Часть 4: Бог Незыблемости

      — Мои поздравления, Афель Люций, — раздался в голове знакомый, пробирающий до мурашек, голос. — Ты умер, даже не успев этого осознать.       Я открыл глаза с большим трудом, будто был под чем-то тяжёлым. Тело ощущалось… аналогично. Ватное, еле управляемое, точно чужое.       Передо мной, словно на троне, восседал тот бог из цитадели, сотворённой из одного лишь металла.       Сидел он на обломках крохотного домишки и смотрел на меня сверху вниз снисходительным взглядом, как король смотрел на верного подданного.       Ветер не дул. Выстрелы не совершались. Птицы не летали.       В округе отсутствовали какие-либо звуки. Ощущение, что мир погрузился в вакуум, не пропускающий ничего извне и вовне.       Это сильно путало.       Я попытался открыть рот, как довольный, расплывшийся в неоднозначной улыбке, бог заговорил:       — Прежде чем ты что-либо скажешь — да, тебя убила Агелия.       Эта фраза моментально въелась мне в мозг, будто паразит, прогрызаясь в самую подкорку. Ступор перерос в непонимание и отрицание.       Болезненное… и невероятно жгучее, как глубочайшие дебри ада.       Я упал на колени. Рука, что представляла собой мутное нечто, сама потянулась ко лбу в попытке угомонить буйный и беспорядочный поток мыслей.       — Невозможно, — раздались мои сухие слова в изолированном пространстве посреди руин. — Я почётный офицер армии Вирвиона… Афель Люций… Я не могу… умереть такой жалкой смертью.       Выжидающе посмотрев на меня, склонившего свою голову от потрясения, бог заговорил:       — Но ты умер… и это неоспоримый факт, — он опёрся головой о руку, как верховный судья, от которого зависит чуть ли не всё в мире. — Что скажешь об этой ситуации? Что ты чувствуешь и что хотел бы изменить?       Я взглянул на возвышенную фигуру. Имея лицо и тело юного подростка, он нагнетал жути и трепета не меньше, чем мифы с легендами о колоссальных монстрах, веками держащих в страхе целые нации.       Недостижимая мощь.       — …Кто ты такой? — повторил я свой вопрос, задавший ещё когда-то в цитадели.       Кстати, о ней… когда это вообще было? Неделю назад? Год? А было ли вообще? Не фантомные ли это воспоминания, навязанные этой паранормальной сущностью?       Я уже не был ни в чём уверен, буквально ощущая, как фундамент моих убеждений и стремлений начинает дрожать.       …Вскоре я и сам задрожал, как напуганный зверь. Моё абстрактное тело более не отражало саму суть моей жизни.       Смотря на себя… я всё меньше понимал, кто я теперь.       — Ну и ну… — божество заулыбалось хищной улыбкой до ушей. — Твоё поведение говорит о тебе даже больше, чем твои мысли… Какая уморительная картина.       …       …Он… насмехается надо мной?       … Невозможно. Я гордость своей нации. Её хранитель и защитник.       Это даже отметил достопочтенный генерал-майор Лигольт, присваивая мне звание полковника. А добиться его внимания практически невозможно.       Я стою гораздо выше прочих насекомых, зовущих себя солдатами. Я тот, кто однажды приведёт Вирвион к его былому величию. Тот, кто станет олицетворением его могущества в ближайшем будущем.       Тогда почему… это псевдо-божество… смеет насмехаться надо мной?       Я медленно поднялся с земли. Дрожь постепенно унималась, вместо неё медленно, но верно начинала пульсировать ядовитая ярость.       Всё моё естество возжелало скорейшего кровопролития.       — О-о-о… я понял… — прозвучал издевательский смешок. — Я задел твою гордость, да? То немногое, что делало тебя тобой?       Подобие вен во мне пульсировало греховным желанием, что стало за эти долгие пропитанные ненавистью годы частью меня.       Как же сильно мне хочется убить это существо. Но есть ли у меня реальный шанс сделать это?       — Ни единого, — снова читал мои мысли самоуверенный бог. — Или ты уже успел забыть наше прошлое сражение?       Нет… не забыл. И это раздражает.       Не контролируя себя, я рывком помчался к богу, что казался недостижимым. Хотелось разорвать его на части, протереть землю его лицом. Опустить до самых глубин ада.       …Увидеть страдания того, кто выше, — вот чего я хотел.       …       …Но, похоже, я переоценил себя.       — Угомонись-ка.       Я тут же рухнул вниз под запредельным давлением. На меня будто обрушили скалу, двинуться было невозможно.       Меня вдавливал в землю огромный серебристый молот, парящий в воздухе надо мной. Размером вдвое больше меня.       На этот раз бой закончился, даже не успев начаться.       — И так ты приветствуешь своего Владыку? Да-а-а, ни капли уважения…       Услышав это, я замер, прекратив все свои попытки сопротивления. Что есть сил попробовал поднять голову.       — Как… ты сказал? — мои уши отказывались верить в услышанное.       Перед глазами на невероятно долгое мгновение возник образ церкви. Внутреннее убранство, драгоценные украшения под стать могуществу нашего спасителя. Картина незыблемого рая…       …и статуя Владыки, всем видом показывавшая его абсолют.       «Я защищу тебя. Подарю вечность, которую ты жаждешь, — говорила она каждому молившемуся ей существу, сразу заставляя ощутить себя беззащитным ребёнком, знающим, что опасности больше нет. — Продолжай идти вперёд. Райская, обволакивающая бесконечность близко».       Владыка, которого я впервые видел в физическом воплощении, легонько махнул рукой — божественный молот перестал давить на меня, принял форму клинка и рассеялся в пространстве с металлическим скрежетом.       — Хорошо, — начал Он. — А теперь…       Наш Спаситель прервал свою речь, пока я резко сменил позу, желая подобающе и со всем своим глубочайшим уважением поклониться, чуть ли не упираясь лицом в землю.       От былой дерзости не осталось и намёка.       — Господин, от самых потаённых дебрей своей души хочу попросить Вашего снисхождения за проявленную грубость, — ровным голосом попросил я, ощущая по телу дрожь от переполняющего страха и трепета такой силы, которые, возможно, никогда ещё я не испытывал. — Мой разум был затуманен. Мне не удалось признать Вас сразу, за что я очень виноват. Если Вы собираетесь убить меня, то я приму Вашу волю, какой бы она ни была.       Владыка молчал. Его лица я не видел и поэтому не мог сказать, что тот испытывал. Что хотел бы со мной сделать за такое нахальное поведение.       С каждой секундой нахождения рядом с Ним я всё чётче вспоминал события из металлической цитадели. Свои блуждания там…       …и битву с Владыкой.       «Я зашёл слишком далеко, — по моей спине бежали ряды мурашек. — Думаю, смерть будет для меня самым лёгким наказанием…»       Вдруг послышался глухой удар о землю передо мной — Владыка, похоже, спрыгнул с обломков и стоял буквально в метре от меня.       — Подними голову.       Я подчинился — Он смотрел сверху вниз, уже бесстрастным взглядом без фирменной улыбки, какой постоянно одаривал меня.       Секунду всматриваясь мне в глаза, мой Бог продолжил:       — Знаешь, Афель Люций… ты очень занятный индивид, — каждое слово звучало ровно, без единой эмоции. — По какой-то причине… ты мне очень интересен. Многие мне молятся, но именно твои молитвы мне всегда казались самыми… громкими. Ты сам по себе довольно привлекающая личность. Или… — уголки Его рта едва поднялись, показывая тот самый интерес, — это, может быть, одна из твоих масок? Нахальное и оттого искреннее желание чувствовать своё давящее величие и значимость? Впрочем… думаю, ты сам с этим разберёшься.       Он вытянул руку. Медленно стал крутить кистью…       …Сразу же моё тело начало подстраиваться под движения, растягиваясь и кружась, словно втягивалось чёрной дырой.       Безумный коктейль из адской боли вкупе с райским удовольствием растворяли разум. Мысли испарялись, едва успевая зарождаться в голове.       …       — Тебе лишь стоит… подкинуть нужные условия, — отдаляясь всё дальше от этой реальности, мой владыка Либилий подарил мне свою последнюю улыбку.       Уверенную, всесильную улыбку чистого могущества прекрасной… и безграничной незыблемости.

***

      …       …Вижу, ты снова вернулся сюда…       …       …Приходишь снова и снова… и неважно, сколько проходит десятилетий…       …Сколько уже времени прошло после твоего «кровавого рождения», погубившего столько людей? Ты возвращаешься сюда из-за чувства вины перед ними?       …       …Знаешь… негоже такой сущности задумываться о мелочах человеческого бытия. Ты же ведь и сам понимаешь… что ты единственный такой в своём роде…       …       …Я могу тебя понять… хоть я и являюсь богом… все почему-то называют меня демоном…       …А какой меня видишь ты?       …       …Хотя забудь… Полагаю, сейчас тебя больше интересуют эти обломки, нежели я…       …Ну и ладно… Любуйся сколько душе угодно… А я буду ждать столько, сколько потребуется… хоть десятилетия, хоть века…       …Твоя главная фанатка… Демон Наслаждений…