Днюха и день всех влюбленных!

Февраль в Хогвартсе выдался снежным и суматошным. Восьмого числа Дэанэ проснулась с мыслью, что сегодня обычный день. Ну, подумаешь, пятница. Трансфигурация, зельеварение, обед, тренировка по квиддичу. Всё как всегда. — С днём рождения! — заорали ей в ухо, едва она открыла глаза. Дэанэ подскочила и чуть не свалилась с кровати. Над ней стояли Тинна и ещё пара девчонок с факультета и противно улыбались. — Вы чего?! — Сегодня восьмое февраля, дурочка! — Тинна сунула ей в руки какую-то коробку. — Держи. Это от меня. Дэанэ моргнула: — Восьмое? — Ты что, забыла? — Я... ну... да, забыла. Она и правда забыла. После всех событий последних месяцев — побега, Рождества в Норе, возвращения в школу, признания Билла — даты как-то смешались в голове. — Вставай давай! — Тинна стащила с неё одеяло. — Там в гостиной тебя кое-кто ждёт. — Кто? — Увидишь. Дэанэ натянула форму, кое-как причесалась и спустилась в гостиную. Там её ждал Билл. Он стоял у камина с таким видом, будто очень волновался. При виде Дэанэ улыбнулся и шагнул навстречу: — С днём рождения. — Спасибо. Он протянул ей небольшой свёрток: — Это от меня. Не открывай сейчас. Потом. — Почему? — Потому что я хочу, чтобы ты открыла, когда мы будем одни. Дэанэ почувствовала, как щёки заливаются румянцем. — Ладно. — А это от Чарли, — Билл протянул ещё один свёрток. — Он просил передать. Сказал, что там что-то про драконов, потому что он кроме драконов ничего не понимает. — Передай спасибо. — А это от Перси. — Перси? — удивилась Дэанэ. — Книга. «Международное магическое право для начинающих». С подписью: «Для расширения кругозора». Они засмеялись. — А это... — Билл замялся. — Это от Джинни. Она прислала с совой вчера. Дэанэ развернула — там был рисунок. Кривой, корявый, но очень старательный. На нём была изображена рыжая девочка, рыжая девушка, рыжий мальчик и ещё куча рыжих точек, которые, видимо, обозначали остальных Уизли. Сверху было подписано: «Дэанэ с днём рождения я тибя люблю приезжай скорее Джинни». — Ох, — выдохнула Дэанэ. — Какая же она... — Наша, — закончил Билл. — Вся в нас. Дэанэ прижала рисунок к груди. --- За завтраком её ждал сюрприз. Домовые эльфы приготовили огромный торт (откуда они узнали?!) с надписью «С днём рождения, Дэанэ!» на французском и английском. — Это Флитвик подсказал, — шепнула Тинна. — Он у нас главный сплетник. — Флитвик?! — Ну да. Он же обожает такие вещи. Весь факультет Гриффиндора орал «С днём рождения!», когда Дэанэ вошла в Большой зал. Даже МакГонагалл улыбнулась — правда, еле заметно. — Спасибо... — растерянно бормотала Дэанэ, садясь за стол. — Вы чего... это всё... — Привыкай, — усмехнулся Чарли. — У нас в семье дни рождения отмечают с размахом. — Я не в семье. — Пока нет, — подмигнул Билл, и Дэанэ чуть не поперхнулась тыквенным соком. --- Весь день прошел как в тумане. На трансфигурации МакГонагалл не снимала баллы, когда Дэанэ ошиблась в заклинании. На зельеварении Снейп смерил её долгим взглядом, но ничего не сказал — видимо, даже у него сегодня было настроение. — Это потому что у тебя день рождения, — объяснила Тинна. — В Хогвартсе в день рождения тебе всё прощается. — Даже Снейп? — Даже Снейп. Смотри, как бы завтра не отыгрался. На обеде торт съели почти полностью. Чарли умудрился измазаться в креме, и Тинна полчаса оттирала его мантию. — Ты как маленький, — ворчала она. — Зато вкусно, — довольно улыбался Чарли. Ближе к вечеру Билл отозвал Дэанэ в сторону: — Пойдём. — Куда? — На астрономическую башню. Я хочу тебе кое-что показать. Они поднялись на самую верхотуру. Солнце уже садилось, раскрашивая небо в оранжевые и розовые тона. — Красиво, — выдохнула Дэанэ. — Ага. — Ты хотел мне что-то показать? Билл достал свёрток — тот самый, утренний. — Открывай. Дэанэ развернула. Внутри лежала шкатулка — деревянная, резная, с выжженным на крышке рисунком. Она присмотрелась — это была Нора. Кривая, смешная, но очень узнаваемая. — Ты сам сделал? — Ага. Долго, правда. Руки не из того места растут. — Не ври, — Дэанэ провела пальцем по резьбе. — Это очень красиво. — Открой. Она открыла. Внутри лежало письмо. И маленький кулон — серебряный снитч, почти такой же, как на браслете, но другой. — Это чтобы у тебя был кусочек дома, — тихо сказал Билл. — Даже когда ты не в Норе. Дэанэ смотрела на него и чувствовала, как к глазам подступают слёзы. — Билл... — Не плачь. А то я сейчас тоже разревусь, а я мужчина или кто? — Ты дурак. — Знаю. Она обняла его крепко-крепко. — Это лучший день рождения в моей жизни. — Правда? — Правда. Даже лучше, чем когда мне пять лет исполнилось и мне подарили живого феникса. — Живого феникса?! — Шучу. — Дура. Они стояли на башне, обнявшись, и смотрели, как садится солнце. --- В гостиной их ждал второй сюрприз. Чарли и Тинна организовали вечеринку. Ну, как организовали — натащили сладостей из Хогсмида, уговорили близнецов (которых не было в школе, но они каким-то образом участвовали дистанционно) прислать взрывные конфетти, и даже Перси согласился не читать целых полчаса. — С днём рождения! — заорали все хором, когда Дэанэ вошла. — Вы чего... это уже слишком. — Никогда не слишком, — заявила Тинна. — Ты теперь одна из нас. — Каких нас? — Нас, влюблённых идиотов. Чарли рядом покраснел, но согласно кивнул. Вечер пролетел в смехе, шутках и бесконечных разговорах. Дэанэ поймала себя на мысли, что впервые в жизни ей не хочется, чтобы день рождения заканчивался. Обычно она терпеть не могла эти семейные сборища во Франции — с фальшивыми улыбками, обязательными подарками и одэтовыми язвительными замечаниями. А здесь... — О чём задумалась? — Билл подсел рядом. — О том, что я наконец-то дома. Он улыбнулся и поцеловал её в висок. — Ты всегда дома. Где бы мы ни были. --- Перед сном Дэанэ достала подарок от Джинни и повесила рисунок над кроватью. Рыжие точки, рыжая девочка и подпись корявыми буквами. — Я приеду, маленькая рыжая, — шепнула она. — Обязательно. И заснула с улыбкой. --- Четырнадцатое февраля наступило неожиданно. После дня рождения Дэанэ как-то выпустила из виду, что скоро очередной праздник. Тем более что в Хогвартсе к нему готовились с размахом. — Опять эти розовые сердечки, — проворчал Чарли за завтраком, когда очередное конфетти от Флитвика приземлилось ему в кашу. — А мне нравится, — улыбнулась Тинна. — Романтично. — Тебе всё нравится, что со мной связано. — Неправда. Мне ещё драконы нравятся. — Я и есть дракон. — Ты — Чарли. — Одно другому не мешает. Дэанэ и Билл переглянулись и закатили глаза. — Они теперь всегда так? — спросила Дэанэ. — Всегда. Я уже привык. — И как? — Нормально. Лишь бы не дрались. Восьмого февраля Билл подарил ей шкатулку. А четырнадцатого... Четырнадцатого утром Дэанэ снова обнаружила на кровати коробку. — Опять? — удивилась она. — Открой, — Тинна подпрыгивала рядом от нетерпения. В коробке лежал шарф. Рыжий, с золотыми полосками. Мягкий, тёплый, чуть кривоватый. И записка: «С Днём Святого Валентина. Чтобы не мёрзла на тренировках. Я спросил у мамы, как вязать. Получилось криво, но тепло. Люблю». Дэанэ прижала шарф к лицу и засмеялась сквозь слёзы. — Ты чего плачешь? — испугалась Тинна. — От счастья, дура. Он связал это сам. — Сам?! — Сам. Она натянула шарф прямо поверх пижамы и побежала в гостиную. Билл сидел у камина, делая вид, что читает. При виде её вскочил: — Ну как? Понравилось? Я знаю, что кривоват, но я старался, мама сказала, что для первого раза... Дэанэ не дала ему договорить. — Ты идиот, — сказала она, обнимая его. — Самый лучший идиот на свете. — Это комплимент? — Это факт. Где-то в углу Чарли и Тинна синхронно вздохнули. — И мы так сможем? — спросил Чарли. — Научишься сначала вязать, — фыркнула Тинна.