Глава 19

Белая аликорн стонала, ворочаясь на своей большой и мягкой кровати. Уже два дня к ней приходили кошмары, настойчиво и уверенно не давая ей спать. В лидерах, конечно же, была её битва против Мобиуса в Замке Двух Сестёр, и заканчивался сон каждый раз по-разному. То после близости монстр не успевал её спасти, и её насмерть давила колонна. Один раз ей приснилось, что большой лев, не мудрствуя лукаво, просто перебил ей крылья камнями, а потом сломал шею. Были ещё и более странные, жестокие и абсурдные сцены, которые почти моментально вылетали из головы Селестии, когда кошмар жестоко вырывал её из лап сна. Правительница Кантерлота уже не один и не два раза пожалела о том, что проигнорировала предложение монстра лишить её сновидений «на всякий случай». Тогда она гордо отказалась, ответив, что её сестра не сможет застать её врасплох в мире снов и уж с этим она разберётся как-нибудь сама. Теперь, пережив около двух десятков коротких кошмаров за две ночи и несколько ощутимых и болезненных падений с кровати, Селестия сделала вывод, что, пожалуй, слегка себя переоценила. Этот последний кошмар отдавал особой реалистичностью. Пожалуй, он был даже слишком реален. В очередной раз она в своём огненном облике летала под потолком, поливая Мобиуса насмешками и угрозами вперемешку с различными огненными заклинаниями. Её оппонент сделал очередной быстрый рывок и в очередной раз скрылся за колонну. Это начинало раздражать, но когда она залетела за неё, чтобы выпустить серию огненных шаров почти в упор, за колонной стояла её сестра. Это было странно и неожиданно. Неужели она пропустила момент и астральное чудовище вторглось в её сон? Но нет, она мысленно даже во сне проверила защитные заклинания, которые наложила как на себя, так и на всю комнату, чтобы «Луна» не смогла застать её врасплох, выпрыгнув из своего портала и угостив чем-нибудь смертоносным. — И чем это ты интересно занимаешься с МОИМ монстром? — в голосе Луны звучала уже привычная Селестии ревность и подозрительность. Правительница Кантерлота смутилась, перебирая различные оправдания у себя в голове, но вместо спокойной и дипломатичной лжи она прорычала в ответ голосом, полным ярости: — Не твоё дело, сестра! — и выплюнула в неё огненные шары, но Луна просто невозмутимо махнула крылом и развеяла её заклинание. — Поосторожнее, не возбуждайся на ровном месте, а то совсем сгоришь, — в голосе сестры послышалась насмешка, и только сейчас Селестия заметила, что всё её тело объято огнём, не только хвост и грива. Неожиданно её охватил ужас, когда она поняла, что буквально горит заживо. Взмах крыльями, ещё взмах, а вот третьего взмаха уже не произошло, потому что махать стало нечем. Горящая аликорн полетела на землю, но стоило ей удариться о пол замка, как земля затряслась. Всё буквально рушилось у неё на глазах. Внезапно под ней появилась большая трещина, в которую Селестия и провалилась, не ожидая такого подлого поворота судьбы, — точнее, почти провалилась. Её охватило тёмно-синее сияние, и она зависла в воздухе. — Сестра, помоги мне! — Селестия беспорядочно задергала копытами, как будто пытаясь уплыть от бесконечной бездны, которая приветливо разверзлась под ней. Принцесса Ночи холодным невозмутимым взглядом посмотрела на свою сестру, а потом ехидно процедила: — Да здравствует Королева. Сияние её рога исчезло, и Селестия с отчаянным криком рухнула вниз. Повелительницу Кантерлота настиг болезненный удар по голове: на сей раз она навернулась во сне с кровати особенно неудачно. Застонав, она дёрнула задними копытами и случайно перевернула прикроватный столик, а вместе с ним на неё упал хрустальный кувшин и облил холодной водой. Она снова недовольно застонала, отряхиваясь и пытаясь привыкнуть к темноте. Благодаря неожиданному «холодному душу» сон как рукой сняло. Выдав очередной стон, аликорн медленно поднялась с пола, чувствуя себя несчастной, усталой и не выспавшейся. Кстати, а что там с луной? Не пора ли её опускать? Селестия медленно повернулась к окну и подавилась вскриком. Прямо напротив неё почти в упор стоял тёмно-синий аликорн. Холодные и будто неживые глаза пристально смотрели на неё. Мгновение — и рядом с ней сверкнула маленькая звёздочка. В этот момент Селестия поняла, что проиграла. У неё не хватит времени ни на что. Астральное копьё с такого расстояния моментально оторвёт ей голову, она даже и пикнуть не успеет. Вот только где же она просчиталась? Наложила неправильные чары на комнату? Или они оказались слишком слабыми? Нашла о чём думать на пороге смерти! По морде «Луны» мелькнуло подобие жестокой улыбки, и Селестия ощутила, как нечто острое упёрлось ей в грудь. Через несколько секунд что-то тёплое скатилось вниз, и она медленно опустила голову. Невидимое оружие нанесло ей небольшую рану на груди и теперь медленно скользило по её шерсти. Чудовище играло с ней, как будто показывая, что жизнь белого аликорна теперь принадлежит только ему. Селестия непроизвольно задержала дыхание, боясь выдохнуть и так нелепо погибнуть. — Завтра утром. Замок Двух сестёр. Приходи. Иначе этого мира не станет, — прозвучало это так, будто бы голос шёл из большого колодца. Тёмно-синий аликорн неспешно повернулась хвостом к Селестии и сделала шаг в телепорт, а потом остановилась и повернула голову: — Не строй такое удивление, когда у тебя открыто окно. Она сделала ещё один шаг, и телепорт захлопнулся, оставив Принцессу Селестию в одиночестве. В голове аликорна бурей пронеслось множество мыслей, но самые главные были две: ни о каком сне сегодня не может быть и речи, а также луну опускать ещё слишком рано. Так что она потратит время на то, чтобы привести себя в порядок, ну и, конечно же, связаться с Мобиусом. Похоже, сбылись его худшие предсказания: его «брат» всё-таки добрался до астрального чудовища и как-то подчинил его себе. А если опираться на то, что встреча назначена на следующий день, то и проблему с аддикцией Луны он смог решить, и это была реальная проблема. — Правильно ли я поняла? — голос Твайлайт звучал громко и явно осуждающе. — Мы собираемся идти на бой с чудовищем, скорее всего усиленным неизвестным артефактом, возможно даже не одним, и внезапно получившим хитрый разум? Более того, во всё это надо втянуть и других подруг? Это же абсурд! Они просто погибнут на пустом месте! — Аликорн агрессивно вгрызлась в блинчик, вымещая на него весь накопленный негатив. — Можно просто забить, и завтра мир превратится в труху, — Рэйнбоу неспешно доедала уже третий блин, щедро политый шоколадной пастой. — Но скажи честно: потом на небесах, или куда мы после смерти попадём, сможем ли мы смотреть друг другу в глаза, если даже не попытаемся что-то сделать? — Верное замечание, — прокомментировал неслышно подошедший к столу Мобиус, который до этого что-то долго тет-а-тет обсуждал с Селестией в её покоях. — Я хорошо знаю свои артефакты и, возможно, смогу найти уязвимость, которая сможет спасти этот мир. — А твой брат, конечно, идиот и так легко подставится, — нервно рассмеялась аликорн и принялась уничтожать второй блин. — У него, похоже, есть какой-то план, и он его придерживается, иначе бы мы все были уже мертвы ещё ночью, — отрезал монстр, снова покручивая на пальце кольцо. — Весь его план — это просто поиздеваться над нам, а потом прихлопнуть, вот что я об этом думаю, — бывшая Принцесса Дружбы отпила какао и, посмотрев на третий блин, отвернулась, окончательно потеряв аппетит. — Стандартная тактика классического негодяя, — Рэйнбоу Дэш облизнула шоколадные губы. — Он нам, наверное, ещё и весь свой злодейский план будет выкладывать целый день, чтобы мы точно нашли какой-то просчёт и его победили. — Очень смешно, — едко фыркнула Твайлайт и встала из-за стола. — Если ты закончила с едой, то пройди к Повелительнице, она хотела видеть тебя после завтрака, — холодно и как будто безразлично бросил Мобиус, снова крутанув колечко. Ничего не ответив, Твайлайт поспешила в комнату Принцессы Селестии и совсем не удивилась, застав её за заполнением каких-то очередных документов. На самом деле в обычное время она бы уже сидела в тронном зале, разбираясь с очередными просьбами или гостями, но сейчас время было, мягко говоря, необычным, да и какие гости могут быть в почти что вымершем Кантерлоте? — Твайлайт, — аликорн устало улыбнулась, и стало заметно, как же эти несколько дней её измотали — не столько внешне, сколько внутренне. Бывшая Принцесса дружбы чувствовала, как от её бывшей наставницы веет чем-то наподобие обречённости или даже смирения. Она потрясла головой, прогоняя от себя невесёлые мысли, а потом улыбнулась в ответ: — Принцесса Селестия? Вы хотели меня видеть? Что-то случилось? — Случилось, а что-то ещё случится, или нет… — Селестия посмотрела пустым взглядом сквозь Твайлайт, как будто решая в голове очередную сложную задачу. Ещё немного помолчав, она, решившись, снова сосредоточилась на своей бывшей ученице. — Знаешь, что это за бумаги, Твайлайт? — Какие-то приказы или распоряжения? — озадаченно спросила сиреневая пони. — В точку. Это распоряжения на тот случай, если завтрашний день я не переживу, в отличие от Эквестрии. Грубо говоря, что-то наподобие завещания и указаний тому, кто меня сменит. Сердце Твайлайт Спаркл как будто остановилось на несколько мгновений, а сама она непроизвольно отшатнулась, сделав несколько шагов назад. Она отказывалась об этом думать. Принцесса Селестия была для неё чем-то естественным, как её собственное дыхание. Представлять, что завтра её может вдруг не стать, она категорически отказывалась. — Не… — голос Твайлайт неожиданно охрип. — Не говорите такие страшные слова! — почти что выкрикнула она, и несколько слёз упали на пол. — Вы как будто уже смирились с тем, что не переживёте завтрашний день. Это плохая примета — вести такие разговоры и тем более подписывать подобные бумажки перед финальными битвами! — бывшая Принцесса Дружбы всё-таки перешла на крик. — В книгах это очень опасное клише, от такого, знаете, умирают! — Твайлайт, — тихо молвила Селестия. — Ты займёшь моё место, если меня не станет? Не беспокойся, я ещё не настолько сошла с ума, в отличие от некоторых, чтобы ставить неподготовленную пони во главе целой страны. Это временная мера, пока не вернутся другие после эвакуации, а там уже ты просто передашь нужные бумаги со специальной пометкой. Могу тебя заверить, я давно готовила теоретическую замену на моё место, если со мной что-то случится. Поэтому долго править тебе не придётся, так, больше для вида, дабы избежать ненужной паники. Тебе надо будет просто следовать моим инструкциям, которые я сейчас заполняю, не более того, к тому же… — Простите… Я отказываюсь обсуждать с вами подобные вещи! — Твайлайт в панике развернулась и выскочила из покоев Селестии с такой скоростью, как будто сама Смерть смеялась у неё под ухом и щекотала её задние копыта костлявыми пальцами. Само собой, за дверью её ждал Мобиус. «Ну нет, мой дорогой, сейчас я не горю желанием твоего общества!» Телекинетическая волна впечатала белого монстра в стену, и Твайлайт, не останавливаясь, продолжила свой бег. Куда? Зачем? Не имело значения, лишь бы подальше от этого проклятого города, от которого теперь веяло безнадёгой и смертью. Никто её не пытался остановить и даже не окрикнул. Аликорн обернулась, ожидая увидеть преследующего её Мобиуса, но позади неё никого не было. Лишь пустые корридоры пустого дворца. Испытав по этому поводу неоднозначные чувства, она бросилась бежать дальше. Неизвестно, как долго бы это продолжалось, но в конце концов её организм просто взбунтовался от таких неожиданных спринтерских подвигов, и она, задыхаясь, остановилась. Копыта её вынесли к печально знакомому водопаду, в котором она по глупости чуть не окончила свою жизнь и из которого её своевременно спас когда-то Мобиус. «Мобиус!» Пони заскрежетала зубами и ударила копытом о землю. Всё началось именно с него. Прошло меньше месяца, и с его подачи пони извратились до неузнаваемости. Это всё его вина! Мерзкий мохнатый лживый манипулятор! Она была уверена, что если бы он не пришёл в Эквестрию, то ничего бы подобного и близко не случилось. Луна не сошла бы с ума от ревности и не превратилась в кошмарное чудовище-убийцу. Никто бы не стал трогать Флаттершай и её животных. Да и «Последнее желание» с амулетом-бомбой тоже появились не на пустом месте. Если бы не он, она бы и дальше жила свою спокойную жизнь, проводя её в бесконечном познании книг, магических опытах и уроках дружбы. Она уже и забыла, когда в последний раз что-то читала! И уж, конечно, неизвестный братец, который заварил всю кашу с артефактами и «Луной», тоже пришёл в её несчастную Эквестрию не просто так! Теперь её мир стоит на грани уничтожения, а её наставница уже почти что смирилась со своей смертью! От бессилия Твайлайт снова ударила копытом, но не рассчитала, и удар пришёлся уже по воде. В результате она теперь была не только злой, но и мокрой. — Мобиус! У меня возник к тебе один интересный вопрос, не изволишь ли ответить? — бросила аликорн, не оборачиваясь. Она почти наверняка знала, что он за ней увяжется, и на сей раз не ошиблась. — Я тебя слушаю, — прозвучало где-то из-за спины, но пони на этот голос так и не обернулась. — Если ты читал мою память, то знаешь изначальную причину, по которой я хотела использовать против тебя «Последнее желание». Скажи мне, это правда? Все эти слова про пассивное присутствие и аддикцию, что Истинный Мобиус из подпространства отравляет ею мой мир? — Если бы ты выбрала тогда нужную сферу памяти, то не задавалась бы такими вопросами, — в голосе прозвучала плохо скрытая ирония. — Но на самом деле я не знаю ответа на этот вопрос. Теоретически да, ВЕЛИЧАЙШИЙ облучает весь Второй Мир своим присутствием, но если это и правда, эта доля облучения слишком мала, чтобы доводить кого-то до аддикции. Старость, болезни и прочее забирают несчастного быстрее. В Седьмом мире по крайней мере не было зафиксировано подобных случаев. Дискорд, а точнее тот, кто им прикидывался, тебя обманул. Хочешь — верь, хочешь — нет. — Хах. Даже если то, что ты мне рассказал, — ложь, я всё равно никак не смогу этого проверить. К тому же я очень сильно бы удивилась, если бы ты признал, что из-за твоего Создателя вымерло половина твоего мира и мой мир на подходе. — Твоя правда, значит, тем более зря, что ты выбрала не ту сферу. Смирись с этим, — пони показалось, что монстр пожал плечами, но она была слишком взвинчена, чтобы на него смотреть. — Впрочем, это пока не имеет значения. Вопрос в том, что нам сейчас делать? — Сейчас мы отправимся с тобой в Понивилль и будем ходить по твоим подругам, собирая их вместе. Думаю, за день справиться вполне реально. — Невероятно, я сама поведу их на смерть… — прошептала Твайлайт и прикрыла глаза. — Нет. Ты обрисуешь им ситуацию и дашь выбор, как поступить. Всегда можно отказаться. — Они не откажутся, для них это очередное забавное приключение, как с Дискордом, — она наконец повернулась и снова вздохнула. — Ладно, иди сюда. Нет смысла впустую тратить время, у нас его осталось немного. — Правильный подход, — монстр кивнул и, подойдя, положил большую лапу на голову Твайлайт. Ещё несколько секунд — и они оба исчезли во вспышке телепорта. С подачи Мобиуса её телепорт в замок снова забрал у неё меньше половины магической энергии. Твайлайт и её визави оказались около тронов. Внезапно монстр прижался к ней, и в её сознании зазвучал холодный голос: — А теперь слушай, запоминай и не задавай лишних вопросов. Думаю, я нашёл слабое место чудовища. Оно вот здесь. Коготь монстра больно кольнул пони в районе левого плечевого сустава. — Запомни его хорошенько. Если пустить в упор через рог в него сильный магический импульс, то это разорвёт связь между Луной, астральным монстром и, возможно, с моим братом так же. А вот как до него добраться и при этом выжить — я ещё не придумал. Он так же быстро отстранился от бывшей Принцессы Дружбы и сделал вид, будто бы ничего не происходило. Всё, что происходило дальше, для Твайлайт было как в тумане или очень дурном алкогольном сне. Она плохо запомнила, как ходила к дому каждой из подруг вместе с пони-Мобиусом, повторяя примерно одно и то же. Сложнее всего, как она и предполагала, было у Дискорда. Он категорически отказался отпускать Флаттершай, но, выслушав мнение жёлтого пегаса, неохотно смирился, процедив что-то нелестное сквозь зубы. Решено было встретиться рано утром на рассвете рядом с её дворцом, откуда потом их всех к замку Двух Сестёр телепортирует Селестия. Она и не заметила, как наступил вечер, и вместе с тем, как солнце клонилось к горизонту, Твайлайт дёргалась всё сильнее и сильнее. Но сделать определённо ничего не смогла. В конце концов она смирилась и при поддержке Мобиуса навела-таки окончательный порядок в своей библиотеке. Почти стемнело, и в дворец телепортировалась сама Селестия вместе с Рэйнбоу Дэш. Приближалась ночь, и даже бесстрашная радужная пегас приуныла, больше не пытаясь делать вид, что ей всё равно и возможная смерть её не беспокоит. Пони бесцельно бродили по замку, время от времени перебрасываясь друг с другом пустыми и бессмысленными репликами, пока Мобиус не положил этому конец и не отправил всех спать. Не прошло и полчаса, как с его подачи Твайлайт и Рэйнбоу дружно сопели на большой кровати, обнявшись друг с другом. Сам же монстр стоял у окна, как будто чего-то ожидая. В конце концов его ожидания оправдались: в комнату заглянула белая аликорн. — Я снова не могу уснуть, — задумчиво констатировала она, смотря на Мобиуса каким-то особенным взглядом, будто оценивая его. — Вполне предсказуемо. Ты хочешь, чтобы я усыпил тебя здесь? — монстр махнул лапой и задвинул шторы. — Угу, прямо здесь на полу, посплю вон на том коврике под дверью, — иронично фыркнула Селестия и, не говоря больше ни слова, вернулась в свою комнату по соседству. Белый лев ничего на такое не ответил и просто молча проследовал за аликорном. — Ложись и расслабься, — монстр махнул на кровать лапой. — Хорошо, но перед этим думаю, я хочу сделать то, о чём давно хотела, но никак не решалась попросить. — Селестия покраснела и отвела глаза в сторону. — Будет глупо, если я завтра погибну и не исполню своё последнее желание. Ты меня понимаешь или мне сказать тебе прямым текстом, кого я сейчас хочу? — её сердце стучало слишком громко, чтобы монстр не понял этого намёка. Он неспешно подошёл к белому аликорну и провёл языком по её губам. И в этот раз она не сопротивлялась. Солнце незаметно поднялось над горизонтом, как по заброшенному замку Двух Сестёр зазвучали нарочито громкие шаги. Белый антропоморфный монстр, похожий на льва, неспешно шёл по руинам, время от времени оглядываясь, как будто уже заранее рассчитывая, как и где будет проходить последняя битва за Второй Мир. В конце концов он вошёл в печально известный ему зал, где не так давно его хотели зажарить заживо, и не сильно удивился, когда увидел, как на груде обгоревших камней лежит тёмно-синий аликорн. «Луна» подняла голову, и громкий уверенный голос разнёсся по обгоревшему залу: — А вот и пожаловал наш прославленный Разрушитель миров. Добро пожаловать, братец.