Вместе

Все в доме суетились, собирая последние вещи или укладывая чемоданы в раскрытый багажник семейного авто. Оля, не причастная ко всему этому, тоже маялась и ходила туда сюда насколько это позволяла нога, но в итоге, решив заняться делом, принялась причёсываться. - It's so beautiful. - Лиза держась за дверной косяк тихо наблюдала. - Хочешь такие же? Девочка тихо кивнула. - Илья, у нас есть ещё 10 минут? - Наверное, надо у папы спросить. - Пойдём. Возьми расчёску и две резинки. - Оля вышла из ванной. - У тебя лед есть сегодня, пучек надо будет потом делать? - Есть. - Лиза насупилась, вспоминая нелюбимую причёску. - Давай тогда я тебе сверху заплету, а потом хвостик? Потом можно будет сделать пучок. Садись. Илья наблюдал, как осторожно Оля подхватывает тонкими пальцами темные прядки сестры, как кисти шевелятся, перекладывая их одну на другую, как лицо ее, сосредоточенное и бледное, замирает на секунду, а потом она хмурит брови. - О, Лиза уже уломала на косички? - Да, я в хвостик соберу, чтобы потом пучок можно было сделать. - Спасибо, а то я так и не научилась эти косички плести, простые да, а такие разные не получаются. - Это дело практики, я раньше тоже не умела, потом научилась на других, потом и на себе. Ну всё. - Оля провела руками по голове девочки. - Спасибо. - Ну всё, давайте, удачи. Ром, напиши, как доедете. - Татьяна стояла на крыльце, раздавая последние указания семье. В машине Оля с Ильёй ехали, как нашкодившие школьники - по разным концам задних сидений, и сопровождаемые частыми короткими взглядами Скорнякова в водительское зеркало. Друг на друга ребята тоже поглядывали, то как-то нервно улыбаясь, то наоборот слишком серьёзно. Константинова, прислонившись к окну авто, слушала музыку, но сквозь дешёвые наушники сразу услышала: - Дай твою послушать. - Тебе не понравится, там все страдальческое. - Я меломан, мне все понравится. Наушник лег в открытую ладонь. Малинин вслушивался в слова, цеплялся за смыслы, постукивал пальцами в ритм. За этим всем он и не заметил, как голова девушки начала накланяться, тяжелея от сна. Тихий щелчок ремня раздался в машине, и Роман ещё раз взглянул на пассажиров. Илья медленно переместился на место посередине, пристегнулся вновь и аккуратно склонил Олину голову себе на плечо. Приехали они уже ближе к вечеру, когда на город опускались сумерки. Константинова переживала - шанс того, что её узнают был слишком велик, а значит маячить рядом с Ильёй лишний раз нельзя. Натянув капюшон и маску, девушка вышла из машины. Они вошли в лоби отеля и подошли на ресепшен. Пока Малинин показывал документы и ожидал получения ключа, Оля постоянно оглядывалась. Национальный чемпионат - крупный старт для США, но страшнее были не фигуристы, которых в крайнем случае можно было попросить не выкладывать общие фото и держать все в секрете, а болельщики и СМИ, те могли развить тему отношений любимого спортсмена буквально из воздуха. И это пугало. Девушка на ресепшене удивилась русскому паспорту, но, осмотрев компанию, ничего не сказала. - Пойдём. - Илья провёл рукой по ее спине, слегка подталкивая в сторону лифта. Номер их оказался большим, отец Ильи жил на этаже ниже в более простом, одноместном. - Пойдём поедим. - Раскладывая футболки по шкафам, предлагает Малинин. - Я не голодная. - Оль, мы не обедали, нужно поесть. - Ладно, мам. - Оля закатывает глаза. Скорняков отказывается идти с ними то ли для того чтобы не мешать паре, то ли из-за лени и желании поесть в предоставленной столовой. Кафе, в которое приводит Илья, оказывается через чур приличным для Олиного потрёпанного свитера и ее жабы, душащей за каждую лишнюю трату. Но фигурист, нисколько не стесняясь, садиться за ближайший столик и с аппетитом рассматривает меню. - Ты что будешь? Говорят, здесь очень вкусные стейки. - Илья, тут цены, как крыло от самолёта. - И что? - Он удивлённо поднимает на нее свои глаза. - Ну, я... - Что? Ты не надейся, я тебе за себя платить не дам. - Олины щёки горят огнём. - К тому же за все это время у нас не было ни единого свидания. Считай, момент настал. - А Франция? - Во Франции мы ещё не встречались. Мне даже поцеловать тебя было нельзя! Не парься, ладно? Я позвал, я угощаю, к тому же тут вполне себе приемлемо. Ужин шёл неспешно - они болтали о чем-то своем, наслаждались видом мрачного города за окном и вспоминали свои прошедшие соревнования. В отель возвращались длинной дорогой, крепко держась за руки. Оля болтала своей рукой, раскачивая и Ильину из стороны в сторону. - Я так рад, что ты приехала. - Я тоже, не могу долго в Москве находиться. - А что будет потом? - Оля смотрела пристально. - Не знаю, я не могу тебе сейчас ничего обещать, потому что это будет не честно. - Илья говорил правду, потому что у судьбы всегда свои планы. - Я просто... Ты должен понимать, что я не всем так доверяю, что ты для меня много значишь, но выражать мне это трудно. Особенно словами. Но я не уверена, что готова променять всю свою жизнь там на тебя, по крайней мере не сейчас. Я очень надеюсь, что ты понимаешь. - Я понимаю. - Спасибо.

***

Илья проснулся по будильнику. Ранняя тренировка была вынужденной мерой - вечером уже выступали. Перевернувшись он обнаружил ещё спящую Олю. Она была похожа на фарфоровую куклу - бледная кожа, длинные ресницы, чуть приоткрытые губы. О таком он мог только мечтать, и хрупкость девушки создавала трепетное ощущение в груди. "Пусть спит" приходит в голову, и он тихо натягивает на себя одежду. По возвращении Оли в кровати он не застаёт и, не успев осмотреть и всей комнаты, он делает шаг в номер. Константинова выпрыгивает из-за двери и начинает щекотать парня. - Ага! Решил от меня свалить? Все не так просто дружочек. - Господи, больная, перестань. Сейчас весь твой кофе окажется на ковролине. - Подкупить меня решил? - Оля выгибает бровь и смотрит недоверчиво, но щекотать перестает. - Ты слишком мило спала, я не стал тебя будить. Тем более в кафе сейчас полно народу, а идти куда-то у меня времени нет. - Да я вообще обычно не завтракаю. - Ну и плохо. Стой, ты что, в моей футболке? Девушка и вправду примеряла вещи парня, чтобы побесить бросившего. Выглядело это, конечно, довольно комично, потому что Илья и так носил оверсайз, а для тоненькой фигуристки на 10 сантиметров ниже футболка и впрям превратилась в платье. - Да. - Скрыть красные щёки не удалось, но взгляд Константинова не отвела. - Прости, наверное не стоило вот так без спроса. - А мне нравится. - Илья лукаво улыбался. - Ладно, мне все равно надо переодеться, отвернись. Малинин покорно развернулся на пятках, поднимая руки в примерительном жесте. А Оля, скинув с себя большую футболку, стала рыться на полке со своими вещами. Найдя что-то подходящее, она вновь вышла к центру комнаты. - Илья, хватит смотреть. - Да как?! - Я чувствую твой взгляд. - Серьёзно? - Нет, дебил, я перед зеркалом стою, тебя тут видно вообще-то. - Прости, мне сложно оторваться. - Илья расплылся в улыбке, совершенно не стесняясь. - Ты бы лучше свою жопу оторвал и начал собираться, а то Роман Александрович тебя по головке не погладит, если ты опоздаешь. - Сейчас, сейчас. Оля на время тренировки остаётся в номере - на арену без аккредитации её все равно бы никто не пустил, а билеты на ближайший экзамен сами себя не выучат. Илья впрочем возвращается довольно скоро и сразу обнимает со спины. - Ого, ты быстро. - Да, всего полчаса лед был. Кошмар вообще, я Аксель даже не прыгнул не разу. - Я только 20 билетов повторила. - Из скольки? - Из 60. - Ты пойдёшь вечером смотреть? - Да, я бы сходила. А там билет надо? - Не, я проведу. Что? - Он смотрит на Олины поднятые брови и саркастичное лицо. - Имею право. - Имеешь, имеешь. - Девушка в ответ лишь рассмеялась.

***

Арена не была заполнена до конца - постолимпийский сезон всегда был достаточно скуп на яркие эмоции от стратов и наличее лучших спортсменов в борьбе за медали. Оно впрочем и к лучшему, для тех двоих, устроившихся на дальних рядах и пытавшихся скрыться от людских глаз. Смотреть женские соревнования с требун было для Оли необычно. Она то и дело наклонялась к Илье, чтобы прошептать замечание об уровнях или докрутах, тот внимательно слушал и пожимал плечами. - Ты не хочешь просто расслабиться и посмотреть постановки? - Это мои соперницы, как я могу расслабиться? - Ну не знаю, вот просто взять и забить на все. Хотя бы платья бы оценивала. - Платья, как платья, ничего особенного. - Да и какие соперницы, ни одного Акселя или хотя бы лутц луп. - А я прям ракета сейчас. - Оля указала на ногу, где под широкой штаниной прятался ортез. - Ты всегда ракета. - Илья коротко поцеловал в губы. - А если увидят? - Значит так тому и быть. - Малинин, я понимаю, что ты привык быть в эпицентре всего, но прошу, меня в это не втягивай. Давай так, сколько вообще человек знает о наших отношениях? - Уже думаешь кого на свадьбу звать? - Вот ещё. Думаю, насколько велик список просвященных. - Ну получается Влад, Джейкоб, - Илья посмотрел на хмурящуюся девушку, - Что? Он никому не расскажет, честно. Сара, Ник... - Боже, у тебя язык за зубами вообще остаётся хоть на секунду? - Как можно не рассказывать о такой девушке? Ну а ты, неужели никому не рассказала. - Только Даше... Ну и Самоделкина знает, что у нас все взаимно, но я не трындела. - Ты невозможно скрытная. - Ты ещё не знаешь опыт моих прошлых отношений. - Подожди, ты же сказала, что со мной у тебя был первый поцелуй. - Я потом все расскажу, обещаю. Илья оставшееся время сидел как на иголках. Прошлые отношения? Нет, конечно, ничего такого в этом не было. Тем более Оля была слишком красивой для того, чтобы никто не обращал на нее внимания. Но сам факт наглого манипулирования и лжи вызывал ярость. Малинин уже считал себя победителем - забрать такую девушку так ещё и первым дорого стоит. А теперь? Получается и не первый вовсе. Илья шел в номер спеша узнать что же имела в виду фигуристка. - Илья, я не могу так быстро. - Оля не успевала шевелить ногой с артезом, в то время как Малинин чуть ли не бежал. - Смеёшься, да? Говоришь мне такое, а потом хочешь, чтобы я был спокоен? - Илья успокойся, правда, ты все ещё мой единственный парень. - И первый? - И первый. - Тогда я тем более не понимаю. - Может быть мы все таки дойдём, а не будем выяснять отношения посреди дороги? В номер Илья чуть ли не влетает и не раздеваясь, смотрит ожидающе на Олю. - Господи, ты так смотришь, как будто я тебе сейчас об измене расскажу. Нельзя так эмоционально ко всему относиться. Там не было ничего такого. Девушка медленно раздевается все ещё под чутким взглядом фигуриста и проходит в комнату садясь на кровать. - Что? Мне просто нравился мальчик. Очень долго нравился. - Илья стоит насупившийся. - 4 года нравился... - И вы встречались? - Нет, дурак, я же тебе сказала, что ты мои первые отношения. Сначала я нравилась ему, он об этом, конечно, сказал сразу. А я осужденная подругами побоялась ответить ему взаимностью и потом сохла по нему ещё 3 года. Я столько фоток его наскринила, что мой телефон должно быть скоро бы взорвался. Но мне было очень страшно ему признаться, понимаешь? Я даже номер его боялась записать, хотя знала его наизусть. - Оля рассмеялась. - Ты настоящая дура, Константинова. Нет серьёзно, ты просто невыносима. - Мне было 12! - А мне ты зачем сказала про отношения, если это даже дружбой назвать нельзя?! - Ну ты сказал, что я скрытная... Я про то, что он мне нравится никому не рассказывала. Все 4 года, представляешь? Да и потом тоже. Только тебе. Так что, тебе повезло, что я так быстро тебе призналась. И года не прошло. - Я никогда ничего скрыть не могу. Особенно от мамы. Она догадалась, что ты мне нравишься ещё наверное в апреле. - В апреле? Я думала ты влюбился только на сборах, в августе. - Нет, я вообще-то влюбился сразу, как только увидел тебя в коридоре в Милане. Никто не вызывал во мне столько эмоций, сколько одно твое секундное появление в этом коридоре. - Значит это судьба. - Значит судьба. - Подожди, так номер показательный... - Да про тебя, конечно. Я как песню услышал, не смог больше ничего другого придумать. Подумал, что будет символично. - Романтик вы, Илья Романович. - Оля чмокнула в губы. - Я в душ.

***

- Переживаешь? - Оля стояла перед Ильёй, возвышавшимся сейчас над ней сантиметров на 20, и снимала шерсть его кошек с поблескивающего костюма. - Да нет. Так, ты в секторе А, где-то посередине? - Ну, ближе кверху. - Хорошо. - Ты просто помни, что ты все тренировал, надо отключить голову и сделать, все что умеешь. И чоктау там не забывай, пожалуйста. Все давай. - Оля быстро чмокнула его в губы. - Удачи, я пошла. Илья на разминке отчаянно искал ее глазами, за что потом получил выговор от отца. Оля же на трибунах нервничала, хотя лицо ее совсем этого не выражало. Выступил Илья впрочем безукоризненно и радостный, конечно, занимал лидирующую строчку. - Hi Ilia. Today, as always, you demonstrated an incredible level of performance. What drives you to maintain such a high standard for so many years? - It is probably just a love for figure skating and a desire to develop in this sport. - You’re going for your national title—do you feel any pressure? - Just a little bit. Honestly, I simply wouldn't want to disappoint all the spectators who came to cheer for me, all my coaches who put so much hard work into me, and, of course, myself. - How do you handle this pressure? -There are people I trust and can open up to before the start; that usually calms me down. - Oh, Ilia. Congratulations. - Эмбер, шедшая по коридору, внезапно наткнулась на друга. - How have we not crossed paths yet? Are you heading to the hotel? - Yeah. - Илья потер шею, чувствуя нервозность. - Me too. Shall we go together? Everyone else has already taken off. - I'm sorry... I... I can't; I'm expected. - Mmm, and who is she? - Эмбер лукаво улыбнулась. - Listen, it’s not that serious; I wouldn’t want to say anything prematurely. - - Show business? An actress? Or maybe a cute gymnast? - None of this. Alright, I really have to go. See you later. - Bye. - Эмбер кокетливо помахала ручкой.

***

- Наконец-то, я тебя заждалась. - Прости, я встретил Эмбер. - Ладно уж, пойдём чемпион. - Я ужасно хочу есть. Давай сходим куда-нибудь? - Я не против. Из кафе они шли неспеша, под руку. Оля склонила свою голову к плечу парня и тихо о чем-то вещала. Илья, наслаждаясь ее щебетанием, только крепче сжимал ее руку. Проснулась Оля от будильника. - Илья вставай. - Парень лишь промычал что-то нечленораздельное. - Илья-а, ты сейчас проспишь весь завтрак. - doesn't matter. Я готов пойти голодным лишь бы ещё немного поспать. Желательно с тобой. - Малинин притянул девушку к себе, крепче обнимая. Оля, окончательно смирившаяся с тем, что фигуриста ей не разбудить и при этом потерявшая собственный сон, лазила в телефоне. Новостные паблики кричали и девушка, лишь прочитав третий заголовок, смогла понять в чем дело. - Блять. - Ругательство вырвалось громко. - Блять, Илья, встань сейчас же. - Ну что. - Еле разлепивший глаза фигурист приподнялся на локтях. - А вот что. - Константинова поднесла включенный экран прям к его носу. - Чего? - Илья спустя пару минут чтения текста так ничего и не понял. - Да нас сфотографировали. Ты не видишь? - Ну и что? - Ну и что?! Там уже целое расследование по поводу твоего романа. Илья потянулся уже к своему телефону. Сообщение от агента, каналы и новостные паблики, видео в интернете - все и вправду было заполнено лишь двумя фото - почти одинаковыми, к слову. На одном он целовал Олю в макушку, а на другом они просто шли рядом, держась за руки. Оба снимка были сделаны в темноте, видимо в то время, как они шли из кафе, и если Илью спокойно можно было узнать на фото по светлой макушке и профилю, то Константинова Константиновой не являлась. Во-первых абсолютно невзрачный аутфит не давал никаких деталей, во-вторых выбившаяся из-под капюшона прядь волос подсвечивалась фонарём в какой-то блондинисто-рыжий оттенок. Найти оригинал публикации оказалось не сложно - какая-то женщина средних лет выложила фото и подписала "They are so cute 😍❤️" . Илья рассмеялся в голос. - У тебя все хорошо? - Оля все ещё злая и нервная смотрела недоверчиво. - Какая милая блондинка. Мне кажется, что это Лилит Эвелтон. Честно говоря, я так рада за него, он в последнее время прям сияет. Интересно, он учит ее кататься на коньках? Я думал, что он встречается с русской фигуристкой.- Малинин читал комментарии наигранно писклявым голосом. - Несмешно. - А по мне, очень даже. Ну что, милая блондинка, вы будете опровергать эти факты или и так сойдёт? - Ты все равно дурак, Малинин. На интервью отдуваться придётся тебе, а не милой блондинке. - Что? Мне им сказать, что я вообще-то встречаюсь с рекордсменкой по фигурному катанию и настоящей русской девушкой, так ещё и к тому же олимпийской чемпионкой? - Нет, скажи что фотошоп. - Оля все равно сидела насупившись. - Да ладно, не дуйся. Ой блин, я уже опаздываю на тренировку. Смотреть произвольные вживую они не пошли - Эмбер сказала, что зал полон, а после сегодняшней сенсации Илье проходу не дадут. Зато трансляцию они комментировали вместе, поедая при этом мармелад из ближайшего продуктового.

***

- Ты на сколько в итоге? - На пять. - Ну, не пуха. - Оля внимательно посмотрела в глаза, потом крепко обняла и ушла. Илья не мог проиграть после встречи с такими зелёными глазами, поэтому впрочем и забрал пятый титул национального чемпионата. После всех процедур с допинг-контролем и интервью он нашёл Олю в совершенно счастливом положении дел. - Ну, поздравляю. Конечно, сделаю вид, что у тебя была мега конкуренция, и ты не вынес всех в щепки. - Ты бы выиграла любого из них. - Да. - Не стала скромничать Константинова. - Я надеюсь мы отпразднуем. - Чем? - А чем хочешь? - Не знаю, хочу просто с тобой. Илья целовал сжимая ее талию и чувствовал, как радость победы распыляется во что-то другое. Он обвел языком острые зубы, потом слегка прикусил нижнюю губу, от чего Оля тихо простонала прямо в губы. - Fuck. Что же ты со мной делаешь? - А что надо сделать? - Константинова игриво провела рукой по его груди. - Для начала добраться до отеля.

***

- У вас так все по-домашнему - никаких тебе интриг и кровавых боен. - Ну простите, что не русские голодные игры. - Я бы хотела на Россию. - Да ладно, не последний старт в твоей жизни, ещё все будет. - А когда будет последний? Я пойму, что он последний? Вдруг в следующий раз я вообще не смогу восстановиться и останусь инвалидом? - Оль. - Что? Я серьёзно. Просто, в последний год это стало всей моей жизнь, я не представляю, что делать дальше, без спорта, без стартов, без огромных нагрузок. - Жить, спокойно и припеваючи. - Спокойно это тяжело. Оля оперлась головой об стекло и задумчиво смотрела на голые деревья за окном машины. Прощание с домом Малининых оказалось сложным - за те несколько дней, что она провела в их компании, она по-настоящему расслабилась. Но Москва уже звала и тянула обратно - в привычный порочный круг. - Спасибо за гостеприимство. - Это тебе спасибо, что приехала, а то Илья обстрадался здесь. - До свидания. - Ещё увидимся. - Сказал Роман улыбаясь, будто что-то знал. Ехали до аэропорта они молча. И эта недосказанность была ощутима. Она давила на носовые пазухи, заставляя глаза мокнуть, она давила на голову, заставляя стучать в висках. - Я.. Я правда тебя люблю. - Илья смотрел ожидая ответа. - И я. - Это все, чего у Оли хватило на тот момент. Потом они сидели в машине, на парковке аэропорта, прислушиваясь к тишине и наслаждаясь последними минутами. - Пора. - Оля старалась говорить твёрдо, но голос все равно дрогнул. Перед чистотой зоной они остановились, с секунду смотрели друг другу в глаза, а потом крепко обнялись. Оля плакала, не громко, лишь изредка поскуливая, как самая верная собачка, но этого было достаточно, чтобы глаза у Ильи намокли в ответ. - Я не смогу больше без тебя. - Мы все равно вместе. Это судьба. Мы с тобой константа природы. Они отлипли друг от друга и Константинова ушла. Илья долго ещё смотрел в след уже давно исчезнувшей фигуристки, а потом и сам поехал домой. Комната его казалась теперь невероятно пустой, а кровать до того огромной, что он стащил все игрушки именно туда.