Часть 22

22. Огни в темноте. Ровад проснулся как обычно. Солнце тускло бледнело на фоне серого неба. Туман ещё не рассеялся и казалось что где то случился пожар. В соседнем углу закричал ребёнок. Младший брат Ровада. Родился очень больным и хилым, но даже не смотря на это мать любила его больше. Она тут же принялась его успокаивать. Они жили в этой жалкой лачуге все время пока Ровад себя помнил. Мать рассказывала что их отец был дворянином. Они жили в богатом доме. После смерти отца гильдия, в которой он работал, забрала все их сбережения списав это на тот счёт что их отец был вором и мошенником. Ровад у было тогда 2 года а мать его была только беременна его младшим братом. Тогда то они и переехали в это ужасное место. Мать говорит что тут жила сестра её матери и этот дом достался ей по наследству. Стоимость его не превышала 5 серебряных. Соломенная крыша,​ пол из гнилых досок, стены с многочисленными дырами. Казалось что кто-то нарочно прорешетил эти стены. Всего одна комната в которой ветер гуляет когда захочет. Раньше они понемногу кое как​ заделывали соломкой дыры, а в последнее время мать очень слаба и у неё нет сил даже чтобы сходить к соседке и купить молока и он один заталкивает в них пучки соломы. Здесь всегда царит голод. Он никогда не ел досыта. Вот и сегодня встав, на голодный желудок отправился на постоялый двор на заработок. Он там мыл посуду и убирал кухню со столовой. Ему хоть и 12 лет, но здесь почти каждый второй ребёнок работает на равне со взрослыми. За неделю он получает 3 медяка. Этого хватает на то чтобы ... Да почти ни на что его не хватает! За то он хотя бы подъедет объедки с постоялого двора и может ещё немного забрать домой. Такая честь не каждому выпадает. Мать его почти все время дома. Она тихо вяжет не вставая с места. Потом раз в неделю выходит и продаёт то что успела сделать. Вот так и живут они. Худо бедно конечно, но могло быть и хуже. Сегодня был точно такой унылый день. Солнце уже перевалило за край горизонта и на улице стремительно темнело. Ровад шёл по пустынной дороге к свое лачуге. С собой он нёс остатки трапезы знати. - Для матери и брата хватит на сегодня. - подумал он. ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ *** Стемнело. Он сидел на бревне перед лачугой и смотрел на загорающиеся в небе звезды. Их жилище стоит чуть вдали от всех домов, дальше по дороге. Ровад прислушался. Издали ему послышалось конское ржание. Он смотрелся в темноту. И действительно в ней загорались огни факелов, раздавались все громче и громче людские крики и плач. Он насторожился. В сторону их дома, выступая из темноты, двигалась нагруженная люди и телега. Дети, старики, мужчины, женщины - все вперемешку сидели в скрипящей телеге. Ровад побежал в дом. Мать тихо сидела в углу как обычно и вязала. - Мам - тихо позвал он. Никакого ответа. - Мам, ты слышишь? - позвал он громче - сюда кто то едет. - Мать подняла голову и посмотрела на него усталым запавшими глазами. Теперь уже крики с улицы невозможно было не услышать. Она прислушалась - Брай, просыпайся, Брай. - позвала она младшего брата. Он поднял голову. - К нам едут гости. Вставай, идём встречать. - тихо сказала она. К нам редко кто то заезжал. И почти никогда по ошибке. Так что мы вышли на улицу и ждали подходящую телегу. Я поддерживал мать под руки. Подъехав нашему дому стражник, управляющий телегой остановил лошадей. - Сдача налога. - сухо сказало он - 10 серебряных с человека. - Мать тихо охнула. Оглядев нас презрительно взглядом стражник махнул рукой. - Сразу видно - нищеброды. Даже медяка не найду.- И после этих слов стражники, идущие позади телеги, подталкивая их копьями, посадили их в уже без того забитую телегу. ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ *** Зарядил промозглый по весеннему холодный дождь. Серое небо давило на землю так​ будто хотело раздавить всех людишек, которые ходили под ним. Мы ехали уже примерно двое суток. Мокрые, усталые, грязные, голодные люди в телеге молчали. Здесь собрались самые бедные жители деревни, а они к такому привыкли. И теперь Ровад ехал в телеге, смотрел на бесконечные серые поля, проплывающие за окном.​