Глава 11: Среди волков

Когда они вышли на лестничную площадку, внизу уже кипела жизнь. Запах табака, дешевого пойла и сырого мяса ударил Гермионе в лицо, заставляя желудок сжаться. Егеря смеялись — громко, хрипло, обсуждая предстоящую облаву. Но как только фигура Скабиора показалась на верхней ступени, гул начал стихать. Он намеренно замедлил шаг, ведя ее за собой. Его пальцы на ее плече касались грубой ткани куртки, которую он на нее набросил. Скабиор не просто вел ее — он демонстрировал ее, наслаждаясь каждым взглядом, брошенным из толпы. Он остановился на середине лестницы. Гермиона чувствовала исходящую от него уверенную силу. Внизу, в полумраке трактира, блеснули десятки глаз. Егеря смотрели на нее, но стоило Скабиору обвести их своим острым, насмешливым взглядом, как шепотки прекратились. Он наклонился к ее уху, едва касаясь губами растрепанных волос. От него пахло дорогим табаком и холодным ноябрьским лесом — странно притягательный аромат, который выбивался из общего смрада этого места. — Не бойся, милая, — вкрадчиво шепнул он. Его голос, низкий и вибрирующий, заставил её на мгновение забыть о страхе перед толпой. — Здесь любят слабых, но боятся тех, кто принадлежит мне. Скабиор лениво обвел взглядом зал, и его губы тронула хищная ухмылка. — Нам нужно навестить одного старого чудака, — прошептал он, и его пальцы несильно сжали её предплечье. — Лавгуд заперся в своей башне не желая принимать гостей. Но я думаю, увидев твое милое личико, он станет куда более гостеприимным. Он резко выпрямился и кивнул своим людям, которые уже начали подниматься из-за столов, проверяя палочки и ножи. Гермиона замерла, понимая, что он делает её соучастницей засады. Скабиор заметил её колебание и, наклонившись, добавил тихим, обволакивающим голосом: — Не заставляй меня применять силу, Грейнджер. Тебе ведь не хочется, чтобы я тащил тебя туда на себе? Куда приятнее прогуляться под руку, не так ли? Скабиор не сводил с неё глаз, и в их глубине плясали опасные искры. Он явно наслаждался её замешательством. — Или тебе нравится, когда тебя берут силой? Гермиона резко вскинула голову, столкнувшись с его взглядом — тёмным, насмешливым и пугающе проницательным. Его слова хлестнули её, заставляя щёки вспыхнуть то ли от возмущения, то ли от странного, лихорадочного напряжения. Она хотела что-то возразить, но воздух застрял в легких, когда он медленно сократил расстояние между ними, заставляя её почувствовать жар своего дыхания. Он предложил ей локоть с вкрадчивой, почти аристократичной грацией, которая в его исполнении выглядела пугающе. Гермиона смотрела на его руку, понимая, что этот жест — лишь красивая обертка для приказа. Вокруг них уже вовсю гремели тяжелые сапоги егерей, предвкушающих наживу, и этот контраст между грубой силой толпы и изысканной угрозой Скабиора заставлял её сердце биться в разы быстрее. Она осторожно коснулась его руки, и Скабиор тут же накрыл её ладонь своей, закрепляя хватку. — Умница, — его глаза блеснули торжеством. — Идем. Они шли по узкой тропе, ведущей к холму. Яксли держался чуть поодаль, словно сама земля, по которой ступали егеря, была ему противна. Его холодный взгляд то и дело вонзался в спину Скабиора. — Ты слишком долго возишься с ней, — нарушил тишину Яксли. Его голос звучал как хруст льда. Скабиор даже не обернулся. Он продолжал вести Гермиону, крепко удерживая её за руку, и лишь слегка замедлил шаг. — Лавгуд — параноик, — бросил он с ленивой хрипотцой. — Если он учует твой «чистокровный» пафос, то подорвет башню вместе с нами. А на девчонку он выйдет сам. — Она — инструмент, Скабиор. После этого она будет не нужна. Перестань вести себя так, будто она имеет ценность выше рыночной. Твои замашки наемника начинают утомлять. Скабиор резко остановился и наполовину обернулся к Пожирателю. На его лице играла дерзкая, почти вызывающая ухмылка. — Мои замашки приносят тебе на серебряном блюдечке тех, кого ты сам поймать не в состоянии, — он намеренно понизил голос, делая его пугающе вкрадчивым. — Я знаю, как обращаться со своей добычей. Она пойдет к двери, позовет его, и он откроет. А что я буду делать с ней после того, как она выполнит свою роль… разве это твое дело? Яксли подошел ближе. Игнорируя Скабиора, он направил кончик палочки прямо к горлу Гермионы, заставляя её до предела вжаться спиной в грудь егеря. — Каково это, Грейнджер? — вкрадчиво прошипел Яксли, и в его глазах блеснуло холодное любопытство. — Быть величайшим умом своего поколения... и закончить вот так? В качестве игрушки у этой дворняги. Тишина леса стала липкой. Гермиона чувствовала, как за её спиной буквально каменеет Скабиор. Его дыхание на мгновение перехватило, оно стало тяжелым, а пальцы впились доболи в её плечо. Он медленно перевел взгляд с палочки Яксли на самого Пожирателя, и на его губах, вопреки ярости, начала расплываться кривая, издевательская ухмылка. — «Дворняги»? — Скабиор склонил голову набок, прищурившись. — Мило. Он выдержал паузу, обдавая Гермиону запахом табака, и вдруг подался вперед, сокращая дистанцию с Яксли до минимума. — Хочешь, я её тебе отдам? — вкрадчиво предложил он. — На, держи. Сам потащишь её через эти дебри. Будешь следить, чтоб не сбежала, пока ты там пылинки с мантии сдуваешь. Хочешь? Яксли брезгливо скользнул взглядом по её растрепанным волосам и грязным ботинкам. Он едва заметно поморщился и медленно отвел палочку. — То-то же, — подняв бровь хмыкнул Скабиор. Он резко дернул её обратно к себе, едва не сбив с ног, и собственнически поправил воротник наброшенной на неё куртки. — Смотри не заиграйся, егерь, — бросил Яксли через плечо, удаляясь в туман. Когда шаги Яксли стихли, Скабиор наклонился к её уху и едва слышно прошептал: — Ты ведь не думала, что я и правда тебя отдам?