Глава 5

Альбус Дамблдор посмотрел на причудливый магловский дом перед собой и вздохнул. Прошло уже 10 лет с тех пор, как он оставил юного Хадриана с семьей, а Чарльза — с Джеймсом, надеясь обучить его однажды победить Волан-де-Морта. Он быстрым шагом поднялся по тропинке и громко постучал в дверь, его нетерпение встретить брата Чарльза росло. Если его план сработает, Адриан прибежит к ним с распростертыми объятиями обратно домой, к Джеймсу и Чарльзу. Дверь была быстро распахнута миссис Дурсли, которая с отвращением взглянула на его ужасные желтые одежды и впустила его внутрь. «Мальчик наверху, первая дверь справа», — поспешно произнесла она, даже не поздоровавшись, и удалилась в гостиную. Директор нерешительно направился к лестнице, заметив в воздухе неприятный привкус магии. Тёмная магия. Старший волшебник стоял у двери и тихо прислушивался, нахмурившись, когда не услышал никаких признаков присутствия мальчика внутри, после чего легонько постучал. Ответа не последовало, поэтому он медленно толкнул дверь. Дамблдор встретил холодный зеленый взгляд, устремленный прямо в его глаза. Шок пробежал по его телу, когда его взгляд упал на мальчика, сидящего на подоконнике. Он совсем не был похож ни на мать, ни на отца, внешность досталась ему от бабушки. Его острые черты лица чистокровного волшебника и шелковистые волосы кричали: «Черный». И все же его глаза, зеленые, как у матери, но такие разные. Болезненно-зеленые, цвета проклятия, от которого избежал его брат. «Привет, Хадриан», — поприветствовал Дамблдор, на его губах появилась вежливая улыбка, когда он вошел в комнату и закрыл за собой дверь. Он наблюдал, как мальчик закрывает книгу у себя на коленях и медленно оглядывает его с ног до головы. Его внимание тут же привлекло тихое шипение, и он, вместе с Адрианом, посмотрел вниз на маленькую черную змею, запутавшуюся в его пальцах. Когда мальчик молча погладил змею и снова поднял взгляд, его глаза были пустыми, в животе застыло тяжелое чувство. «Кто ты?» — спросил он, в его ледяном голосе слышалась неуверенность, когда он, прищурив глаза, посмотрел на странно одетого мужчину в своей комнате. «Меня зовут профессор Дамблдор», — представился он, садясь на старый деревянный стул рядом с кроватью мальчика и замечая, что в комнате мальчика почти ничего нет, кроме нескольких книг и кровати. «Я директор Хогвартса». «Хогвартс?» — спросил Хадриан, нахмурив брови и гадая, чего же этот странный человек от него хочет. «Мой дорогой мальчик, неужели твоя семья никогда не рассказывала тебе о Хогвартсе?» Альбус наблюдал, как губы мальчика сжались в тонкую линию, его взгляд упал на край слишком большой рубашки, и он выдернул из нее нитку. «Моей семье я не очень-то нужен, директор», — тихо произнес темноволосый мальчик, в его словах звучал яд. Ужас охватил его желудок при виде до боли знакомого тона его слов. «Твоя тетя никогда не рассказывала тебе о твоей семье? Или о твоем праве по рождению?» — спросил Альбус, гадая, не ошибся ли он, отдав мальчика в семью Лили. «Мне сказали, что моя семья погибла», — бесстрастно произнес он, снова посмотрев на змею и нежно погладив ее. Директора школы охватил шок. «Нет, нет, мой дорогой мальчик. Боюсь, это довольно долгая история». Он быстро произнес это, поглаживая бороду и откидываясь на спинку стула. Адриан тяжело сглотнул и скрестил ноги, ожидая объяснений. «Твой отец жив, и у тебя есть брат, близнец», — сказал Альбус с лёгкой улыбкой, надеясь, что эта новость принесёт мальчику радость. Однако единственной реакцией, которую он получил, были прищуренные, ядовито-зелёные глаза. Адриан стиснул зубы и слушал. «Начну с самого начала, Адриан. У меня сложилось впечатление, что твоя тетя рассказала бы тебе о твоем происхождении и о твоем мире», — протянул директор, готовясь после этого долго поговорить с родственниками мальчика. «Мой мир?» — спросил Адриан, слегка наклонив голову. Любопытство нахлынуло на него, когда он подумал о совершенно другом мире. «Да, мистер Поттер, вы волшебник, и вас приняли в мою школу чародейства и волшебства». У Адриана закружилась голова, когда профессор вручил ему запечатанный воском конверт с большим гербом. Эти слова и письмо должны были его встревожить. Ему следовало рассмеяться этому человеку в лицо и велеть ему уйти, но это логично. Это единственный способ, которым он может сделать то, что может. «Вся твоя семья — волшебники, за исключением материнской линии; твой отец происходит из одной из старейших волшебных семей нашего мира». Дамблдор кивнул, глядя на суровое лицо мальчика. «Я так и знал», — прошептал Хадриан, его губы дрогнули в едва заметной улыбке, когда он посмотрел на другого волшебника. «Я знал, что отличаюсь от них». Старый директор слегка побледнел, ужас распространился, когда Хадриан поднял взгляд, и его глаза почти светились. Он тренировал брата мальчика, Чарльза, уже много лет, но так и не смог освоить его магию. Но у Адриана... Это чувство тяжести и неопределенности витает вокруг него. Ужасно похоже на то, что чувствует Том. «А теперь Адриан…» Он нерешительно смотрел, пытаясь подобрать слова, пока страх пронизывал его до костей. Эта ситуация слишком похожа на ту, что он пережил более 50 лет назад. «Я уверен, что ваши тетя и дядя просто делали то, что считали лучшим…» «Простите за прерывание, профессор», — сказал Адриан, глядя в странные, сверкающие голубые глаза. «Но если мой отец жив, почему я здесь?» — спросил он, и в его глазах нарастала та же злость, что и в ожидании объяснения тому, почему его игнорируют жестокие родственники. «Я избавлю вас от подробностей, ведь вы всего лишь мальчик». Директор кивнул, глядя на ангелоподобного ребёнка в окне. «Но наш мир был в состоянии войны, и довольно долго. Ваши родители боролись с тёмными силами ещё со школьных лет…» — О чём была война? — снова перебил Адриан. Но на этот раз директор не ответил на его вопрос. «Пожалуйста, не перебивайте, мальчик мой, это неприлично». Адриан раздраженно прикусил язык и промолчал. «Ваши родители боролись с очень темным волшебником, человеком, который творил такое зло, что люди боялись одного упоминания его имени», — продолжил Дамблдор, несмотря на интерес, который появился на лице мальчика по мере того, как он узнавал дальше. «Его звали Лорд Волан-де-Морт. Ваши родители довольно долго сражались с ним и его многочисленными последователями». «Лорд Волан-де-Морт преследовал вашу семью 10 лет назад. Ваш отец выжил, а мать погибла, защищая вас и вашего брата», — сказал седовласый мужчина, взглянув на маленькую змею, которая ползла по тонкой руке мальчика, тихо шипя. «Она безобидна». Глаза Адриана сузились, когда мужчина посмотрел на его питомца мрачным взглядом. Он был расстроен, не понимая, почему до сих пор не получил от него внятного ответа; новость о смерти матери не стала для него большим потрясением. Ему уже много лет говорили, что она умерла, профессор лишь подтвердил это. «Очень хорошо…» Директор немного помедлил, прежде чем продолжить. «Тебя поместили к тете и дяде из-за твоего брата». "Мой брат?" — бесстрастно спросил Адриан, с недоверием глядя на мужчину. «Да, мой мальчик. Твой брат. В ту ночь, когда лорд Волан-де-Морт напал на твою семью, он наложил заклинание — проклятие настолько темное, что оно запрещено Министерством. Оно мгновенно убивает любого или что угодно, и, насколько известно, никто не выжил после его применения». Адриан глубоко вздохнул. Его глаза широко раскрылись, он с нетерпением ждал продолжения. Дамблдор сглотнул ком в горле, его беспокойство нарастало, когда он заметил отсутствие раскаяния по отношению к матери у этих мальчиков. «Так было до тех пор, пока лорд Вольдеморт не наложил проклятие на твоего брата, и оно не отскочило. Он победил его и установил мир в нашем мире». Альбус кивнул, улыбаясь, в надежде, что это вернет к ним молодого Хадриана. «Тебя отдали к тете и дяде, чтобы мы могли обучить Чарльза, ведь он же Мальчик, Который Выжил. Обучение было и остается для нас первостепенной задачей. Тебя поместили сюда ради безопасности не только тебя, но и твоего отца и брата». Адриан уставился в пол и тяжело вздохнул. Долгожданные ответы наконец-то стали известны, и вот почему...? «Меня сюда поместили — чтобы моего брата прославили?» — прошептал он, чувствуя, как от гнева сжимается грудь, и закрывая глаза, он ощущал нарастающее покалывание в руках. Неужели его брат был настолько могущественным и великим, что они предали его брату-близнецу? Улыбка медленно сползла с губ директора, когда он почувствовал, как магия мальчиков ускользает из-под его контроля. «Уверяю тебя, Адриан, твой отец и брат очень тебя любят…» — Где же они тогда? — резко спросил Адриан, его взгляд был жёстким, а голос — каменным. — Почему они никогда не приходили? Почему они даже не разговаривали со мной? — прошипел он, дёрнув рукой за дверь и наблюдая, как она распахнулась. У Дамблдора пересохло в горле от демонстрации магии без палочки. Взгляд его зловещих глаз говорил о том, что мальчик точно знал, что делает. «Я хотел бы, чтобы вы покинули мою спальню, сэр». Он выдавил это сквозь стиснутые зубы, голова кружилась, когда он увидел, как мужчина в жалких желтых одеждах нерешительно встал. «Твой отец хотел бы, чтобы ты вернулся домой», — сказал Альбус, но, хотя его мучило предчувствие, слова остались без внимания. «Скажи моему отцу », — тихо ответил Адриан, когда директор вышел из своей комнаты и посмотрел на мальчика сверху вниз. В животе у него сжималось чувство сожаления. «Он потерял всякое право на меня, когда на протяжении 10 лет пренебрегал мной ради моего брата». Адриан отступил на шаг назад, молча посмотрел на профессора и громко захлопнул дверь. Альбус стоял у двери комнаты мальчика, сожалея о том, что когда-либо привёл его сюда. Много лет назад он совершил ошибку, и теперь время поджимает, чтобы вернуть Адриана на их сторону, пока не стало слишком поздно. Этот мальчик силен, очень силен, и если Адриан будет сражаться на стороне противника, это не сыграет ему на руку.