Глава 2.

Не сожжешь, не утопишь, не рвется — не гнется. Она будет жить, пока жив хоть один. Но книга не терпит того, кто смеётся — Смеётся над тем, что сгорит этот мир.

Лэйн открыла глаза резко, почти судорожно, будто кто-то с силой выдернул ее из сна. Она едва не закашляла — то ли от сухости в горле,то ли от сдавленного воздуха в груди. Несколько секунд она просто лежала, смотря в потолок, не в силах понять: это сон или все-таки реальность? Тело ныло. Особенно плечи и шея. Простыня сбилась в кучу у ног, рука зацепилась за край одеяла. Спала она точно не сладко. В комнате было прохладно, хоть и не до дрожи. А еще.. Пусто.Везде было пусто:в комнате, в воздухе, внутри нее самой. Везде. Лэйн медленно села на кровати, упершись локтями в колени. Как только она села, голову пронзила резкая, давящая боль. Лэйн поморщилась, прикрыв глаза ладноьнью. Потерла висок — не помогло. Волосы упали на лицо, щекотали кожу. Она постаралась убрать их руками и только тогда заметила, как сильно дрожали пальцы. Просто утро, — мысленно бросила себе. — Обычное утро. Слегка нервное. Но обычных утр не было уже давно. Ее взгляд наткнулся на стол у стены. Там, на самом краю лежала записка. Белый прямоугольник бумаги выделялся на фоне серых, затертых стен. Лэйн с усилием поднялась на ноги. Медленно, все еще чувствуя, как мышцы протестуют, она поковыляла к столу. Несколько шагов — и она уже держит в руках листок. Почерк — нервный, с перекошенными буквами. Писали явно в спешке:

«Прости, что так получилось. Не хотели тебя запирать, просто… меры предосторожности. Я оставила тебе обед — фасоль в банке. Наверное, не то, чего тебе бы сейчас хотела, но большего дать мы не можем. Около шкафа мешок с одеждой, можешь разобрать и взять приглянувшееся.Конечно же, се, о чем ты мечтала, все по последней моде. — Анна»

Лэйн отпустила записку. В душе начало ныть что-то тяжелое, неприятное. Давление в голове усилилось. Ее охватила паника, мгновенная и яростная. Не думая больше ни секунды, она рванула к двери. Пальцы впились в ручку, дернули вниз — ничего. Дернула снова. Резче. Изо всех сил. Дверь даже не шелохнулась. Она надавила плечом. Ноль. Ладонь врезалась в дерево сухим стуком. Потом еще. И еще. Сердце бешено стучало, с каждой попыткой все громче и громче. —Вы что, серьезно? — крикнула она, отступая на шаг. — Заперли?! Просто так?! Внутри все кипело. Она сжала кулаки, снова ударила по двери. Ответа не было, даже половицы не скрипнули, ни шороха, ни звука. Дом был пуст. Лэйн начинала злиться. На Анну, на Дмитрий, на всех. На себя. Она шагала взад-вперед по комнате. Волосы спутались, плечи напряглись. Она пыталась выкинуть из головы мысль о том, что это их осознанное решение. Они заперли ее преднамеренно, возможно даже коллективно. Доверять ей у них, конечно, причин нету, но так четко ставить границу — они явно настроены к ней не так дружелюбно, как хотелось бы. Она остановилась у стола, снова взглянула на записку. "Фасоль в банке". Мелочь. Но отчего-то именно она вызвала у Лэйн раздражённый смешок. Какая забота. Оставили еду, прям как псине в клетке. Они действительно думали, что я останусь сидеть и ждать их? Лэйн медленно подошла к окну. Раздвинула занавески. За стеклом — та же пустота, как и в доме. На улице ни души, лишь дома, утонувшие в снегу. Мёртвый город дышал еле заметно — под тяжестью снега, под серым небом, которое будто застыло навсегда. Старые здания вдалеке казались выцветшими тенями, лишёнными цвета и смысла. Стены домов облупились, таблички с названиями улиц стерлись до нечитабельности. Их окна, пустые, выходили на улицы, по которым, казалось, давно уже никто не ходил. Город не был разрушен — нет. Он просто был пустым. Интересно, тут еще живет кто-то? Лэйн провела пальцами по стеклу. Оно было ледяным. Ну и дубак на улице. И всё же, под всей этой неподвижностью, под снегом и пустотой, казалось, что город… ждет. Ждет своего часа — момента, когда и он сыграет свою роль в этой истории. Она посмотрела вниз. Слишком высоко, если она и решаться спрыгнуть, то скорее всего сломает себе что-то. А даже если все обойдется, что ей потом делать? Куда идти? Обратно в дом? А вдруг он закрыт будет. Да и возвращаться туда, где тебя запируют — странное решение. Лэйн вернулась к двери, постучала громче, затем ударила кулаком. —Эй! Кто-нибудь! Анна?! Дмитрий?! Тишина. Она прислонилась спиной к двери и медленно спустилась на пол. Прижала ладони к вискам, которые начали гудеть еще сильнее, закрыла глаза. Девушка начала обдумывать вчерашний вечер. Может, она чем-то оттолкнула команду, вызвала какое-то недоверие своими действиями? Каин, отряд, книга, Дмитрий.. Дмитрий. Когда она зашла в комнату, он начал резко метаться. Нет, он не метался… Прятал что-то? Вроде, бумаги какие-то. Но какой ему смысл это делать, если Лэйн вообще понятия не имеет, что за чертовщина здесь происходит, и все равно ничего не поймет? Мысль всплыла и тут же утонула. — Дура, — прошептала Лэйн, — я ведь даже не знаю что тут происходит. Она поднялась, взяла банку фасоли со стола. Села на край кровати. Ела молча, почти не чувствуя вкуса. Просто чтобы занять рот и не думать. Но мысли всё равно лезли в голову и разбегались там, как тараканы. Когда еда закончилась, она снова подошла к окну. Рассматривала стену, раму, подсчитывала шагов вниз. Глаза фиксировали возможные зацепки, рассматривали варианты. Лэйн бросила последний взгляд на комнату. Стол, кровать, окно, дверь — все такое простое. Одним словом — тюрьма. Без решеток, без цепей, но с ясным посланием: Оставайся здесь. Молчи. Жди. Она прищурилась. Нет уж. Подойдя к узкому шкафу у стены, Лэйн увидела мешок рядом. Распахнула его —внутри несколько пар чужих курток и пыльных шарфов. Много теплых, местами грязных и дырявых штанов и свитеров. На дне валялись сапоги, один из которых перекосился, будто давно не знал владельца. Она выбрала тёмно-синюю куртку — грубую, сношенную, но тёплую на вид. Сунула руки в рукава, затянула молнию. Слегка великовата, но не до дискомфорта. В кармане нашлись чьи-то старые перчатки. Подойдёт. Сапоги оказались на размер больше, но лучше, чем босиком по снегу. Она перетянула их шнурками и ещё раз обвела взглядом комнату. Подойдя к окну, она приоткрыла раму — холодный воздух вцепился в кожу, хищный, как зверь. Девушка взглянула вниз: сугробы, потрескавшийся бетон, старая урна, искривившаяся со временем. Второй этаж — не критично, но падать все же не хотелось. Лэйн вскинула ногу на подоконник, неуверенно переступила, замирая в проеме. Снаружи сразу же вцепился ветер, ледяной, жесткий — хлестнул по лицу, забрал дыхание. Она вжалась плечами в стену, рука соскользнула с рамы, и сердце сразу екнуло. Спокойно. Просто дыши. Под ней — два этажа. Сугроб выглядел мягким, но обманчивым. Падение с этой высоты может закончиться как вывихом, так и чем-то хуже. Лестниц, водостоков — ничего рядом не было. Только стена. Каменная, грубая, неровная. Местами кое-где выбиты куски кладки, выступы от старой штукатурки, за которые можно зацепиться. Или попробовать зацепиться. Она развернулась боком, просунула руку к ближайшему выступу, ногами нащупала край кирпичной кладки под подоконником и вцепилась в него. Камень был холодный и скользкий от инея. Пальцы быстро затекали. Один неверный шаг — и все. Она зависла, ногти впивались в каменную крошку, дыхание сбилось. Под носом колотился сердечный пульс. Глупо. Это так глупо… Правая нога соскользнула — и Лэйн резко дернулась, ударившись коленом о стену. Боль обожгла, но она не закричала. Только стиснула зубы, застыла. Не двигаться. Не падать. Медленно, почти ползком, она начала сползать ниже. Сантиметр за сантиметром. Каждое движение — борьба. Каждый выдох — как скрежет по стеклу. Камень резал ладони. Холод въелся в пальцы. Сапог снова заскользил, и она сорвалась — не полностью, нет, но тело рывком повисло на одной руке, и в груди что-то резко рвануло. Сейчас. Вот сейчас упаду. Но не упала. Напряглась, вцепилась. Почувствовала, как ногти сломались, но удержалась. Еще чуть-чуть. Ниже. Ниже. И — снег. Мягкий удар в ступни, ноги подкосились, она плюхнулась на колени, сшибая дыхание. Но она стояла. Она на земле. Лэйн сделала глубокий вдох, дрожащими руками вытирая кровь с ладони. Посмотрела вверх. Окно теперь казалось таким далеким. А комната — почти безопасной. Но было поздно. Она выбралась. Обойдя здание, Лэйн оказалась у входной двери. Потертая, металлическая, с облупившейся краской. Она толкнула ее плечом. Щелчок. Замок. Лэйн снова нажала — сильнее. Дернула ручку. Закрыто. Конечно, — мысленно прошипела она, — Кто бы сомневался? Она постояла у двери, прижав ладонь к холодному металлу. Холод проникал под куртку, пробирался под воротник. Сердце билось слишком быстро. Не столько от холода, сколько от раздражения. От тревоги. Что теперь? Она сделала пару шагов назад, оглядывая улицу. Все выглядело так же, как и с окна в комнате — безмолвно и серо. Город застыл, как мираж. И тем не менее… где-то там были люди. Она видела их скользящие тени за шторами. Случайные движения в окнах. Кто-то наблюдал. Кто-то прятался. Но что хуже — кто-то мог выйти. И этот кто-то, может быть не человеком вовсе. Лэйн судорожно сглотнула. Ей вспомнилась та тварь, которую она видела раньше — гибкая, черная. Как она двигалась. Как дышала, и как хлюпала человеческой плотью. Нет. Нет, нет, только не это. Не снова. Желание вернуться назад, в комнату, на второй этаж, пусть даже в запертую клетку — вспыхнуло почти моментально. Там было хоть что-то. Стены, потолок, ложка с фасолью. Здесь — не было ничего, кроме холода, тишины и страха. Она зажмурилась на миг. Вдох. Выдох. Ты не узнаешь, если не пойдешь дальше. И все же она нашла смелости пойти дальше. Медленно, неуверенно, как будто каждое движение отзывалось эхом от домов. Улицы были узкие, покрытые серым льдом, здания выглядели угрюмыми. В некоторых окнах мелькали лица — бледные, нечеткие. Один взгляд был особенно колким: ребенок, спрятавшийся за занавеской, сжавшийся в плечах. Он смотрел прямо на нее, не моргая. Потом исчез. Они боятся меня? Шаг за шагом Лэйн углублялась в город. Скрип снега под ногами, ветер, доносящий издалека глухие, неясные звуки. Может, хлопанье ставни. Может, нечто другое. Здесь никто не кричал. Не звал. Даже собаки не лаяли. Город был наполнен только наблюдением — тихим, до звона в ушах. Где-то в глубине души Лэйн понимала: она здесь чужая. Даже если ее ждали, даже если кто-то знает, кто она — она уже не из их мира. Но назад дороги не было. И потому она продолжала идти по пустынной улочке, стараясь не поддаваться тому гнетущему чувству, что за ней кто-то наблюдает. Снег тихо похрустывал под подошвами. Мороз пробирался под воротник, кусал за пальцы, а по вискам все еще отдавало болезненным пульсом. Она завернула за угол и остановилась. На пороге старого деревянного дома сидел мужчина. Совсем старый. В руках он держал деревянную трубку, из которой совсем не шло дыма. Глаза — блеклые, усталые, но внимательные — смотрели в одну точку где-то мимо нее. Лэйн уже хотела пройти мимо, но он вдруг заговорил — негромко, сипло: — Не гуляют сейчас, — произнёс он, не дожидаясь, пока она приблизится. Она замерла. — Простите? Старик медленно повернул к ней голову. — Говорю: не гуляют сейчас, — произнёс он, чуть громче. — Не время. Лэйн посмотрела на него недоумевающим взглядом. — Черезвычайное положение. Опять. Вояки суетятся с утра пораньше. Говорят, тварь где-то рядом... Он сплюнул в снег, будто само слово «тварь» оставило горечь во рту. — Вы о ком? — тихо спросила она. Он с подозрением посмотрел на неё, прищурившись. — Ты кто такая вообще? Раньше не видел. — Я… — Лэйн запнулась, — приезжая... Старик усмехнулся, но без веселья. — Конечно. Все вы просто приезжие с тех пор, как эти вояки приперлись. За все время ни души — и вдруг целый отряд. Ты с ними вместе, да? — Нет. — Ну и слава Богу, — пробормотал он. —Беда они — эти вояки . Не молятся, не слушают, бегают с оружием этим своим машут везде. Думают, город — это просто улицы, да кирпичи. А город то — он живой. Он помнит. Лэйн невольно поежилась. Прищурено посмотрела на старика. Бредит что-ли? — Что он… помнит? Старик долго молчал. Ветер сорвал с крыши немного снега, закружил в воздухе. Потом мужичина произнес: — Он помнит, кто нарушает порядок. Кто не уважает тишину. Кто не склоняет головы перед теми, кто были тут до них. Лэйн чуть попятилась, чувствуя, как мороз пробирается глубже под кожу. Старик вздохнул. — Вернись, девочка. Пока не поздно. Город уже чувствует, что кто-то не на своем месте. И ты прекрасно знаешь, куда тебе следует вернуться. Он замолчал, уставившись в белизну улицы. Лэйн стояла, не в силах отвести взгляд. И именно тогда за ее спиной послышались шаги. Сильные, уверенные, как раскаты грома. Каин. Он подошел, не произнеся ни слова. Сначала просто посмотрел на старика — тот сразу опустил взгляд, будто не хотел сталкиваться с ним. Потом — на Лэйн. — Что ты здесь делаешь? — спросил он. Она хотела ответить, но не смогла. Слова застряли в горле. — Пошли, — сказал Каин, тихо, почти устало. Каин вел ее сквозь улицы, обратно к дому. Снег скрипел под ногами, воздух кусал кожу. Он шел чуть впереди, не оборачиваясь, но каждый его шаг звучал как удар — быстрый, вымеренный, раздраженный. — Ты совсем с ума сошла, — выплюнул он наконец. — Выйти одна. Без оружия. Без предупреждения. В этом городе так не делается. Лэйн молчала. Легкая дрожь пробежала по позвоночнику. Было то ли неловко, то ли холодно, то ли страшно. — Ты мог бы сказать просто "я рад, что ты жива", — пробормотала она, не глядя ему в спину. Каин резко остановился и обернулся. В его взгляде — лезвие, тонкое и острое. — Это не игра, Лэйн. Здесь нет "рада-жива-ура". Здесь ты либо вернулась — либо мы собираем твои останки в мешок. Если повезет. Он снова пошел вперед, шаги стали жестче. — Я просто… — начала она, но осеклась. — Мне нужно было понять. Увидеть. Хоть что-то. — Поняла? — сквозь зубы процедил он. — Городские не любят чужих. Они не терпят глупостей. И в последнее время особенно разбушевались. Хочешь с ними познакомиться ближе — продолжай в том же духе, но безопасности я тебе не гарантирую. — Что это за город вообще? Почему все такие… будто придавленные? Каин молчал. — Каин? — она всмотрелась в его профиль, но тот был каменным. — Не твое дело, — отрезал он. — Ты не должна была выходить. И точка. — Значит, ты не ответишь? — Я не должен тебе ничего. Лэйн прикусила щеку. Несколько шагов прошли в тишине. — Ты злишься, потому что переживал? — спросила она резко. Каин не остановился, даже не взглянул на нее. — Я злюсь потому, что ты — слишком важна, чтобы тебя терять, — выдохнул он. — Не потому что ты милая девочка с большими глазами, которая заслужила этим мое переживание. А потому что ты крепко связана с книгой. С тем, что с ней происходит. И с тем, что происходит с нами. Он, наконец, повернул голову. Его глаза блестели — устало и жестко. —И ты даже не представляешь, насколько. Если честно, я с удовольствием тебя ненавидел все это время. Было проще. Но теперь у меня нет выбора: ты нам нужна. Она не ответила. Внутри что-то съежилось — и расправилось. —Как я связана с этим всем? —голос был тихим и неуверенным. Каин не ответил, лишь задержал взгляд на ней ещё на мгновение, потом отвернулся и пошел вперед, к дому, что темнел за поворотом улицы. Его шаги больше не звучали как гнев. Теперь в них слышалась… тяжесть. И ответственность. Все в отряде такие? Лэйн молча двинулась следом. Каин открыл дверь, щелкнув замком, и слегка толкнул ее вперед. Гостиная оказалась темной и холодной. Камин давно потух, переставая отдавать тепло дому. — Останься здесь. И не выходи, пока не вернется отряд. Без лишних слов он шагнул на улицу, не давая времени на возражения. Щелчок в замочной скважине дал понять, что ее снова закрыли. Лэйн застыла на месте, задумавшись над всем, что произошло за сегодня. —Я злюсь потому, что ты — слишком важна, чтобы тебя терять. Эти слова зависли у нее в голове. Она важна? Связана с книгой и со всем, что сейчас происходит? Почему она вообще должна просто сидеть сложа руки, как послушная псина, и ждать пока ей принесут все ответы на блюдечке? Лэйн встала и, не раздумывая, направилась к кабинету генерала. Если ей не говорят правду, то она сама обо всем узнает. Она тихо скользнула по коридору, каждый шаг будто резал тишину. Дверь в кабинет генерала была чуть приоткрыта, и она замерла, прислушиваясь: ни звука. Она тихо толкнула дверь и вошла. Кабинет встретил еее полумраком. Слабый свет пробивался сквозь жалюзи, создавая на полу длинные полосы. В воздухе было что-то тяжёлое. Деревянная мебель выглядела угрожающе строгой. По кабинету сразу понятно, что он принадлежит такому человеку, как генерал. Лэйн закрыла дверь и шагнула внутрь. Тишина только усиливалась. Она обошла комнату, ее взгляд скользил по стеллажам, по столу с документами, но сразу ничего подозрительного не увидела. Взгляд зацепился за шкаф в углу, и в груди вдруг что-то екнуло. Лэйн подошла к шкафу и аккуратно потянула за ручку. Он открылся с легким скрипом. Внутри — несколько папок. Лэйн провела пальцами по верхней папке и тут же заметила вырезки из газет, спрятанные между страницами.

«Катастрофа на базе «Археон»: трагедия и тайны

В ночь с 23 на 24 февраля произошла крупная трагедия на научно-военной базе «Археон». По невыясненным пока причинам объект внезапно обрушился, похоронив под руинами 337 человек, включая ученых и технический персонал. На месте крушения теперь образовалась глубокая расщелина. Ведущие специалисты-геологи уже прибыли для изучения этой аномалии.

База «Археон» неоднократно становилась предметом общественных споров и критики. Местные жители и активисты обвиняли объект в жестоком обращении с так называемыми «высшими существами», которые подвергались исследованиям и использовались в экспериментах для создания военной мощи страны. Возникает резонный вопрос: может ли катастрофа быть связана с этими секретными опытами? Не исключено, что в какой-то момент ситуация вышла из-под контроля, и подопытные существа решили положить конец своим мучениям, уничтожив базу.

На данный момент власти пока не готовы делать официальные заявления, но общественность требует ответов.

24 февраля 2021 год»

«Пропажа геологов: тайна вокруг базы «Археон» углубляется

После внезапного обрушения научно-военной базы «Археон» в ночь с 23 на 24 февраля, на место катастрофы была направлена группа из 14 специалистов-геологов. Однако спустя два дня после начала исследований, связь с ними оборвалась. Спасатели города Ротков, прибывшие на место, пока не смогли обнаружить никаких следов пропавшей команды. Местные жители, проживающие вблизи зоны, сообщают, что ночью из-под земли доносились ужасающие крики, усилив тем самым волну тревожных слухов и подозрений.

Напомним, что ранее объект неоднократно подвергался критике за жестокое обращение с так называемыми «высшими существами» — подопытными, которых якобы использовали в секретных экспериментах для создания военной мощи. Эти слухи, возможно, были не просто разговорами. Вопрос, связаны ли трагические события с опытами, вызывает все больше споров: не стали ли эти существа теми, кто устроил разрушение и теперь мстит всем, кто приблизится?

На базу направлена военная группа для организации поисковых операций, но загадочные события вокруг «Археона» заставляют многих опасаться худшего. По имеющимся сведениям, атмосфера вокруг базы полна тайн, а причину происшедшего, кажется, можно искать только за пределами привычного понимания.

26 февраля 2021 год»

«Всемирная угроза: база «Археон» превращена в логово чудовищ

Ранее мы сообщали о том, что на научно-военную базу «Археон», разрушенную в ночь с 23 на 24 февраля, был направлен специальный отряд из города Ротков, а также группа военных со специализированным оборудованием. Однако попытка вернуть контроль над территорией завершилась трагедией: ни один из членов команд не вернулся.

Последние зафиксированные слова одного из бойцов, успевшего выйти на связь, звучат тревожно и заставляют предполагать нечто ужасающие: «Ба... Ба..за 221, отзови..сь, нам необ..дима подмога! Тут творится чертов..щина!... База!! База ответьте!!» Связь резко оборвалась, оставив лишь его крик и больше вопросов, чем ответов.

В сети продолжают циркулировать страшные слухи: подопытные существа, над которыми проводились эксперименты на «Археоне», якобы мутировали в нечто чуждое человеческой природе, утратив разум и став темными порождениями гибридных опытов. Эти существа, лишенные рациональности, представляют собой угрозу, по мнению многих, для всего человечества.

Официальных доказательств этому пока нет, и власти отказываются комментировать подробности. Однако растущие опасения и напряжение среди населения заставляют задуматься: не скрывает ли «Археон» ужасы, до которых наука никогда не должна была доходить?

26 февраля 2021 год»

«Чудо среди руин: выжившая из «Археон»

В последние дни мир потрясла новость о катастрофе военно-научной базы «Археон», которая, по первоначальным данным, не оставила шансов на выживание. Однако новая информация может изменить всё.

Недалеко от обрушенной базы была найдена одна из ученых — профессор Доннован. По нашим источникам, она покинула «Археон» за день до трагедии и оказалась засыпана снегом в горах, когда обвал случился. С тех пор о ее судьбе не было ничего известно.

Сейчас профессор находится на реабилитации, и, по слухам, как только она придет в себя, её ждут долгие и тщательные допросы. Какие тайны скрывает «Археон»? Почему Доннован покинула базу именно перед катастрофой? Ответы на эти вопросы могут пролить свет на трагические события и их истинные причины.

27 февраля 2021 год»

Лэйн быстро убрала папку обратно на полку, но взгляд ее невольно зацепился за фотоальбом, лежавший на самом дне. Она приподняла его, открыла первую страницу, и ее глаза остановились на фотографии. На ней — люди, такие радостные, такие живые. Это были совсем другие лица. Сзади, на пожелтевшей бумаге, аккуратно была написана дата: 14 июля 2020 года. Почти за пол года до катастрофы. До всего этого кошмара. Лэйн на мгновение замерла, взгляд словно прилип к изображению. В груди кольнуло. Чего-то не хватало в ее памяти. Но времени разбираться не было. Вдруг — странный, внезапный звук. Шум в коридоре. Лэйн резко вздрогнула. Отряд. Они вернулись. Паника прокатилась волной. Она быстро закрыла альбом, сунула его обратно в шкаф и с поспешностью начала поправлять бумаги, стараясь не оставить ни малейшего следа. Сердце колотилось в ушах, кровь пульсировала в висках. Каждое движение было неаккуратным, нервным, но она не останавливалась. Только бы успеть. Её пальцы скользили по столу, метались от одного предмета к другому, как будто сама комната была на грани того, чтобы разоблачить её. Каждая мелочь могла выдать её. Она вытирала руки о штаны, пытаясь убрать даже малейшее ощущение того, что что-то здесь было нарушено. Лэйн наконец сложила все обратно в шкаф, закрыла дверь и, задыхаясь, выскользнула в коридор. Она шагнула в гостиную, пытаясь успокоить дыхание и не выдать своего внутреннего хаоса. Как они все-таки быстро вернулись... Перед ней внезапно появилась Анна, ее лицо выражало удивление. Глаза сузились, она явно не ожидала увидеть Лэйн здесь, за пределами комнаты. — Лэйн? — ее голос прозвучал не столько с вопросом, сколько с некой долей недоумения. — Что ты здесь делаешь? Лэйн вздрогнула, замерла на секунду, пытаясь быстро собрать мысли, но слова вырвались как-то несвязно. — А… Яя… — она непонимающе огляделась, не зная, как оправдать свое присутствие. Это был единственный момент, когда ее обычно холодное лицо выдавало неопределенность. Но в этот момент вмешался Каин, быстрым шагом приблизившись и, как всегда, в своем привычном бесстрастном тоне, вмешался. — Это я ее вытащил, — сказал он, словно не замечая напряжения в воздухе. — Попросил, чтобы приготовила поесть. Должна же она как-то помогать отряду. Анна только кивнула, но ее взгляд не оставлял Лэйн, будто пытаясь понять, не скрывает ли она чего-то. Несколько мгновений молчания. — И как успехи? — спросила Кира, ее голос был спокойным, но в нем все равно чувствовалась легкая насмешка. — Надеюсь, твоя стряпня будет намного лучше, чем у Ноа. Лэйн несколько раз моргнула, пытаясь найти слова. Она пожала плечами, словно оправдывая себя, но ее слова не были такими уверенными, как обычно. — Я не знала, где находятся продукты, — произнесла она, глядя вниз— Так что ничего не смогла сделать. — Не переживай, — подходя, сказал темнокожий парень, обращаясь скорее к Анне, чем к Лэйн. — Она в этом не виновата. Ей, как и нам всем когда-то, многому придется здесь научиться. Анна коротко кивнула, но ее взгляд оставался напряжённым. Кира, заметив это, едва ли не с улыбкой посмотрела на Лэйн и спросила у всего отряда: — Ну, раз так, значит, будем справляться. Кто поможет Лэйн разобраться на кухне?

***

Спустя время некоторые ребята с отряда собралась на кухне. Дмитрий и Анна были поглощены разбором книги. Лэйн и Ноа боролись с банкой консервов, пытаясь хоть как-то открыть ее. —Лэйн, подойди сюда, может, ты что-то вспомнишь, если взглянешь на книгу? — попросила Анна, не отрывая глаз от страниц. Лэйн вздохнула, оставив банку Ноа и подошла к столу. Ее пальцы слегка дрожали, когда она начала медленно рассматривать книгу. На страницах были странные изображения, текст, написанный непонятными символами, и четверостишьями. Заклинания что-ли? Она не могла сосредоточиться. Все в ее голове путалось. С каждым взглядом на эти страницы ей становилось только хуже. — Я… я не уверена, — пробормотала она, не отрывая взгляда от книги, но ее мысли были далеки. Лэйн развернулась, решив, что тупо смотря в книгу все равно ничего не поймет и в этот момент она встретилась с Ноа. Удар. Открытая банка осталась в руках у Ноа, но вот масло пролилось на стол, задев страницы книги. — Нет! — воскликнула Анна, её лицо мгновенно стало напряженным. Она схватила книгу, пытаясь спасти ее от еще большего разрушения, в то время как Дмитрий застыл, на мгновение потеряв дар речи. Слова застряли в горле у Лэйн, она не знала, что делать. Паника стала нарастать, ее сердце стучало так громко, что было сложно сосредоточиться. Она взглянула на книгу, буквы начали расплываться. Это было похоже на кошмар. У Лэйн только получилось добиться хоть немного доверия от команды и тут это.. — Боже, нет… — произнесла Анна, пытаясь вернуть хотя бы малую часть читаемого текста. Но слова уже начали терять свою чёткость. Лэйн почувствовала, как ее живот сжался от беспомощности. Мысли спутались и вдруг… Ну да.. А что если все это не просто случайность? Лэйн быстро посмотрела на номер страницы. На плите начала закипать картошка. Лэйн почувствовала, как ее тело слегка расслабляется. Возможно…. — Может, перекусим? Потом подумаем, что с книгой делать, — предложила она, хотя сама не могла полностью довериться своим словам.

***

Ребята сели за стол, и на мгновение тишина заполнила комнату. Лэйн чувствовала, как напряжение в воздухе становится почти осязаемым. — Значит, сегодня без мяса? — с попыткой легкости спросила Кира, бросив взгляд на тарелку с отваренной картошкой. — Простите, ребят, — сказал Ноа, но его голос не звучал виновато. Лэйн была совершенно не в настроении для разговоров. Вся ее голова была в книге, в тех расплывшихся строках и картинках. Мысли переплетались, и было сложно вычленить, что реально, а что нет. Она молча продолжала есть, не замечая того, как ребята переговариваются. После ужина, когда все немного успокоились, Лэйн вновь вернулась на кухню. В голове продолжала звенеть тревога, но, несмотря на все, ее тянуло обратно к книге. Она осторожно взяла ее и открыла. Она пролистала до нужной страницы. На этот раз она была чистой. Без следов масла, без пятен. Лэйн на секунду замерла, ошеломленная тем, что все оказалось на своих местах. Тихо за спиной послышался шаг, и Лэйн оглянулась. Это была Анна. Она остановилась у нее за спиной, смотря в книгу. — Ты ведь знала, что все так будет? — спросила Анна, ее голос был почти твердым, но в нем ощущалась настороженность. Лэйн не сразу ответила. В ее глазах был только пустой взгляд, как будто она сама не могла понять, что происходит. — Нет, — едва слышно сказала она. — Просто предположила.. Анна продолжала смотреть на нее, но не сказала ничего, словно понимая, что сейчас нет слов, которые могут помочь в этой ситуации.