03. Hopefulness

На часах стрелки складываются в восемь вечера, и я выскальзываю из гостиной. Тео, на удивление, действительно стоит, облокотившись на перила в паре шагов от входа в гостиную. Он поворачивается, и замечая меня удивлённо вскидывает брови: — Я уже приготовился ждать целую вечность, однако ты даже на минуту не опоздала. Пунктуальная староста, — он шутливо морщится, и я закатываю глаза. — В следующий раз обязательно заставлю тебя ждать. — В следующий раз? То есть наличие ещё одного свидания не зависит от успеха этого? — его брови дразняще сводятся. — Брось, это никакое не свидание, — я немного нахмурившись прерываю.  Он пожимает плечами, будто говоря «Пусть будет по-твоему», и ведёт меня по лестнице вниз.  Когда мы минуем последнюю ступень, Нотт благородно протягивает мне руку, и выглядит это от чего-то чарующе. Я привыкла видеть слизеринцев наглыми и надменными, а тут один из них держит мою ладонь, чтоб я вдруг не споткнулась. Звучит как бред.  В животе разрастается странное чувство, и я незаметно встряхиваю головой, дабы убрать лишние мысли.  — Даже не скажешь как хорошо я выгляжу? — недовольно, но в шутку, возмущается Тео, как только незаметно выводит меня из Хогвартса.  Выглядит он, и вправду, просто невероятно. Так, что страшно поднимать взгляд. Высокий, с острыми чертами лица, ледяными, словно равнодушными глазами, но с казавшейся доброй улыбкой, что придает ему очарование. Признаваться в этом, мне конечно, не хочется, и чтоб лишний раз не убеждаться, я избегаю его заинтересованного взгляда, будто совершенно не замечаю его.  — Если так нужны мои комплименты, то ладно, твой костюм действительно стильный, — игриво вскидываю одну бровь — Ты же знаешь, что я не про одежду, принцесса, — наклонившись к моему уху почти шепчет Теодор. Я небольно бью ему по плечу, и он начинает смеяться. Так, как я никогда не слышала, чтоб он смеялся раньше. — Фу, Нотт, не называй меня так больше никогда, а иначе меня стошнит, — брезгливо морщусь, но почему-то в действительности мне совершенно не противно. Слизеринец, казалось, просто вел меня вокруг школы, а я в свою очередь не возникала, просто шла рядом.  — Ты издеваешься? — взвываю я, когда мы отказываемся около пробитой кирпичной стены, — То есть это и есть твой «секрет»?  — Терпение. Взмахом палочки он делает проход более доступным, затем снова подаёт мне ладонь, помогая пройти за ним. Мои красивые блестящие ботинки явно не это сегодня хотели видеть.   Будто специально не отпуская мою руку, Тео доводит меня до старой заросшей лестницы, и я недоверчиво шагаю по ступеням.  Раз, два, и моя челюсть падает вниз. Это огромная, просторная крыша, с волшебным видом на школьный двор, многочисленные домики Хогсмида, и квиддичное поле. Глаза загораются при виде дальних шотландских просторов, и я радостно поворачиваюсь на довольного Тео, чей взгляд буквально говорит «Я так и знал, что тебе понравится».  — Мы попали сюда в самое лучшее время. Скоро закат, — слышатся его шаги навстречу.  Глаза его как-то мутно пробежали по мне, от чего на мгновение стало труднее дышать.  – Так, – протягиваю я, – Ну и чем здесь можно заняться?  Мне удалось выйти из цепей его мертвого взгляда. Глаза метаются по территории крыши, а Тео вдруг уверенно пинает ногой стенку кирпичей сзади, даже не поворачиваясь, и ловя мой негодующий взгляд, достает из небольшой крепости две бутылки явно чего-то алькогольного, и пачку сигарет. Магловских. Ну и фу.  — Я не буду, — отрезаю, демонстративно отвернувшись, якобы продолжая смотреть на вид. — Так и знал, — могу поклясться, уголки его губ подпрыгнули. Звон бутылок осведомляет о том, что Нотт оставил все около кирпичей. Я облегченно разворачиваюсь, но тут же снова оказываюсь лицом к прежнему виду, потому что холодная ладонь Тео дотрагивается до моей спины.   Молчим. Небо становится все красочнее, и с грустным выдохом я понимаю, что, вероятно, это уже один из последних ярких сентябрьских закатов в этом году.  — Сигаретку, принцесса? Морщусь, надеясь, что Тео все таки поймет, но тот настойчиво раскрывает мои пальцы, просовывая между них сигарету. Я внимательно смотрю за его движениями, не силясь сказать что-то против. Видимо, мои принципы не такие уж железные, как мне казалось до этого дня. Все это слишком затуманило мой разум. Я не знаю, что мной движет. Наверное то, что мне плевать.  Робко обхватив сигарету губами, нерешительно делаю вдох.  Фу. Под хохот Нотта брезгливо откашливаюсь и без настроения затаптываю первую неудачную сигарету в бетонный пол. — Твоя сестра бы меня авадой прикончила, — усмехается Теодор, убирая пачку в внутренний карман. А я собираю маленькие камушки себе в ладони. — Скорее, меня, — один из небольших камней летит с крыши с моего размаха, — Долетело?  — До куда? — До воды.  — Он даже до того дерева не долетел, — Нотт указывает кивком на дуб, растущий совсем близко, — Ты не правильно кидаешь.  В ту же секунду он выбирает из моей ладошки камень, и замахнувшись, отправляет его в полет.  Вижу расходящиеся круги на воде.  Чертов умник. Пытаясь скопировать каждое движение его техники метания, все снова выходит неудачно, а камушек рушится в песок. — Ой все, к Мерлину, Понсэйр,— Нотт звонко заливается победным хохотом, — Мало ли попадешь в кого. Пойдем, тебе на обход. Точно. Яростно выдохнув, отправляюсь следом. Смешанные чувства. *** Возвращаясь с матча, Малфой почувствовал, что даже квиддич ему больше не интересен. Все попытки выжать из себя удовольствие оказались тщетны. Было больно. Это занятия являлось его отдушиной, его укрытием, на протяжении всех школьных лет, а сейчас квиддичу просто не хватало места в доверху забитой голове Драко. С этого года все стало серым, даже свечи горели тусклее, чем раньше, да и атмосферы сказочного замка как не бывало. Но, наверное, это проблемы восприятия. Гребаная школа. Сейчас она — не главное. Задание от Волдеморта — вот куда должно отправляться все внимание Драко ближайший год, и в отличии от учебы от него точно в жизни что-то зависит. А что после? Что будет после этого? Драко вдруг подумал, что запустил бесконечную цепочку. Ведь после одного поручения, следует другое? От этих мыслей по спине пробежал липкий холодок осознания, и затупившийся взгляд с ужасом распахнулся. Вид из астрономической башни был не так уж и плох, темнота ещё не поглотила небо, снизу слышались громкие хохотания младшекурсников, бегающих по каменным дорожкам по пути в Хогсмид. Белые пряди небрежно сдувались с прически прямо в лицо, но бесконечным раздумьям это не мешало. Драко глянул вниз. Высоко. Наверняка можно разбиться насмерть. Бровь нервно дернулась. К черту, к черту. Судорожно содрогнувшись, Малфой оставил Башню пустовать. * С этого года предстояло ещё и выполнять задания старосты: обходы школы, контроль младшекурсников и так далее. Сам факт обязательств немного раздражал, но, наверное, неплохой вариант чтоб отвлечься. Второй старостой Слизерина являлась Пэнси Паркинсон, и Драко был в ярости, когда узнал, что на Гриффиндоре эту роль выполняют две девчонки! Ну вот почему нельзя было в пару с Паркинсон поставить какую-нибудь Гринграсс? Ведь теперь Малфой обязан прийти на какое-то «неотложное собрание» в кабинете МакГонагалл. — Драко, ты готов? — закатив глаза сказала брюнетка с аккуратным каре, уже стоя около двери. Малфой молча встал, не проявляя особого желания, и все же вышел из гостиной, по привычке пропустив вперёд даму. Путь через подземелье был не быстрым, но уже выученным, поэтому через пару минут, слизеринские старосты со стуком заходили в кабинет. Профессор Макгонагалл вроде ничего ещё не говорила, но перед ней уже стояли остальные представители факультетов, например, Понсэйр с Грейнджер, которые после услышанных шагов моментально перевели взгляд на вошедших. Выглядело так, будто гриффиндорки ненавидели их. У Пуффендуйцев, к примеру, не было такого убийственного взгляда. — Что вылупилась, Грейнджер? — грубо и уверенно кидает Паркинсон, чуть снизив тон, чтоб профессор не услышала. — Выглядишь вызывающе, вот и вылупилась, — на удивление, ответила ей гриффиндорка. — Завидуешь, что у меня есть на что смотреть? — прыснула та. — Зато у меня мозг не меньше груди, — как-то насмешливо свела брови Грейнджер, что вообще не в ее стиле. — Ясно, завидуешь, — Паркинсон равнодушно пожала плечами, и демонстративно начала осматривать свои ногти и сдувать с них пылинки. Грейнджер вспыхнула. — Да пошла к черту! Драко еле заметно усмехнулся. Эти девчачьи разборки. — Мисс Грейнджер? Взгляд профессор Макгонагалл пронзал застывшую ученицу насквозь. Она нервно открыла рот в попытках что-то сказать, но Минерва продолжила: — Надеюсь, ваш конфликт будет исчерпан, если сегодняшний обход вы проведёте в паре. Драко развеселился. Это и вправду было смешно: Паркинсон и Грейнджер. А вдруг онидействительно найдут общий язык? — Мисс Понсэйр, Мистер Малфой, надеюсь вы ладите, — женщина раздражённо кивнула в сторону учеников, а Драко даже сначала не понял, к чему это было сказано. И только через мгновение, поймав растерянный взгляд гриффиндорской старосты, оставшейся без пары, до него дошло. Сегодня будет совместное дежурство. * Собрание закончилось, и Макгонагалл всем выдала бесполезные эмблемы старост. В мертвой тишине все стали парами выходить из кабинета, и перекошенные лица враждующих девочек предельно ясно говорили о том, что они не в восторге. Драко только подумал, что ему глубоко плевать, как вдруг его сегодняшняя напарница открыла рот: — Ты сегодня не в духе? — Что? — Идешь так тихо, даже подножку не поставил. — Иди молча, а. И вправду. Сейчас даже не хотелось никого задевать, шутки уже не так быстро рождались в голове, и поддерживать многолетнюю вражду стало тяжелее. В этом нет проблемы, просто в очередной раз показывает как Драко вырос. За одно лето. Эшли замолчала, и они вновь тихо пошагали по коридорам. Даже словили одного младшекурсника с когтеврана, который пытался незаметно пробежать по другому пути. Они загнали испуганного мальчика в угол. — Минус пять баллов, — властно отрезала Понсэйр, будто случайно поправляя значок старосты. — Лучше десять, чтоб точно уяснил, — добавил Драко, вскинув брови. Они выглядели, как команда. Когтевранец стыдливо прикрыл глаза. — Пожалуйста, простите, Мистер Малфой и…, — он перевел взгляд на Эшли, пытаясь вспомнить ее имя, — И… Его девушка. Понсэйр приложила руку к губам и звонко засмеялась. — Чего? Она? Даже не смей это вслух произносить, — зачем-то насмешливо сказал Драко. — Я думал, вы пара, — непонимающе метал взгляд ребенок. — Плохо думал. Можешь мне посимпатичнее девушку выбрать для своих фантазий? Такой вариант мне не нравится. Мальчик пару раз растеряно моргнул, и после еле слышной просьбы уйти, наконец был свободен. Начав шагать дальше по своим делам, устало смотря себе под ноги, Драко вдруг услышал: — Малфой, ты такой идиот. В голосе гриффиндорки что-то дрогнуло. Он поднял голову. — Что? — растерянно спросил Драко, заметив как большие зеленые глаза стали влажными. Он не любил женские слезы, и даже не знал, какие чувства испытывает когда видит их. Бешенство? Неловкость? Или может сочувствие? Но было ясно одно, все это Драко ненавидел. — Почему ты ревешь? Но вопрос был проигнорирован. Раздражает. Кажется именно это чувство. — До завтра, — вытерев рукавом белой рубашки мокрые щеки, дрожащим голосом попыталась сказать Эшли, и дернулась в сторону лестниц. Чувствуя, как внутри пылает необъяснимая ярость, Малфой не дал ей ускользнуть, схватив за руку. И вновь эти мокрые зеленые глаза смотрели на него, будто тот убил всю ее родословную. — Объясни. Но Понсэйр с силой выдернула запястье из хватки. Надо же. Силенок достаточно. След ее кроссовок удалился вверх по ступеням, и Малфой по пути в подземелья непроизвольно начал прикидывать варианты, из-за чего довел девчонку до слез. И какого хера она вообще ходит в кроссовках? *** — Здорово, — безэмоционально поприветствовал друга Нотт, поедая какое-то очередное пирожное из большого зала. — Вечер добрый, — подключилась Паркинсон, которая вновь пилила свои аккуратные ноготочки, сидя рядом с Тео на изумрудном диване. Чувство дежавю, будто это уже повторялось. Интересно когда? А, точно, каждый день. И только Блейз не поздоровался с Малфоем, ведь завис над какой-то магловской книжкой, не отрываясь от нее уже больше суток. Чтож, у каждого свои тараканы. — Что-то случилось? — заметив задумчивый взгляд Драко, поинтересовалась Паркинсон. — Пэнси, мне нужен девчачий совет. Прозвучало это очень серьезно, но даже Паркинсон хохотнула, не говоря уже о Тео, которому из-за поступившегося смеха пришлось откашливаться. — Я слушаю, Драко, — по максимуму скрыв улыбку, протянула та. — От меня только что девчонка убежала в слезах, — Нотт зажал рот рукой, и Пэнси толкнула его, продолжая слушать, — Из-за чего вы плачете? Ну, девчонки. Что могло произойти, — расстегнув верхнюю пуговицу рубашки, задумчиво откинулся на спинку кресла Малфой. — Ну, — многозначно протянула Паркинсон, причмокнув губами, — Возможно, ты что-то ей сказал. На мгновение он погрузился в мысли, но ничего не вспомнив покачал головой. Пэнси сверкнула взглядом, говорящим «ты серьезно?». — Нет, Драко, ты определено что-то ей сказал. — Это точно, — присоединился Теодор, — Ты не фильтруешь, что говоришь. — Ты вообще заткнись. Снова задумавшись, Малфой ударил себя по лбу. — Я понял. Тео и Пэнси вопросительно уставились, и Драко пришлось пересказать. — Ты придурок, — констатировала Паркинсон. — Ты безнадежен, — Нотт развел руками. И даже Забини, по всей видимости, слушающий их беседу, кинул в него подушкой. И продолжил читать. — Что мне делать? — спросил тот у Пэнси. — Извиниться. Отличный совет. Если не знать, что ревущая девчонка — это Эшли Понсэйр с Гриффиндора. Но ведь она и вправду красивая, а ведет себя так, будто сама этого не знает. Идиотка.