Глава 2

29 августа 1943 года. Поместье Блэквудов. Киев. Магическая община УССР находилась в крайне тяжёлом состоянии, будучи оккупированной немецкими войсками. Эта ситуация касалась и самих волшебников. Геллерту Гриндельвальду, тёмному магу, захватывавшему Европу, приходилось работать с магловским фюрером Адольфом Гитлером, помогая тому устраивать "сладкую" жизнь маглам. Геллерт был неглупым человеком и получал с этого огромную пользу, передавая своим соратникам, как подчинять волшебников в каждом государстве. Это коснулось и УССР, где оккупировали крупные города, и немцы расстреливали евреев. Но это мало волновало волшебников. Те больше переживали о своих семьях, которые не поддерживали самого Геллерта. Его приспешники истребляли такие семьи "Для великого блага". А семьи, которые поддерживали Геллерта, всё равно не могли свободно выдохнуть. Среди семейств пошли подлые подставы других, лишь бы сохранить свою и быть на более высоком уровне доверия. Некогда дружные семьи враждовали за право существовать и не быть подвергнутыми истреблению. Утро стало предвестником плохих вестей. Войдя в обеденный зал, Ада кивнула в знак приветствия всем и села на своё место. Папа сидел во главе стола и с нахмуренными бровями читал магический "Вестник". Мама, сидя слева, сосредоточенно читала книгу по кулинарии. Старший на несколько минут брат Феликс, с сонным видом, подпирая рукой голову, ел завтрак с явной угрозой уткнуться в тарелку лицом. Наверное, опять с хлопцами бегал к озеру смотреть, как девицы там купаются нагишом. Тихо хмыкнув, Ада принялась за завтрак и читать новенькую книгу "Ритуалы неживых". — Опять ты свои "Ритуалы" изучаешь, — всё ещё сонно проговорил Феликс, сдерживая зевок. — Смотри, а то говорят, если будешь много читать, голова лопнет, и Мавка заберёт глаза, чтобы повесить на своих лесных чучел. — С напущенным видом Феликс сделал движение рукой, и книга уже покоилась на подоконнике. — Вооот так лучше! Хоть голову вырвала с этих страниц и дала на свой лик смотреть. За газетой послышался короткий смешок, да и мама за своей книжкой улыбалась. Нравилось им смотреть, как дети дурачиться начинают. Хотя и детьми их сложно назвать, не зная их возраста, вымахали дылды. Ада была очень высокой для девушки в их кругах и часто слышала на мероприятиях смешки в свою сторону и сравнения с берёзой, что Феликс сразу тех проклинал, ведь мы были одного роста, и он считал, что если они смеются с меня, то и с него тоже. Но вместе с этими смешками было слышно и завистливые шёпоты: "Ада и Феликс — близнецы, не обделённые красотой". "Тьфу-тьфу, не сглазить", — говорила бабушка. Когда присматривала за ними, вместе с этим любовалась внучатами. Они были очень похожи, хотя являлись разнояйцевыми близнецами. Глядя на брата через стол, она видела такие же, как у неё, чёрные волосы, только у Ады они длинные и прямые, а у Феликса — коротко пострижены. Те же самые чистые голубые глаза. Смотря на брата, мысленно хмыкнув, Ада сделала вердикт, что она красивее: худое лицо с высокими скулами, немного пухлыми губами и идеальными чёрными бровями. У Феликса всё тоже, но лицо более крупное, с впалыми щеками, а брови — более широкие. Короче, красавцы мы у мамы вышли, как там говорится? Родители — превосходные художники, хорошо детей наклепали. Хохотнув от этих мыслей, Феликс смотрел на неё с явным вопросом, приподняв бровь. — Да вот на твоё лицо взглянула и вспомнила, как бабули на улицах шепчутся, что Кощей в Киев заглянул и ходит к ним по ночам, а в окна смотрит, пугает своим обликом неудачных бедных старушек, — с рвущимся наружу смехом промолвила Ада, припоминая ситуацию, которой уже несколько лет. Феликс пытался к своей уже бывшей девице в окно залезть ночью и в темноте, перепутав окна, залез к её бабке. Да вроде куда хуже? Этот Лавилас молча залез к той в кровать и давай шептать о жаркой ночи. Бабка с перепугу его отхлестала по морде и такой визг подняла, что все сбежались, и та девица тоже забегает в комнату, а там её ненаглядный в кровати бабки пытается ускользнуть от её подзатыльников. Вот это скандал был! Со стороны папы послышался искренний хохот, и газета затряслась. Мама же, пытаясь быть строгой, со с трудом скрываемым смехом укрылась книгой. Феликс же смотрел на сестрицу с уже покрасневшими щеками от давней, постыдной ситуации. — Адочка, у нас лица одинаковые, — с довольной физиономией промурлыкал тот. — Так что могу предположить, что ты бегала за бабками с брелками, чтобы души их забрать для ритуалов. Уже все за столом хохотали до слез, ведь Ада и правда бегала в лет семь за бабками и требовала им душу отдать для украшений. В такие моменты можно представить, что им не грозит опасность от слов лживых трусов, которые пытаются спасти свои мерзкие задницы, ведь семья Блэквудов была приближена к Галлерту, и опасности для них даже клевета не предвещала. Отец, опытный боевой маг, не брезговал темными заклятиями и учил тому своих детей в такие непростые времена, ведь у магии нет цвета, так же как добра и зла. Мама была опытным ритуалистом, дочь шла по ее стопам, обучаясь у матери с юных лет. Феликс более склонялся к боевой магии, чем к ритуалам. Смех прервал стук в окно. На подоконнике сидела ворона с конвертом в лапках. Отец поднялся со своего места и подошел ближе к вороне, давая той кусок хлеба. Ворона, кинув на подоконнике конверт, улетела. Рассмотрев печать на конверте, отец сильно напрягся и вернулся на свое место за столом. Все заметно напряглись, узнавая печать. — Это от Олега Медведева, — вскрывая конверт, проговорил отец и замолчал, напряжённо вчитываясь в письмо. Спустя несколько минут он побледнел и отложил его в сторону, поднимая напряжённый взгляд на семью. — Он передал, что наша семья следующая. Морозов гнида, постарался. — Мама побелела. Мы с Феликсом переглянулись, понимая, что это значит. — Сейчас быстро наверх! Все собирайте самые нужные вещи и документы. Через 15 минут в холле, чтобы все стояли готовые. Всё семейство по команде сорвалось с места и разбежалось по комнатам. Комнаты Ады и Феликса были на третьем этаже поместья, а родителей — на первом, ведь те не любили бегать по ступенькам. Всё нужное было на первом, тем самым давая пространство детям. Ада быстро забежала в комнату, вытянув из-под кровати сумку с чарами расширения, принялась кидать документы, книги, украшения и одежду в сумку, попутно одеваясь в удобные свободные чёрные брюки, такого же цвета свитер и тяжёлые ботинки, которые она еле выпросила у мамы, и сверху мантию такой же цветовой гаммы, ведь они пускались в бега и должны быть незаметны во всяких лесах. Отец давно их готовил на такой случай, он не тешил их надеждами, что лихо обойдёт нас стороной. Нацепив палочку во внутренний карман мантии, схватила сумку и выбежала в коридор, где одновременно с ней вылетел из комнаты Феликс, так же само одетый. Взяв её сумку, он поторопил её спускаться. Как только они оказались на первом этаже и остался один поворот, чтобы выйти в холл, они услышали посторонние голоса, которых точно не должно быть сейчас там. Лезть туда сейчас было очень глупо. Схватив Феликса за руку, потащила его к стене, где за вазой была маленькая потайная дверца. Пролезли туда максимально тихо, они, пригнувшись, осторожно двинулись вдоль стены. Они шли в полной темноте, поэтому, увидев дальше два ярких света от дыр в стене, они поспешили положить сумки и прислонились к отверстиям. По другую сторону был лишь семейный портрет всей семьи Блэквудов, так что эти отверстия не видно по ту сторону. Затаив дыхание, перед глазами в холле... Душераздирающая картина: мама стоит на коленях с отцом, запястья связаны магическими верёвками, а сзади за волосы их держат двое мужчин в тёмных мантиях. Лиц было не разглядеть, но вышивка на руках ясно давала понять, от кого они прибыли. Мужчина, стоявший к нам спиной, был в такой же мантии, с широкими плечами и внушительным ростом, но не закрывал обзор на родителей. — Ремаро… Ремаро, как же жизнь тебя подкосила, — проговорил с напущенным сожалением противный голос, в котором легко узнать Морозова. Тот особую неприязнь таил к отцу. — Лучший боевой маг и глава могущественного рода Блэкуодов припал на колени к своему слуге. Жалкое зрелище! — Все трое мужчин начали хохотать, как ободранные гиены. — Так высоко поднялся и так позорно упал на дно! Кому же, как не тебе, известно о том, что будет с предателями? Отец молча стоял на коленях и смотрел на Морозова с ярой ненавистью. Мама рядом стояла плечом к плечу, и по щекам её катились слёзы. Обычно собранная и строгая, сейчас она выглядела как человек, обречённый на погибель. Ада рыпнулась, чтобы хотя бы что-то сделать, но Феликс сжал её, показывая рукой быть тихой. Как прискорбно ни было, но они против двоих не выстоят, да и непонятно, сколько их. Остальные могли быть снаружи. Вернув взгляд обратно в отверстие, они продолжили дальше смотреть. — А ты, Натали, выбрала не лучшего мужа. Видишь, куда он тебя привёл в итоге? — с напускным сожалением обратилась та паскуда к нашей матери. — А ведь будь умнее ты, то была бы сейчас в достатке и горя не видала со мной. Морозов протянул руку к лицу матери, на что та с отвращением посмотрела на него и плюнула в него. Тот резко сжал руку в кулак и ударил маму по лицу, так что аж голова дёрнулась. Отец было дёрнулся, но его потянули за загривок, заставляя сидеть на месте. — Да уж, лучше бы я себе «Аваду» в висок кинула, если бы стояла к тебе ближе чем на два метра, ублюдок! — мама почти прорычала эти слова, глядя на Морозова с явным отвращением. Тот явно разозлился, отступая от родителей, обернулся к кому-то, кого не было видно с нашей стороны. — Алексей, вы нашли их отпрысков? — обратился Морозов к неизвестному. — Мы обошли весь дом, их нет в поместье, — сдержанно ответил мужчина, хотя в голосе чувствовалась явная досада, что не нашли. — Я бы не прочь самому их на куски порезать, всё равно отпрыски предателей. Отец скривился от этих слов и незаметно большим пальцем протёр кольцо на указательном. Мы с Феликсом тихо вздохнули, ведь он дал нам знак, что всё под контролем. Наши кольца на руках заметно нагрелись, и мы послали сигнал в ответ, чтобы оно пульсировало несколько раз, давая понять, что мы рядом. Отец с мамой резко подняли головы. Те ублюдки разговаривали между собой, не замечая или не придавая этому никакого значения. Отец медленно осмотрел холл и, как будто чувствуя, остановил взгляд на портрете. В его глазах вспыхнуло облегчение, что мы в безопасности, ведь дверь к выходу открывалась только Блэквудам. Он вовремя вернул своё внимание к тем ублюдкам, ведь они закончили разговор, и Морозов отправил некого Алексея осмотреть территорию. — Детки убежали, ужас какой! Что ж вы за родители такие хреновы! Дети должны быть рядом, да и в такой момент, умирать вместе, семейная идиллия! — хохотнул Морозов. — Но сильно-то не радуйтесь, и их найдём, прикончим, дело лёгкое. — Посмотрев на наручные часы, Морозов нахмурился. — С вами слишком много хлопот, нужно уже закругляться. Глаза матери с надеждой посмотрели на отца. Тот покачал головой, давая понять, что не время. Наверное, должна быть подмога, раз отец чего-то выжидает. Их гляделки прервал Морозов, резко рассмеявшись. — Неужели Олежку ждёте? — Отец с мамой перевели настороженные взгляды на Морозова. Что-то резко кольнуло в сердце от плохого предчувствия, и она покрепче ухватилася за руку Феликса. — Олежка как раз вас ждёт под отсюда два метра, — промурлыкал тот. — Под землёй. Краска напрочь исчезла с лиц родителей, мужики, что держали их за волосы, опять захохотали. — Раз уж вы так хотели с ним увидеться... — задумчиво проговорил Морозов, а потом резко сделал пас палочкой в сторону матери. — Тогда я помогу вам устроить встречу в преисподней. Авада Кедавра! Из палочки хлынул зелёный луч, который сразу же ударил мать в грудь. Её взгляд резко потух, руки, которые её держали, исчезли, и она рухнула на пол, даже не успев ничего сделать. Отец застыл с распахнутыми глазами . — Что ж ты, Ремаро, не вешай нос, смотри, она даже мёртвая прекрасна, — отец перевёл взгляд на Морозова и хотел было рыпнуться, как резко его схватили уже четыре руки, скручивая так, что он лежал на полу, а его связали по рукам и ногам. Отец дёргал плечами, проклиная Морозова. — Зря пытаешься, всё равно скоро к ней отправишься... Только вот закончу с тобой.Круцио! —В отца полетел уже красный луч, а после раздался нечеловеческий крик. Морозов прокрутил палочкой, усиливая напор, и папа резко взглянул в нашу сторону, показывая глазами: "Убегать!" Ада ногтями впилась в руку Феликса, который так же сильно сжимал её руку. Двое застыли. Раздался протяжный вой боли, и Ада отвернулась. Феликс сжал её в объятиях. Вопли продолжались ещё несколько минут, а по ощущениям — целую вечность. Как вдруг всё стихло. Ада резко рванула к отверстию вместе с Феликсом, всё ещё глупо надеясь, что пришла подмога. От вида отца у Ады слёзы стекали по щекам. Отец лежал без сил на полу, тяжело дыша. Кровь с носа растекалась повсюду. Он уже был развязан. Морозов возвышался над ним, всё ещё стоя к нам спиной. Отец перевёл взгляд в нашу сторону, скривился с отчаянием на лице, понимая, что мы не убежали, и одними губами сказал: "Мы любим вас". На душе будто холодом обдало от осознания. Морозов вернул внимание отца на себя, всё ещё не замечая нас. — Вот и всё, Ремаро Блэквуд. Можешь отправляться к другу и любимой жене, а скоро к вам присоединятся дети. — Морозов отошёл в сторону, чтобы мы увидели его профиль, и опять сделал пас палочкой. — Жил все эти годы, мечтая забрать твою жизнь. Мечты сбываются. Авада Кедавра! — Отец успел последний раз на нас взглянуть и развернулся лицом к телу матери. Зелёный луч пронзил его тело, и больше не было слышно тяжёлого дыхания, вообще ничего. Гробовая тишина... Морозов опустил палочку, взглянув как-то странно на тела, кивнул и протянул руку мужчине, который держал отца. Тот вручил ему кинжал, закрывая нам обзор на тела, после быстро поднялся и пошёл к выходу, попутно бросая. — Сжечь дом! Если отпрыски прячутся, как мыши, то сгорят тут всей семейкой. Наложи антитрансгрессионный барьер, — уже на выходе он обернулся и взглянул на холл, хмыкнув, вышел, а за ним и другие мужчины. Стоя в оцепенении, брат и сестра смотрели на тела. Когда открылся обзор, на лбу отца и матери было вырезано большими русскими буквами "ПРЕДАТЕЛЬ". Переведя ошарашенные взгляды на окна, они увидели, что там уже полыхал огонь, и отнюдь не обычный. Геллерт приказывал сжигать дома предателей Адским Пламенем. Феликс, который быстрее взял себя в руки, схватил сумки и Аду за локоть и побежал дальше по туннелю, маневрируя поворотами. Они бежали в конец восточной стены, где находился люк. Почти добежав до него, двое услышали угрожающий треск верхних этажей, готовых обвалиться. Феликс быстро открыл люк, кинул вниз сумки и затолкнул Аду, а сам ловко залез, закрывая за собой люк. И тут раздался грохот обвалившихся этажей. Не давая себе передышки, Феликс опять схватил сумку и побежал с сестрой по туннелю. Адреналин бурлил в крови, боль утраты отступила, уступая место выживанию. Бежали они по туннелю очень долго. Тот был с несколькими путями, которые неизвестно куда ведут, поэтому бежали по тому, что знали как свои пять пальцев. Видя, как в туннеле стало светлее, они ускорились. Вскоре, чуть приподняв люк, оглядели территорию леса и с облегчением выдохнули. Выбравшись из люка, они обернулись на родной дом, этажи которого упали, а пламя, будто пожиратель, становилось всё больше и больше. Всхлипнув, Ада уткнулась в грудь брата, который сам дрожал, крепко обняв, оба дали волю слезам. — Ади... мы справимся... мы отомстим, дорогая, не плачь. Пора двигаться, пока нас не заметили, — дрожащим голосом прошептал Феликс, всё ещё сжимая в объятиях сестру, помогая ей успокоиться. — Портключ у тебя?.. Кивнув, Ада отошла и залезла в свою сумку, достав подарок от мамы и папы — серебряное зеркало. — Папа подготовил нас на все случаи. Выдыхай, на месте вдвоем порыдаем, — пытаясь шутить, Феликс положил руку на плечо сестры. Та, улыбнувшись, вытерла слёзы и взяла свою сумку в руки. Феликс проделал то же самое. Взяв в руки зеркало, обнял сестру, и так последние Блэквуды покинули некогда родное место.

***

30 августа 1943 года. Поместье Вороновых. Лондон. Британия. Открыв глаза, Ада уставилась в белый потолок. Воспоминания нахлынули по новой, ударяя по сознанию. Подняв окклюменционные щиты, отгородив эти воспоминания от сознания, Ада тяжело вздохнула, принялась разглядывать комнату, которую вчера даже не успела осмотреть, уложилась спать. Это поместье бабушки по маминой линии в Лондоне. Сюда нас привёл портоключ. В Лондоне сейчас безопаснее всего, ведь жалкие ублюдки не сунут нос в страну, где обитает угроза правлению Галлерта. Вчера они заявились к бабушке. Она подумала — грабители, но, увидев нас в грязи и с сумками, поняла всё без слов. Прорыдали все трое в гостиной до ночи. Бабушка потеряла родную дочь и названого сына, а мы потеряли родителей. Отправив нас спать по комнатам, сказала, что разберёмся со всем утром. Прикрыв на секунду веки, Ада встала с кровати. У той голова закружилась от резких движений. Сделав глубокий вдох, Ада встала и в пижаме уже направилась в гостиную, где стоял круглый стол, на котором домовики, одетые в смокинги, накрывали завтрак. Бабушка уже сидела на своём месте, собранная, и читала «Магический Пророк», глубоко затягиваясь сигаретой, хмурила брови. Феликс сидел рядом, так же понурив голову, смотря в окно. Заметив её присутствие, бабушка подняла голову и с тёплой улыбкой посмотрела на Аду. — Доброе утро, дорогая. Как себя чувствуешь? Просто кивнув, Ада уселась напротив Феликса и подцепила сигарету с пачки, которые обожала бабушка, хоть они и магловские. Вот так, втроем сидели, курили в тишине. Потом, всё ещё держа сигарету, бабушка передала газету внучке и принялась скуривать вторую. Ада задумчиво посмотрела новости, затягиваясь и медленно выпуская дым, подняла взгляд на двух родных. Главные новости кричали о жестоком убийстве в республике УССР. "ЖЁСТКОЕ УБИЙСТВО ЦЕЛОЙ СЕМЬИ БЛЭКВУД, СТОРОННИКОВ ГРИНДЕЛЬВАЛЬДА" "Утром 29 августа произошло жестокое убийство семьи, которая была верна идеям Гриндервальда. Из-за клеветы недругов семью убили в их же доме с помощью непростительных заклятий, пытая жертв и, в конце, убив. Дом подожгли адским пламенем. По нашим сведениям, у Ремаро Блэквуд вместе с Натали Блэквуд было двое детей, которые успели спастись от адского пламени. Дом обрушился и сгорел. Но что самое интересное: место, где было два тела, не тронуто. Наложили перед поджогом какое-то незарегистрированное заклятие, которое сохранило тела. И это ужасное зрелище: супружеская пара лежала вместе, смотря друг другу в глаза, а на их лбах было вырезано русскими буквами "ПРЕДАТЕЛЬ". Насколько нам известно, Ремаро Блэквуд вёл контакт с Альбусом Дамблдором. За это он поплатился своей и женой жизнями. Соболезнования родным, которые остались в живых." Дочитав страницу, Ада подняла взор на колдографию обрушенного поместья в Киеве, где до сих пор догорало адское пламя. — И что же дальше, бабушка? — обратилась Ада, чертя сигарету в руке. Бабушка разрешала им курить, когда они приезжали к ней на праздники, со словами: "Лучше со мной, чем со всякими лешими". Варвара Воронова, женщина 60-ти лет, которая достаточно хорошо сохранилась и, при всем этом, имела прекрасные взгляды на жизнь, но смерть дочери подкосила за короткий промежуток времени. Взгляд потух, да и слишком много она курит на последние 20 минут. — Что, что? Жить дальше. Вам надо доучиться, учитывая, что вы были на домашнем обучении. Вас можно вписать в Хогвартс на 7 курс, по возрасту подходите, да и вы у меня умные, английский знаете, сможете год продержаться. — Феликс и Ада уставились на бабушку, подозревая, что та от горя с ума сошла. — И не смотрите на меня так, вам нужно отвлечься от взрослого мира и пережить это. И да, плюс, там безопасно. — Допустим, идея хорошая, но кто нас с Адой возьмёт на последний курс, если я не ошибаюсь, их там всего семь, — вздернув бровь, возразил Феликс. На что бабушка закатила глаза. Ада хихикнула, отпивая кофе из чашки. — Внучек, не забывай, кто твоя бабка. Я в хороших отношениях с Армандо Диппетом. Близнецы одновременно вздернули правые брови в немом вопросе: «Что нам даёт это имя?» На что бабушка опять закатила глаза и продолжила: — Это директор Хогвартса, пташки. И я ещё вчера вечером отправила ему письмо с просьбой принять вас на последний курс по понятным причинам, которые он увидит утром в новостях. — Близнецы уже смотрели на неё ошарашенно. — И не смотрите так на меня. Пойдёте учиться, а то до белого каления меня доведёте. А если будете отказываться, нажалуюсь деду, как только тот вернётся с работы.— Близнецы приняли команду смирно, ведь даже после всего, что творилось, они сильнее боялись Григория Воронова. Он их, конечно, любил, но строгий, зараза. — Поэтому сейчас собираемся и рушим в Косой Переулок за покупками к школе. — Но он тебе даже ещё не ответил, приняли нас или нет, — возразила Ада, всё ещё надеясь, что тот проигнорирует и они останутся здесь. — Зачем только деньги тратить? Мы с собой взяли немного, но на пустые траты не готовы галлеоны выкидывать. — Дорогая, ответил он положительно ещё утром, пока вы спали. А расходы на мне, дорогие. Я теперь за вас в ответе и рада, что мы вместе, — тепло произнесла бабушка, а потом резко переключилась на строгий тон. — У вас 15 минут, или выведу к людям в чём мать родила.

***

Косой Переулок встретил большим количеством волшебников, которые готовили своих детей к школе. Шагая рядом с бабушкой, которая была близнецам по грудь, они шли как верные псы, разглядывая витрины чудоковатых магазинов вместе с Феликсом. Судя по их каменным физиономиям, были не впечатлены. В отличие от бабушки, которая здесь жила, шагала между близнецами довольная как никогда. Первым делом они зашли за котлом для зельеварения, потом за всем для письма, потом за книгами. И тут уже Ада схватила некоторые книги, которые давно хотела, на тему ритуалов. Феликс же взял «Историю Хогвартса», чтобы хоть что-то знать о школе, куда они скоро отправятся. Проходив так несколько часов, они зашли в предпоследний магазин мантий — «Твилфитт и Таттинг». Зайдя внутрь, бабушка подозвала консультантов, чтобы те помогли с выбором. Они, наверное, хорошо знают Варвару, потому что у них сразу завязалась беседа, позабыв о нас. Феликс и Ада скептически разглядывали мантии, которые уж слишком яркие. В итоге какая-то девушка-консультантка подозвала нас, глядя снизу вверх. — Мисс и Мистер...? — Пытаясь снять мерки с Ады, спросила консультант, пока Феликс развалился на диванчике рядом. — Блэквуд, — ответила спокойно Ада, рассматривая палитру цветов, пытаясь найти подходящее. После того как консультант услышала фамилию, отскочила от Ады, как будто та громом поражена. Феликс же наблюдал за этим слишком тихо. — В чем дело? — спросила Ада ледяным тоном, уже прикидывая, что та выкинет. Та же девица смотрела на Феликса и на Аду огромными глазами, полными страха. — П-простите, мисс Блэквуд, я просто читала утреннюю газету и никак не ожидала вас здесь увидеть. Примите мои соболезнования, — дрожащим голосом пролепетала та, на что Ада сошла с платформы для снятия мерок. Взяла Феликса под руку, указывая, что пора уходить. — Мерки вы с нас сняли, выбирайте, пожалуйста, на свой вкус и желательно в тёмных тонах, не очень любим светлые. А ещё для мисс Блэквуд подберите костюм со свободными брюками. К вашей моде привыкать очень тяжело, поэтому побольше брюк, — спокойно дал распоряжение Феликс и под руку с сестрой пошли к выходу из магазина. Встретили напряженный взгляд бабушки, которая кивнула, дав понять, что они могут идти, а она догонит. Выйдя на улицу, двое вздохнули и побрели к ближайшему кафе с террасой. Уже усевшись за стол на террасе, близнецы пили привычный кофе и, куря, наблюдали, как школьники бегают тут и там, смотря на витрины. — Знаешь, что больше всего бесит? — Обратившись к Феликсу, Ада откинулась на спинку кресла, затянувшись дымом, и перевела взгляд на брата, который приподнял бровь в ожидании продолжения. — На нас все пялятся, как на животных в магловском зоопарке. Мы только вышли из того магазина, как все уже знают, кто мы и откуда. — Закатив глаза, Феликс и вправду отметил, что на них все пялятся, как будто первый раз волшебников видят. Не успел он ответить, как неоткуда не возьмись нарисовался симпатичный платиновый блондин, которого они точно не ждали. — Приветствую в Лондоне, мисс и мистер Блэквуд. Как вам Косой Переулок? — спокойным тоном любезничал, переводя взгляд с Ады на Феликса. — Я Абраксас Малфой. — Проговорил тот, пожимая руку Феликсу, а потом переключил своё внимание на Аду, которая наблюдала за этим цирком. — Я Феликс Блэквуд, а это моя сестра Ада Блэквуд, рады знакомству. — Заговорил Феликс на английском с чуть слышным акцентом, с едва заметной улыбкой. Ада в это время ощутила, как на них направлены десятки глаз, и заметно напряглась. Поэтому, наплевав на нормы Британии в общении с противоположным полом, Ада точно сейчас бы хотела оказаться дома, без лишних глаз. — Мистер Малфой, а вы с какой-то конкретной целью к нам подошли? — холодно поинтересовалась Ада, которую вот уже реально раздражало всё это внимание. Абраксас сначала опешил от вопроса, а потом, мигом нацепив маску любезности, искренне ей улыбнулся. — Мисс Блэквуд, я вырос в Лондоне и, увидев новые прекрасные лица, захотел познакомиться и, может быть, предложить показать вам Косой Переулок. — Всё ещё любезно ответил тот, на что Ада взглянула на Феликса, слегка кивнув, и они оба начали подниматься. Абраксас был одного роста с близнецами, так что учтиво ему кивнули двое Блэквудов. — Мистер Малфой, очень благодарим за такое щедрое предложение, но, наверное, в другой раз. У нас ещё много дел, очень приятно было познакомиться. — Вежливо проговорил Феликс, получив ответный кивок от Малфоя. Близнецы двинулись к выходу. Пройдя от кафе совсем недалеко, их наконец-то догнала бабушка с улыбкой до ушей. — Пташки мои, пошлите, нам надо ещё в один магазинчик забежать. — Весело прощебетала Варвара и, взяв обоих внуков под руки, повела к недалеко стоящему магазину с животными. — Вы сильно не злитесь на ту девицу, она слишком впечатлительная, и одежда вся готова уже ждёт дома, так что ещё чуть-чуть и домой к деду. — Весело закончила Варвара. Зайдя в магазин, глаза начали разбегаться от такого количества животных и птиц, так ещё и выбрать надо одного. Но, уставшая от всего этого, Ада выбрала крупного ворона, особо не заморачиваясь в выборе. Феликс же выбрал ворона поменьше в габаритах. Забрав клетки с птицами, облегчённо вздохнув, бабушка наконец-то переместила их в поместье.

***

1 сентября 1943 года. Вокзал "Кингс-Кросс". Стоя на нужной платформе, бабушка с дедом рассказывали, что нужно быть послушными и писать им письма, что с ними всё хорошо. Одета в строгий костюм чёрного цвета, правда, без пиджака — сентябрь всё ещё жаркий, поэтому в приятной рубашке со свободными рукавами цвета слоновой кости и в жилете чёрного цвета, под цвет последнего — свободные брюки, дополненные туфлями на шпильке. Тут, видите ли, негоже ходить в ботинках царевне. На родине началась мода на такие брюки, и уж слишком Аде в голову это запало, поэтому Феликс выглядит точь-в-точь как она, только в мужской версии костюма. Жилет у него свободный, в то время как у меня более приталенный. — Пташки, не летайте у облаках, скоро поезд будет отбывать, так что идите занимайте места, — протараторила бабушка, волнуясь за близнецов больше, чем они сами. Крепко обнимая внучат. Дед же, на то и дед, похлопал по плечу, и хватит. — Всё, деда, ба, мы пошли, — подхватив магией чемоданы, Феликс взял сестру под руку и зашёл в вагон. Найдя свободное купе в конце вагона, они закрыли двери и наложили заклятие отвлечения. Рассевшись друг напротив друга, они облегчённо вздохнули от этого вокзала — голова гудит, слишком шумно. Феликс протянул её за руку, заговорщически улыбаясь, на что та приподняла бровь в немом вопросе. — А угадай, что я стащил у деда в кладовке? — всё ещё улыбаясь, он достал из чемодана блок магловских сигарет. Брови Ады скрылись за чёлкой от удивления. — Знала бы ты, как это тяжко было, но что не сделаешь ради любимого дела. — Ада искренне рассмеялась над его выпадом и, подцепив сигарету с только что открытой пачки, поднялась открыть форточку. Когда поезд уже приближался к Хогвартсу, старосты начали ходить по купе, прося надеть мантии факультетов. Когда к ним шла староста, сняли заклятие, чтобы не было вопросов. В купе зашла староста, и, судя по её мантии, она с Гриффиндора, так было написано в истории Хогвартса. Девушка низенького роста, с миловидным лицом и блондинистыми кудрями, заулыбавшись, закрыла дверь за собой, проходя внутрь купе. Сначала она посмотрела на Аду, а потом перевела взгляд на Феликса, на котором задержала взгляд намного дольше, чем на первой. "Вот блин", — подумала Ада. — Привет, меня зовут Розали Лавгуд, я староста факультета Гриффиндор. Староста школы приболела, поэтому я её заменяю, — проворковала она, всё ещё смотря на Феликса. Тот, не понимая, что от него требуется, моргнул. — Оденьте мантии со значком всех факультетов. По прибытии в Большой зал Распределяющая шляпа определит на один из четырёх факультетов: Гриффиндор, Когтевран, Пуффендуй и Слизерин. Надеюсь, вы будете на Гриффиндоре, я буду очень рада вас видеть и проведу вам экскурсию, — ещё больше начала лепетать она, глядя всё ещё на Феликса. — Тогда до встречи в Большом зале. — И, на последней ноте, подмигнула и исчезла из купе. Ада перевела взгляд, полный недоумения, на брата и встретила точь-в-точь такой же. — Мы ни ногой на Гриффиндор не ступим, поняла? — прошептал Феликс, как будто та девица опять прибежит. На что Ада только согласно кивнула и встала, чтобы одеть мантию. И когда они уже думали по прибытии брать чемоданы, как тут вдруг появились домовые эльфы, их забрали и исчезли. Пожав плечами, Феликс открыл дверь, пропуская сестру. Народу было много, поэтому они не слишком спешили и шли в самом конце. Выйдя из купе, их встретил какой-то завхоз и проводил к каретам, запряжённым фестралами ?.. Их с Феликсом посадили в одну карету с первокурсниками, которые восхищённо озирались вокруг, ахали, охали. Ну и вправду, Хогвартс прекрасен: величественный замок, леса вокруг и чёрное озеро, которое видно только благодаря лунному свету. Прибыв в Хогвартс, их с первогодками встретил сам Альбус Дамблдор — маг, из-за которого подставили нашего отца. На последней мысли Ада начала разглядывать холл, который ну очень большой и красивый, а вдалеке видны движущиеся лестницы. Осмотрев всё, она всё-таки прислушалась к словам старика. Он был одет в ярко-красную мантию и под цвет ей шляпу, но на носу покоились очки-дольки, длинная борода, и самое, что бросается в глаза, это холодный взгляд, который будто видит тебя насквозь. На всякий случай Ада подняла окклюменционные щиты и, штурхнув брата, намекнула тоже. — ....Надеюсь, вы полюбите это место как свой второй дом, — мягко проговорил Профессор Дамблдор и повёл всех в большой Зал. Перед ним открылась внушительная дверь. Зайдя в зал, сразу почувствовалась магия: свечи горели в воздухе, и, видно, с помощью заклятия вместо потолка было звёздное небо. А также четыре стола для каждого факультета, за которыми уже собирались ученики разных курсов, а в центре — стул, и на нём старинная шляпа. Мило. Стоя с Феликсом в конце, они смотрели, как каждого ребёнка вызывают по очереди и шляпа определяет его факультет. А также они чувствовали слишком любопытные взгляды со всех сторон. Слишком комично они выглядели, возвышаясь среди толпы детей. Феликс немного склонился к ней и прошептал на ухо: — Матерь Божья, откуда столько детей повылезало? Я уже устал стоять как шут, на которого все смотрят. А ещё я курить хочу, — напряжённо прошептав, тот взглянул на сестру и, приподнимая брови, ждал реакции. Теперь уже Ада придвинулась к брату. — Феликс, я тоже курить хочу, меня это излишнее внимание напрягает до чёртиков, — также прошептала на ухо и встала ровно. Феликс опять наклонился. Ада немного тоже, чтобы услышать, что тот бубнит под нос. — Мне слишком, слишком понравился Мистер Малфой, и я теперь повсюду его вижу. Или это он сидит вон за тем столом? — слегка кивнув в правую сторону, близнецы поревели взгляд к столу Слизерина. И, тьфу ты, правда, Абраксас Малфой собственной персоной сидит, смотрит на нас в оба. Одновременно вернув своё внимание к стулу со шляпой, Ада наклонилась и прошептала: — Феликс, надо быстрее идти к стулу, тут такая толпа, что я неудивлена, что он смотрит на нас такими голодными глазами. — Близнецы тихо усмехнулись и вдруг услышали голос Дамблдора. — Феликс Блэквуд, — напряжённым тоном проговорил тот и, подняв взгляд на близнецов, понял, что остались только они двое. Коротко подмигнув сестре, Феликс уверенно пошёл и сел на стул. Нахмурившись, он вдруг услышал голос шляпы: — Слизерин! — стол слизеринцев взорвался аплодисментами и улюлюканием. Феликс встал и немного отошёл в сторону, ожидая сестру. — Ада Блэквуд, — всё так же напряжённо произнёс Дамблдор. Ада спокойно села на стул под любопытные взгляды и почувствовала, как шляпа опустилась на голову. И в голове прозвучал голос, лазая по её сознанию, отбирая качества факультетов: — Ясный ум... так-так, и хитрости хватает. Смелая, но Гриффиндор точно нет. Хммм... сама куда хочешь, Ада? — К брату, на Слизерин, — так же мысленно ответила Ада. Распределяющая шляпа замолчала и наконец произнесла: — Слизерин! — стол взорвался улюлюканием. Встав со стула, Ада вместе с братом пошли в конец стола, где было меньше людей. Когда шляпу убрали, к столу подошёл старый волшебник с длинной бородой в лиловой мантии и такой же шляпе. Как мы с Феликсом поняли, это Армандо Диппет, директор Хогвартса. — Рад приветствовать старых и новых учеников. Пусть этот год будет для вас удачным, — Армандо, закончив короткую речь, хлопнул в ладоши, и на столе появилась еда и напитки. — Новоприбывших старосты факультета проведут в их гостиные после окончания ужина. Всем приятного аппетита. Армандо сел и уже беседовал с Дамблдором, не обращая внимания на учеников. Феликс, накладывая себе овощи и мясо, поднял взгляд и поднял брови. Ада слегка кивнула, и он уже начал накладывать ей порцию. Отложив приборы, он наклонился к её уху: — Я молился не попасть на Гриффиндор. Та сумасшедшая сидит и раздевает меня глазами. Смотри, как она пугает меня! Наведи на неё сглаз, чтобы глаза по разным сторонам разбежались, так хотя бы на меня смотреть не будет точно. Ада улыбнулась, слегка подняла взгляд на стол Гриффиндора, где сидела Розали Лавгуд и пожирала взглядом её брата. Приподняв брови от такого жуткого зрелища, Ада развернулась лицом к Феликсу, слегка кивая в сторону Лавгуд, спрашивая, точно ли это она. Тот несколько раз кивнул и, сделав страдальческую мину, продолжил: — Я надеюсь, она не будет ловить меня по Хогвартсу, поэтому буду ходить за тобой хвостиком, сестрица. Повернувшись к еде, они начали что-то тихо обсуждать, как вдруг им на плечи опустились руки. Те напряглись, слегка повернули голову, а там стоит сам Абраксас Малфой, улыбка до ушей, но не касающаяся холодных серых глаз. Интересно... — Ах, мои дорогие Феликс и Ада, рад вас снова видеть! — довольным тоном промурлыкал он. — Вот теперь у вас точно не будет дел, и мы сможем пойти на экскурсию по Хогвартсу. Судьба свела нас, не иначе! — Довольно заключил змеюка, ожидая ответа. Уж слишком он в друзья набивался. Феликс уже было открыл рот, как сестра его перебила, без сожаления задав вопрос в лоб: — Где тут можно покурить? — приподняв губу в подобии улыбки, делая такой вид, будто погоду спросила. Абраксас завис ненадолго, а потом, оглядываясь по сторонам, произнёс уже тише: — Идёмте, покажу как раз вам Хогвартс, потом уже к гостиной проведу. Близнецы поравнялись с Абраксасом и последовали на «экскурсию». Проходя по коридору, они осмотрелись вокруг, а потом свернули в какой-то непонятный проход и оказались во внутреннем дворике. Всё ещё не останавливаясь, Малфой повёл вдоль стены, и резко зашёл в её уголок. Ада приподняла брови от фокусов, Феликс же исчез сразу после нового друга. Зайдя за ними, они обнаружили что-то наподобие курилки, и там уже находились какие-то ученики. Трое стали под стену, и вдруг Абраксас протянул им две сигареты красного цвета. Те с опаской глянули и перевели взгляд на нового друга в немом вопросе, потому что таких сигарет точно они не видели. — Это волшебные сигареты, от цвета зависит вкус. У вас вот вишня, — глядя на их всё ещё недоверчивые взгляды, Абраксас взял такую же красную и подкурил огоньком Феликса на ладони. — Они пока не вышли в продажу, но у моей семьи есть некоторые привилегии. А за новые знакомства я решил вас угостить, ведь магические приятнее пахнут, чем обычные горелым табаком. — Подкуривая, Феликс с Адой затянулись, и, вправду, отменный вкус, менее агрессивный запах. Феликс уже вовсю тараторил с Абраксасом, у него никогда не было проблем с новыми знакомствами, потому Ада не удивилась. Кинув ленивый взгляд по студентам, её взгляд сам зацепился за девушку, которая таяла в руках других однокурсников. Вернув своё внимание к рассказу Абраксаса: — Мистер Малфой, мы очень много слышали рассказов за библиотеку Хогвартса. Не против вы нас провести? А потом, конечно же, в гостиную. — Ада приподняла брови в ожидании. Сам Абраксас резко расправил плечи, переведя взгляд на девицу. — Можно просто Абраксас, мисс Блэквуд. — Отойдя немного в сторону, Малфой сделал движение рукой, и его окурок исчез. — Идёмте, я вас проведу. Скоро уже отбой, так что шевелитесь. Идя за Абраксасом, как утятя за мамой уткой, они оказались на движущихся лестницах. Тут он подхватил нас за руки, чтобы мы не свалились вниз. Встав на ступени, они уже вместе с учениками начали двигаться к непонятной арке. — Вы будете вместе со всеми так передвигаться, чтобы добраться на лекции. Оно на первый взгляд сложно, потом привыкается. — Абраксас, не отпуская нас, указал на тёмный коридор, на стенах которых портреты дремали. Приложив палец к губам, Малфой нас протормозил, чтобы не навлечь много шума. И вот, уже заворачивая поворот к библиотеке, как вдруг сильно столкнулась с кем-то носами. Отскочив, глухо промычав непристойные слова на русском языке, Ада схватилась за нос. Феликс тут же полетел к сестре, как вдруг раздалась чистая русская речь от ученика, с которым столкнулись. — Панянка, вы чего так философствуете? — у Близнецов одновременно поползли брови вверх, не ожидая услышать второй родной язык. Ученик, так же держась за нос, ученик, немного выше Близнецов и Абраксаса, с каштановыми кудрями и болотными глазами, в ухе сверкала серёжка, а он в ответ, так же в ответ, разглядывал их. — Антонин Долохов, а вы, господа, те печально известные мисс и мистер Блэквуд? — без напускного сожаления Антонин, пожав руку опешившему Феликсу, обернулся к Аде. — Мисс Блэквуд, с вами всё хорошо? Антонин взял свободную руку и поцеловал костяшки, на что Ада слегка кивнула. — Я так же, как и вы, на 7 курсе Слизерина, потому что стесняетесь обращаться за помощью. Раздался грубый голос, на что Ада только сейчас обратила внимание, что ещё один волшебник стоял рядом с Антонином, смотря сверху вниз на всех. — Абраксас, куда вы так спешите? — безразлично бросил неизвестный волшебник, глядя на блондина с непонятной Аде эмоцией. — Том, мисс Блэквуд хотела увидеть библиотеку Хогвартса, и я хотел успеть до отбоя показать, а потом провести в гостиную. — Как-то слишком напряжённо он это протараторил, на что Близнецы переглянулись, отметив, что переговорят об этом потом. Так называемый Том перевёл взгляд на Аду, которой очень хотелось исчезнуть побыстрее, ведь под холодным взглядом волшебника, который возвышался над ней горой, Аде казалось, что она стала в размер с пикси. Тёмные густые волосы, идеально ухоженное лицо, идеально сложенное, как у божественной статуи в Риме, о которых рассказывал отец после своих путешествий. — Мисс и мистер Блэквуд, — сдержанно кивнув близнецам, спокойно продолжил. — Я Том Реддл, староста Школы и факультета Слизерин. Рад, что вы теперь с нами. По любым вопросам можете обращаться ко мне. Не хочу вас разочаровать, мисс Блэквуд, но через десять минут уже отбой, поэтому пусть Абраксас покажет вам библиотеку уже завтра.— с спокойной улыбкой проговорил, глядя на наручные часы. Но Аду смутили не слова, которые пропитаны чем-то непонятным, а глаза, которые при улыбке оставались пустыми. Антонин опустил руку, на которой красовалась кровь с носа, на что болезненно поморщился. Ада тоже опустила руку, наблюдая такую же картину, тяжело вздохнув, перевела недовольный взгляд на Долохова, решив с глазами старосты разобраться потом. — Тебе помочь? — поинтересовалась, все еще не переходя на английский, притворно любезно Ада, на что Долохов энергично закивал. Ада подняла руку, на которой красовалось обычное серебряное кольцо. Легко взмахнув им в сторону Антонина, кольцо засветилось. Потом сразу же раздался противный хруст в носу Антонина, который приподнял брови, глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Ада, проделав с собой такие же махинации, перевела взгляд на Абраксаса. — Ну, раз скоро отбой, пошли скорее в гостиную, Абраксас, — уже переходя на английский, который ей ой как не нравился. На что Малфой, кивнув, готов был открыть рот, что-то сказать, как его бесстыдно перебил Долохов, аккуратно беря под локти близнецов и ведя их в другую сторону. Том с Абраксасом шли сзади, и глаза Абраксаса ясно давали понять, что он о русском друге думает. — Мисс Блэквуд, вы мало говорите. Неужели вам здесь не нравится? — уже спрашивая на английском, спокойно поинтересовался Долохов. Но ему ответил Феликс: — Ада не сильно изучала этот язык, отдавая предпочтение изучать старинные книги с рунами на других языках. Долохов уже посмотрел на Феликса недоуменно: — То есть, она нас почти что не понимает, и мы зря распинаемся, общаясь к ней на английском?.. Губы Феликса изогнулись в улыбке, на что Ада закатила глаза, крепче ухватившись за локоть Антонина и переходя на лестницу. — Можно просто Ада, — спокойно произнесла Ада на английском, прикидывая, что тут надо общаться, как все, а то точно проблем наберёмся. — Феликс немного преувеличивает, я английский знаю, но разговаривать на нем для меня все еще непривычно. Феликс хохотнул, перевел хитрый взгляд на Аду. — Пташка, а не ты ли вчера в Лондоне заблудилась, перепутав названия сторон на... а...— Договорить он не успел. Ада едва двинула пальцем, и Феликсу поставили будто невидимую подножку, так что тот чуть не свалился с лестницы, если бы его не придержал Долохов, который уже откровенно хохотал. — Птенчик, ты, наверное, после дороги устал, начал бредить да и падать на ровном месте.— Ада прошла с остальными в холодные подземелья. Феликс сразу же наложил на них согревающие чары и принялся рассматривать всё. Ада так же завороженно смотрела на факелы с зелёными огнями. Ада залюбовалась тёмной красотой подземелья и не сразу услышала вопрос, который задал Том. — Мисс Блэквуд? — Ада взглянула на старосту через плечо. — Кольцо, благодаря которому вы колдуете без палочки, можете о нём побольше рассказать? — Том смотрел на неё без интереса, будто лишь для галочки спросил. Кольцо на указательном пальце потеплело, будто чувствуя к себе внимание. — Да, конечно, это семейное кольцо, которое передаётся от матери к дочери. Оно помогает более сконцентрироваться для использования беспалочковой магии, но перед этим сама приёмница должна овладеть этим, чтобы кольцо помогало не отвлекаться от магии, — легко отозвалась Ада, переведя взгляд на Феликса, который понял, что она не всё рассказала, и слегка кивнул. Услышать следующие вопросы Тома уже не получилось, потому что, добравшись до какой-то стены, Антонин показал им пароль входа в гостиную и, пропуская Аду вперёд, остальные зашли за ней. Гостиная Слизерина располагалась глубоко под замком, там, где камень всегда оставался холодным, а тишина — живой. Потолок был низким и сводчатым, словно подводная пещера, и сквозь высокие узкие окна, выходящие прямо в воды Чёрного озера, проникал зеленоватый свет. Стены были выложены тёмным камнем, отполированным до приглушённого блеска, и украшены старинными гобеленами с гербами древних чистокровных семей. Серебряные нити на ткани тускло мерцали при свете факелов, а изумрудные узоры будто двигались, если смотреть слишком долго. В центре гостиной стояли массивные кожаные диваны и кресла тёмно-зелёного и чёрного оттенков, расставленные так, чтобы никто не сидел спиной к комнате. За ними сейчас сидели ученики, наблюдая с интересом за новенькими. Тут же с дивана встала девушка с высокомерным выражением лица и натянутой улыбкой подошла к ним, сканируя новеньких с ног до головы. — Рады приветствовать вас на нашем факультете. Я на год младше вас по курсу и староста девочек. Я Эмилия Паркинсон, — противно тонким голоском представилась девушка. Она была низкая, с лицом, напоминающим мопса, и светло-каштановыми волосами, которые спадали ей на плечи волнами. Учтиво кивнув, как всегда, близнецы было хотели спросить Антонина, где спальни, как к слуху опять донёсся противный голос: — Мисс Блэквуд, вас в глухих лесах не учили, что надо представиться? Не поняв, что за дела, Ада медленно повернула голову с приподнятой бровью, ведь замечание было только к Блэквуд-младшей, но к Феликсу эта псиноподобная не полезла. Губы Паркинсон расплылись в притворной улыбке. — А ещё в нашей школе есть дресс-код, где девушки носят школьную форму и юбки. А хотя, если на вас посмотреть, можете вполне сойти за мужчину, мисс. Ада не понимала, что та к ней прикопалась, и когда Абраксас пытался взять её за локоть, Паркинсон стрельнула таким взглядом на его руку, что Ада подняла уже две брови, понимая, в чём дело. Осторожно сделав шаг к юной мисс Паркинсон, Ада наклонилась к её уху, на что та напряглась. Ведь пока девица стояла за несколько шагов, то могла почувствовать минутное превосходство, но когда оказалась ближе, сжалась в дрожащий комочек, который пытается выглядеть уверенно, ведь она намного ниже и ещё больше походила на мопса в глазах Ады. Тихо вздохнув, покрутила её локон на пальце. — Мисс Паркинсон, не пытайтесь укусить, имея молочные зубы, — с притворной нежностью прошептала ей на ухо, всё ещё покручивая её локоны. — И особо не советую затрагивать меня своими любовными драмами, ведь, как говорят у нас в глухих лесах: «Свою голову положу, да твою-то с плеч снесу». Ада выровнялась, отступая на шаг, и улыбнувшись, протянула руку. Сзади, еле сдерживаясь, хихикнули Антонин и Феликс, остальные в гостиной молча наблюдали. — Мисс Паркинсон, я Ада Блэквуд. Очень приятно познакомиться. Та, побелев от плохо скрытых угроз, протянула руку с натянутой улыбкой. — А теперь можно узнать, где наши спальни? Мы ужасно устали, — легко повернув голову к Феликсу, улыбнулась кончиками губ. Паркинсон кивнула, подзывая за собой. Оказывается, в Хогвартсе спальни девушек и мальчиков находятся в разных коридорах. В гостиной они с братом разделились. Спальни девочек поделились по курсу, потому аж в конце коридора была спальная Ады. Но, зайдя в комнату и увидев четыре кровати с балдахинами , настроение вмиг пропало. Её чемодан стоял возле кровати с зелёным постельным и таким же, мл, цветом балахона. Соседки, наверное, находились в гостиной, и, чтобы не стать жертвой расспросов, Ада на автомате переоделась и улеглась спать, накладывая чары отвлечения. Покрутившись в кровати, Ада с раздраженным вздохом улеглась на спину, раскинув руки. Сон не шел ни в одном глазу. Мысли одна за другой менялись, но за одну Ада зацепилась и, открыв глаза, уставилась в потолок. Соседки так и не явились, наверное, с остальными после каникул тараторят. Хотя и комната находилась в подземелье, подземелье замка было огромным на холмах, потому в некоторых спальнях были окна с маленькими форточками. Поднявшись с кровати и найдя в сумке пачку, Ада села на подоконник и, глубоко затянувшись, наконец дала себе обдумать ту мысль. Том Реддл. Староста школы, высокий, красивый, да и со всеми общается очень любезно. Судя по всему, отличник, и его все уважают, даже профессора. Вроде бы всё идеально на первый взгляд, что и кажется странным, ведь в каждом человеке есть изъяны, и как раз один она заметила. Глаза – тёмные омуты, которые в себя затягивают, казались такими пустыми, что аж холодок по позвоночнику пробежал. Как всегда говорила Натали Блэквуд: "Глаза – это душа человека. Люди могут быть разные: плохие, добрые, но всегда пробуй смотреть в глаза, они тебе о многом расскажут. Есть такие люди, Ада, который целенаправленно разрывают свою душу на куски. Этот ритуал мы уже разглядывали. Очень мощный ритуал, а сама жертва ритуала – это смерть любого существа или человека ради собственного бессмертия. Когда душа теряет кусок, человек меняется не внешне, а душевно: глаза пустые. Но это не значит, что надо сейчас же делать этот ритуал, ведь звучит он не плохо. Сама проблема, что данный ритуал изучен не полностью, и раз волшебник на это решился... он безумец или просто чертовски умный, раз завершил неизведанный ритуал?" Ада помнила этот сомнительный ритуал и признаки ритуала тоже. Но если Реддл правду решился на это, Ада сомневалась, что он по доброте душевной расскажет ей заключительную часть ритуала. Ведь было так интересно, но не дай бог прибьёт ещё за знание такой информации! И ведь поняла она это только из-за кольца, которое всегда тянулось к отмеченным тёмной магией, а у Реддла это так, что сразу чувствуешь вокруг себя тёмную ауру. Надо быть с ним начеку. Выдохнув вишнёвый дым в форточку, Ада выкинула туда же окурок и направилась в кровать. И, закрывая глаза, уже прикидывала, какие ритуалы для себя надо разыскать в библиотеке Хогвартса, которую хвалят во всём мире, и потихоньку накидывала план мести Клятому Морозову, уже представляя, как будет разрывать его глотку руками. Ада наконец уснула с лёгкой улыбкой на губах.