Часть 19. Тиамат

Медленно открываю глаза и зеваю. Вчера я вернулась домой - к своей семье. Оглядывая комнату, на меня накатывает странное чувство ностальгии. Такое ощущение, что меня здесь не было целую вечность, а ведь всё случилось совсем недавно. Вся мебель, одежда и даже беспорядок на столе, всё осталось таким же, каким и было. Ничего не изменилось, кроме одного – меня самой. - Доброе утро, - Сэм зевнул и потянулся, - Как ты себя чувствуешь? Всё хорошо? Вчера, мы не стали долго засиживаться, ведь девочкам нужно было ещё дойти до своих домов. Лиз, Мэл и Микаэлла ушли вместе, а я попросила Сэма остаться со мной на ночь. В детстве, мы часто устраивали подобные ночёвки, но потом они как-то сошли на «нет». Но не из-за этого я попросила его со мной остаться – нет. Из-за страха. Закрывая глаза, я вижу кроваво-красную оптику Мегатрона, слышу его дикий звериный рёв, чувствую его металлические «лапы» вокруг меня. Он стал моим ночным кошмаром. И этот кошмар повторяется каждую ночь. Я стала видеть его ещё в больнице, но не рассказала об этом никому. Ночью я вздрагиваю и просыпаюсь в холодном поту, затем засыпаю и снова просыпаюсь, и так по кругу. И почему-то мне кажется, что я вижу этот сон не просто так, хотя…не только этот сон. Вообще в моей жизни теперь ничего не будет просто так. - Да, Сэм. – я улыбнулась, - Всё хорошо. Внезапно, брат подсел ко мне ближе, обнял и прижался своей щекой к моей макушке. И снова я в этом тёплом и родном кольце рук. - Рики, не ври мне. Я чувствовал, как ты вздрагивала всю ночь. Тебе снятся кошмары? У нас с Сэмом всегда была особенная связь: мы оба чувствовали, когда одному из нас плохо или он в беде. Я слышала, конечно, что у близнецов такое не редкость, но ощущать такое – совсем другой уровень. Порой мы даже хотели одного и того же: еду, кроссовки, футболки, даже места для отдыха выбирали одинаковые. - Не снятся, а мучают Сэм. – брат молча слушал, поглаживая меня по голове, - Это началось ещё в больнице. Меня мучает Мегатрон. - Это просто сон, сестрёнка. Всё кончено – его больше нет. - Нет, Сэм. Всё только начинается. По крайней мере, для меня - уж точно.

***

Сэм смотрел в глаза сестры и понимал – она права. В её карих глазах больше не было того блеска, что заставлял других улыбаться; не было того огня жизни, который заставлял её идти только вперёд. Теперь он видел в них лишь усталость и смирение. И это его обескураживало. Он чувствовал, что сестра что-то от него скрывала. - Рики…Сейчас, я не знаю, как тебе помочь, но…я всегда буду рядом, никогда не оставлю тебя. Я всегда тебя выслушаю и сохраню твои тайны. Ты это знаешь, поэтому, если тебя что-то тревожит – расскажи. Тебе самой от этого станет легче. Эрика подняла голову и в упор посмотрела на брата. С одной стороны, она хотела рассказать ему о том, что её тревожит, ведь знала, что брат, всегда встанет на её сторону и пойдёт с ней до конца, но с другой стороны, она боялась за его жизнь. А вдруг этим она подставит его под удар? Сэм хотел вернуться к обычной жизни человека – тусоваться с друзьями, любимой девушкой, учиться в школе и так далее. Она тоже хотела вернуться к такой жизни, но…не может, а у брата есть этот шанс. Так вдруг, раскрыв свои тайны, она отнимет у него этот шанс? «Но ведь сомнения объединяют людей в поиске ответов, в то время как убеждения часто их разделяют...» - шёпот, исходящий из самого сердца... - Сэм, я…Мне кажется, что я схожу с ума… Помогает сделать правильный выбор…

***

Я рассказала брату всё как есть. С самого начала. Рассказала о снах, о Искре, о голосе, что назвал меня Тиамат, о сомнениях и страхах. Конечно я сильно рисковала, когда сделала это, но назад дороги нет. И что-то внутри, мне подсказывало, что я не ошиблась с этим решением. - Рики, честно… - Сэм выглядел ошарашенным, - Я просто в шоке, но…А вдруг… - «Вдруг» что? - Я тут подумал, если ты говоришь, что Искра будто опустела, то…может…И её энергия теперь в тебе? Вот теперь ошарашена была я. Я об этом ни разу и не подумала. Вспомнив день битвы, и непосредственно момент смерти Джаза, прихожу к выводу, что это вполне возможно, ведь тогда мне стало настолько больно как физически, так и морально, что я не придала этому особого значения. - Может быть… - я встала с кровати и подошла к своему ноутбуку, - Ты знаешь Сэм, я всегда честна с собой, поэтому не стану отрицать этого. К тому же, прошедшие события, вполне убедили меня, что всё возможно. И тебя тоже. Сэм явно глубоко задумался над моими словами, пока я втыкала в ноутбук. Мне не даёт покоя это имя. Тиамат. А в том, что это имя я была абсолютно уверена, поэтому просто вбила в поисковике: «Тиамат». Но вот что странно: теперь это имя не казалось мне незнакомым, странным или чужим. Моё сердце на него откликалось, увеличивая свой темп. - Что ты делаешь? – ко мне сзади подошёл Сэм и опёрся обеими руками на спинку моего рабочего кресла, - Тиамат? - Просто хочу узнать, что означает это имя. Может в интернете что-то есть, - только я это сказала, как на экране высветились результаты поиска. Но я не успела ничего разглядеть, так как Сэм прикрыл монитор своей ладонью, - Сэм! Что ты делаешь? - Эрика, - меня передёрнуло. Когда меня зовут полным именем – это значит, что дело серьёзное. – Может не стоит? Вдруг это…просто случайность? - Ха-ха…случайность? Сэм, я потеряла сознание в первый раз не просто так, хреново себя чувствовала последние полгода не просто так, била ребят этими импульсами не просто так, испытываю какие-то странные чувства не просто так, а ты считаешь, что Великая Искра назвала случайно назвала меня таким…необычным именем? А то что во мне есть какая-то энергия – это тоже случайность? Да в конце концов случайности не случайны. - Ты ничего не понимаешь, как и мы, ты запуталась и из-за этого злишься, я понимаю, но не нужно сгребать всё в одну кучу. - Понимаешь Сэм… - я потёрла переносицу, - Я чувствую. - Что? – брат упёр в меня взгляд полный непонимания. Я сама не понимаю, как это, тогда как же я объясню это ему? - Сэм, - я повернулась к нему, взяла его руки в свои, а он присел передо мной на корточки, - Понимаешь, я сама не знаю как это, но… Это похоже на сверх обострённую интуицию. Моё сердце словно говорит со мной. Да, я знаю, как это звучит, но это так. Сердце говорит, разум принимает, я делаю. Вот так. - Сестрёнка… - Сэм обнял меня и поднял с кресла, - Я тебе верю. И кажется понимаю, у всех людей есть интуиция, предчувствия, иногда они указывают нам на пути более правильные, чем пути разума. - Спасибо, что хоть сумасшедшей меня не считаешь. - И не посчитаю. Только не после всего этого. Брат встал и убрал ладонь с экрана, теперь мы могли спокойно рассмотреть результаты поиска, которые почему-то меня не порадовали. - Тиамат… - я начала читать вслух, - Древняя богиня-прародительница в шумеро-вавилонской мифологии, олицетворяющая первобытный океан-хаос соленых вод из которого родилось всё, в том числе и боги. Считалась воплощением первозданного хаоса. Тиамат предположительно изображалась в виде дракона или гидры с семью головами. В тексте «Энума элиш» упоминается как женщина; народившиеся боги вступили с ней в борьбу, а убивший её Мардук из её тела создал небо и землю. В современной культуре её образ известен как злая королева драконов. - Тиамат была частью культа, обожествляющего созидающую силу воды. Подожди, а почему созидающую, если сказано, что она была воплощением хаоса? - Смотри Сэм, вот почему, - я указала пальцем на следующую строку, - В этом имени объединились два шумерских слова: «ти» (ti)- жизнь и «ама» (ama) — мать. Тиамат «та, что родила всех», «праматерь». - Она ещё изображается вместе с мужем Абзу, который олицетворяет пресные воды. Сэм читал дальше, но я больше не слышала его. Всё моё внимание переключилось на фотографии древних сооружений, где изображалась богиня-мать.

***

Кривые линии переплетались, складываясь в очертания величественной и пугающей фигуры. Из хаоса каменных узоров проступал силуэт женщины-дракона, застывшей на барельефе древнего святилища. Тонкие человеческие черты лица плавно переходили в чешуйчатые надбровные дуги, а в пустых глазницах статуи всё еще угадывался хищный, вертикальный разрез зрачков. Из её гранитных волос вырастали массивные витые рога, которые венчали голову подобием царской короны, уходящей высоко в небесный свод. Широкие кожистые крылья обнимали её плечи вместо плаща, а их когтистые края смыкались на груди, защищая древние руны. Нижняя часть тела превращалась в мощный змеиный хвост, который кольцами обвивал основание тяжелой колонны, создавая иллюзию движения. От изображения веяло первобытной силой, заставляя парня застыть в благоговейном страхе, а его сестра, склонив голову на бок, протянула руку и аккуратно коснулась экрана ноутбука подушечками пальцев. Словно заворожённая, она водила ими по нему, очерчивая эти линии. Знакомо… Картинка сменилась. На этот раз линии складывались в совершенно иной, обманчиво хрупкий образ. Та же сущность предстала в виде молодой женщины, чья истинная, пугающая природа была скрыта за маской человеческой красоты. Лицо девы дышало юностью, а мягкие черты казались безупречными, если бы не хищный блеск в глубине ярких глаз. На её шее и ключицах проступали тончайшие золотистые узоры, заменяющие собой украшения. В отличие от первого образа, здесь она выглядела живой, опасной и манящей одновременно. Изображение передавало ощущение затишья перед бурей — под кожей прекрасной девушки угадывалась мощь древнего существа. Но не это заставило подростков застыть в оцепенении. Знакомый разрез глаз, тот же изгиб губ и тот же пытливый взгляд, которые Эрика каждое утро видела в зеркале, теперь смотрели на неё с абсолютной, пугающей уверенностью. Средний тон кожи и русые волосы лишь подлили масла в огонь. Конечно, богиня выглядела очень молодо, но на глаз, однозначно была лет на десять старше девушки. Осознание масштаба своей связи с этой сущностью заставило её полностью задрожать, а Сэма отпрянуть от ноутбука, как от удара. Она почувствовала себя песчинкой, прикоснувшейся к вечности, но вместе с этим пришло и странное, дикое чувство правильности происходящего. Глубоко внутри неё, словно в ответ на зов, шевельнулось нечто древнее, тёплое и опасное — её собственная божественная суть. - Эрика…- Сэм побелел, а его голос сел, – Это же… - Я… Внезапная, резкая боль в груди и падение в темноту.