Глава 38. Цена слов

Время не лечит. Оно расставляет всё по местам. Два месяца прошли незаметно и одновременно слишком долго. Хогвартс медленно входил в июнь: экзамены, повторения, усталость, разговоры о доме. Для большинства — привычный ритм конца учебного года. Для Гермионы — период, когда прошлое ещё раз попыталось напомнить о себе. Она была уже на шестом месяце. Живот стал заметным окончательно, движения — более размеренными, дни — короче. Школа постепенно перестала делать вид, что ничего не происходит. Теперь её не обсуждали — её принимали как факт. Именно тогда Рон решился. Это произошло после экзамена по чарам, в пустеющем коридоре. Он догнал её резко, будто боялся, что если остановится — передумает. — Гермиона, — сказал он неловко. — Нам нужно поговорить. Блейз был рядом, но остановился в нескольких шагах, не вмешиваясь. Он видел по её лицу: это разговор, который она должна закончить сама. — Говори, — сказала Гермиона спокойно. Рон замялся. Он явно готовил речь — и явно не ту. — Я… я не так всё хотел, — начал он. — Тогда. В гостиной. Я просто был зол. Ты же знаешь, я не со зла. Она смотрела на него внимательно, но без привычной мягкости. — Продолжай. — Мне было больно, — сказал он быстрее. — Ты ушла, всё изменила, будто мы ничего не значили. Ты могла хотя бы объяснить. Не вот так. Вот здесь она поняла. Он говорил не о ней. Он говорил о себе. — Ты закончил? — спросила она. Рон растерялся. — Я просто… хотел, чтобы ты поняла... — Я поняла, — перебила она. — Ты злился, потому что потерял контроль. Потому что я перестала быть удобной. — Это не про боль, Рон. Это про уязвлённую гордость. Он открыл рот — и закрыл. — И ещё, — добавила она тише. — Я больше не обязана спасать твои чувства. Особенно ценой своих. Это было сказано без злости. И именно поэтому — окончательно. Рон остался стоять в коридоре, пока она уходила. Он не попытался догнать.

***

Джинни подошла через пару недель. Не резко. Не с обвинениями. — Я была не права, — сказала она, глядя куда-то мимо. — Тогда. Я… слишком много сказала. Гермиона кивнула. — Да. — Ты злишься? — Нет, — ответила она честно. — Я просто сделала выводы. Это было хуже, чем злость. Джинни это поняла. — Я не знала, что всё так… — она замолчала. — Ладно. Просто… береги себя. Гермиона поблагодарила её кивком. Назад дороги всё равно не было.

***

Фред и Джордж выбрали момент ближе к концу экзаменов. — Мы тут подумали, — сказал Фред, подпирая стену. — И решили, что должны кое-что сказать, — добавил Джордж. — Это не извинения за всех, — продолжил Фред. — И не попытка всё исправить. — Это про ответственность, — сказал Джордж. — Мы были рядом. И не всегда вовремя закрывали рот другим. — Так что, — подытожил Фред, — если вдруг тебе важно — мы считаем, что ты была права. — И что Рон облажался, — добавил Джордж. Гермиона усмехнулась — впервые за долгое время искренне. — Спасибо, — сказала она. — Этого достаточно.

***

Июнь пришёл незаметно. Экзамены были сданы. Чемоданы начали появляться у стен. Хогвартс выдыхал после года, полного напряжения. Гермиона шла по коридорам медленно, чувствуя тяжесть в теле и странную лёгкость внутри. Старые связи больше не тянули назад. Они остались — как опыт. Как урок. Цена слов оказалась высокой. Но справедливой. Она больше не жила в прошлом. Не оправдывалась. Не объясняла очевидное. Впереди был дом. Лето. И новая жизнь, к которой она была готова куда больше, чем кто-либо ожидал. И если Гриффиндор остался позади — значит, так и должно было быть.