Глава V "Не верь глазам"

      Эней шагнул за порог Кварцевого дворца, вдыхая полной грудью свежий уличный воздух. После медитации и световых ванн, мир казался ещё краше, а в теле ощущалась непривычная, за этот день, лёгкость. Единственным, что омрачало его сознание, оказалась мысль о пропуске занятия, к которой, почти сразу, прибавилась другая: «Интересно, как сейчас чувствует себя Эос?». В этот момент, откуда-то сбоку раздался уже знакомый голос: — Эней!       Запыхавшийся заклинатель мчался сломя голову, из последних сил волоча ноги за собой, на лице его отражалось сильное волнение. «Лишь бы успеть!», — крутилось у него в голове.       Вопреки переживаниям Эоса, Эней оказался цел. Даже не то, что цел, весь его облик был настолько чистым и светлым, что приблизившись, создавалось впечатление словно тот сияет! Нет, он и впрямь сиял! От этого ослепительного сияния, Эос невольно сощурил глаза. Чтобы убедиться в том, что его глаза не врут, он несколько раз обошёл вокруг заклинателя, будто тот был удивительным скульптурным объектом, требующим детального изучения. Не обнаружив на нём следов каких-либо увечий, он удивлённо спросил: — Ты где был? — Медитировал, — коротко ответил Эней.       Ответ его привёл в смятение, и Эос решил, задать вопрос по конкретнее: — Разве вас повели в Кварцевый зал не для того, чтобы вынести приговор о наказании? Я всё занятие думал, как бы так сбежать по быстрее, чтобы никто не заметил! — Как оказалось не совсем. — Правда?! Тебя не наказали?! — не без радости в голосе, воскликнул Эос. — Ну хоть кто-то на небесах в здравом уме! Вот профессор Гельмут — сущий дьявол! Посмотри, что он со мной сделал! Я же завтра не встану!       Эней помрачнел. Сочувствующим взглядом он окинул заклинателя и обнаружил, что его ноги покрыты многочисленными синяками и ссадинами. Словно о чём-то вспомнив, Эос повертел головой, и нигде не обнаружив того, что искал, продолжил: — А где этот вселенский разум, первая заноза трёх миров?       Вероятнее всего, Эос имел в виду Виема. Не став порицать и уточнять, Эней сухо ответил: — Его отправили под домашний арест. — Так ему и надо! Хотя… Увидев тебя, он выглядел как-то неважно… Что думаешь? Может у него совесть проснулась? В любом случае, он сам это заварил! Пусть спасибо скажет, что я выдержал эту тренировку и ничего не рассказал про их эксперименты!       Эос устало взвыл: — Профессор Гельмут мне все кости перемыл! Сколько ещё будет действовать эта пилюля?!       Быть человеком среди заклинателей — задача трудновыполнимая. Тут в самом деле было чем гордиться. Когда все вокруг пользуются духовными силами, а ты вынужден полагаться на выносливость собственного тела, выполнение, казалось бы и без того трудных заданий, становится чем-то невозможным. К тому же, их с Лиамом опоздание точно не скрашивало обстановку. Однако Эос справился и только сейчас решил дать волю своим эмоциям, которые Эней счёл вполне обоснованными.       Вспомнив о пилюле, Эней быстрее потянул заклинателя в неизвестном направлении. — Зато теперь я точно буду сильнее всех остальных, — утешал себя заклинатель, — если вообще буду способен двигаться! Смилуйся, убавь темп! Куда ты меня тащишь?       Его высказывания больше походили на нытьё, но это не помешало Энею прислушаться к его просьбе и убавить шаг, продолжая тянуть парня за собой, словно тряпичную куклу.       Ступая по затейливым дорожкам, они снова оказались у стен Кварцевого дворца, только теперь не с парадной части, а с той стороны, где даже по правилам книги света, было чрезвычайно тихо. Окружающее пространство напоминало галерею, нескончаемое количество повторяющихся колонн соединялись арками, перетекающими в нервюрный свод. Стоило им зайти внутрь здания, перед глазами оказалось множество длинных коридоров, украшенных декоративной лепниной в духе всей столицы света. Лица ангелов на арочных проходах, будто живые, то смеялись над новыми гостями, то перешептывались между собой. Затейливый орнамент в стиле ренессанс, которым люди пользовались уже не первое столетие, благодаря щедрости Антхеи, вился по карнизу. Где-то в вазах распускались кварцевые цветы. Всё вокруг было наполнено сдержанной роскошью, радуя глаз строгостью пропорций. Эос заметил, что место представляло собой, пускай и очень красивый, но настоящий лабиринт. Каждое новое открывающееся глазам пространство повторяло предыдущее, и лишь в некоторых местах отличалось элементами той самой лепнины. Поверни не туда, и будешь ещё долго плутать, позабыв откуда конкретно пришёл. Тишина, масштабность и пустота окружающего пространства возымели эффект и по телу Эоса, едва заметно, пробежалась волна мурашек. Эней же чувствовал себя, как никогда, комфортно и внимательно всматривался в коридоры, продолжая уверенно продвигаться вперёд.       Поворот, поворот, ещё поворот, только теперь в противоположную сторону. Ещё чуть-чуть, и с непривычки у Эоса закружится голова! — Это же заброшенный участок дворца, что мы тут ищем? — не сдержался Эос.       Повернув в последний раз, они остановились перед большими резными дверями из камня. При входе стояли две искусно выполненные человекоподобные статуи, удерживающие своими силами, выше расположенный, декоративный фронтон. Одна из них представляла собой фигуру изящной, но тем не менее, сильной женщины, другая же — высокого крепкого мужчину. Создавалось впечатление, что только благодаря их усилиям, декоративный элемент ещё держится на своём месте. Не успев как следует их рассмотреть, Эос краем глаза заметил, что Эней стал значительно ниже ростом. Посмотрев на него, заклинатель увидел, что тот склонился в низком поклоне проявляя высшую степень уважения. — Что ты?..       Край его туники легонько потянули вниз, безмолвно призывая к действию. И Эос с сомнением склонился рядом. — Что ты делаешь? — шёпотом завершил он свой вопрос.       Двери с тихим щелчком распахнулись, впуская гостей. Помещение, в котором они оказались, было чуть меньше обычных кабинетов Кварцевого дворца, ну, либо казалось таковым, из-за обилия находившихся в нем предметов. — Что это за место? — Моя комната, — наконец-то произнес Эней.       От неожиданности Эос вздрогнул. Находясь столько времени в тишине, он, по правде говоря, уже не особо надеялся на ответ. — Я уж думал ты дар речи потерял!       Эней виновато отвёл взгляд. Он ни в коем случае не хотел сеять зерно беспокойства в душе товарища, но решил, что лучшим решением будет показать, чем объяснять. К тому же, привычную тишину здешних коридоров нарушать не хотелось. Малейший, пускай даже самый тихий, звук разносился в них с невероятной силой, да и задобрить находившиеся в нишах скульптуры никогда не бывает лишним. Все же некоторые из них обладали довольно скверным характером. Привыкнув находиться в гордом одиночестве, они могли с лёгкостью невзлюбить нового гостя, жалуясь на созданный им шум и при последующих визитах начать строить тому козни, не давая пройти в нужное место. — Это не шутка? Ты правда здесь живёшь? — Мгм.       Вертев головой во все триста шестьдесят градусов Эос, рассматривал выстроенные в ряд книги, да и саму комнату в целом. Она была вместительной и больше походила на хранилище. Потолка не было видно. Уставленные книгами стены устремлялись ввысь, создавая впечатление, что его и вовсе нет, ведь, в отличии от нижней части комнаты, верхняя освещалась плохо. Слева, часть стены, находящаяся чуть дальше шкафов с бутыльками неизвестного Эосу содержимого, была завешена ширмой. «Спальное место» — догадаться нетрудно. — Ого! Да это не просто комната, а целое логово с химической лабораторией и личной библиотекой! — заключил заклинатель. — А я то думал, почему тебя среди ученических комнат никогда не видно!       Было забавно наблюдать за подобной реакцией, другой бы обязательно рассмеялся, но Эней сохранял удивительное спокойствие. В голове непроизвольно возник образ капуцина, которого запустили в новое, ранее неизвестное ему, место. Не сдержавшись, первый ученик все-таки улыбнулся такому сравнению. — Большая часть книг уже была здесь, когда пришёл. Я лишь дополнил коллекцию и приобрёл необходимое оборудование. — Ясно, — заворожено поддержал диалог последователь.       Эней, взявшись за поиски того, ради чего они в общем-то и пришли, оставил Эоса дальше тешить своё любопытство. Только довольно быстро об этом пожалел. Ближе к середине комнаты стоял стол, на котором располагалось множество вылизанных до блеска колб и пробирок. Первым, что привлекло внимание шебутного парня оказалась колба, в которой что-то тихонечко бурлило. Питая особый интерес, он потянул к ней руки, когда за спиной раздалось: — Не трогай! — голос вспыхнул подобно молнии.       Ещё никогда Эос не слышал столь грозного тембра. Он даже вообразить не мог, что связки товарища способны воспроизвести столь громкий звук. От неожиданности Эос сразу же одернул руку, и испуганными глазами, полными непонимания, уставился на друга. — Горячая, — неловко прокашлявшись, более спокойным тоном пояснил заклинатель.       Кивнув, Эос решил, что безопаснее будет уделить внимание книгам. — Только не говори, что ты их все прочитал. Когда у тебя только время находится?! — Большую часть — да. Некоторые людские книги мне показались не такими интересными и я решил оставить этот раздел на потом. — Здесь и людские есть?! — Пятый отдел, вторая полка, — сказал Эней, продолжая шерудить ящики шкафа, представляющего собой подобие большой картотеки.       Бегая глазами по иногда цветным, иногда новым или, наоборот, старым корешкам книг, взгляд Эоса остановился на одном, чуть более узком и невзрачном. — О! Кажется, я знаю эту книгу! Похожий узор был у той, которую мне в детстве читала мама, когда я не мог уснуть.       Взяв в руки столь редкий для его глаз предмет, он принялся перелистывать страницы. — Помню, где-то в середине был стих который мне очень нравился. Вот, нашёл!       И он принялся читать: " В цветущих садах шелест листвы, Расскажет, как прекрасны природы дары. Небо украсит россыпью звёзд, Язык его незатейлив и прост. Когда одинок, утешит спасёт. Он объяснит, жизнь это полёт. Под землей, на земле, в высоких волнах, Не прячь никогда улыбку в стенах. И даже если душа далеко, Сердце всегда стучит в такт твоего. Так будет даже спустя сотни лет, Услышав его, любой отыщешь ответ.» — Красиво звучит, не так ли? Правда, не знал, что у него есть продолжение… Обычно слышал лишь начало. Может, сборник был не полный, — сказал он, аккуратно ставя книгу на место.       В мысли прокрались затуманенные воспоминания о былой жизни. Лицо его померкло и обрело оттенок задумчивости. Эней подобную перемену эмоций увидеть не смог, ведь парень продолжал стоять к нему спиной, однако это не помешало ему почувствовать гнетущее молчание и отвлечься от своих поисков. Опасения были напрасны, в тот же момент Эос повернулся, указывая пальцем на стеллажи. Лицо его вновь украшала светлая улыбка. — Не боишься, что однажды одна из них свалится тебе на голову? — Не свалится, — коротко ответил Эней, закрывая очередной ящик. Здесь, того, что он искал тоже не оказалось.       По правде говоря, один раз такое в самом деле случилось. Как-то раз, вернувшись с тренировки, Эней был настолько уставшим, что еле смог с достоинством выдержать облик первого ученика и добраться до комнаты шагом, а не так, как хотелось душе, ползком. Тогда, оставшихся сил хватило лишь на то, чтобы повалиться на пол и заснуть, прислонившись к одному из книжных стеллажей. Отдыху не суждено было продлиться долго. С полки свалился один из трактатов по зельеварению и больно ударил заклинателя по затылку, заставляя того проснуться. Оно и к лучшему, ведь если бы не эта случайность, заклинатель навряд ли бы вспомнил, про, оставленный на магическом пламени, чан с травами. Свой затылок не жалко, но что, если книга упадет на дядю или отца, которые редко, но заглядывают к нему в гости? С этой мыслью, он всё же решил зачаровать книги, чтобы те намертво стояли на месте, пока их не захотят взять.       Кстати о затылках, прямо сейчас Эней ударился об ящик, который, в процессе поисков, забыл закрыть. Это заставило Эоса усмехнуться. — Осторожно.       Потерев ушибленное место, Эней наконец-то нашел то, что искал! — Некоторые пилюли требуют долгую выдержку и приходится как-то коротать время. Книги же помогают сделать это с пользой, поэтому их здесь так много.       Сделав несколько шагов в сторону гостя, первый ученик вручил Эосу зелëно-чëрный брикет, размером примерно в четверть ладони, внешне чем-то схожий с конфетой. — Это поможет избавиться от пилюли, — пояснил он, — только советую долго не жевать.       С ужасающей доверчивостью, Эос закинул кирпичик в рот. Кисловато-сладкий вкус винограда быстро сменился горечью, а язык начало неприятно вязать. Проще говоря, если бы кто-то предложил ему отведать нечто подобное снова, он, вероятней всего, предпочёл бы отказаться. Поморщившись и тряхнув головой, в надежде хоть как-то сбить неприятные ощущения, он усмехнулся: — Очень специфичные у тебя угощения. — Мгм, — согласился Эней, пробегая глазами по комнате, — лучше присядь.       И Эос послушался. В тот же момент его скрутило болью, лицо скривилось и побледнело, а лоб покрылся испариной. Сорок секунд, в течение которых, его бросало то в жар, то в холод, показались ему вечностью. Нечто вязкое и обжигающее двинулось вверх по горлу. Благо, на столе, рядом с которым сидел Эос, был поднос. Видно, Эней прекрасно знал побочные эффекты лекарства и заботливо поставил его ещё до того, как он стал необходим. Ему заметно полегчало. Щекам вернулся здоровый румянец, а тело стало ватным и неподатливым, будто после нескольких чакр с вином. — Мерзость какая, — с дрожью в голосе, выругался заклинатель.       В, постепенно растекающейся по подносу, чёрной бурлящей жиже были видны серебристые осколки чего-то, что ранее имело шарообразную форму. Чёртова пилюля! Так вот она какая! Увиденное породило у Эоса мысль, что зрелище это крайне неприятное, и что показывать его, находящемуся неподалёку, заклинателю ему не хотелось. Эней же, будто прочитав его мысли, решил не проявлять излишнее любопытство и любезно отвернулся. В панике оглядываясь по сторонам, Эос всё не мог придумать, как избавиться от содержимого подноса, но когда решил посмотрел на него снова, тот уже был чист.       Удивительно, но поднос, оказался магическим артефактом! Полезная вещь, да и для зельевара, крайне нужная. Вместо того, чтобы гадать над тем, куда утилизировать мусор, все отходы можно, не отвлекаясь от работы, просто скинуть на поднос и тот с лёгкостью за тебя его уберёт. Но несмотря на полезность данной вещицы, с ней всё же следовало быть аккуратнее, ведь если на неё попадёт что-нибудь нужное, то вернуть это уже навряд ли получится.       Эней опустился перед Эосом с небольшой керамической чашей. -А это зачем? — Поможет мышцам быстрее восстановиться.       Даже в таком положении он выглядел как подобает первому ученику. На мгновение, Эосу стало настолько неловко, что его лицо залилось краской, заставляя отвернуться в сторону. Где это видано, чтобы сам первый ученик заботился о нём?!. Вероятно, он всё же упал на занятии и, ударившись обо что-то головой, сейчас лежит в бреду на тренировочном поле. Но сон не прекращался. Аккуратными движениями мазь распределялась по ноге, оказывая приятный согревающий эффект. От неловкости происходящего Эос был готов сгореть на месте. — Я могу и сам, — куда-то в стену пробубнил он.       Его тут же осекли: — Не можешь. Ядовитая.       От услышанного волосы встали дыбом. Заклинатель начал дергаться в попытках встать. — Тогда какого чёрта ты её голыми руками берëшь?!       Эней крепче сжал лодыжку парня, не давая ему совершить задуманное. — Сиди, — тяжело вздохнул Эней. Он не привык объяснять каждое своё действие, но, видно, с Эосом по-другому не выйдет. — Всегда перед работой с травами обрабатываю руки древесной мукой, да и если бы я этого не делал, то ничего страшного бы не произошло. Я столько раз обжигался и травился, что кожа на руках стала значительно толще, а со временем и вообще ко многим ингредиентам выработался иммунитет. Будь добр, не дергайся.       В сказанное верилось с трудом, но Эос всё же позволил ему доделать начатое. — А тут что?       Предметом, на который с интересом указал парень, оказался, стоявший в дали комнаты, серебряный шкаф. На его дверцах красовались изящно вычеканенные журавли. Работа поражала своей сложностью, обычному человеку точно не создать нечто подобное. В своих клювах птицы держали два замка. Растения переплетались между дверьми в сложном узоре, создавая впечатление, что те заварены и открыть их не предстоит возможным. Сложив руки в заклинании, растения начали расползаться в стороны, а журавли, подобно живым существам, раскрыли свои клювы. Дверцы открылись. Внутри оказалось около десяти видов ценных магических артефактов. Теперь понятно к чему такая защита. Глаза Эоса расширились и он воскликнул: — Ну ничего себе!       С восторгом, он принялся разглядывать содержимое магического шкафа. Оружие высокого уровня, два вида защиты. Здесь же лежали всевозможные предметы, большую часть которых составляли различные непонятные заклинателю чаши и сосуды чудаковатой формы. В верхнем углу лежала шкатулка, а на самом видном и доступном месте, серебряный монокль. — А это тебе зачем? Не уж-то тоже артефакт? — Да. Подобные не являются чем-то редким, но этот очень старый. С его помощью можно видеть яды и тёмную энергию. Мне очень помогает при сборе необходимых трав.       Эней долго наблюдал за тем, как Эос всячески крутил монокль, то рассматривая его под светом, то поднося его к лицу, чтобы поглядеть через него на книжные полки. Испугавшись, того, что тот, по неосторожности, может его разбить, заклинатель не выдержал: — Положи на место, он мне очень дорог. Незаметно передразнив Энея, заклинатель без лишних слов выполнил просьбу. — Откуда у тебя это всё? — Отец подарил их мне на моё столетие.       Кажется, его ответ сильно удивил и даже рассмешил собеседника: — Столетие? Я смотрю ты и шутить научился.       Эней с непониманием уставился на Эоса, тот в свою очередь, отзеркалил его реакцию. — Что? Только не говори мне, что ты не пошутил.       Неужели ему никто никогда не объяснял? — Я не шучу. Один год на небесах равен чуть меньше десяти лет на земле. Поэтому и тебе сейчас уже далеко не семнадцать. Земные души стареют намного быстрее, чем у заклинателей. По этой причине люди, в погоне за, если можно так выразиться, вечной жизнью, так рвутся стать избранными последователями света. Несмотря на то, что ты прожил намного меньше меня, мы всё же являемся ровесниками и по нашим меркам тебе сейчас около двухсот. — Это значит, что если моя мать не вознеслась и всё ещё жива, то по людским меркам ей уже около восьмидесяти, а отцу и того больше? — Боюсь, что так, — не стал юлить Эней.       Лицо Эоса помрачнело и приобрело оттенок задумчивости. — Вот оно как… Значит буду надеяться на чудо. — Мне жаль. — Не говори так! — молниеносно осек последователь. — Не хочу об этом думать. В любом случае, хоть я и мало помню о них, пусть эти светлые воспоминания останутся со мной, а если судьба окажется милосердна, то я буду рад встречи с ними, — Эос вновь заулыбался.       Эта улыбка… Казалось, ничего не сможет заставить её исчезнуть с лица парня. Она, словно большое озеро, была чиста, отражая от себя отблески силы и выносливости. Она освещала по лучше солнца и могла бы вывести из любого, даже самого густого, мрака. Эос жил настоящим, лишь изредка заглядывая в будущее, и то, вероятней всего, только ради того, чтобы избежать собственных ошибок. Такое решение Энею показалось очень мудрым. — Что это? — с новым энтузиазмом последователь указал на нечто поблескивающее в углу шкафа.       «Да он явно мастер в переключении внимания», — подумал Эней. Оно и к лучшему. — Заготовки для наручей. Сейчас это не более чем обыкновенная защита. — Ты ещё и такое изготавливаешь?!       Эней отрицающе покачал головой, обрывая его восхищение. — Лишь тренируюсь в зачаровывании. Мастер, который изготавливал их сейчас улетел на север, поэтому завершить их нет возможности. — Красивые… Почему ты скрываешь всё это? — Истинной светлой душе не присуще хвастовство, — вновь процитировал строчку из трактата. — Ну какое же это хвастовство?! Не каждый второй обладает такими навыками и знаниями! — Мне это не нужно. Если будут знать все, врагов не оберешься.       Эос согласился. И то правда. Если ты человек талантливый и все видят это, будь готов к тому, что и те, кому ты раскрывать свой потенциал не хотел, так же узнают об этом. Если часть людей восхитятся и похвалят, то обязательно найдутся и те, кто поддавшись зависти начнут строить козни или же, того хуже, воспользуются твоими же навыками себе во благо. Энею же было достаточно и того, что какой-то заклинатель, услышав его разговор с заказчиком, разнёс весть о том, что он зельевар. И теперь каждый был готов заговорить ему зубы, чтобы подобно лису, пролезть в его курятник, мечтая полакомиться свежим мясцом.       Шкаф закрылся и Эней молча направился на выход. — Куда ты? — Тебе нужно отдохнуть. У меня ещё есть незавершённые дела. Лучше останься здесь. Постель за ширмой, как вернусь, смогу проверить твои мередианы.       Удивительно! Многие заклинатели даже не знают где он живёт, а ему так просто позволит остаться здесь одному? Эос понятия не имел, как на это реагировать и что говорить, поэтому, словно статуя, остался статичен и нем. — До моего прихода попрошу тебя ничего не трогать.       Лишь звук закрывающихся дверей заставил Эоса очнуться и сказать в пустоту скомканное: — Ладно…       По правде говоря, возвращаться в шумные ученические комнаты Эосу хотелось меньше всего, и то, что Эней позволил ему отдохнуть здесь, не могло не радовать. Он отодвинул штору, за ней оказалось небольшое пространство, полностью занимаемое кроватью. Здесь всё так же пахло травами, а ещё чем-то древесным, только запах этот оказался более мягким и свежим. На краю кровати лежала раскрытая книга, которую Эос заложил, покоившейся неподалёку от неё, закладкой. На обложке красовались чуть продавленные буквы: «Теория полётов».       Выбор литературы нисколько не удивил парня и даже показался предсказуемым, ведь через неделю их ждал обряд обретения крыльев.       Бережно убрав книгу, заклинатель улёгся на постель на половину задвинув штору. Стоило его голове коснуться подушки и он сразу же провалился в сон.

~~~

      Высокая статная фигура, плавно передвигалась по коридорам Кварцевого дворца. Каждый ее шаг сопровождался приятным шелестом тканей, который прекратился лишь тогда, когда в дали послышался едва уловимый перезвон колокольчиков. Он нашёл кого искал, ведь дальше путь мужчина не продолжил.       Источником своеобразного звука оказался Хес. Его волосы цвета ржавчины, подобно юрким языкам пламени, развивались где-то позади него. Мужчина явно куда-то торопился. Всячески балансируя находящийся в его руках серебряный поднос, он то и дело спотыкался о собственные ноги. — Дьявольские украшения! Всё равно весь день в лаборатории торчу! Зачем я их только нацепил, нужно было выбрать другую тунику, от этой одни хлопоты!       Абсолютно не заметив идущего ему на встречу заклинателя, он подошёл к кабинету и судорожно начал рыться за пазухой, не переставая бурчать под нос: — Да где же этот талисман!       Увидев, что ключ валяется прямо у ног Хеса, незамеченный гость всё также спокойно подошёл, подобрал найденный им предмет с намерением вернуть его хозяину. — Ты обронил.       Услышав голос, Хес вздрогнул, тотчас поворачиваясь источнику звука. — Братец! Ты меня напугал! — Прости, не хотел. Всё в порядке?       От резкого движения что-то успело свалиться с подноса. То оказались небольшие беленькие шарики неизвестного происхождения, которые заклинатель быстро поднял с земли, возвращая на место. — В полном, повезло, что они свежие. Ты что-то хотел брат? — Да я так… Решил заглянуть по, малость глупому, вопросу, заодно проверить, как поживает мой дорогой брат. — А? По какому вопросу? Кому-то нужна помощь, или что-то не так с теми пилюлями, которые я передал лекарям? Если что, моей вины тут нет! Ты же прекрасно знаешь, у меня самый качественный продукт! Они наверняка, как всегда, не удосужились прочитать рецепта! Понятия не имею, для кого я их только пишу! — Нет-нет, с пилюлями все в порядке, не волнуйся. Дело не в этом.       После сказанного было видно, как Хесу заметно полегчало. Его плечи распрямились, вновь возвращая ему первоначальный величественный вид и он принялся пересчитывать перекатывающиеся по подносу белые комочки. Элиот продолжил: — Недавно ко мне заходил Эней и сказал, что некто видел у тебя дьявольские цветы. Не мог ли бы ты рассказать мне об этом? — Дьявольские цветы? — задумчиво произнёс Хес. — Элиот, ну какие дьявольские цветы?! Они же дети, им всё что угодно может показаться. То, что его друг принял за цветы тьмы были обыкновенные дождевики, которые я в большом количестве выносил из кабинета. Уже устал с ними бороться! Вот, погляди, я и сейчас с ними ношусь.       Хес слегка потряс подносом на котором и вправду находилось несколько десятков крупных грибов беловатого цвета, в простонародье называемые дымовиками. — Да, но только мне сказали, что ты их не выносил, а вносил.       Хес почесал затылок, будто вспоминая события дней минувших. — Ну да! Я хотел их высушить, но потом вспомнил, что из них получаются хорошие, маскировочные бомбы, вот и понёс обратно. На сколько я знаю, завтра у юного поколения начинается неделя испытаний на зачистку лесов. Вот я и подумал, что они будут очень кстати.       Хес всегда был таким, сколько Элиот его помнил. Словно ужаленный, бегал из угла в угол, предлагая свою помощь. Иногда просто крутился рядом с братьями, чтобы понаблюдать за тем, чем же таким интересным они занимаются, а если находил новое неизведанное ему растение, то всё, пиши пропало, сразу же бежал к себе в комнату рыться в справочниках и ставить опыты. В последнем Эней вёл себя так же, что заставляло Элиота не раз видеть в нём своего младшего брата, но что его по-настоящему радовало, в отличие от Хеса, юноша был более спокойным.       Больше вопросов Элиот не задавал, вместо этого он всё пристальней начинал всматриваться в дверную щель за спиной брата, которая в какой-то момент их диалога начала переливаться всевозможными цветами. — Мне незачем тебе врать, к тому же я прекрасно осведомлён о негативном воздействии цветков на учеников и не стал бы… Брат, не смотри на меня с таким презрением! — Нет, что ты! Мне просто кажется у тебя что-то… — Бум!       Договорить он не успел. В кабинете Хеса что-то взорвалось, заставляя замолчать уже обоих. — Вот же ж! Заболтал меня, теперь убирать! Скоро должен прийти Эней, я обещал отвести его в леса! — Я могу прислать тебе нескольких учеников для помощи. — Нет-нет! Даже не вздумай! Ещё наглотаются чего-нибудь! И тебе не советую заходить, лучше я сам! — И то верно. Возьми, это должно помочь.       Элиот любезно протянул ему очищающий талисман. — Благодарю брат, ну всё я побежал!       И Хес скрылся. Не успел Элиот далеко отойти от кабинета, как за спиной раздался приглушённый дверью возглас: — Ох… Вселенский свет! — Бам! Бам!       Раздался ряд менее громких хлопков, после которых всё наконец-то стихло. Даже страшно представить, что там произошло. — Бра…       Словно предугадав вопрос брата, Хес громко крикнул: — Со мной всё в порядке!       А потом для себя добавил более тихое: — Чего нельзя сказать о кабинете…        Элиот подавил желание вернуться, оправдывая себя мыслью, что тем самым сделает только хуже. От нарастающей неловкости по лбу скатилась капля пота. Уходя всё дальше, он решил направиться в небесные сады, чтобы после случившегося немного развеяться и подышать свежим воздухом.

⋆༺𖤓༻⋆