Часть 3 В ритме воспоминаний.

П-ов Сиель Я проиграл два раза — и вправду потерял хватку. Но ей проиграть не жалко. Тот азарт, что возникает между нами во время игры, уж наверняка того стоит. Я улыбнулся своим мыслям. — Слушай, а помнишь уроки танцев? — спросил я, проходя через бальный зал. — Да, конечно! Помню, как ныла Элизабет, потому что хотела танцевать с тобой. Уроки танцев вместе — это было нечто! — Она хихикнула, вспоминая, как Элизабет закатила истерику. *Флешбек* Четверо детей готовились к уроку танцев. Среди них — маленький синеглазый мальчик семи лет с чёрными волосами, отливающими синим. Рядом с ним — девочка шести с половиной лет со бледно‑голубыми глазами и серебряными волосами, украшенными чёрными бархатными лентами, завязанными в аккуратные бантики по бокам. Восьмилетняя девочка довольно‑таки выделялась двумя золотыми высокими хвостиками и яркими изумрудными глазами. Её брат, мальчик девяти с половиной лет, был похож на неё как две капли воды. Учитель похлопал в ладоши, чтобы привлечь внимание, и добился желаемого. — Итак, разобьёмся на пары, дети. Сейчас будем танцевать! — сказал он. — Си‑и‑э‑эль! — протяжно окликнула зеленоглазая, — Давай в паре танцевать? — Она умоляюще посмотрела на темноволосого мальчика. — Нет, Элизабет, прости. Я уже решил станцевать с Ребеккой, — ответил он. Они посмотрели в сторону голубоглазой девочки, к которой приставал с просьбой станцевать старший Милфорд. Сиэль поторопил их — уже нужно было встать в пары. Ребекка подбежала, и мальчик взял её за руку: — Элизабет, я с тобой танцую постоянно, а партнёров хоть иногда менять надо! — заявил маленький Фантомхайв, — С Ребеккой я ещё ни разу не танцевал, а она всегда в паре с Эдвардом. И она моя подруга тоже! Мальчик начал злиться; со стороны это выглядело страшно мило. Но их перебил учитель хлопками. — Ну всё, ребята, встали в пары — и начинаем! Элизабет топнула ножкой, перебивая мужчину. — Я хочу танцевать с Сиэлем! — постепенно заводилась девочка, — Хочу танцевать со своим женихом! Она стала топать ножками — вот‑вот заплачет. — Но, Элизабет, — перебил её мистер Блок, — ты танцуешь с ним всегда. Пары должны меняться. За один танец партнёр может смениться раз десять. Станцуй сегодня со своим братом. Эдварду было спокойнее, когда сестра рядом. Он не доверял Сиэлю. Но тут Элизабет перестала сдерживаться и начала громко плакать. Другие дети и учитель стали её успокаивать. На шум прибежали взрослые. — Что происходит? — вбежала миссис Милфорд. Она подбежала к Элизабет, на бегу опустилась на колени, чуть проехавшись платьем по паркету. Обняв дочь, она гладила её по спине и шептала успокоительные слова. Все взрослые с братом столпились вокруг девочки, которая продолжала громко истерить и топать ножками. Даже Сиэль начал её успокаивать. Ребекка стояла в стороне и наблюдала за происходящим. Тут же подошли родители и начали ругать девочку. Из невнятных слов маленькой маркизы все поняли: она хотела танцевать с Сиэлем. Но если с ним танцует не Лиззи, значит, Ребекка. А если Ребекка — значит, это она попросила его станцевать с ней. Начались упрёки в адрес малышки: она мешает развивать отношения детей с самого детства. — Стойте! Она не виновата. Я сам захотел с ней потанцевать! — воскликнул Сиэль. Кингсли с удивлением посмотрели на него, а потом на дочь. Его родители тоже были поражены. Элизабет стала плакать ещё громче. Только спустя время девочка наконец устала и успокоилась. Родители ушли, а дети встали в пары и начали танцевать. — Элизабет мне несколько раз уже на ноги наступила бы, — прошептал я во время танца. Голубоглазая тихо хихикнула. Маленькая маркиза всё время смотрела на их идеальный танец, будто они созданы друг для друга… *Конец флешбека* — Помню, как ты мило меня защитил. Спасибо. Мне бы тогда сильно досталось, — сказала Ребекка, посмотрев на меня. Я показал на двери у себя за спиной. — Помнишь? Я открыл большие двери маленького бального зала и прошёл внутрь. Ребекка последовала за мной — глаза её были широко раскрыты от удивления. — Удивительно! Всё так же… И ничего не изменилось, — она явно о чём‑то заподозрила. Потом расскажу ей всё о Себастьяне. — Ага, — кивнул я. Протянул руку. — Приглашаю вас на танец. Согласны? Она стояла в нерешительности. — Себастьян! — позвал я. Дворецкий тут же вошёл с поклоном и взял скрипку. Зазвучала та же мелодия, что и в нашем детстве. Я посмотрел в глаза Бекки — она вспомнила. Я улыбнулся этому. — Так, принимаете моё предложение? — всё так же протягивая руку, спросил я. — «Как же давно мы не танцевали вместе… Её глаза светятся и она улыбается. Хочется, чтобы этот момент длился вечно». — С удовольствием, — улыбнулась она и положила руку в мою. Мы сделали начальный поклон и реверанс. Я положил одну руку ей на талию, она — на моё плечо. Вторую руку мы соединили. Юбки подруги зашуршали. Она была очень красивой. Из‑за периодических резких поворотов в танце подол взлетал выше, а хвостики развивались от создаваемого ветра. Я отпустил одну руку, выпрямил её на расстояние — Ребекка прокрутилась под поднятой рукой. Потом мы соединили противоположные ладони и начали то приближаться, то отдаляться, крутиться. Шуршание юбки. Музыка. Всё так по‑родному… Я соскучился по этому. — «Она двигается так грациозно, словно создана для танца. В её движениях — лёгкость и уверенность, которых не было в детстве. Но в то же время в ней осталось что‑то неизменное — то, что делает её Ребеккой. Той самой девочкой, которую я знал все эти годы».