнет? — Тогда ты просто улыбнёшься, — он поцеловал её ладонь, — и я буду смотреть на тебя так, как смотрел всегда. И ты вспомнишь, почему это важно. Она вышла на сцену. Свет ослепил на секунду, но потом она увидела зал — людей, которые пришли послушать её, Максима, сидящего в первом ряду с Марией на коленях. Девочка махала ей рукой и кричала: «Мама, ты лучшая!» И Ангелина запела. Голос звучал чисто, сильно, наполняя пространство. В нём была и боль, и радость, и благодарность. Когда песня закончилась, зал взорвался аплодисментами. После концерта Максим подошёл к ней, обнял так крепко, что на секунду стало трудно дышать: — Ты сияла. — Это всё вы, — она прижала к себе Марию. — Вы — мой свет.

***

Лето выдалось жарким. Они уехали на море — сняли домик у самого берега, где по утрам можно было слышать шум прибоя, а вечерами — наблюдать, как солнце тонет в воде, оставляя на поверхности золотые дорожки. Мария бегала по песку, строила замки, смеялась, когда волны обливали её ноги. Ангелина сидела на полотенце, наблюдая за ними, и чувствовала, как внутри разливается покой — тот самый, которого она так долго искала. Максим подошёл, сел рядом, протянул стакан холодного лимонада: — О чём мечтаешь? — спросил он. — Ни о чём, — она улыбнулась. — Просто хочу, чтобы это длилось вечно. Он переплёл её пальцы со своими: — Так и будет.

***

Осенью они вернулись домой. Жизнь вошла в привычный ритм: работа, репетиции, семейные вечера у камина. Но однажды утром Ангелина проснулась с ощущением, что что‑то изменилось,а особенно после их ночи. Она долго смотрела на себя в зеркало, потом тихо позвала Максима: — Дорогой,подойди сюда пожалуйста. Он замер в дверях, увидел её взгляд —Необычный,никак всегда. —Что случилось, милая? — прошептал он, подходя ближе. — Мне нужно тебе кое-что Сказать... — Говори,не бойся.—сказал Максим обнимая сзади Ангелину. Они стояли так несколько минут, слушая, как бьются их сердца — в унисон, как всегда.Потом Ангелина всё же сказала: -Максим,мне кажется я беременна. -Что серьезно?! -По моим ощущениям да.Давпц на УЗИ съездим и узнаем правду.Но я на все 100 уверена что беременна.Я себя чувствую не как раньше.Будто что-то поменялось очень сильно во мне. -Конечно поехали. Они собрались и поехали в больницу. -Ну что хочу сказать, поздравляю,вы беременна.—сказала Марина (врач Ангелины) Когда они вернулись домой,радости было немеренно. -Максим,я же говорила! Теперь точно нужно менять все свои привычки.От кофе придется отказаться,но петь я могу как минимум до 6 месяца,а там уже посмотрим.Но пока я буду продолжать петь. -Первые 3 месяца были не очень простыми.Ангелине все таки пришлось пока что отпустить пение.Ей было не хорошо от любых запахов,были самые странные предпочтения в еде и тд. -Зай,пока Маша у твоей мамы,может поспим весь день,а?А то какя-то я вымотался на работе,хочу с тобой время проводить и только с тобой,а ещё хочу спать до 12:00 с тобой.—предложил Максим Ангелине,пока та была в ванной и делала маску,ведь уход никто не отменял. -Подожди,а давай тебе тоже маску сделаем?—Сказала Ангелина стоя возле зеркала и раковины.В руках она держала-Маску и кисточку для неё. -Маску?!Эту? Ну давай,раз хочется,делай.Но смотри,если вдруг я стану красивее,меня ведь уведут у тебя,хехе— Пошутил Максим. -Ой да ладно уж,ты и так красивый.Иди садись на диван,щас спа вечер будет.—Скзала Ангелина почти выталкивая его из ванны. -Ну Максим блин!Сиди нормально,размажеться ведь.— Ругалась на максима Ангелина,потому что тот не мог спокойно сидеть,так как для Макса это было очень долго.Но он ещё не знает,что с ней нужно ходить 20-30 минут,хе-хе... -Ну всё..? Наконец-то.Сколько теперь так сидеть? -20-30 минут, не меньше.-Сказала Ангелина смотря на Макса. -СКОЛЬКО?!20-30 МИНУТ? Капец блин,вот я попал...Но зато буду как Леонардо Ди Каприо,2.0 так скажем.—Шутил Максим. -Ой да прям, Леонардо тоже нашелся хе.Сиди давай. Когда прошло 25 минут,Ангелина сказала идти максиму смывать маску,а когда он её смыл,Максим не понял что поменялось,но кожа стала гладкой.Но вот Ангелина как настоящая девушка,видела что поменялось в Максиме по мимо мягкой кожи.

***

Прошло уже 5 месяцев.Через ровно месяц должен на свет появится их сын.Они уже подготовили отдельную детскую для из сына,но первые полгода он будет жить в комнате Ангелины и Максима. Когда родился сын,они решили назвать его Владислав.Красивое имя,которое очень подходит для из сына.Он родился с почти черными глазами и каштановыми волосами как у максима. Они приехали домой и всё было по другому.Слишком спокойно для дома в котором двое детей.

***

Теперь по утрам в доме звучали два детских голоса: Маша учила брата первым словам, показывала ему игрушки, а он смеялся с её весёлых гримасс. Однажды вечером, когда дети уже спали, Максим и Ангелина сидели на веранде. В воздухе пахло дождём, вдали мерцали звёзды. — Помнишь, как мы встретились? — тихо спросила Ангелина. — Помню. — Он улыбнулся. — Ты стояла у барной стойки, куталась в кардиган, а я подумал: «Эта женщина изменит мою жизнь». — И ты не ошибся. — Она положила голову на его плечо. — Я всё ещё не могу поверить, что это моя реальность. — Это наша реальность, — поправил он. — И она будет только лучше. Они молчали, слушая, как ветер шепчет что‑то в ветвях деревьев. Где‑то вдали гудел поезд, но здесь, в их доме, было тихо. По‑настоящему тихо. И счастливо. Потому что они нашли друг друга.