Часть 13

- Клятва станет вести их – и предавать, и произойдёт то от предательства брата братом, - хмуро процитировал Алдано, дождавшись, пока потухнет огонёк внутри палантира. Финдекано потребовалась вся сила воли, чтобы не швырнуть Зрячий камень об стену. В конце концов, пострадала бы скорее всего стена.  - Я еду в Химринг, - сказал он, с трудом выровняв дыхание. – Нельо надо спасать.  - Вы считаете, можно спасти того, кто убил собственного брата?  Финьо медленно развернулся к нему, огрел тяжёлым взглядом.  - Нельо. Никого. Не убивал. Для него младшие – это самое дорогое во всей Арде. Но Туркафинвэ, похоже, действительно больше нет – и Нельо подавлен, страшно подавлен, это видно. Никакая Клятва не заставила бы его на это пойти, но Химринг на это пошёл, а значит, Нельо в Химринге больше ничего не решает. Я всегда этого боялся.  - Я не понимаю...  - А ты подумай. Тот, кто оставил одного брата на тридцать лет в плену, точно не постесняется снести голову другому. Даже если для этого придётся захватить власть в самой неприступной крепости Белерианда. – Он снова развернул письмо, перелистнул две первые страницы. – «Артанис общалась со свидетелями, они говорят, что казнь была инициативой Канафинвэ, и он же привёл приговор в исполнение». Каждому слову верю.  Алдано замялся.  - Я знаю, что Вы не любите Канафинвэ, Ваше Величество, и в этом я с Вами согласен. Но мне сложно поверить, что ему бы удалось провернуть в Химринге Нарготронд.  - То есть, ты хочешь сказать, что Нельо пошёл бы на такое добровольно?  - Нет, но...  - Вот именно. Когда началась Браголлах, Макалаурэ бросил один-единственный взгляд на вражескую армию с драконом во главе и сказал: ну, мы не крепость, мы форпост, всё равно не удержим, а если Химринг падёт, то и нам здесь делать нечего, так лучше мы будем сразу защищать Химринг, командуйте отступление. Он с каким-то подразделением своего Боевого Хора остался изображать оборону, а вся остальная армия Врат благополучно ушла ещё до первого удара. И пока дракон жёг пустую крепость и пытался понять, откуда на него поют и как с этим бороться, основные силы Врат ударили в тыл оркам, осаждавшим Химринг, существенно их покрошили – что в целом непыльная работа, с тыла-то – и пробились в сам Химринг. Он сдал крепость, но сохранил почти всю свою армию. Это, безусловно, помогло Химрингу выдержать осаду, но осада давно закончилась, а толпа личных верных Макалаурэ, которые никому, кроме него, не подчиняются, никуда оттуда не делась. Нарготронд от начала до конца. Знаешь, Алдано, - он оглянулся на палантир, чтобы убедиться, что его точно никто на том конце не услышит. – Я заметил очень странную закономерность. Вторые по старшинству братья, во всяком случае, среди внуков Финвэ, всегда предают старших и убивают младших.  Советник недоумённо моргнул – и глаза его расширились.  - Но... Ваше Величество... Мы же не знаем наверняка, что случилось с принцессой Ириссэ!  - Я знаю, что она ушла с Турукано и погибла. И я знаю, что Турукано жив и что он отсиживался в своей норе, пока Моринготто заливал нас огнём. А ещё я знаю, что он не явился на мою коронацию и не клялся в верности, а значит, когда будет следующая битва – а я уверен, что она состоится - я даже не имею права его позвать. Он мне не только не брат, но и не вассал. Артаресто, кстати, тоже предал Финдарато – опять же оставил в плену, зачем придумывать что-то новое. Интересно, как он убьёт Артанис, она же в Дориате.  Финьо встал, и убрал палантир в стол. Алдано на миг зажмурился – и преградил ему дорогу.  - Вы не можете уехать просто потому, что боитесь за благополучие Нельяфинвэ.  Конечно, не может. Верховный король нолдор не имеет права сорваться с места только потому, что на другом конце Белерианда для Нельо начался новый виток Тангородрима. Даже если кроме Нельо у него не осталось никого во всём Эндорэ.  - Возможно. Но уехать потому, что боюсь за благополучие единственного нашего союзника, я не просто могу, а должен. Нарготронд можно вычеркнуть, они никуда не сунутся теперь, Гондолин вычеркнут давно, Дориат даже не вносили в список, остались Химринг и Амон Эреб, которая прилагается к Химрингу.  - Нарготрондцы просто пали жертвой убедительных речей Куруфинвэ.  - И мне их ужасно жаль. Сегодня им Куруфинвэ что-то сказал, а завтра Моринготто что-нибудь скажет. Грош таким союзникам цена! Алдано, у нас нет никого, кроме Феанариони. А Феанариони остаются с нами, пока ими правит Нельо, а не Макалаурэ. Ты остаёшься наместником, как всегда. Висевшая на стене кабинета карта Белерианда колыхнулась, когда за ним захлопнулась дверь. Это была очень подробная карта, на ней было абсолютно всё - кроме Гондолина, конечно. Финьо очень нравилось считать, что Турукано его просто предал. Ему представлялся прекрасный город, вымощенный белым камнем, где-то далеко-далеко, в полной безопасности, и Турьо на троне, в венце, похожем на отцовский. Потому что на самом деле никакого Гондолина, скорее всего, уже не существовало, и Турукано давным-давно попал в плен, в самые глубокие рудники Ангамандо. Ириссэ наверняка погибла там же. Вот только Финьо не отпустят теперь в Ангамандо - цепями к трону прикуют, но не отпустят, да и нельзя, потому что некому передать корону. Его гибель станет гибелью всех нолдор. Всё, что он может сделать сейчас для брата - беречь имеющихся союзников и копить силы для нового удара. Сокрушительного удара.