12. Mask

Вишнёвый шар солнца сгорал на горизонте и растекался по водной глади, насыщая тёмные воды кровавыми разводами и огненными бликами. Далёкие голоса горожан перебивал мерный плеск накатывающих на берег волн; среди тростника и камышей гудели стрекозы. Кому-то Уотери мог показаться слишком тихим городком, слишком скучным, но для Ахти местная атмосфера умиротворения, граничившая с мертвенным спокойствием, оставалась одной из лучших. Стоя по щиколотку в воде, он с удовольствием вдыхал влажный вечерний воздух. О ногу что-то мягко стукнулось. Не ласковое касание волны — предмет. Вода капризная сущность, как и любая другая стихия: могла дать жизнь живому созданию и также легко отнять её; помогала жертве скрыться от преследования и давала прикрытие хищнику. А иногда дружески подначивала, напоминая об обязательствах. Ахти опустил взгляд и выудил подброшенный водами подарок. На уборщика слепо смотрела полумаска оленя, мягкие ветвистые рога перепутались с водорослями. В преддверии праздника эти украшения следили за жителями ото всюду. — Älä syytä minua. Они вечно всё теряют, — проворчал он и, бросив через плечо ёмкое «Я сейчас», протянул руку вперёд. Капли влаги стекают с латекса и скользят по пальцам, пока не наталкиваются на подвёрнутый рукав. Новый владелец разглядывает находку с удивлением и ухмыляется в аккуратную светло-рыжую бороду. Он уже знает, как с ней поступить. И почему они раньше об этом не подумали? Идеальный последний штрих для их образов. Из пальцев с шуршанием выскальзывает исписанный листок. Поднимая его с земли многим позже, девушка стряхивает с поверхности капли воды. Некоторые буквы в плотных рядах строк размыло из-за них, но она может прочесть написанное. Взгляд быстро скользит по словам. Дочитав, она хмурится и оборачивается к напарнику. Здесь творится что-то неладное, но она докопается до сути. Сорвёт покров с этой тайны, маскирующейся под чертовщину. Ладонь привычно сжимает деревянный черенок. Волокна швабры разгоняют цветную от окружающих огней воду между рядами кресел. Остановившись, он прекращает напевать себе под нос и поднимает глаза от пола, встречаясь с растерянным взглядом напротив. Человек нервно теребит ремешок сумки. Он давно потерялся, не только в этой бездне, но и в самом себе. Он сменил десяток масок, но это не помогло. Ему можно дать только совет. В руку ложится прохладная банка. Испарина сбегает по жестяным бокам блестящими каплями. Открытое пиво шипит и пенится, источая запах хмеля и солода. — Ахти, пойдём уже! Для того, кто на ночь оставлял свои зубы в стаканчике, Норман мог быть на удивление бодрым и голосистым, когда дело касалось сауны. Придержав полотенце на бёдрах, Ахти обернулся к приятелям и махнул рукой: — Иду-иду. Он сделал всё, что от него требовалась сейчас и может вновь примерить маску обывателя. Отдых не помешает. В конце концов, он вообще в отпуске.