Пепел

Эльф подбрасывал в костёр ветки, так что и в предрассветных сумерках было тепло. Где-то высоко в кронах пели птицы — их голоса нарастали, ими звенел весь лес. Это была симфония от тех, кто встречает солнце первыми. Ещё полчаса — и они замолкнут, тихо взойдёт солнце. — Меня зовут Каи, — эльф говорил на синдарине, прямо глядя на застывшего возле гамака Тэльво. — Я Итильдин. Родные зовут меня Тэльво. Звёзды осветили нашу встречу, — и Тэльво прижал руку к сердцу, как учила всех мудрая Эрин. — Звёзд почти не видно уже, — улыбнулся Каи, — но ты хорошо сказал. И повисла тишина: Каи продолжил следить за костром, а Тэльво, решив, что неприлично пялиться на гостя, умылся и привёл себя в порядок, достал из сумки еду, разложил на большом плоском камне, очень удачно расположенном прямо в центре этой уютной поляны. Теперь, при свете солнца, можно было рассмотреть её: свободная от деревьев и даже кустов, она сейчас цвела цикломенами, а под деревьями на дальнем краю журчал ручей. — Присоединишься к трапезе, Каи? — осторожно спросил Тэльво. — Присоединюсь, — охотно откликнулся Каи, — а ты к моей. Так на плоском столе оказались лепёшки, сыр, мёд, съедобные сладкие корни, запечёные в пепле костра и подогретое на огне вино. — Звёзды осветили нашу встречу, — улыбаясь поднял флягу эльф. — А ты здесь живёшь? — еда, вино, утреннее солнце и компания согрели Тэльво, так что он совсем смирился с лесом, испытанием и тем, что не успеет встретить корабль. — И здесь тоже, — добродушно кивнул Каи, — у меня много домов. — Ты пришёл ночью? — Ночью? Да! Это была ночь, я помню звёзды. Весна всегда так влияет на меня — я перестаю спать, просто брожу и смотрю, как пробуждается жизнь.