Египет

Последние дни августа пролетели как один миг. Чемоданы были собраны, билеты получены, и Дэанэ в сотый раз проверяла, всё ли взяла. — Успокойся, — сказал Билл, наблюдая за её метаниями. — Мы едем не на край света. — Почти. Она остановилась посреди комнаты и огляделась. Плакаты на стенах, рисунки, два кубка на полке. Всё оставалось здесь. В Норе. В дверях показалась Джинни. Она стояла молча, сжимая в руках какую-то бумажку. — Заходи, — позвала Дэанэ. Джинни подошла и уткнулась ей в бок. — Не уезжай. — Надо, рыжая. — Знаю. Но всё равно не уезжай. — Я вернусь. На Рождество. — Обещаешь? — Обещаю. Джинни сунула ей в руку бумажку — рисунок, на котором были нарисованы две фигуры: одна с рыжими волосами, другая с рыжими волосами, но поменьше. И подпись корявыми буквами: «Дэанэ и Джинни всегда вместе». — Повешу в Египте на самое видное место, — сказала Дэанэ. — Честно? — Честно. Они спустились вниз. Молли стояла у камина с дорожным набором летучего пороха. — Готовы? — спросила она, и голос у неё дрогнул. — Готовы, — ответил Билл. Рон сидел за столом и делал вид, что ест, но на самом деле просто ковырялся в тарелке. — Рон, — позвала Дэанэ. — Присмотришь за кубками? — Ага. — Чтобы близнецы их не утащили? — Ага. — Чтобы Джинни не рисовала на них? — Ага. — И чтобы ты сам их не трогал? — Ага. — Он поднял голову. — То есть нет. Не трогаю я их. — Знаю. Просто пошутила. Он улыбнулся — редкость для Рона. Джинни обняла Дэанэ так крепко, что та засмеялась: — Задушишь. — Пусть. — Я вернусь. Честно. — Знаю. Молли обняла их обоих, потом Артур, потом Чарли, который с утра был сам не свой (Тинна уже уехала в Лондон на стажировку), потом близнецы, которые впервые были серьёзными целых пять секунд. — Пора, — сказал Билл. О她们 взялись за руки, шагнули в камин и исчезли в зелёном пламени. --- Гринготтс встретил их мраморной прохладой и деловой суетой. Гоблины сновали туда-сюда, волшебники стояли в очередях, а в воздухе пахло деньгами и древней магией. — Сюда, — сказал Билл, ведя Дэанэ к стойке, где их уже ждали. Вместе с ними в очереди стояло ещё несколько молодых волшебников — такие же стажёры, как они. Кто-то нервно перебирал документы, кто-то тихо переговаривался. — Все на Египет? — спросила Дэанэ у девушки с тёмными кудряшками. — Да. Я в отдел проклятий. А вы? — Я в расшифровку древних текстов. А это Билл — он тоже в проклятия. — О, — девушка улыбнулась. — Будем коллегами. Гоблин за стойкой рявкнул: — Уизли? Алеси? Портключ через пять минут. Они подошли к огромному сейфу, который оказался порталом. Гоблин выдал им ржавую консервную банку. — Серьёзно? — прошептала Дэанэ. — Портключи всегда такие, — усмехнулся Билл. — Держись крепче. Они взялись за банку вместе с остальными стажёрами, и через секунду мир завертелся, потащил их куда-то в сторону, закрутил и выплюнул на раскалённый песок. — Ой, — сказала Дэанэ, поднимаясь и отряхиваясь. — Ой, — согласился Билл. Перед ними возвышался город. Не такой, как они привыкли — высокие здания из жёлтого камня, купола, минареты, и над всем этим — палящее солнце. — Добро пожаловать в Каир, — объявил гоблин, который их встречал. — Следуйте за мной. --- Первые дни в Египте были похожи на сон. Их поселили в общежитии для стажёров — небольшое здание в центре магического квартала Каира. Комнаты оказались маленькими, но уютными, и Дэанэ с Биллом дали одну на двоих. — Как парам и положено, — подмигнул им гоблин-администратор. — Если вы, конечно, пара. — Пара, — подтвердил Билл, беря Дэанэ за руку. — Тогда располагайтесь. Завтра первое собрание. Комната была скромной: две кровати (которые они тут же сдвинули), шкаф, стол и окно с видом на песчаные дюны. — Мы в Египте, — сказала Дэанэ, глядя в окно. — Мы в Египте, — эхом отозвался Билл. — Вместе. — Вместе. Они сидели на подоконнике и смотрели на закат. Совсем другой, не такой, как в Норе. Но от этого не менее красивый. --- Первое задание у Дэанэ началось с груды свитков. — Это тексты из гробницы фараона Тутмоса III, — объяснил её наставник, пожилой маг с седой бородой. — Ваша задача — классифицировать их по степени опасности и попытаться перевести. — Я справлюсь, — сказала Дэанэ, хотя внутри всё дрожало. Она справилась. Через неделю она уже разбирала иероглифы быстрее, чем некоторые местные специалисты. Билл тем временем изучал проклятия. Его наставник, сухой и жёсткий маг, гонял его по всем правилам безопасности. — Запомни, — говорил он. — В Египте каждая гробница — это ловушка. Одно неверное движение — и ты покойник. — Я понял, — отвечал Билл и лез дальше. Вечерами они встречались в своей комнате и рассказывали друг другу о прошедшем дне. — Сегодня я нашла текст о проклятии, которое превращает людей в скорпионов, — говорила Дэанэ. — А я сегодня чуть не превратился в скорпиона, — отвечал Билл. — Хорошо, что вовремя заметил символы. — Билл! — Шучу. Почти. --- Связь с домом была налажена быстро. Каждую неделю они созванивались с Тинной по каминной сети. Она жила в общежитии при Святом Мунго, в крошечной комнатке, которую делила с ещё двумя стажёрками. — Я устаю так, что падаю без сил, — жаловалась она. — Но это потрясающе! Я уже научилась залечивать переломы и определять проклятия по первым симптомам. — Ты будешь лучшей колдомедицей в мире, — говорила Дэанэ. — Знаю. А вы как? — Расшифровываю проклятия. — А я их снимаю, — добавлял Билл. — Идеальная команда, — улыбалась Тинна. Чарли писал часто. Его письма были длинными, полными новостей и немного хвастливыми. « Команда у нас отличная. Оливер Вуд на воротах — зверь, близнецов взяли загонщиками (они, конечно, ещё те обезьяны, но летают хорошо)». В другом письме он упомянул: «Познакомился тут с одной девчонкой с моего курса. Дора Тонкс. Она на Пуффендуе, но вообще ненормальная — постоянно меняет внешность, цвет волос, даже нос может переставить. Метаморф, представляете? Мы просто дружим, она прикольная. Тинне передавайте привет и скажите, что я скучаю. И чтобы она не думала ничего лишнего про Дору». Дэанэ засмеялась, читая это вслух. — Ревнует? — спросил Билл. — Тинна? Не думаю. Но Чарли явно боится, что она что-то подумает. — Значит, Тонс действительно классная. — Наверное. Для Джинни они придумали особенную традицию — колдофотографии. Первое фото было простым: Дэанэ сидит прямо в песке, вся в пыли, и улыбается во весь рот. На втором — Билл с серьёзным лицом, а у него в волосах множество разноцветных заколок (Дэанэ постаралась). На третьем они оба корчат рожицы, высунув языки. Джинни ответила колдофотографией, где она стояла с кубками Дэанэ и делала такое же смешное лицо. — Она их не трогает, — заметил Билл. — Она их охраняет, — поправила Дэанэ. --- В середине сентября пришла первая зарплата. — Мы богаты! — заорала Дэанэ, размахивая мешочком с галлеонами. — Мы можем снять коттедж! — подхватил Билл. Они нашли небольшой домик на окраине магического квартала. Белые стены, синие ставни, небольшой дворик с пальмой. И главное — две комнаты, гостиная и своя кухня. — Наш дом, — сказала Дэанэ, входя внутрь. — Наш дом, — согласился Билл. В тот же вечер они отправили в Нору колдофотографию: стоят на пороге коттеджа, обнявшись, и улыбаются. На обороте подпись: «Наш первый настоящий дом. Ждём в гости». Ответ пришёл через два дня. Молли плакала от счастья, Артур гордился, близнецы требовали приглашения, а Джинни прислала отдельный рисунок — коттедж, пальму и две рыжие точки у входа. — Мы счастливые, — сказала Дэанэ, разглядывая рисунок. — Очень, — ответил Билл. За окном шумел Каир, пахло специями и древностью, а впереди была целая жизнь. И они были готовы к ней. Вместе.