1. КРОШКИ В ПОСТЕЛИ

Как же душно! Похоже, климат-контроль опять сдох. Всё-таки придётся разориться и поставить новый. Хотя этот ещё вполне сойдет за ночник — вон, диск на потолке сияет, как живой. С глубоким вздохом Гай переворачивается на другой бок и утыкается взглядом в спину Рики. Вот кому духота не помеха! Хотя, может, устал на своей новой работе — лишь бы до кровати доползти. И что он там такое делает, интересно? Зарплата, видно, не трущобная. Сегодня таким бухлом угощал, что местный стаут потом не то что горло — глаза при взгляде на него обдерёт. Гай рассматривает спину Рики, его растрёпанные волосы. Как же крепко спит! Аж завидно. Обнял бы, но жаль будить. Гай подтыкает под щёку подушку и закрывает глаза. Ему всегда хорошо спится рядом с Рики — его размеренное дыхание убаюкивает. Не открывая глаз, Гай сладко зевает. Но нет, не спится. Душно. И тревожно. Хотя с чего бы? Подумаешь, сломался климат-контроль! Ну, расходы, но не страдать же теперь бессонницей! Гай мысленно едет по объездной — верное средство заснуть — и в какой-то момент понимает, что снова смотрит в потолок. Не спится. Беспокоит что-то. Такое, что сразу и не разберёшь. Как слабый неприятный запах. Гай принюхивается: да нет, ничем не пахнет. Хоть система вентиляции пока скрипит, но пашет. Гай ёрзает на постели — нигде ничего не мешает. Даже крошек на простыне нет. Рики пригрозил, что будет спать у себя, если ещё хоть раз обнаружит их в постели. А его тихое посапывание рядом Гай ценит. Вот оно! Рики не сопит. Гай приподнимается на локте и прислушивается к Рики – тишина. Тот не только не сопит – его плечи не двигаются от дыхания. В висках начинает болезненно стучать. Гай встаёт на четвереньки и прижимается ухом к спине Рики. Сейчас тот проснётся и покрутит пальцем у виска. Они поржут, обнимутся и будут спать. Или трахаться. Но нет. Рики не дышит. Гай переворачивает его на спину и цепенеет: чёрные глаза Рики открыты и смотрят прямо на него. Чёрные. Полностью. Без белков. Гай ловит ртом воздух в безуспешной попытке вдохнуть. Он смотрит в черноту на месте глаз Рики, и ему кажется, что она шевелится, закручивается воронкой, всасывает в себя. Гай тихо скулит, видя, как медленно открывается рот Рики. Шире. Шире. Он нестественно огромный, а в нём копошится чернота. Внезапно Рики садится на кровати, его рот оказывается прямо перед лицом Гая, и оттуда вместе с чернотой вырывается: «А-а-а!» Гай просыпается от собственного вопля.