Шестой курс

Сентябрь встретил их золотой листвой и привычной суетой на платформе 9¾. В этом году всё было по-другому. Впервые за долгое время провожали не только их — в Хогвартс отправлялся Перси. Он стоял в своей новенькой мантии, которую Молли перешивала три раза, потому что он всё время рос, и делал вид, что ему всё равно. Но уши горели предательским огнём. — Не волнуйся, — сказала Дэанэ, приседая на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне. — Всё будет хорошо. — Я не волнуюсь, — ответил Перси с важным видом. — Я готов. Я прочитал все книги. — Книги — это хорошо, — усмехнулся Билл. — Но в Хогвартсе есть ещё кое-что, чего в книгах не напишут. — Например? — Например, как уворачиваться от близнецов, когда они до тебя доберутся. — Близнецы ещё не в школе, — заметил Перси. — Но они когда-нибудь там окажутся. Готовься заранее. Молли всплакнула, Артур похлопал сына по плечу, а близнецы пытались всучить ему взрывные конфеты «на первый случай». — Не смейте! — прикрикнула Молли. — Перси, если ты это возьмёшь, я... — Я не возьму, — твёрдо сказал Перси. — Мне нужны знания, а не взрывчатка. — Скучный, — вздохнули близнецы хором. Джинни вцепилась в Дэанэ: — Ты напишешь? — Напишу. — И приедешь на каникулы? — Приеду. — Обещаешь? — Обещаю. Рон стоял в стороне и делал вид, что ему всё равно, но глаза были грустными. Тинна, которая приехала на платформу вместе со всеми (она жила в Норе с июля), обняла его на прощание: — Я буду писать. И Чарли будет. И Дэанэ. — Мне никто не пишет, — буркнул Рон. — Будут. Поезд тронулся. Джинни махала рукой, близнецы орали что-то ободряющее, Молли плакала в платок, а Артур обнимал её за плечи. В купе шестикурсников — Дэанэ, Билла, Тинны и Чарли — было шумно и весело. Перси сидел в соседнем купе с первокурсниками и уже раздавал им советы. — Он там всех достанет, — усмехнулся Чарли. — Зато они будут самыми подготовленными первокурсниками в истории, — ответила Дэанэ. Распределение пролетело как всегда. Первокурсников вызывали по одному, шляпа выкрикивала факультеты. Когда очередь дошла до Перси, он вышел к шляпе с таким видом, будто идёт на важное государственное совещание. Шляпа упала ему на голову, задумалась на пару секунд и гаркнула: — ГРИФФИНДОР! За столом Гриффиндора зааплодировали. Дэанэ заметила, как Перси, проходя мимо них, чуть заметно улыбнулся — первый раз за день. — Он будет нас доставать, — вздохнул Билл. — Он будет лучшим, — поправила Дэанэ. — Это одно и то же. Вечером в гостиной Перси подошёл к ним с важным видом: — Я составил план учёбы на год. Если кому нужно, могу поделиться. — Перси, — сказал Чарли. — Иди спать. Завтра первый день. — Но я... — Иди спать. Перси ушёл. Тинна засмеялась: — Он такой милый. — Скажешь это через год, когда он начнёт нас учить жизни, — проворчал Чарли. Шестой курс оказался серьёзнее, чем они думали. Учителя требовали больше, домашние задания стали сложнее, а времени на всё не хватало. Дэанэ сидела в библиотеке до поздней ночи, разбирая древние руны. Билл помогал ей, хотя у самого была куча своих дел. Тинна пропадала в теплицах и на дополнительных занятиях по зельеварению — она твёрдо решила стать колдомедиком и готовилась к поступлению. Чарли... Чарли просто жил квиддичем. — Ты хоть иногда открываешь учебники? — спросила его Тинна как-то вечером, когда они сидели в библиотеке. — Зачем? — удивился он. — Я же знаю, что хочу делать. Мне нужны драконы, а для этого надо просто не провалить экзамены. — Просто не провалить? — Тинна закатила глаза. — Ты неисправим. — Зато я лучше всех ловлю снитч. — Это да. Квиддичный сезон открылся в ноябре матчем Гриффиндор — Слизерин. Дэанэ как капитан выложилась на полную. Тренировки стали жёстче, требования выше, но команда была готова на всё. — Мы выиграем этот матч, — заявила Дэанэ перед выходом на поле. — Я чувствую. — Ты всегда это чувствуешь, — усмехнулась Тинна, которая пришла поболеть. — В этот раз точно. И они выиграли. Чарли поймал снитч на двадцатой минуте, а охотники забили столько голов, что счёт стал рекордным за последние десять лет. Дэанэ летала как одержимая, Билл с трибун орал так, что охрип до следующего утра, а Тинна чуть не выронила свой шарф, когда Чарли метнулся за снитчем. После матча к Чарли подбежал первокурсник с горящими глазами. Маленький, вихрастый, в гриффиндорском галстуке. — Мистер Уизли! — выпалил он, задыхаясь. — Вы — Чарли Уизли? — Ну да, — удивился Чарли. — Я Оливер Вуд! Я с Гриффиндора! Вы — лучший ловец, которого я видел! Я тоже хочу стать ловцом! Вы можете меня научить? Чарли растерянно посмотрел на Дэанэ. Та засмеялась: — Кажется, у тебя появился фанат. — Я... ну... если хочешь, приходи на тренировки, — неуверенно сказал Чарли. — Посмотришь. Глаза Оливера загорелись так, будто ему подарили весь мир. С того дня он не пропускал ни одной тренировки. Сидел на трибунах, делал заметки, задавал вопросы. Чарли сначала стеснялся такого обожания, потом привык, а потом даже начал относиться к Оливеру с теплотой. — Знаешь, — сказал Чарли Дэанэ как-то после тренировки, — он будет отличным вратарём. — Вратарём? — удивилась Дэанэ. — Он же всё время за ловцами бегает. — Он думает, что хочет быть ловцом. Но я вижу — у него другие способности. Он видит поле целиком, просчитывает траектории. Из него выйдет великий вратарь. А когда я выпущусь, капитанство ему передадут. И ловцом станет кто-то другой. — Интересно, кто? — Не знаю. Может, какой-нибудь новенький через пару лет появится. Кто-то, кто будет летать так же, как я. Сезон продолжался. После победы над Слизерином Гриффиндор уверенно разобрался с Пуффендуем. Потом были матчи между другими факультетами, которые они смотрели с трибун, анализируя будущих соперников. Весной, в финальном матче Когтевран — Гриффиндор, решалась судьба кубка. Дэанэ готовилась к этой игре как к битве. — Мы должны победить, — сказала она команде перед выходом на поле. — Не ради кубка. Ради себя. И они победили. Чарли поймал снитч на тридцать пятой минуте, и счёт по очкам окончательно закрепил победу Гриффиндора. — Мы сделали это! — кричала Дэанэ в раздевалке. — Мы сделали! — Ты сделала, — поправил Билл, обнимая её. — Мы. Все. После игры Оливер Вуд подбежал к Чарли с блокнотом: — Запишите, пожалуйста, как вы поняли, где снитч? Я не разглядел траекторию! Чарли вздохнул, но взял блокнот и начал объяснять. — У него теперь есть личный биограф, — усмехнулась Тинна. — У него есть личный фанат, — поправила Дэанэ. — Что ещё нужно ловцу? На Рождество в этом году они остались в Хогвартсе. Тинна решила не ехать к родителям (те были в командировке), а Билл с Дэанэ просто захотели побыть в замке — впервые без суеты, без близнецов, без вечного шума Норы. — Странно, — сказала Дэанэ, глядя на украшенный зал. — Тихо так. — Скучаешь по Норе? — Немного. По Джинни, по пирогам... Но здесь тоже хорошо. Рождественским утром они проснулись в своих спальнях, а потом встретились в гостиной. Под ёлкой лежали подарки — от Молли (свитер для Дэанэ и шарф для Билла), от Артура (маггловские безделушки), от близнецов (очередные взрывные конфеты, которые Молли всё-таки пропустила, потому что они обещали, что «это безопасно»). Тинна подарила Чарли книгу о драконах, а Чарли — ей самодельную открытку с рисунком, где они вдвоём сидят на драконе. — Ты сам рисовал? — растрогалась Тинна. — Ага. — Кривовато. — Зато от души. Дэанэ подарила Биллу новый альбом, а он ей — набор перьев для письма, красивых, с золотым наконечником. — Чтобы ты писала мне из Египта, — сказал он. — Мы же вместе поедем. — Ну, мало ли. Вдруг я буду в одной гробнице, а ты в другой? — Тогда я буду писать тебе записки и привязывать к снитчам. — Договорились. Вечером они сидели у камина в гостиной, пили горячий шоколад и слушали, как ветер завывает за окнами. Перси читал книгу в углу, то и дело поглядывая на старших. Оливер Вуд забегал поздравить Чарли с Рождеством и подарил ему самодельный значок с надписью «Лучший ловец». — Милота, — прокомментировала Тинна. — Завидуй молча, — ответил Чарли, но значок прицепил на мантию. Новый год встретили в гостиной, с шампанским (тыквенным соком для Перси) и танцами под маггловское радио, которое Артур зачаровал так, что оно ловило волну даже в Хогвартсе. Второй семестр пролетел незаметно. Тренировки, учёба, бесконечные разговоры о будущем. Дэанэ всё чаще задумывалась о том, что после школы её ждёт Египет. Билл — тоже. Тинна готовилась к поступлению на колдомедика. Чарли... Чарли просто жил дальше, зная, что его ждут драконы и Тинна рядом. В конце весны для шестикурсников, достигших семнадцати лет, организовали курсы по аппарации. Дэанэ, Билл и Тинна записались в первую же группу. — Это сложно, — сказала Дэанэ после первого занятия. — Я чуть не расщепилась. — Главное — сосредоточиться, — ответил Билл, у которого получилось с третьего раза. — Легко тебе говорить. — Не легко. Просто я вспоминаю тебя, и у меня всё получается. — Подлиза. — Правда. Тинна сдала аппарацию со второй попытки, Чарли пока не мог — ему было всего шестнадцать. Но он смотрел на их тренировки с интересом и делал пометки в блокноте рядом с Оливером Вудом, который тоже записывал всё, что касалось квиддича. — Вы будете лучшими аппараторами, — сказал Оливер. — А я буду лучшим вратарём. — Вратарём? — удивился Чарли. — Я думал, ты хочешь быть ловцом. — Хотел. Но после того как я увидел вас... я понял, что никогда не смогу летать так же. А вратарём я буду великим. Чарли улыбнулся: — Будешь. Я в тебя верю. Кубок по квиддичу вручили им на последнем пиру, в конце учебного года. Дэанэ вышла вперёд, приняла огромный серебряный кубок и подняла его над головой. Гриффиндор взорвался аплодисментами. — Мы сделали это! — крикнула она. — Ты сделала, — поправил Билл, целуя её при всех. Оливер Вуд, сидевший рядом с Чарли, закатил глаза: — Они всегда так? — Всегда, — вздохнул Чарли. — Привыкай. — Я лучше буду на метле, чем целоваться. — Посмотрим, что ты скажешь лет через пять. В конце года Перси пришёл к ним с табелем. Он сиял так, будто выиграл Олимпийские игры. — Я лучший на курсе, — сообщил он с важным видом. — Мы знаем, — ответил Билл. — Ты нам об этом говорил каждый день. — Просто напоминаю. Дэанэ обняла его: — Мы гордимся тобой, Перси. Он покраснел и быстро ушёл, бормоча что-то про книги. Лето снова ждало их в Норе. Тинна приедет в июле. А впереди — последний, седьмой курс. Последний год в Хогвартсе. А потом — новая жизнь.