Часть 4

___________𝐺𝑜 𝐵𝑎𝑐𝑘 𝐻𝑜𝑚𝑒 ___________

***

Родрик медленно закрыл за собой входную дверь и увидел перед собой раздражённые взгляды родителей. Их недовольство выражалось даже в позах: мать стояла, скрестив руки на груди, словно готовилась к серьёзному разговору, а отец слегка наклонил голову вперёд, будто собираясь высказать что-то важное. Между ними застыл младший брат Грег, опустивший глаза и нервно теребивший рукав. — Родрик, ты ничего не хочешь нам рассказать? — спросила мать, её голос звучал твёрдо и решительно. Родрик почувствовал, как внутри поднимается волна беспокойства. Его взгляд метнулся от матери к отцу, затем остановился на младшем брате. Тот выглядел крайне смущённым и виноватым, что вызвало у старшего сына раздражение. — Ну нет, — ответил Родрик, чувствуя себя неуверенно. — Точно? — настойчиво повторила мать, приподняв бровь. Теперь парень окончательно понял, что что-то пошло не так. Он вновь посмотрел на Грега, который лишь сильнее втянул голову в плечи. — Грег рассказал нам о вечеринке, которую ты устроил, — сказала мать, подчёркивая каждое слово. Родрик мгновенно вспыхнул от гнева. Он крепко сжал кулаки, мышцы напряглись, дыхание участилось. Всё внутри кипело от возмущения. — Ты снова наплевал на наши запреты и сделал по-своему, — добавил отец, глядя прямо в глаза сыну. Отец говорил спокойно, но твёрдо, отчего сердцу Родрика стало жарко. Казалось, что комната вокруг сужается, стены начинают давить. — Мы приняли решение посадить тебя на домашний арест, — объявил отец. Сначала эта новость показалась парню незначительной. Ведь сидеть дома вовсе не казалось наказанием. Здесь была свобода передвижения, игры, телевизор... Но отец продолжил: — Но так как мы знаем, что для тебя это не наказание, ты также будешь лишён телефона, телевизора, приставки и всего прочего, что может отвлекать тебя от учёбы. Вот тут Родрик действительно насторожился. Без связи с внешним миром, без развлечений... Теперь ему придётся проводить дни напролёт над учебниками и домашними заданиями, ну или сном. Но самое главное — он потеряет связь с друзьями и Хелли. От этой мысли внутри закипела злость. Родрику дали последнюю возможность возразить, но он промолчал. Родители кивнули друг другу и отправились отдыхать. Оставшись вдвоём, братья поднялись наверх. Как только закрылась дверь спальни, Родрик резко повернулся к Грегу. — Ты зачем рассказал, гадёныш? — прошептал он сквозь зубы, подойдя ближе. Грег отступил назад, прижавшись спиной к стене. Лицо мальчика исказило выражение страха и стыда. Он чувствовал вину, но искренне не понимал, почему ситуация вышла именно так. — Я не хотел, правда, — выдавил он тихо. — Ты снова пытаешься мне насолить, как ты меня достал, мелкий, — процедил Родрик, приближаясь вплотную. — Нет, нет, ты что. Это случайность, — пробормотал Грег, дрожащим голосом. Но старшему брату было трудно поверить словам. Все предыдущие годы складывались в единую картину постоянных конфликтов и противостояния. Сейчас Родрик ощущал предательство и разочарование. — Это ты случайность, лучше бы у меня не было брата, — выплеснул он накопившуюся обиду. Затем отвернувшись, прошёл мимо Грега, направляясь в свою комнату. Там он столкнулся с новым сюрпризом — отсутствие замка на двери. Это означало полное ограничение свободы действий. Родрик вошёл внутрь и обнаружил небольшую проблему: новый металлический засов висел на окне, закрывая привычный путь бегства. Сердце сжалось от понимания своего положения. Закрыв дверь ногой, он тяжело рухнул на кровать. Перед глазами всплыли образы той ночи: друзья, веселье, музыка, смех... Теперь это оставалось далеко позади. Под рукой оказался старый журнал с изображением рок-звёзд. Взгляд задержался на фотографиях, мысленно возвращая его туда, куда хотели попасть ноги. Внезапно раздался тихий стук в дверь. Сквозь звук шагов на лестнице он услышал знакомое шёпотом произнесённое имя: — Родрик... Старший сын нахмурился, подумывая проигнорировать обращение. Однако любопытство победило осторожность. Посмотрев вверх, он заметил узкую полоску света под дверью и силуэт маленького тела рядом. — Прости меня, я не специально, — шептал Грег. Парень игнорировал, перебирая в руке барабанные палочки. Его взгляд скользил по разбросанным журналам с девушками и певцами. — Для меня ты всё ещё мой брат.. С этими словами послышался тихий шелест бумаги. Грег просунул конверт сквозь щель. Когда он ушёл, парень заинтересовался. Подойдя ближе и взяв конверт, он сразу ощутил вес. Там лежали ключи. Родрик сразу же вставил их в замок на окне, и тот открылся. Это был ключ к свободе.

__________________

Собрав пару необходимых вещей, Родрик вышел из дома через окно, как всегда. Он шёл быстро, почти бежал, стараясь уйти подальше от родительского гнёта. Эмоции бурлили внутри, заставляя сердце биться быстрее обычного. Гнев, досада, боль — чувства сменяли друг друга, оставляя тяжёлый осадок. Его окружал серый город. Мокрые улицы блестели в свете фонарей, капли дождя стекали по асфальту. Родрик потерял счёт времени, погружённый в собственные переживания. Он переходил улицу за улицей, едва осознавая направление движения. Так незаметно он добрался до парка, оказавшегося совершенно пустынным. Он был пустым, как в тот раз, когда они с Хелли гуляли. Тот же пруд сверкал, отражая лунный свет. И даже тот же кот, спящий на той же лавочке. Парень грустно смотрел на него, разглядывая. Шёрстка бедолаги обрела некоторые проплешины в результате уличных драк. Кот был по-прежнему худой, но не выглядел несчастным. Родрик сел на лавочку и смотря на знакомый вид, вспоминал те моменты, проведённые с девушкой впервые. Сейчас он не мог ей позвонить или написать, но очень хотелось. В какой-то степени он ощутил себя тем же котом, ночующим на лавочке. Родрик понимал, что наказание родителей было лишь временным неудобством, чем-то незначительным. Они давно потеряли свой авторитет. Его больше возмущало предательство младшего. В тот раз он сдал его с вечеринкой, якобы принеся себя в жертву и он чуть не лишился мечты. Сейчас тоже помог с замком, типо исправился. Какая нелепость... Родрик действительно задумывался о том, что он не из этой семьи. Или как иначе объяснить то, что только он в ней адекватный? Ветер подкидывал листья. Шелест деревьев доносился издалека. Прохладный вечер доставлял дискомфорт, но желания возвращаться домой не было. Кот начал мурлыкать во сне, будто от удовольствия. Животное не могло не привлечь внимания. — Интересный такой.. живёт на улице, борется с голодом, выживает как может, но всё равно мурлычет, —думал парень.

_______________

Родрик ласково провёл рукой по шерсти кота, нежно поглаживая тело. Животное благодарно замурлыкало, согревая ладонь мягким звуком. Парень позволил себе ненадолго забыть обо всём, погрузившись в успокаивающий ритм мурлыканья. Эта встреча напомнила ему нечто простое и честное, забытое за долгими разговорами с людьми, которые считали его виновным. Однако вскоре воспоминания начали возвращаться, усиливая тревогу и сомнения. Родрик поднялся с лавочки и медленно отправился в сторону дороги. Ноги сами вели его по знакомым улицам, пока он не очутился возле окна Хелли. Дом её семьи выглядел спокойным и тихим, свет нигде не горел. Видимо, все давно спят. Парень глубоко вздохнул, понимая, что сейчас невозможно нарушить чужой покой. Он чувствовал острую потребность увидеть её, услышать голос, который всегда дарит ему надежду и позитив. Но знал, что это неправильно. Вместо этого парень принял решение отправиться домой. Дождь усилился, мелкие капли били по лицу, проникая под одежду. Капюшон толстовки плохо защищал от влаги, вода стекала по волосам, струилась по шее, охлаждая кожу. Темнота сгущалась, создавая впечатление замкнутого пространства, наполненного тревожностью и одиночеством. Вернувшись домой, Родрик аккуратно вставил ключ в замок окна и проверил надёжность закрытия. Он устало повалился на кровать, промокшая одежда липла к телу, волосы были влажными и спутанными. Из головы никак не выходили события последних часов: ссора с семьёй, непонимание, вызванные ею чувства боли и отчаяния. Закрыв глаза, он пытался успокоиться, представить что-нибудь приятное, отвлечься от реальности. Вскоре сон сморил его, позволяя хотя бы временно избавиться от тяжести мыслей и переживаний.