Часть 17

Тойя закрылся в комнате и подошёл к кровати, начав кулаками бить подушку. Он часто моргает и почти не дышит, чтобы не всхлипнуть и не заплакать от беспомощной обиды, которая душит сильнее нехватки воздуха. Чем больше ударов он делает, тем более бесполезным занятием это кажется. Ничем не помогает. Тойя резко бросает подушку в стену и охватывает голову руками, крепко сжимая зубы и чувствуя, как в груди всё горит. Да так, что выжигает лёгкие и рвётся наружу. Раздражается сильнее, чем что бы то ни было. Наварачивая очередной круг, Тойя резко оставливается. Хочется закричать так, чтоб голос мигом пропал. Но даже на это наверняка никто не обратит внимание. Потому что он просто пустое место. Просто старший сын. Первый блин, который вышел неудачно, на котором стоит поучиться и выбросить. Застонав от безысходности он резко развернулся, опустив руки, от чего несколько витков пламени вырвались из них. Посмотрев на ладони, которые уже почти зажили, Тойя прикусил губу и подумал, что не стоит слушать того, кто не слышит его самого. Более того, даже не видит. Быстро переодевшись, Тойя всё с тем же колюще бьющим сердцем незамеченным выбрался из дома и рванул в сторону горы Сэкото. Его там не было уже несколько недель. И сейчас желание сжечь что-то сильно как никогда прежде. Тойя часто пытался позвать отца на какое-то мероприятие в его классе. Но ответ всегда был одним и тем же, чёткое и однозначное нет. Ещё и вслед приходилось выслушивать лекцию о том, что у взрослых и так много дел. Гораздо более важных. Тогда почему отец пришёл на день отца к Фуюми и на спектакль к Нацуо? Если бы Шото его куда-то позвал, то тоже наверняка бы побежал к нему без раздумий! Тойя уже даже не зовёт отца никуда. Знает, что ему откажут, знает, что на него у папы просто нет времени. Чуть не попав под проезжающий мимо автомобиль и прослушав гневную тираду, Тойя побежал дальше, стараясь не упасть и скорее добраться до горы, где он будет один. Взгляд уже замылился из-за слёз которые так и хотят побежать, но он уже на месте. Небольшое озеро, не то искусственное, не то естественное уже в тени, так что нагреваться от солнца не станет. Стоило подумать о солнце, как в голове снова возник образ отца. Того, каким он был до рождения Фуюми и остальных. Того, кто всегда говорил, что у Тойи получится стать отличным героем. Может даже лучше, чем Всемогущий. Вот только того отца больше нет и никогда не будет. Из глаз всё же потекли слёзы. Кажется, что это целый неконтролируемый град. Они не дают облегчения, как обычно, а наоборот подтверждают, какой он слабый и беспомощный. Сжал кулаки покрепче, Тойя заметил в своём отражении рисунок на футболке: огненные брови и борода, в которых можно узнать силуэт Старателя. Тут же захотелось снять это. Снять и сжечь, чтобы перестать надеяться на его внимание. Прежде, чем Тойя успел действительно снять футболку, пламя уже высвободилось, ткань легко вспыхнула, начав гореть прямо на нём. Без размышлений в панике Тойя бросился в воду. Пусть он бесполезный, но он всё равно хочет жить, хочет попытаться... А чего, собственно, он хочет? Стать героем? Так уже ясно, что ничего из этого не выйдет с таким слабым телом. Убедившись, что горящей ткани на нём больше нет, Тойя вылез из воды. Он давно не тренировался из-за обещания отцу. Сейчас оно кажется ещё более смехотворным. А ведь ему действительно казалось, что что-то меняется. Может быть даже в лучшую сторону, но он, как обычно, оказался не у дел. Только время зря потерял, хотя мог тренироваться. Глубоко вдохнув, Тойя мысленно попрощался с данным обещанием и стал привычным образом выпускать пламя из рук. Сначала было даже приятно. Словно все плохие мысли начали сгорать. Но потом кожа вновь стала реагировать неприятным жжением. Хотелось прекратить, но Тойя упрямо продолжал выпускать пламя всё сильнее и сильнее. Ярче, чтобы забыть обо всём, выкинуть всю боль, сжечь её до тла, уничтожить и никогда не вспоминать. Чем больше Тойя думал об отце, тем сильнее повышалась температура пламени. Кожа уже болела так сильно, что мысли уже казались не такими важными. Он смотрел на огонь и словно был уже никак не связан с ним. Это как смотреть на то, как брошенный с обрыва мяч летит вниз без всяких преград, а ты лишь сторонний наблюдатель, который дал этому начало, но больше никаких не контролируешь. Просто нет возможности. Тойя в этот момент словно наблюдал за собой со стороны, потеряв связь с телом. Вырвало его из гипноза лишь то, что в один момент пламя на несколько секунд стало ярко синим. Таким, какое он никогда прежде не видел. И оно было в несколько раз сильнее привычного. Кожа словно в мгновение обуглилась от высокой температуры. С криком Тойя вновь бросился к воде, молясь, чтобы это помогло остановить пламя, которое почему-то не давало взять над собой контроль. Пар тут же пошёл от воды. Дыша в рваном испуганном темпе, Тойя медленно вытаскивает ещё горячие, но уже не горящие, руки из воды и падает на землю совсем без сил. Небо уже темнеет, но всё ещё остаётся голубым. Нет ни единого облака, но зато можно заметить силуэт луны. Бледный и невзрачный, который засияет лишь когда солнце полностью сядет. Ветви деревьев медленно шевелятся на ветру. А здесь всегда было так? Тихо, мирно... Больно, конечно. Да так, что ногами не пошевелить и не встать. Однако нет никаких других чувств. Нет ничего. И от этого так спокойно... Это намного лучше, чем разрываться от потока слёз. Тойя усмехнулся и застонал от боли. — Меня до завтра даже искать не станут... — горько выдохнул он, не зная, что теперь делать. *** В традиционном японском доме Тодороки всё тихо. Слышно, как в саду при свете уличного фонаря Фуюми играет с Шото. Они по очереди прячут где-то игрушку, а потом ищут, направляя друг друга словами "горячо" или "холодно". Нацуо в своей комнате мастерит щит одного из героев для следующего спектакля, смотря туториал на Ютубе. Рей, сделав себе попкорн, смотрит продолжение любимой дорамы, наслаждаясь отдыхом и спокойствием в доме. Энджи же, подобно медведю после спячки, медленно идёт от своей комнаты в сторону кухни, чтобы попить воды. Однако на столе он замечает уже накрытый стол. Похоже, что Рей собиралась звать всех к ужину после того, как досмотрит серию. Попив воды, Энджи потянулся и зевнул, сбрасывая с себя оковы восстановительного сна. После него даже снова жить хочется. Вот только интуиция не даёт покоя. Возможно, это последствия тяжёлой смены, но также возможно, что он что-то заметил, но пока ещё не может понять, что именно его напрягает. Герои, привыкшие всегда быть в необычных и опасных ситуациях, особенно с приходом опыта, привыкают доверять своей интуиции, особенно когда всё скрывается под маской спокойствия. Нельзя давать злодеям зелёный свет и возможности, нужно всегда быть бдительным. Когда все пришли ужинать, а Тойи всё не было, чувство опасной тревоги заиграло в Энджи с новой силой. Что-то явно не так. Дома ли он вообще? От этой мысли всё внутри похолодело. Однажды он уже не смог спасти сына, упустил его и даже толкнул на путь злодея. В этот раз он этого не допустит. Вот только что же случилось в этот раз? — Кто-то видел сегодня Тойю дома? Нацуо задумался и, потерев шею, неловко сказал: — Он заходил на кухню, когда я резал сашими, после этого я его не видел. — Я слышала, что он что-то делал в своей комнате днём, — добавила Фуюми. Не теряя времени, Энджи пошёл на второй этаж проверять комнату старшего сына. Напрочь забыв постучаться от волнения, он открыл двери и замер. Подушка валяется в углу, лампа на столе включена, но самого Тойи здесь не оказалось. На всякий случай проверив под кроватью, Энджи вышел в коридор и позвал сына. Жена и остальные дети, почувствовав беспокойство в его голосе, выглянули в коридор. — Тойя не говорил, что пойдёт к другу или ещё куда-то? — Нет, — покачала головой Рей, дети только покачали головой, также не зная, где сейчас старший брат. — Я найду его, — только и успел сказать Энджи, прежде чем выйти на улицу. Что если с Тойей что-то случилось? Что если на него напали злодеи? Или ещё не сформированная лига начала действовать из тени? Даже если история хочет пойти по прежнему руслу, Энджи точно не отдаст ей сына. В лепёшку расшибётся, но найдёт. Тойя не просто будущий Даби. Он его сын. Ребёнок, который способен на нечто большее, чем даже он сам. Каждый из его детей, как Старатель понял лишь совсем недавно способен его удивить. И он всех их любит, просто по-своему. Тойя останется с семьёй, даже если Энджи придётся прямо сейчас сражаться с ному. Первым же делом Энджи побежал на гору Сэкото. Он ужасно боялся. Сердце бешено колотилось, а в голове крутилась лишь одна мысль: "Только найдись живым. Найдись живым". Он бежал быстро, совсем как на дежурстве, хотя швы на одежде опасно трещали, не выдерживая амплитуды движений. Однако даже так казалось, что он бежит слишком медленно. Этой скорости недостаточно. Что если пройдёт ещё одна секунда и лес на верхушке горы вспыхнет подобно спичке? На него с подозрением оглядываются редкие прохожие. Кто-то даже испугался, приняв его за злодея. Но сейчас Энджи плевать на них. Даже если он краем глаза увидит какого-нибудь реального воришку, он побежит дальше. Да, это не мысли героя профи. Но сын сейчас гораздо важнее любой профессиональной этики. Бежать в гору и не сбавить скорости было непросто. Помогать здесь себе огнём может быть опасно, он слишком сосредоточен на поиске, чтобы заметить сухую листву, которая может начать неслабый пожар. — Тойя! — уже на горе кричит Стататель. Если где-то здесь есть злодеи, конечно, это может быть опасно. Если они уже пришли за его сыном, то скорее всего ускорятся и постараются сбежать. Но это также значит, что они начнут торопиться и не будут такими осторожными и внимательными. Наделают ошибок и оставят следы, по которым их можно будет найти. В голове картинками проносятся возможные варианты событий. Одно хуже и страшнее другого. Энджи присматривается к каждому тёмному углу, надеясь увидеть светлую макушку, но не может найти, чувствуя себя бесполезным героем. Лучше бы у него была причуда, которая помогла бы ему обнаружить в этом лесу человека. Да, слабая, но сейчас очень нужная. После очередного крика, Энджи слышит удивлённый крик в ответ: — Папа?! Источник определить не сложно, особенно с его опытом спасения людей. Не теряя и минуты, Старатель бежит туда. К небольшому искусственному озеру. Оно здесь с тех пор, когда хотели на этой горе устроить более удобный для прогулок парк. Тойя сидит на земле. Волосы в грязи, мокрые совсем. На нём лишь шорты и кроссовки в таких же пятнах. На руках ожоги сильнее, чем были до этого. Жуткие и уродливые. — Тойя... — Энджи больше не кричит. Он порывисто подходит к сыну, который зажмурился и сжался. Но сейчас было совсем не до этого. Хотелось сейчас же поднять его и побежать в больницу. А ведь они договаривались, что он не будет использовать причуду и дождётся, когда руки заживут! Договаривались! Через две недели, во время летних каникул они должны были полететь на Ай остров! А теперь что? Этот кошмар не заживёт так быстро! — Ты чем здесь занимался!? Твои руки уже почти зажили! А теперь что?! Как долго они теперь будут заживать?! А если бы ещё что-то случилось?! Энджи не мог сдержать криков. Особенно увидев несколько ожогов на теле Тойи. Страх, что с ним могло за это время случится что угодно, начал постепенно отходить, но оставил свой след. Тойя смотрел на него огромными не то испуганными, не то удивлёнными глазами. Следы вокруг глаз явно от слёз заставили Энджи глубоко вдохнуть и медленно выдохнуть, как учила Мичико, чтобы в момент не поддаваться эмоциям. На всякий случай он даже начал считать от ста к единице в уме, чтобы перестать кричать на сына, которого так отчаянно искал. — Сильно болит? — спросил он после, осторожно коснувшись волос Тойи. — И вовсе нет, — сын надул губы и отвёл глаза в сторону. Однако его тело наклонилось ближе к руке, словно прося утешения и защиты. Сейчас он казался совсем маленьким. Как тогда, когда только родился. Крикливый такой, серьёзный, вечно тянущий руки вверх, чтобы оказаться на руках отца. — В любом случае сейчас идём в больницу. Это всё надо обработать. Энджи уверен, что Тойя уже пару раз терял сознание от боли. Может быть даже не замечал этого. — Иди сюда. Старатель осторожно поднял сына на руки, стараясь не касаться ни одного ожога. — Папа... Прости... — с трудом выдавил из себя Тойя. — Не делай так больше... Просто... Не делай. Энджи только сейчас понял, как у него самого дрожат руки. История могла повториться. И больше у него не было бы шанса всё исправить. Нужно будет узнать у Тойи, в чём дело, почему он вдруг не сдержал обещания.