Часть 23

ПриманкаКомната без адреса не имела окон. И всё же там всегда было ощущение погоды — не снаружи, а в мире. Когда где-то начиналась охота, воздух внутри становился плотнее. Римус сидел, опираясь локтями о колени. Рана под рёбрами уже не текла, но сильно болело. Запястье с узлом Печати было тихим — и в этой тишине было что-то опасное: мир перестал бить по нему “волной”, значит, искать начали иначе. Дамблдор вошёл без звука, положил на стол стакан воды и сказал: — В Норе была попытка контакта с ребёнком. Не прямое проникновение. Проверка. Римус резко поднял голову. — Кто? — Мы не знаем. Но стиль… — Дамблдор сделал паузу. — Это похоже на людей Руквуда. И на голод Сивого. Римус выдохнул так, будто в груди что-то стянули ремнём. — Они идут к Сириусу. — Да, — сказал Дамблдор. — И теперь, когда ты не маяк, они будут строить карту иначе: через привычки, через людей, через страх. Римус поднялся — слишком быстро, и боль тут же напомнила о себе. Он всё равно устоял. — Тогда хватит прятать меня, — сказал он тихо. — Дай мне выйти. Дамблдор посмотрел на него внимательно.— Ты хочешь умереть ? — Я хочу, чтобы они умерли далеко от Норы, — ответил Римус. — Это не одно и то же. Дамблдор молчал секунду, потом сказал: — Я не запрещаю. Я считаю. Он поднял ладонь, будто раскладывал фигуры на доске: — Если ты появишься рядом с Норой — ты приведёшь их. Если ты уйдёшь далеко — они пойдут за тобой, но могут оставить “наблюдение” у дома. Нам нужен третий вариант: ты должен стать видимым… там, где нам выгодно. Римус кивнул, уже понимая. — Приманка. — Приманка, — подтвердил Дамблдор. — Но не один. И в этот момент в комнате появилась женщина — маленькая, в старом пальто, с лицом, которое маги обычно не запоминают, потому что слишком заняты собой. Арабелла Фигг. Она положила на стол листок бумаги — простой, без печатей. И сказала: — Это мне сунули в руку на улице. Как будто “случайно”. А потом пошли за мной двое. Плохие. Не авроры. Римус взял листок и почувствовал холод ещё до того, как прочитал. Там был адрес. Написанный ровной рукой.НОРА. ОКРАИНА ОТТЕР-СЕНТ-КЭТЧПОУЛ. Под адресом — одна строка, как приговор: Они уже знают. Вопрос — когда придут. Римус поднял глаза на Дамблдора. — Значит, не письмо. Не волна. Не случайность. Дамблдор кивнул. — Утечка. Или покупка. Или человек, который решил, что закон — это повод для охоты. Фигг добавила сухо: — И ещё. Я видела их. Один — большой, шёл так, будто ему не нужны дороги. Второй — вежливый. Слишком. Римус закрыл глаза на мгновение. — Сивый… и кто-то из головы. Дамблдор подошёл ближе. — Римус. Ты прав: ты должен выйти в игру. Но игра будет наша. Римус сжал листок так, что бумага смялась. — Где они будут ждать? Фигг посмотрела на него как на человека, которого ей не хочется хоронить — но она уже давно перестала задаваться вопросом “хочется”.— На старой развилке у моста, — сказала она. — Там, где удобно перехватывать тех, кто идёт “к дому”. Они поставили людей. Не магов — обычных. С глазами, которые запоминают лица. Римус выпрямился. — Тогда я пойду туда. Пусть подумают, что я веду их к Норе. Дамблдор не остановил. Только сказал тихо: — Ты не обязан быть героем. Ты обязан быть умным. Римус кивнул. — Я буду умным, — сказал он. — И злым. Он натянул рукав, закрывая узел на запястье, взял палочку, и на секунду задержался у двери. — Альбус, — сказал он, не оборачиваясь. — Если я не вернусь… — Вернёшься, — перебил Дамблдор спокойно. — Я не согласен на другой вариант. Римус хмыкнул — коротко, без радости — и ушёл вместе с Фигг в ночь, которая пахла дорогой и грязными решениями. На развилке было тихо. Слишком тихо для места, где “просто ждут”. Фигг остановилась первой, наклонила голову. — Слышишь? — спросила она. Римус слышал. И тогда из темноты вышла фигура — большая, тяжёлая.Фенрир Сивый улыбнулся, показывая зубы так, будто слова ему больше не нужны. — Ну здравствуй, волк, — сказал он ласково. — Мы думали, ты исчез. Римус поднял палочку. — Я не исчез, — ответил он тихо. — Я просто выбрал, где вы будете умирать. И сзади, в темноте, щёлкнул металл — не палочка. Артефакт. Тот самый, который умеет делать из охоты систему. Фигг резко вдохнула: — Римус… Потому что на камне у моста лежала маленькая стеклянная ампула. И даже не открывая её, Римус уже знал, что внутри. Кровь. Его кровь. А значит, этой ночью охотиться будут не по магии. И не по бумаге. Этой ночью охотиться будут по телу.