Глава 30. В долгу у судьбы.

Конечно, Кейл собирался дать им новую надежду тайно. Именно такой урок он усвоил после случая с драконом. «Они никогда не узнают обо мне, если только бог не решит самолично раскрыть кто я такой». А это значило, что было невозможно узнать его истинную личность. Как же было удобно, стоило сделать так гораздо раньше. С лёгким сердцем и непринуждённой походкой Кейл вошёл в руины. Рин хоть и шёл медленно, но всё же послушно поспевал за старшим братом. Он огляделся по сторонам и увидел, что повсюду находились молящиеся люди. В этот момент Ганс подошёл к Кейлу и что-то тихо прошептал ему на ухо. Однако Рин, стоявший совсем близко, отчётливо услышал каждое слово: – Я только что видел старшего сына Маркиза Стен. – ...Как ты его узнал? Кейл искренне удивился, а Ганс в ответ лишь усмехнулся и указал на свои глаза. – В моей голове хранится информация обо всех знатных отпрысках. Я видел мужчину в инвалидной коляске, хотя было странно, что его сопровождал только один человек, но на коляске был выгравирован узор красного змея, поэтому я уверен, что не ошибся. – Ганс. – Да? – Ты выглядишь некомпетентным, но на самом деле это не так. – Я такой. Пожав плечами, Ганс с довольным видом закончил доклад и уточнил. – Так как нам следует поступить? Кейл почувствовал, как горит его левая щека, и перевёл взгляд. Чхве Хан пристально смотрел на него. Кейл покачал головой и коротко скомандовал им обоим: – Игнорируйте. В этот же миг Кейл заметил, как Рин тоже внимательно смотрит на него. Поняв, что его взгляд перехвачен, младший брат просто отстранённо отвёл глаза в сторону. Ганс и Чхве Хан без возражений кивнули. И только тогда начался настоящий осмотр местности. Кейл был поражён видом каменных башен. – Они… Лицо Кейла стало угрюмым. – Уродливее чем я ожидал. Кейл не понимал древние представления о красоте. Он ожидал увидеть просто груды камней, но перед ним оказались каменные башни самых разных форм — странных, причудливых и уж точно не красивых. Кейл украдкой перевёл взгляд на Хона, которого держал Ганс. Тот выглядел весьма разочарованным. Он же в этот момент спокойно сидела на руках у Рина, и юноша продолжал плавно поглаживать кошку по мягкой шёрстке. Сам он, впрочем, тоже не видел в этих постройках абсолютно ничего красивого. — Камни... как камни, — тихо проворчал Рин, кривя губы от вида этих бесформенных столбов. — Ничего... удивительного... И зачем ты... вообще меня с собой позвал?.. Однако были и те, кто отнёсся к происходящему с неожиданной серьёзностью. Чхве Хан, как и многие, склонил голову и молился. «Наверняка он загадывает вернуться домой». Чхве Хан отличался от Кейла, от Ким Рок Су. Он вырос в счастливой семье и потому сумел выжить и сохранить доброту даже в отчаянных ситуациях.  Кейл перевёл взгляд с Он на недовольного младшего брата. Ничего не ответив на его ворчание, он лишь протянул руку и ласково потрепал Рина по рыжевато-золотистым волосам, а затем, немного помолчав, небрежно добавил: — Зато прогулялся. Рин злобно зыркнул на старшего брата и демонстративно сделал шаг назад, намереваясь отойти поближе к Альфреду. Однако закончить это бегство он не успел. В этот момент Чхве Хан поднял голову и обратился к ним: – Кейл-ним и Рин-ним. Братья Хенитьюз одновременно вопросительно сказали: – А? – У меня есть один вопрос для вас обоих и доклад для Кейл-нима. Кейл сразу почувствовал что-то неладное. Рин также слегка нахмурился, предчувствуя лишнюю суету. – Сначала задавай вопрос, — спокойно распорядился Кейл. Смотря на уродливые каменные башни, стоящие на широкой равнине, Чхве Хан тихо спросил: – Кейл-ним и Рин-ним, вы не собираетесь загадывать желания? Кейл ответил первым, как бы невзначай: – Я не загадываю желаний. – Почему? – Потому что это порождает ожидания. Чхве Хан, Ганс, Альфред, котята и притихший Рин смотрели на Кейла, который тоже задумчиво окинул взглядом руины. – Жить без ожиданий спокойнее. Если ожидаешь 100 вон, а выигрываешь 500 — это приятно, но если ожидаешь главный приз, а получаешь те же 500, то думаешь: «Вот как всегда» и раздражаешься. Чхве Хан медленно перевёл взгляд на Рина, терпеливо ожидая, что скажет младший из братьев. Тот неторопливо вздохнул и выдал свой собственный, неожиданно холодный и зрелый вердикт: — За каждое... «загаданное» чудо.... в итоге всё равно приходится… платить. Бесплатных подарков не бывает. Так что я... предпочту вообще ничего не просить, чтобы... потом не оставаться... у судьбы в долгу. К тому же, если дать... человеку абсолютно всё, что... он хочет, он неизменно пожелает... чего-то нового. Трог Кейл и Рин одновременно почувствовали лёгкое прикосновение к своим плечам. Это был Ганс, который, улыбаясь, тихо произнёс: – Молодой господин Кейл, молодой господин Рин, вы, оказывается, отлично знаете, что в этом мире нет места ни мечтам, ни надеждам. – ...Иди лучше осмотрись, — сухо оборвал его философию Кейл. Рин же просто недовольно повёл плечом, пытаясь сбросить чужую руку. Находившийся рядом Альфред среагировал мгновенно: он шагнул вперёд и плавным, но твёрдым жестом вежливо оттеснил помощника дворецкого назад, освобождая господина от навязчивого контакта. Сразу после этого Рин с явным облегчением передал Он на руки Гансу, окончательно освобождая свои руки. – Да! С энтузиазмом ответив, Ганс повёл за собой котят с пустыми взглядами. Кейл неспешно пошёл следом. В этот момент Чхве Хан подошёл ближе и тихо сказал, чтобы Ганс не услышал. Чхве Хану ещё предстояло сделать доклад. – Дракон вошёл в город. – Делай вид, что не знаешь. – Хорошо. Кейл невольно огляделся. Дракона не было видно, возможно, он был невидим. Его взгляд упал на людей, молящихся у странных каменных башен. До самого фестиваля было ещё далеко, но людей уже собралось немало. Однако взгляд Кейла направился не к каменным башням, а в противоположную сторону, к району, где жили богатейшие жители города Пазл. За этим районом находилась небольшая гора. Где-то на ней располагалась могила человека, прожившего 150 лет. *** На следующий день Кейл решил отправиться к этой могиле. Чтобы избавиться от людей и представителей других рас, которые могли прицепиться к нему, он заранее указал на одного сопровождающего. – Со мной пойдёт только Чхве Хан. В это же самое время Рин находился в своей надежно укрытой от чужих глаз комнате. Он погрузился в сон с такой невероятной самоотдачей, будто это была главная работа всей его жизни, за которую к тому же чертовски хорошо платят. Мягкая подушка и тёплое одеяло, казалось, заключили долгосрочный контракт дабы бережно, со всей искренностью охранять драгоценный покой юного бездельника.