Глава 3. Сёстры

Город Вальмери, что раскинулся в обрамлении холмов и старых лесов, проживал свой очередной день под лёгкий звон колоколов с башни центральной часовни. Он не знал спешки, как не знали её и его жители. Узкие улочки с выложенной гладким серым камнем мостовой петляли между добротными домами с черепичными крышами, будто бы приросшими к земле за столетия. Здесь всё дышало покоем: сдержанная роскошь витрин, ухоженные сады за чугунными оградами, запахи свежего хлеба и медовых пирогов, что тянулись из пекарни у рынка. Над городом витала почти сказочная тишина, сквозь которую пробивались лишь голоса торговцев, да стук деревянных колес по булыжникам. Среди таких звуков неспешно въехали в городок двое людей на конях. Бенедикт, натянув поводья, легко оглядел родной город, который издавна принадлежал его семье. Их главное родовое поместье находилось на возвышенности и было видно из любой точки. Взгляд юноши сначала задержался на его силуэте вдали, а потом скользнул по крышам, вдоль аллей, по лицам прохожих — сдержанных, умиротворенных, но не без искреннего интереса, когда они замечали его. Узнавали. Кто-то кивал, кто-то делал реверанс, кто-то — просто молча и с настороженностью провожал взглядом, заметив спутника в рясе. - Всё-таки здесь слишком тихо, — заметил он с лёгкой улыбкой, не глядя на Элдрина. — И спокойно. Будто в библиотеке. - Странно, что в таком месте вырос кто-то настолько энергичный и шумный, как ты, — отозвался экзорцист, продолжая осматривать улицы. - Не порть настроение, — хмыкнул Бенедикт и ткнул каблуками в бока лошади, направляя её в сторону одного из старейших зданий города, — школы для детей. Здание, возвышающееся на небольшом пригорке, напоминало маленький дворец: светлый камень стен, высокие окна, витражи, изображающие сцены из древних легенд, и зелёные плющи, охватывающие колонны у главного входа, будто ожившие стражи. Перед школой — аккуратный сад с аллеями, скамейками и фонтаном в центре. Всё казалось безупречным, если не считать разносившийся детский смех и звонкие выкрики, которые нарушали идеальную тишину. Двое спешились и подошли к северному крылу здания, где учились самые маленькие. Окна были распахнуты, изнутри доносились детские голоса, звонкие, как птичьи трели, и мягкий женский голос, ведущий рассказ. Бэнедикт и Элдриан остановились у приоткрытой двери, не желая прерывать урок. - …а когда Светилу становится грустно, что люди ссорятся и обманывают друг друга, оно уходит спать, чтобы не видеть этого. Тогда наступает зима. Но стоит людям вновь начать поступать правильно, заботиться друг о друге и слушать своё сердце — и Светило просыпается, дарит нам весну и лето, — мягко закончила женщина внутри. На последних словах один из малышей, шатен с щёчками, как у белки, поднял руку: - Леди Виола, а как понять, что мы делаем что-то плохое? - Когда вам стыдно, когда вы обижаете кого-то или не хотите рассказывать об этом родителям — значит, вы поступаете неправильно, — ответила Виолетта с ласковой улыбкой. — А теперь, давайте повторим правила, которые мы должны соблюдать, чтобы с нами не случилось ничего плохого! Первое правило? - Не доверять чужакам! - Второе? - Не уходить с незнакомыми людьми! И не жать им руку. - Третье? - Никогда не соглашаться на их уговоры, даже если они обещают сладости или золото! - Четвертое? - Всегда быть осторожными и следовать первым трем правилам! В этот момент одна из девочек, сидевшая ближе всех к двери, повернула голову — и громко закричала: - БЭЭЭН!!! Дверь вмиг распахнулась, и через секунду вся группа малышей высыпала во двор, как стайка птенцов. Смеясь, они бросились к Бенедикту, обнимая его, вешаясь на руки и хватая за полы пиджака. Тот рассмеялся и поднял сразу двоих на руки. - И вы называете себя осторожными? Сразу побежали к чужаку! — театрально вздохнул он, — Эх, Виола, кажется, кто-то провалил экзамен по выживанию. - Ты не чужой! — возмутилась светловолосая девочка. - Ты наш рыцарь! — добавил мальчик с веснушками. - И всё же, — сказал Бэн, поставив малышей на землю, — Как можно определить, что я – это я, а не кто-то кто притворяется мной? Возможно, я демон, что натянул кожу вашего Бэна и пришел сюда, чтобы съесть вас всех! – он скорчил рожицу, изображая демона с оскалом и напал на детей. Малышня разбежалась со смехом в разные стороны, чтобы не попасть в руки «страшному демону», а тех, кто был слишком медленным, поймали и начали щекотать. На крыльцо вышла Виолетта — высокая девушка лет двадцати со светлыми волосами, собранными в тугую косу. - Ты опять пугаешь детей, — сказала она с лёгкой улыбкой. - Это просто дополнительный урок, чтобы они не расслаблялись! Он с новой силой начал щекотать мальчика, который уже катался по траве и сквозь слёзы со смехом просил Бэна остановится. - Дети, помните, я рассказывала, что охотники сражаются с демонами в группе, потому что так легче их побеждать? Этот демон, - она указала на Бэна пальцем, - не исключение. Его тоже можно победить его же оружием, но только вместе вы сможете это сделать! - Что? – не понял Бенедикт слов девушки и вопросительно посмотрел на неё. В тот же момент, когда он отвлекся на Виолу, на юношу со всех сторон набросились дети и начали щекотать его. Бэн такого не ожидал, он не успел встать с колен, поэтому был повален толпой на землю и со смехом начал кататься по траве, как мальчик ранее, пытаясь прикрыть свои бока. Но маленькие ручки не давали ему шансов на спасение. В конце он сдался: - Я побежден! Вы меня сразили, о великие охотники! Страшный демон был изгнан силой щекотки в Бездну! Только пощадите его многострадальную душу… помилуйте! Дети отстали от Бэна спустя несколько минут, разойдясь в стороны. Парень же, весь в пыли, траве и помятой одежде остался лежать на земле, переводя дух. К нему подошёл Элдриан и взглянул на «поверженного демона». - Не знаю, как насчет того, изгнали ли тебя, но выглядишь так, словно только что вылез из Бездны. - Правда? А ты откуда знаешь как выглядят те, кто вылезли из Бездны? Вспомнил как сам оттуда выбрался? Экзорцист нахмурился и обратился к детям, все так же смотря в глаза Бенедикту: - Мне кажется, что этот демон был изгнан не до конца. Советую провести повторный процесс с удвоенной силой. Дети с радостными возгласами снова кинулись на Бэна, но тот моментально вскочил на ноги и спрятался за Элдрином, к которому малышня побоялась подходить: - Ну, ну, зачем же так жестоко, а? Тебе недостаточно моих страданий? Пока юноша отчитывал своего спутника, Виола успокоила детей и те больше не пытались напасть на парня. Увидев, что малыши успокоились, он медленно и с опаской вышел из-за широкой спины экзорциста и направился к лошади, с которой снял один из мешков, что она везла. Бенедикт присел на корточки, развязал его — и оттуда посыпались игрушки, книжки с картинками, леденцы на палочке, деревянные зверушки и даже несколько редких раковин с побережья. — А это ваши трофеи, мои храбрые охотники, — сказал он, и каждый ребёнок получил свой подарок. Крики радости вновь наполнили двор. — А у нас тоже есть подарок! — вскрикнула девочка, и дети побежали обратно в класс, вынося оттуда в своих ручках венки, сплетенные из цветов. — Мы собирали их с леди Виолой, чтобы сделать гербарий! Но половину решили отдать тебе! Бенедикта практически завалили цветами. Венки повесили ему на шею, на голову, на руки. Среди растений были как простые полевые ромашки или васильки, так и редкие, алые колокольчики, растущие только на здешних холмах. — Ай, ай, я, кажется, сейчас похож на клумбу! — смеялся он, осматривая себя. — Элдрин, спаси меня! И тут произошло нечто не мыслимое для экзорциста. К нему подошла маленькая девочка с тёмными глазами. Она держала в руках неровно сплетенный венок, но было видно, что он сделан с большим старанием и желанием придать ему как можно более красивый вид. Девчушка не смела поднять взгляда на мужчину, будто боялась его. — Это вам, — прошептала малышка и протянула цветы. Элдрин смотрел на неё так, словно перед ним стояло не дитя, а призрак из прошлого. Он не двигался. - Элдрин, ты моргни хотя бы! — подколол Бенедикт, — Иначе все решат, что у тебя сердечный приступ случился и ты умер. Экзорцист аккуратно взял венок в руки и надел на голову. Он кивнул девочке в знак благодарности и даже попытался придать своему лицу более дружелюбный вид. Та, увидев, что её подарок приняли, улыбнулась и убежала к другим детям. - Неожиданно? — прошептал Бен, подойдя достаточно близко к мужчине. - Мгм, — выдавил из себя экзорцист, смотря на девочку. Бэн также взглянул на неё и сказал совсем тихо, чтобы это услышал только его спутник: - Кажется, это та самая девочка, которую мы привезли сюда из нашей охоты полгода назад. Она помнит, что ты спас её. - Спас ты, я просто вынес её из дома, - угрюмо поправил он парня. - Да, но её родители всё же погибли… Настроение Бэна заметно ухудшилось. Он начал снимать венки с себя и складывать их в пустой мешок, где ранее были подарки для детей. Элдрин тоже потянулся к своему украшению на голове, но его руки остановились в нескольких сантиметрах от цели и опустились. Он подумал, что временно можно походить и так. Они втроем с Виолой попрощались с детьми и отправились к поместью. Элдрин ехал верхом, ведя за собой лошадь Бенедикта. Сам же юноша решил поехать вместе с сестрой в личной карете их семьи, которой пользовалась девушка, когда отправлялась в город. Бенедикт хотел поговорить с Виолой и разведать обстановку дома, до того, как они доберутся туда. - Как дела у сестер? Что нового произошло за этот месяц? - Всё по-старому… - отстраненно ответила девушка, смотря в окно кареты. Бенедикт сразу понял, что она что-то скрывает, и даже догадался что именно: - Ты тоже впервые за это время едешь в поместье, верно? - Не впервые, но бываю там редко. После твоего отъезда нужно было посетить несколько поселков на севере, чтобы разобраться там с проблемой питьевой воды, у них колодцы загрязнились из-за добычи угля в наших шахтах… это заняло больше десяти дней, если не учитывать дорогу. Потом писала отчёт и помогала Вики. После чего застряла в Сицил, чтобы проконтролировать починку дороги. Я только последние два дня смогла побыть с детьми. Поэтому, что произошло за это время дома, без понятия. Думаю, Вики сама введет тебя в дела, как приедем. - Понятно. Прости, что отвлек тебя от отдыха. Если не хотела возвращаться в поместье, то могла остаться в школе. Мы с Элдрином сами бы добрались. - Шутишь? Я с радостью проведу с тобой время. Тем более, что девочки наверняка и по мне соскучились. - Иоанна и Эола? - Да. Они, конечно, часто приезжают ко мне в школу, но нужно и самой сделать им сюрприз. - Они будут рады видеть тебя, - улыбнулся Бенедикт. - Не больше, чем тебя, Бэн. За разговорами они выехали из города и попетляли по дороге к поместью. Оно уже частично выглядывало из-за высоких деревьев, так, что можно было разглядеть те жуткие детали, что были не видны из города. Большинство окон дома были заколочены досками, а газон под ними зарос кустарниками, так как у его жильцов не было ни времени, ни желания за ним ухаживать. Массивная башня, сложенная из чёрного камня, всё ещё возвышалась над старыми липами, будто храня остатки былого величия. Но она выглядела слишком мрачной и пугающей, особенно если знать, какую тайну она хранит за вечно запертыми ставнями окон. Краска на большинстве стен потрескалась и облезла, обнажая их нутро, а ржавые потёки будто кровавые следы от ранений, нанесенных временем, создавали не самое лучшее впечатление. Издали этот дом ещё можно было назвать презентабельным поместьем одного из самых старых и влиятельных родов государства, но вблизи прекрасно видно всё его уродство, что отражало трагедию семьи, живущей в нём. Когда-то эти стены сотрясались от детского смеха и звонких голосов их матерей. Теперь – лишь шёпот ветра, гуляющего в полупустых комнатах. Из двадцати братьев и сестёр, рождавшихся и умерших в этих стенах за последнюю четверть века, осталось семеро. Это слишком угрюмое место, что хранит много плохих воспоминаний. Не удивительно, что Виола не любила бывать здесь и предпочитала ездить по делам семьи в другие города и села, лишь бы не оставаться в доме на долго. Бенедикту тоже не нравилось их главное поместье, но не по той же причине, что и его старшей сестре. Всё дело было в одном конкретном человеке, которого он бы хотел видеть как можно реже… Этот дом казался проклят. К счастью, именно сюда уже больше десяти лет никто не приглашал гостей. Не потому, что не хотели, чтобы они видели ущербность поместья, а потому что приглашать просто было некого. Глава семьи, отец Бенедикта и его сестер, Луциан Люмерхарт, поссорился со всеми, с кем только было это возможно, и заперся здесь, не желая больше никого видеть. Карета остановилась возле главного корпуса, единственной жилой части на этот момент. На крыльце уже стояла молодая девушка в темно-синим платье. Такая же красавица, как и Виола, но с более светлыми волосами. Скорее всего либо она, либо слуги, увидели приближение кареты, и девушка вышла встречать гостей. Прямая осанка, строгий взгляд, и маленькая морщинка между вечно нахмуренных бровей придавали ей строгости и делали её старше на вид, чем есть на самом деле. Бенедикт помог выйти из кареты Виолетте и уже направился с распростертыми объятиями к этой девушки, как та остановила его знаком руки, пройдя недовольным взглядом по растрепанному и грязному виду юноши, и заговорила с легкой насмешкой в голосе: - Надо же, вы всё же соизволили вернутся? А как же ваши «важные дела», что не дают вам посещать родной дом хотя бы не раз в полгода? - Виктория, не нужно драматизировать, меня не было всего месяц! Это не самый большой строк, на который я покидал поместье, - ни капельки не испугавшись гнева своей первой старшей сестры, заговорил Бенедикт. Парень всё же подошел к девушке и крепко обнял её, что ничуть не растопило её холодное сердце. - Тем более, что я ездил на самый край государства и вернулся не с пустыми руками. Хочешь узнать подробности? – лукаво улыбнулся он, смотря на сестру. - Обойдусь. Прочту все, что нужно в твоем отчете, - Виктория стряхнула руки брата с плеч и развернулась к дверям. - А от тебя я и вовсе ничего не хочу слышать в оправдание, Виолетта. Прохлаждаешься с детьми в школе, когда дома много работы, что на такое скажет отец, когда узнает? Не дождавшись ответа от младшей сестры, Виктория зашла в дом. - Не вешай нос. Всё хорошо! Она просто на меня злится, а ты попала под горячую руку, - попытался утешить Виолу юноша, когда увидел, что слова Виктории её задели, - Иди в дом. Я догоню тебя. Девушка ничего не ответила, а только мягко улыбнулась и направилась ко входу в поместье. Парень провёл её взглядом, а потом подошёл к Элдрину, что уже снимал с их лошадей сумки. - Сам отнесешь трофей в хранилище, или мне этим заняться? - Тебе нужно поговорить с сестрами, поэтому я займусь расположением кожи и созданием защитной печати. - Хорошо, спасибо. Экзорцист пару мгновений сомневался, но все же прокомментировал ситуацию, что была ранее: - Леди Виктория, как всегда, строга к леди Виолетте. - Им обеим сложно. Вики просто хочет, чтобы всё было идеально, чего невозможно достичь. А Виолла не выдерживает той ответственности, что на неё взвалили. Но они обе любят друг друга, просто каждая по-своему. И заботятся. Это главное. Экзорцист на мгновение застыл в нерешительности, но задал вопрос, который волновал его довольно давно: - Разве? Мне казалось, что они, как и их матери, недолюбливают друг друга. - Элдрин, не ожидал я такого от тебя! Разве ты собираешь слухи? А уж тем более интересуешься жизнью других людей? – с весельем спросил Бэн, - Мне всегда казалось, что ты даже лиц не различаешь, а твое восприятие эмоций настолько плохо, что ты не отличишь гнева от радости! Скажи, что же изменилось? Неужели ты переживаешь о моих сестрах. Или, - Бэн театрально прикрыл рот, будто осознал что-то ошеломляющее, - тебе нравится кто-то из них и ты переживаешь об их самочувствии! Надо же! И кто это? Виолла или Вики? Элдрин с явным раздражением отпихнул юношу в сторону и пошёл в дом, неся сумки с их вещами. Он хотел серьёзно поговорить. Не то, чтобы его интересовала эта тема, но мужчина думал, что Бэну нужен этот разговор, а тот… снова начал вести себя будто ребёнок. - Не переживай, я никому не расскажу об этом! – крикнул юноша ему в спину, - Унесу это тайну в могилу! Дверь поместья с грохотом захлопнулась, и игривая улыбка исчезла с лица Бэна. Он тяжело выдохнул и вернулся к багажу. Возвращение домой всегда было для него тяжелым, а разговоры о прошлом – и вовсе непосильная задача. Он наконец снял весь багаж с лошадей и передал их старому конюху, одному из немногих, кого оставили в поместье, и то лишь по той причине, что он был немым и неграмотным. Юноша занёс часть вещей в большую гостиную и, как только хотел пойти на кухню, чтобы найти что-то поесть, как его сбили с ног две девочки, которые тихо подобрались к нему со спины. Две, абсолютно одинаковые, как в одежде, так и на лица, светлокудрые девочки, повалили его на пол и начали целовать в щеки, приговаривая в унисон: - Братик, братик, ты попался. Не услышал нас, давай подарки! Давай наш приз! Иначе мы тебя до смерти зацелуем! - Что? Какие подарки? Вы о чём? Не понимаю, что вы говорите! – настроение Бэна улучшилось, стоило ему увидеть своих самых младших сестричек. - Балерину, что не пляшет, и шкатулку, что не грает! – снова в унисон. Их пальчики начали щекотать парня. И Бенедикт сдался под натиском: - Хорошо, хорошо, сдаюсь. Вы победили. Победили! – сквозь слёзы затараторил юноша. Он потянулся к своей сумке, из которой достал дорогую на вид фарфоровую фигурку балерины, в её волосах блестели камни разных оттенков голубого, а сама она была будто живой, только нога, на которой она должна была крутится в танце, отсутствовала ниже колена. А также небольшую музыкальную шкатулку, инкрустированную разными драгоценными камнями и украшенную золотом. Но если её открыть – музыка не играет, слышен лишь тихий скрежет шестерёнок. Иоанна и Эола снова угадали с подарками, которые привез для них брат. Бэн уже давно перестал удивляться этому и воспринимал как данность. Они всегда были умными и проницательными, пусть и вели себя как обычные дети. Но, кажется, они тоже притворяются, так как иногда их разговоры не похожи на лепет девочек двенадцати лет. - Вот ваш приз за то, что застали меня врасплох! – протянул он подарки сестрам, и пусть Бэн услышал их торопливые шаги ещё когда они были на втором этаже, но подарки девочки заслужили. Близняшки, как всегда, починят их и заставлять сиять ещё ярче, чем было раньше. Они умели и любили чинить сломанные вещи. Им было без разницы, что именно это будет, главное – чтобы вещь была сломана, чем больше, тем лучше и интереснее будет возвращать ей прежний блеск. Им даже отдельную комнату выделили, где девочки хранили отремонтированные вещи. Иоанна и Эола синхронно схватили подарки и громко поблагодарили брата. А тот достал из сумки ещё два одинаковых шелковых платья, о которых девочки, кажется, не догадались. За такой подарок Бенедикт получил ещё по поцелую в обе щеки. Сестры забрали платья и побежали примерять их. - Ты закончил? – строгий голос Виктории, донесся с лестницы, ведущей на второй этаж, - Иди и переоденься. А, лучше, помойся. От тебя несёт, как от крестьянина, и выглядишь так же. И я всё ещё жду твой отчёт! - Хорошо, сестра. Сейчас всё будет… Бенедикт встал и побрёл на второй этаж к своей комнате, захватив вещи. Он по опыту знал, что Вики злить не стоит. Видимо, ему не судьба сегодня поесть. Приведя себя в относительный порядок, честно говоря он даже не старался, так как знал, что Вики всё равно найдет, к чему придраться, он захватил уже давно написанный отчёт об охоте и бутылку дорогого вина, которое он прикупил по дороге домой, и пошёл в кабинет к Вики. Та, как всегда, сидела за бумагами, перебирая их и складывая в стопки. Увидя брата, она отложила очередное письмо и выжидающе посмотрела на него. Бэн сел и протянул отчет. Девушка вчитывалась в него с невероятной скрупулёзностью, и наконец огласила вердикт: - Нужно будет подправить в нескольких местах и можно отправлять в главное ведомство. Молодец, Бэн, быстро учишься, - она отложила лист бумаги и посмотрела на юношу. - У меня хорошие учителя. Которым я так же принёс подарок, - он поставил бутылку вина на стол перед сестрой. Вики без единой эмоции взяла её и так же внимательно прочла этикетку. - Хм, неплохо, - только и сказал она, слегка ухмыльнувшись. По опыту Бэн знал, что подарок сестре более чем понравился. Она спрятала бутылку в ящик стола и снова обратила взор на юношу: - Бенедикт, ты слишком рискуешь. Будь осторожнее, пожалуйста. - Ты это говоришь из-за того демона четвертого уровня? Не переживай, как я и написал в отчете, он не был особо силён физически. В основном проблема была в его поимке… - Бэн, я серьёзно, веди себя благоразумнее. В вашей команде нет профессионального целителя и любое серьезное ранение может быть фатальным. Прошу, береги себя. Не думай о том, что скажут те старики в ведомстве, или главы других домов, или король, или, тем более, наш отец. Авторитет нашей семьи не стоит твоей жизни. Пусть нас считаю слабыми и не способными на защиту своих же земель, но ты останешься жив. Иначе… иначе тебя постигнет участь наших братьев. - Если я перестану рисковать и приносить достаточно ценные трофеи – король обвинит нашу семью в бездействии во время Святой войны и лишит нас большинства привилегий. Ты же знаешь, он только и ждет удобного случая, чтобы окончательно добить нашу семью. И что потом будет с тобой? Что потом будет с нашими сестрами? Я должен это делать. Тем более, что нет никого сильнее меня, и рядом со мной самый талантливый экзорцист, поэтому я справлюсь, не переживай. - Бэн… - Вики, я ещё в прошлый раз просил не поднимать эту тему. Если ты забыла тогда, я прошу у тебя снова. И уверяю, что всё будет хорошо. Виктория была старше его на пять лет, и заведовала всеми финансовыми и бумажными делами семьи, но фактически это именно он был наследником и следующим главой их рода, поэтому его авторитет был выше, и сестра это понимала. Она не могла перечить ему. Девушка с обречённостью кивнула и встала: - Хорошо, как скажешь. Думаю, тебе лучше сесть за дела сейчас, чтобы успеть до ужина. За время твоего отсутствия накопилось достаточно много бумаг, требующих внимания. Бэн напрягся: - Это обязательно делать сейчас? Тем более, почему отец сам не разобрался этими документами? - Тебе всего лишь нужно поставить свою подпись. Я уже рассортировала их по важности и срочности, откинув самые пустяковые прошения и отправив отказ. - Тем более, отец ведь может подписать. Он всё ещё глава семьи. - Не может. Бэн замер. В его голову сразу полезли не самые хорошие мысли. - У него отказала правая рука, - сухо продолжила Вики и юношу отпустило. Не то, чтобы он переживал сильно об отце, но его смерть была бы сейчас не вовремя. - Хорошо, я понял… - юноша устало потер переносицу, - Я займусь этим позже. Сначала поговорю с Виолой, я ей ещё подарок не отдал, и встречусь с Ламией. Можно ведь? – он умоляюще посмотрел на старшую сестру, и та сжалилась. - Хорошо, но не долго. Бэн радостно вскочил и чуть ли не вылетел из злосчастного кабинета.