Глава 12: Только пепел

Они замерли у самого подножия башни. Скабиор шумно втянул носом холодный воздух, будто пробуя его на вкус, и на его лице заиграла та самая хищная ухмылка. — Пришли, — Его голос — хриплый, вкрадчивый — заставил её вздрогнуть. Он остановился, затянув Гермиону в глубокую тень раскидистого кедра, пока егеря и Яксли бесшумно рассредоточивались вокруг. Скабиор резко развернул её к себе, удерживая за плечи. Его взгляд скользил по её лицу с ленивым любопытством, на мгновение задержавшись на губах. — Слушай внимательно, милая... — он намеренно растянул последнее слово, смакуя его на языке. — Сейчас ты выйдешь на свет. Лавгуд должен увидеть твое личико. Ты постучишь и скажешь, что ты одна. Что мальчишки... ну, скажем, потерялись. Он наклонился еще ниже. От него пахло табаком и опасностью. — Если старик заподозрит неладное и не откроет дверь через полминуты... — Скабиор сделал театральную паузу и обвел взглядом темные окна башни. — Это место взлетит на воздух. Он на мгновение сжал её плечо — не грубо, но так, что она почувствовала стальную хватку под его кольцами. — Иди, — прошептал он. — А мы подождём в тени. Он подтолкнул её ладонью в спину, и Гермиона, спотыкаясь, вышла из тени деревьев к залитому лунным светом крыльцу. Гермиона стояла на крыльце, стараясь дышать ровно. Когда щелкнул последний засов, дверь медленно приоткрылась. Ксенофилиус не сразу решился выйти — сначала в щели показалось его бледное, осунувшееся лицо. Увидев Гермиону, он на мгновение расслабился и сделал шаг навстречу, выходя на порог. Но стоило ему заметить надвигающиеся тени, как его лицо покрылось мертвенной бледностью и страхом. Лавгуд вскинул палочку, действуя отчаянно. Короткая вспышка заклинания разрезала полумрак, но один из егерей, стоявший на пути, коротким взмахом тут же отразил его. Заклятие с сухим треском отскочило в сторону и попало прямо в Гермиону. Грейнджер не успела даже вскрикнуть — ударная волна отбросила её в сторону, и она тяжело рухнула на сырую траву, мгновенно потеряв сознание. Скабиор резко повернул голову, провожая её падение взглядом. В следующую секунду, когда егеря уже скрутили Лавгуда и затащили его в дом, шум потасовки стал для Скабиора лишь фоном. Он не спешил. Он медленно, почти лениво направился к тому самому егерю, который так неудачно отразил удар. Тот, всё еще тяжело дыша, стоял на крыльце, не замечая приближающейся тени. Скабиор подошел вплотную. Без единого слова и лишних эмоций на лице он перехватил запястье егеря. Движение было настолько быстрым, что тот даже не успел вскрикнуть. Скабиор спокойно, без суеты, одним резким движением вывернул руку мужчины. Раздался сухой хруст. Егерь согнулся от боли, едва не рухнув на колени, но Скабиор не выпустил его. Он наклонился к самому лицу подчиненного и вкрадчиво, с тихим, утробным рычанием произнес: — Я ведь предупреждал... Ты слышал каждое моё слово. Он чуть сильнее сжал поврежденную кисть, заставляя егеря зашипеть. — Никто не смеет трогать то, что принадлежит мне. В следующий раз я эту руку просто вырву. Убирайся. Скабиор разжал пальцы, и тот, прижимая руку к груди, поспешил скрыться в дверях. Оставив его позади, Скабиор так же спокойно подошел к Гермионе. Он без лишних церемоний подхватил её на руки и занес в дом. Опустив её на пыльный диван, он выпрямился, не сводя с неё глаз. Скабиор с пугающим спокойствием шагнул к Гермионе. Без лишних церемоний он подхватил её на руки, прижимая к себе так крепко, что она чувствовала каждое движение его сильных мышц. Он мягко опустил её на пыльный диван, но не отстранился, а замер прямо над ней, тяжело дыша. В его взгляде не было и тени сострадания — только темная, пугающая сосредоточенность. Он медленно стянул перчатку с правой руки и коснулся кончиками пальцев её шеи, проверяя пульс. Его кожа была горячей, почти обжигающей на фоне её ледяного оцепенения. — Очнись, — его голос прозвучал как низкий рокот, от которого внутри у Гермионы всё завибрировало. — Посмотри на меня. Гермиона приоткрыла глаза, и мир перед ней поплыл. Первое, что она увидела — его лицо, искаженное маской хищного удовлетворения. — Пришла в себя, птенчик ? — прошептал он. Он наклонился к самому её лицу и бесцеремонно запустил пальцы в спутанные волосы, заставляя её смотреть прямо на него. В этом жесте не было нежности — только абсолютное право собственности. Тем временем Сивый что-то коротко шепнул Яксли. Пожиратель медленно повернулся, его взгляд вонзился в Гермиону. — Мы знаем, что вы были здесь, — произнес Яксли низким, лишенным эмоций тоном. — Зачем вам понадобилось сюда идти? Что вы искали? Гермиона могла лишь мелко дрожать. Мысли лихорадочно метались в её сознании, но страх выжигал любые логичные ответы, оставляя лишь звенящую пустоту. Не дождавшись реакции, Яксли сорвался с места. Одним резким движением он мертвой хваткой вцепился в её волосы и силой стащил с дивана. Гермиона вскрикнула, когда её колени болезненно столкнулись с грязным полом. — Может, ты лучше запоешь под «Круцио»? — он холодно обернулся к своим людям. — Парни, завязывайте здесь и уберите за собой. А с ней мы отправимся в Министерство. Нам есть о чём поговорить, верно, Скабиор? Яксли вскинул бровь, вопросительно глядя на егеря. Скабиор внешне оставался невозмутимым, хотя внутри всё закипало. Как бы его ни бесил Яксли, тот был нанимателем, а открытое неподчинение приказу в присутствии стаи могло обернуться чем угодно. К тому же, это был идеальный шанс преподать Грейнджер урок: показать, чья рука на самом деле держит поводок . — Конечно. Я разберусь, — с ленивой, хищной ухмылкой бросил Скабиор. Он продолжал сидеть на подлокотнике дивана, смакуя момент её абсолютного унижения. Затем он поднялся. Медленной, кошачьей походкой Скабиор подошел к Яксли. Ловким, властным движением егерь перехватил тяжелую руку Пожирателя, вырывавшую ей пряди. Гермиона непроизвольно выдохнула от секундного облегчения, но хватка Скабиора оказалась не менее крепкой. Он рывком притянул её к своей груди, не оставляя места даже для вдоха. Разница в их росте была настолько велика, что ему пришлось наклониться, наматывая её волосы на кулак. Он дернул их назад, заставляя её запрокинуть голову, чтобы вместо макушки увидеть перепуганное личико. — Солнышко, — прошептал он вкрадчивым голосом, от которого по спине Гермионы пробежал ледяной холодок. Его голос успокаивал но не слова.— Будет больно. Будет невыносимо. Ты будешь дрожать от холода и страха, тебе придется молить меня, чтобы я остановился... но ты ведь сильная девочка, правда? Он на мгновение замолчал, вглядываясь в её зрачки. — Посмотрим, как долго ты сможешь сопротивляться мне в этот раз, — с нежной, пугающей улыбкой шепнул он. — В Министерстве ты замкнешься в своей морали, пока дементоры не высосут из тебя всё. Я угадал? Я же знаю вас, гриффиндорок. — К рассвету мне нужны ответы, Скабиор, — отрезал Яксли. — Если она не заговорит — убей. Пожиратель развернулся и в то же мгновение исчез в вихре трансгрессии. — Слышала, солнышко? — Скабиор склонился к её уху, обжигая кожу словами. — Похоже, сегодня я буду наслаждаться твоим пением. Нам тоже пора. Их глаза на мгновение встретились в немом, отчаянном противоборстве. Скабиор резко дернул её вниз, заставляя смотреть в пол и плестись следом за его широким, уверенным шагом. Гермиона едва не падала, инстинктивно вцепляясь обеими руками в его мощное предплечье, чтобы хоть немного унять тянущую боль в корнях волос. Как только они переступили порог, Скабиор коротким кивком подал знак оставшимся егерям. Те, словно только и ждавшие приказа, вскинули палочки. За их спинами небо окрасилось в грязно-багровый цвет. Сухое дерево башни Лавгуда вспыхнуло, как охапка соломы, выбрасывая в ночной воздух снопы искр и едкий магический дым. Гермиона рванулась, оглядываясь на пламя, но Скабиор лишь сильнее сжал её предплечье, рывком разворачивая к лесной чаще. — Не смотри назад, пташка , — прохрипел он, и его голос перекрыл гул разгорающегося пожара. — Там больше ничего нет. Только пепел.