No hay nada eterno en el mundo y esto también pasará

Всё, что я загадала, не сбудется И мы с моей пустотой останемся одни

***

Утро Каролины началось с попыток вспомнить, как она добралась до дома и что вообще привело её к тому, что ей приходится восстанавливать события прошедшей ночи в собственной памяти. И если на второе намекали пульсирующая головная боль и сильно поскудневшие финансы, то на первый вопрос ответа всё никак не находилось. Но факт того, что Эймерс проснулась у себя дома в гордом одиночестве, её слегка успокаивал и вскоре она оставила попытки заполнить пробелы в своей памяти, медленно поднимаясь с кровати. Следующим испытанием, с которым пришлось столкнуться Каролине, стали поиски своей сумки. После недолгих исследований собственной квартиры, девушка обнаружила искомый предмет на тумбочке в коридоре. Там же покоился её телефон, в галерее которого обнаружилась лишь пара странных фотографий, но в остальном всё было цивильно. Открыв диалог с Ардой, девушка перепроверила, не писала ли ему ещё что-нибудь, помимо того, что успела наговорить после матча. Но диалог был пуст. И с одной стороны, этому стоило порадоваться, ведь ещё можно было попытаться всё исправить, но пустота в диалоге не могла сравниться с пустотой внутри Каролины, которую не смогли заполнить ни танцы напролёт, ни литры алкоголя, ни случайные знакомые, чьи лица на пару секунд всплывали в памяти девушки. Все когда-то прочитанные романы и просмотренные фильмы о любви в один миг стали для Эймерс лишь лживой красивой картинкой, не имеющей ничего общего с жестокой реальностью. Так уж вышло, что в отличие от писателей и режиссёров, Вселенная любит истории с пометкой "ангст", а потому, став одним из её персонажей, ты автоматически обрекаешься на страдания. В театре Каролина всегда больше любила играть несчастных персонажей с тяжёлой судьбой и разбитым сердцем, считая, что такие персонажи более сильные и способны вызвать у зрителя больше эмоций. Играя таких героинь, девушка всегда старалась максимально проникнуться их болью, чтобы как можно точнее представить себе и прочувствовать всё, что они чувствуют. А теперь, когда она сама стала такой героиней, но не в спектакле, а по-настоящему, она поняла, что играла не правильно. Потому что она не чувствовала ничего. Абсолютно. День прошёл словно в тумане. Стараясь занять себя чем угодно, лишь бы не погружаться ещё глубже в пучину самобичевания, Эймерс и сделала уборку в доме, и приняла пенную ванну, и даже попробовала дочитать одну из книг, до которой у неё в последнее время всё никак не доходили руки. Но всё это не помогало избавиться от ощущения, что в Каролине погибло что-то очень важное и живое, оставив после себя лишь шелуху. Ещё хуже стало в тот момент, когда Арда выложил в одну из своих социальных сетей фотографию с одной из своих подруг, с которой они когда-то вместе учились в одной школе и до сих пор иногда поддерживали общение. На опубликованной фотографии не было ничего такого, обычное селфи, на котором Гюлер и его подруга сидят рядом за столиком в кафе, улыбаясь в камеру. Они друг друга даже не касались, но Каролине хватило одного факта того, что тот, кому она вчера практически прямым текстом призналась в любви, проводит время с другой и светит также ярко, как и всегда, в то время, как сама она погасла, слово перегоревшая лампочка. В горле застрял комок и хотелось разрыдаться, но глаза девушки словно пересохли, утратив возможность плакать, поэтому она просто прожигала взглядом фотографию, изучая каждую черту лица Дару Найман, той самой девушки, с которой коротал этот вечер её лучший друг. Да, молодые люди просто дружили, но Эймерс помнила, как пару лет назад Арда признался ей, что считает Дару очень красивой и что в теории он был бы не против с ней встречаться. Тогда Эймерс почти не обратила на эти слова внимания, но сейчас они вспыли в её памяти, как смертный приговор, выносимый в зале суда. Разглядывая улыбчивую подружку Гюлера, Каролина пыталась понять, что такого есть в этой девушке, чего нет в ней самой. Может быть ему просто не нравятся рыжие и он предпочитает брюнеток? Тогда Эймерс могла бы перекраситься. Или может Арда предпочитает спортсменок? Судя по личному аккаунту Дару, который не пришлось долго искать, девушка занималась баскетболом, а значит у Гюлера с ней было больше точек соприкосновения, нежели с Каролиной, учитывая, что спорт и сфера культуры не особо близки. Тогда всё становится сложнее, но Эймерс готова была даже начать заниматься каким-нибудь видом спорта в свободное от театра время, если это поможет ей обратить на себя внимание лучшего друга. «А может ему просто не нравишься ты?» — подливая масло в огонь, вдруг спросил внутренний голос, сдавливая изнутри черепную коробку девушки своими тонкими цепкими пальцами. Откинув телефон в сторону, Каролина стиснула зубы и зарылась ладонями в собственные волосы, до боли сжимая их у корней. Внутренний голос был прав и как бы сильно девушка ни пыталась отвергать факт того, что ей нет и не будет места в сердце Арды, он был очевиден. И его вчерашняя реакция на её слова служили тому самым ярким подтверждением. Вот только признание собственной капитуляции не приносило никакого облегчения, напротив, лишь причиняло ещё больше боли, сменившей ощущение призрачной пустоты внутри. Из пучины мрачных мыслей девушку вытянул звук пришедшей на телефон уведомления. На одно короткое мгновение в голове Каролины промелькнула надежда на то, что ей написал Арда, но одного взгляда на экран телефона хватило для того, чтобы она рассыпалась прахом. Беллингем. 18:40, Jude Bellingham: «Здравствуй, Каро. Как дела? Помнишь, я обещал как-нибудь сводить тебя попить вместе кофе? Так вот, если ты свободна, то можем устроить это невероятнейшее мероприятие сегодня. Что скажешь?» Слабая улыбка впервые за целый день коснулась губ девушки, когда она дочитала пришедшее от Джуда сообщение. С одной стороны, идти куда-либо Каролине сегодня совершенно не хотелось, но с другой...она понимала, что, сидя в четырёх стенах наедине со своими собственными мыслями, ей не светит ничего хорошего, а компания Джуда, который не забыл о своём обещании попить вместе кофе, действительно могла помочь ей хоть ненадолго отвлечься.

18:45, Caroline Aymers:

«Хэй, Джуд! Всё в порядке, спасибо.

Я абсолютно свободна, поэтому буду рада встретиться.»

Напечатав ответ, девушка на мгновение задумалась, а не поступает ли она подло, надеясь отвлечься от мыслей об Арде, проводя время с другим парнем, который по совместительству ещё и является одноклубником и другом Гюлера? Но, решив, что всё-таки в этом нет ничего плохого, Эймерс стала ждать ответа от приятеля со временем, местом и адресом, который не заставил себя долго ждать. 18:47, Jude Bellingham: «Супер! Тогда предлагаю такой вариант: Я заеду за тобой через час, идёт?» Каролина, рассчитывавшая встретиться с Джудом в какой-нибудь кофейне, слегка опешила, когда он предложил заехать за ней. С самого момента их знакомства Беллингем всегда вёл себя с ней как настоящий джентльмен, проявляя заботу и чуткость даже в простых мелочах. Это, безусловно, было приятно, но в то же время девушка не могла невольно не проводить параллелей с Ардой. За годы их дружбы, Гюлер ни разу не заезжал за Каролиной, когда они договаривались встретиться. Не говоря уже о том, что он ни разу не приезжал к ней на репетиции или спектакли, в отличие от Джуда, который не только приехал на премьеру спектакля, будучи с ней едва знакомым, а ещё и подарил ей цветы и подвёз до дома, а теперь, предложив встретиться, готов заехать за ней на машине, чтобы добраться до места встречи вместе.

18:50, Caroline Aymers:

«Договорились. До встречи через час.»

Отправив это сообщение, девушка подскочила на ноги, осознав, что теперь ей надо за час привести себя в порядок и постараться сделать так, что у Джуда не было поводов спрашивать не случилось ли у неё чего, потому что делиться своей любовной драмой с англичанином Эймерс пока была не готова. Расчесав собственные волосы и сделав себе лёгкий макияж, девушка принялась перебирать одежду в шкафу, думая, в чём лучше отправиться на встречу. С одной стороны, это должна была быть лишь дружеская посиделка за чашкой кофе, поэтому одеваться как-то слишком красиво необходимости не было, а с другой, Каролина где-то читала, что чем хуже у девушки дела, тем лучше она должна выглядеть, а потому был смысл одеться поярче и поэффектнее. В конце концов, остановив свой выбор на маленьком чёрном платье в стиле Коко Шанель, Каролина быстро переоделась и бросила взгляд на часы. Джуд должен был подъехать с минуты на минуту, а значит ей уже пора было выходить. Прихватив с собой маленькую сумочку и телефон, Эймерс покинула свою квартиру, решив подождать приятеля на улице. Но тот, словно по волшебству, припарковался возле её дома в тот самый момент, когда она вышла на свежий воздух. Сев в машину, девушка мягко улыбнулась, приветствуя Джуда. И, к её собственному удивлению, ей не пришлось даже делать усилий для того, чтобы улыбнуться, хотя на проявление искренних положительных эмоций она сегодня уже не рассчитывала. Но одного взгляда на Джуда оказалось достаточно для того, чтобы ей захотелось улыбнуться. От этого парня веяло атмосферой свободы и какой-то детской радости, перед которой никак не получалось устоять. — Привет, Каро. Прекрасно выглядишь. — улыбнувшись ей в ответ, проговорил Джуд, пробегаясь заинтересованным, но не навязчивым взглядом по лицу девушки и её фигуре. — Привет. Спасибо, и ты...тоже. — чуть смутившись, ответила Каролина, повторив его действия. Парень был одет просто, но со вкусом: чёрная водолазка, почти плотно облегающая его тело, и такие же чёрные брюки создавали иллюзию официально-делового стиля, но при этом придавали его внешнему виду особый шарм, не разрушая его ауру лёгкости и свободы. — О, благодарю! — явно не ожидавший услышать комплимент в свой адрес со стороны девушки, широко улыбнулся Джуд, а затем весело подмигнул ей, заметив, что она продолжает сверлить его своим взглядом. — Итак, куда едем? Есть любимое кафе или могу выбрать на свой вкус? — Давай на свой вкус. — ответила Каролина, которая была редкой посетительницей кафе, а потому любимого у неё и не было. Они пару раз сидели в какой-то уютной кафешке с Ардой, но называть её Эймерс не хотела, зная, что как только они там окажутся, девушка вряд ли сможет сконцентрироваться на общении с Джудом, постоянно отвлекаясь на воспоминания о совместном времяпрепровождении с лучшим другом. — Только что-то не очень дорогое, а то я тут вчера уже изрядно потратилась и мне не помешает экономия... — Да брось, Каро. Ты правда думаешь, что я не смогу заплатить за нас обоих и позволю тебе самой оплачивать счёт? — чуть удивлённо приподняв брови, спросил Джуд, словно не понимая, как Каролине в голову вообще могла прийти такая чушь. — Но это же как-то не правильно...мы не на свидании, а значит у тебя нет причин платить за меня... — попыталась оправдаться девушка, растерянно смотря на англичанина. — Разница между свидание и дружеской встречей лишь в намерениях и ожиданиях встретившихся, а в остальном два этих события ничем друг от друга не отличаются, поэтому я не вижу никакой проблемы в том, чтобы заплатить за свою подругу. Так что не думай о деньгах, я просто хочу хорошо провести с тобой время, а остальное уже мелочи. — невозмутимый вид Джуда, с которым он произносил свою речь, вводил Каролину в замешательство, но тот, кажется, этого совершенно не замечал. — А что было вчера? Ну, кроме нашего проигрыша, конечно. — В смысле? — переспросила девушка, не ожидавшая от Беллингема подобного вопроса. — Ты сказала, что вчера изрядно потратилась, из-за чего теперь собираешься на всём экономить. Вот мне теперь и любопытно, что этому поспособствовало. — пояснил Джуд, бросив короткий взгляд в сторону девушки, а затем вновь сконцентрировавшись на дороге. — А, ну...я всю ночь провела в одном баре, а там такие цены...— чуть замявшись и немного нервно хмыкнув, честно ответила Каролина. — В баре? — остановившись на светофоре, переспросил Джуд, посмотрев на неё с нескрываемым удивлением. — Не настолько позорно мы вчера сыграли, чтоб после матча напиваться вдрызг. Что-то случилось? — Да там ничего особо важного, не забивай себе голову. Я просто наломала дров и поплатилась за это, вот и всё. — отмахнулась Эймерс, стараясь изобразить на лице подобие улыбки. — Можешь поделиться со мной, я тебя выслушаю. Легче станет. — предложил Беллингем, возвращая взгляд на дорогу и трогаясь с места. — Да там и рассказывать-то особо нечего... — вздохнула Каролина, явно не собираясь раскрывать Беллингему все карты. — Просто я в какой-то момент решила, что если о чём-то долго и искренне мечтать, то рано или поздно всё обязательно сбудется. А по итогу оказалось, что это всё не имеет никакого смысла. Мечтать я могу сколько угодно, но в конечном счёте, всё, что я загадала — не сбудется и мы с моей пустотой останемся одни. — Я, конечно, не знаю, о чём ты мечтала, раз пришла к таким выводам, но по своему опыту могу сказать, что это не так. Мечты сбываются, пусть и не всегда в том виде, в котором мы ждём исполнения. И здесь дело лишь в том, что мы сами не всегда знаем, чего именно хотим по-настоящему, даже если нам кажется, что всё наоборот. — англичанин припарковал машину возле небольшого кафе, а затем отстегнул ремень безопасности и повернулся лицом к Каролине. — Так что не отчаивайся и продолжай мечтать. А пока твои мечты не исполнятся — я буду рядом, чтобы поддерживать тебя и не позволять потерять уверенность в себе. — Джуд...ты просто не понимаешь... — в уголках глаз девушки заблестели слёзы и она поспешила поднять взгляд вверх, чтобы не дать им сорваться вниз и покатиться по щекам. — Когда речь идёт о чужих чувствах...о тех, которых к тебе не испытывают, не сработают никакие надежды или убеждения. Тебе либо отвечают взаимностью, либо нет, и глупо в этом случае верить в то, что однажды случится чудо, если год за годом ты видишь в глазах человека, который тебе нужен, как воздух, лишь безразличие. Беллингем молча выслушивал горькие слова девушки, сидевшей рядом с ним. Её боль стала почти осязаемой, но он не позволял себе ничего лишнего, дожидаясь, пока Каролина выговорится. Лишь когда она замолчала и сжала пальцами своих рук подол собственного платья, англичанин позволил себе осторожно стереть с её щеки слезу, которую та так и не смогла сдержать. — Каро, послушай... — тихо, словно боясь спугнуть девушку, проговорил Джуд. — Я сам не понаслышке знаю, что такое невзаимные чувства и как они могут ранить, но единственное, о чём тебе всегда стоит помнить...в мире нет ничего вечного и это тоже пройдёт. Да, сначала ты пройдёшь через все стадии принятия: отрицание, гнев, торг, депрессия... Но рано или поздно тебя отпустит и ты поймёшь, что этот человек не стоит ни твоего внимания, ни твоих страданий, ни твоих чувств, которые ты к нему испытывала. — Спасибо, Джуд. — шёпотом проговорила Эймерс, осмелившись посмотреть на англичанина и едва заметно улыбнуться. Как ни странно, после этого разговора с ним ей стало немного легче. Он не пытался вытащит из неё подробности, не требовал от неё полного доверия, но при этом находил нужные слова, воздействуя на её воспалённое подсознание как анальгетик. — Пойдём пить кофе? — Конечно, Каро. — улыбнувшись, ответил Беллингем, а затем вышел из машины и открыл дверь с её стороны, протягивая девушке руку. — Но если почувствуешь, что тебе совсем паршиво, не бойся сказать мне об этом сразу. Я всё пойму и без лишних вопросов отвезу тебя домой. — Хорошо. — выбираясь из машины, утвердительно кивнула головой Эймерс и они вместе зашли в кафе, занимая один из самых дальних столиков у окна. Остаток вечера прошёл в спокойной и умиротворённой обстановке. Каролина уже и не помнила, когда в последний раз могла поговорить с кем-то, кроме двоюродной сестры, по душам и не чувствовать при этом непрошенной неловкости. Даже с Ардой она часто не могла позволить себе до конца расслабиться и говорить о чём угодно, опасаясь, что это может вызвать у её лучшего друга неоднозначную реакцию и стать причиной их редкой ссоры. А с Джудом всё было проще. Беллингем был олицетворением слова "комфорт" и это отображалось во всех его словах и действиях. Даже когда Каролина, увидев, как Джуд добавляет в свой капучино две ложки мёда и невозмутимо размешивает их, состроила физиономию в стиле "Что за херню ты делаешь?", парень лишь добродушно рассмеялся. — Что? Это очень вкусно, попробуй. — пододвинув к ней свою чашку с медовым капучино, весело сказал он, но девушка так и не рискнула пробовать этот "шедевр", поэтому он лишь пожал плечами и сам сделал из чашки пару глотков, неподдельно наслаждаясь вкусом получившегося напитка. — На меня Анчелотти всегда также смотрит, когда я при нём себе кофе делаю. Он тоже не понимает, как могут сочетаться кофе и мёд, но однажды мне удастся убедить вас обоих попробовать это и вам всё станет понятно. — Сильно в этом сомневаюсь, Джуд. Я мёд даже в чистом виде не люблю, а ты мне ещё и в кофе его добавить предлагаешь. — брезгливо скривившись, пробормотала девушка, а затем тихо рассмеялась, поймав на себе взгляд Беллингема, пьющего свой медово-кофеиновый коктейль с озорным блеском в глазах. Они продолжали обсуждать всё на свете даже в тот момент, когда Джуд, расплатившись в кафе, повёз её обратно домой на своей машине. И лишь когда англичанин припарковался возле её дома, в машине воцарилась тишина, но не та, что давит тяжёлым грузом, а та, которая дарит покой. — Спасибо тебе за этот вечер. Было супер. — нарушая повисшую тишину, проговорила Каролина, повернувшись к Беллингему. — Если захочешь, можем как-нибудь повторить. Только никаких капучино с мёдом, умоляю! — Я подумаю над этим. — хитро усмехнулся Джуд и подмигнул девушке, вызывая у неё смех. — Тебе спасибо, я давно так хорошо не проводил время в чьей-то компании. На этот раз Джуд вышел из машины вместе с ней, решив проводить девушку прямо до подъезда. Ему хотелось провести с ней как можно больше времени, а Каролина... Каролина абсолютно ничего не имела против. — Сделаем селфи? — внезапно предложила девушка, остановившись возле своего подъезда и обернувшись на Джуда. — Давай. Потом выложишь и будешь говорить всем, что гуляла с главным красавчиком "Реала". — откровенно издеваясь над ней, пошутил Беллингем, а затем приобнял её за плечи и широко улыбнулся в камеру её телефона. — Скинешь мне? — Выложишь и будешь говорить всем, что гулял с самой красивой фанаткой "Реала"? — пародируя его предыдущую реплику, усмехнулась Эймерс. — Да. — ничуть не смутившись ответил Джуд, а затем подмигнул девушке и направился обратно к своей машине. — Доброй тебе ночи, Каро! — И тебе доброй ночи, Джуд... — пробормотала в ответ девушка, в лёгкой растерянности смотря парню вслед.