Глава 13. Осколки чужого счастья

​От лица Эмили Холл ​Я медленно опустила телефон после разговора с Нэнси. Её ярость была мне приятна — это значило, что она напугана. А напуганный человек совершает ошибки. ​Я набрала номер «сэра». ​— Меня раскусили, сэр, — произнесла я ледяным тоном. — Нэнси Уорхол оказалась чуть сообразительнее, чем мы рассчитывали. Но не беспокойтесь. У меня всё под контролем. На такой случай у меня есть план «Б». ​— Хорошо, — прозвучал в трубке короткий, властный голос. — Действуй. ​Я спрятала телефон и натянула тонкие латексные перчатки. Эна мирно спала, её дыхание было тяжелым под воздействием препарата. Я достала из кармана небольшое устройство — компактный чип-дешифратор. Одно движение, и гаджет подключился к её телефону, лежащему на тумбочке. ​Экран вспыхнул. Код побежал по строчкам, обходя защиту. Секунда, две... Разблокировано. ​Я быстро заскользила пальцами по контактам и сообщениям. Мои глаза зацепились за одну запись. — Интересно... — прошептала я. ​В блокнот легли две строчки: ​Адрес Эны: Квартира в старом квартале Копердейла. ​Номер: Норт Уорхол. ​Я усмехнулась. Еще одно имя в этой запутанной семейной паутине. Я выдернула чип, стерла все следы программного взлома и вернула телефон на место. Эна даже не пошевелилась. ​Я шла к парковке спокойным, уверенным шагом. На ходу я срывала с себя атрибуты «мисс Грей»: белый халат, парик, маску и перчатки. Всё это отправилось в мусорный бак за углом. Теперь я снова была просто Эмили — холодная, элегантная, опасная. ​Я увидела, как мимо меня пролетели Нэнси и Эмма. Они бежали в здание, задыхаясь от тревоги. Я замерла на мгновение, глядя им в спины, и на моих губах заиграла хитрая, почти торжествующая улыбка. ​— Бегите, бегите, — тихо сказала я. — Пока вы ищете её в палате, я найду то, что она прячет дома. ​К тротуару бесшумно подкатила черная машина с тонированными стеклами. Я села на заднее сиденье и протянула водителю листок с адресом Эны. ​— Поехали. Нам нужно быть там раньше, чем они поймут, что я искала. ​Машина тронулась, растворяясь в тумане Копердейла, оставляя Нэнси и Эмму позади, в ловушке, которую я сама для них создала. От лица Нэнси ​Мы с Эммой ворвались в палату Эны, едва переводя дыхание. Эна лежала неподвижно, её лицо было неестественно бледным, но ритмичное движение грудной клетки подсказало — она жива. Просто спит. ​— Слава богу... — выдохнула Эмма, опускаясь на край кровати. — Она просто спит. ​В этот момент в палату зашел лечащий врач. Он удивленно поправил очки, глядя на наш взбудораженный вид. ​— Дамы, тише, пожалуйста. Мисс Бенсон сейчас нужен отдых. Медсестра заходила к ней буквально десять минут назад, ввела успокоительное. Это стандартная процедура перед вечерним обходом. ​— Подождите, — я резко обернулась к нему. — а у вас заменили медсестру? ​— Никакой замены и не было, — нахмурился доктор. — Наша дежурная медсестра, мисс Кларк, должна была... ​Договорить он не успел. Дверь палаты снова открылась, и в проеме показалась запыхавшаяся женщина в халате медсестры ​— Доктор, вы уже здесь? — удивленно спросила медсестра. — Я как раз пришла сделать мисс Бенсон инъекцию успокоительного. Простите за задержку, на посту было много бумаг. ​В палате повисла тяжелая, звенящая тишина. Доктор медленно перевел взгляд с медсестры на спящую Эну. ​— О чем вы говорите, мисс Кларк? Вы же только что вышли отсюда. Я сам видел, как вы закрывали дверь. ​— Но я только что поднялась с первого этажа! — медсестра побледнела, прижимая лоток со шприцем к груди. — Я еще не заходила к пациентке! ​От лица Эммы ​Холод пробежал по моей спине. Я посмотрела на Нэнси — она уже всё поняла. Её глаза горели яростным, понимающим огнем. ​— Доктор, проверьте состояние Эны! Немедленно! — крикнула Нэнси. ​Врач, осознав серьезность ситуации, бросился к мониторам. Администратор больницы, привлеченная шумом, вбежала в палату. ​— Что здесь происходит? — закричала она. — Я лично видела по камерам, как медсестра зашла в 402-ю и вышла через пять минут! Я еще подумала, как быстро мисс Кларк справилась. ​— Посмотрите на записи еще раз! — Нэнси схватила администратора за плечо. — Это была не мисс Кларк. ​Мы все высыпали в коридор к посту охраны. На мониторе черным по белому было видно: женщина в маске, парике и очках, абсолютно идентичная настоящей медсестре, уверенно заходит в палату. Она действует профессионально, не вызывая подозрений. Через несколько минут она выходит, поправляет халат и скрывается за поворотом к черному выходу. ​— Боже мой... — прошептала настоящая медсестра, закрывая рот рукой. — Она выглядит в точности как я со спины. Кто это? ​— Это призрак, — глухо ответила я. — Призрак, который только что усыпил Эну, чтобы выиграть время. ​От лица Нэнси ​Врач вернулся к нам через минуту, он выглядел потрясенным. — С мисс Бенсон всё будет хорошо. Ей ввели обычный препарат для глубокого сна, доза не критична. Но если медсестра утверждает, что это была не она... значит, в палату проник посторонний. ​— Это была Эмили Холл, — я посмотрела на Эмму. — Она не просто психотерапевт. Она профессиональный манипулятор. Пока мы бежали сюда, она сделала своё дело. ​Она не просто так зашла к Эне. Она что-то искала. Или что-то оставила.И в этот момент я посмотрела на ее телефон ​— Эмма, проверь её телефон! — осенило меня. ​Эмма бросилась к тумбочке. Телефон лежал на месте, но когда она включила ее и открыла пароли не была. ​— Вот без пароли ​Я поняла. Она не украла телефон. Она считала данные. И теперь она знает всё, что знала Эна.О ее квартире. Семья Стоун ​— Нам нужно уходить, — я схватила сумку. — Если ей нужны были информация о Эне то нужна пойти к ее квартире От лица Эмили Холл ​Я вошла внутрь, плотно прикрыв за собой дверь. Времени было мало. Нэнси и Эмма скоро поймут, что в больнице их водили за нос, и примчатся сюда. Мне нужно было найти что-то весомое: документы, старые письма, любую зацепку, которая связывала бы Жанну с этим местом. ​Я методично обыскивала шкаф за шкафом. Мои пальцы в латексе скользили по корешкам книг, перебирали счета за электричество и старые открытки. Пусто. Слишком обыденно. ​Я подошла к комоду в спальне и замерла. В простой деревянной рамке стояла фотография. На ней была Эна — моложе, чем сейчас, с ярким блеском в глазах. А рядом с ней... маленькая девочка. Она обнимала Эну за шею, и обе они смеялись так искренне, будто в мире не существовало зла. ​Я взяла снимок в руки. На обратной стороне аккуратным почерком было выведено: ​«Самой лучшей сестре». ​В груди что-то болезненно екнуло. Я смотрела на лицо этой маленькой девочки, и вдруг мир вокруг меня начал расплываться. Одинокая слеза сорвалась с моих ресниц и упала прямо на пол. Я тут же резко смахнула её тыльной стороной руки. ​— Глупости... — прошептала я сама себе. — Просто пыль. ​Я продолжила искать и нашла еще одну фотографию в ящике. Снова они вдвоем. Счастливые. На фоне какого-то старого парка. И в этот момент на меня нахлынуло воспоминание, которого я не ждала. ​Женщина. Она смеется, запрокинув голову, и кружит меня в воздухе. Её смех звучит как колокольчик. «Ты моя самая лучшая...» — шепчет она. ​Я зажмурилась, пытаясь изгнать этот образ. Голова запульсировала от напряжения. Еще одна слеза скатилась по щеке, и я снова стерла её, злясь на свою слабость. Эмили Холл не плачет. У Эмили Холл нет прошлого, есть только задание. ​Вдруг снизу, из подъезда, донеслись приглушенные голоса. Нэнси. И Эмма. Они были уже близко. ​Я мгновенно пришла в себя. Холодный расчет вытеснил минутную слабость. Я схватила ту самую фотографию с надписью «Самой лучшей сестре», сунула её во внутренний карман пальто и бесшумно выскользнула из квартиры, закрыв за собой замок. ​От лица Нэнси ​Мы взлетели на этаж, задыхаясь от быстрого бега. Эмма дрожащими руками пыталась вставить ключ в замок. — Быстрее, Эмма! — торопила я, оглядываясь на лестничную клетку. Мне казалось, что тени Копердейла следят за нами. ​Дверь открылась. Мы ворвались внутрь, ожидая увидеть разгром, но в квартире было пугающе тихо. Всё стояло на своих местах. ​— Кажется... она не успела? — прошептала Эмма, обходя комнаты. ​Я подошла к комоду. Там было пусто как будто что то раньше стояла там ​От лица Эмили Холл ​Я уже сидела на заднем сиденье черной машины. — Уходим. Живо, — бросила я водителю. ​Машина тронулась, растворяясь в вечернем тумане Копердейла. Я достала украденную фотографию. Пальцы в перчатках коснулись лица маленькой девочки на снимке. Почему эта простая карточка жгла мне руки сильнее, чем любые секретные досье? ​Я смотрела в окно на мелькающие огни города. Копердейл хранит много тайн, но самая опасная из них, кажется, была спрятана не в архивах Ван де Кампов, а в моем собственном сердце. ​— «Самой лучшей сестре», — повторила я одними губами, и мой взгляд снова стал ледяным. — Прости, Эна. Но в Копердейле сестры — это непозволительная роскошь.