Глава 8

***

      Именно на балу у королевы она в следующий раз увидела своего жениха. К счастью, ее мать выбрала для этого вечера золотые платья, которые не так ужасно сочетались с ее цветом волос. Пенелопа окинула взглядом зал, но не нашла Бриджертонов, поэтому все свое внимание она уделила королеве. Королева без слов оглядела ее мать и сестер, а затем подняла бровь глядя на нее. Пенелопе показалось, что ее сердце остановилось, поскольку внимание королевы было сосредоточено исключительно на ней.       — Поздравляю с помолвкой, — просто сказала королева и отвернулась.       Она уважительно ответила:       — Спасибо, Ваше Величество, я надеюсь, что мой брак будет таким же прекрасным, как и ваш. — Королева потрясенно посмотрела на нее и кивнула в знак одобрения и показывая, что разговор окончен.       Мама быстро увела их прочь:       — Хорошо сделано, думаю, ей понравилось, — тихо прошептала она, когда они начали обходить комнату.       Оглянувшись на королеву, Пенелопа увидела, что та разговаривает с леди Данбери и несколькими женщинами, которых она знала как недавно прибывших Шармов. Только когда они отошли от королевы, она увидела, как Элоиза и ее мать подошли к Ее Величеству. Элоиза выглядела ужасно нервной, но ее внимание не задержалось на подруге, когда она увидела Энтони позади них. При виде его она не смогла сдержать улыбку, которая только усилилась, когда их взгляды встретились. Она не сводила глаз со своего суженого, пока Элоиза быстро не схватила ее за руку:       — Пен! Мы должны уйти. Королева! Мне как-то удалось очаровать ее. Кажется, я действительно ей нравлюсь, — в панике сказала Элоиза.       Пенелопа схватила подругу за руку:       — Элоиза, успокойся, если ты понравилась королеве, это хорошо. А теперь дыши. Думаю, у меня есть кое-что, что отвлечет тебя этим вечером, — тихо сказала Пенелопа, чтобы никто не услышал. У Элоизы расширились глаза:       — Какое отвлечение? Я отчаянно нуждаюсь в этом, — взволнованно воскликнула она.       — Поскольку мы с Энтони в центре внимания, я должна найти кого-нибудь, кто бы собрал сплетни для моей следующей статьи. Она должна быть о чем то другом, — сказала она и выпрямилась, увидев приближающуюся Крессиду Коупер. Но прежде чем она успела подойти, Энтони встал перед ними:       — Пенни, не согласишься ли ты потанцевать с будущим мужем? — спросил он небрежно. Она улыбнулась и взяла его за руку, бросив умоляющий взгляд на Элоизу, когда Энтони отстранил ее. Элоиза хмыкнула, но кивнула, подтвердив, что она будет держать ухо востро. Пенелопа позволила себе расслабиться в танце, наслаждаясь возможностью потанцевать с кем-то. Энтони был талантливым танцором, и она почувствовала, что ей нравятся его движения.       — Я видел, что сегодня мы попали в выпуск «Уислдаун», — сказал он непринужденно, но по выражению его глаз она поняла, что он пытается ее поддразнить.       Она улыбнулась:       — Это неудивительно, учитывая, что барон выступил очень публично.       Энтони издал звук согласия:       — Да, так не джентльменски себя повел. Но, полагаю, в конце концов этот Повеса получил свою Желтофиль, — поддразнил он, улыбнувшись ей.       Она хихикнула и кивнула:       — Полагаю, так и есть. Будем надеяться, что она сможет обуздать его разгульный образ жизни, — ответила она, поддразнивая его в ответ. Виконт громко захихикал, удивив нескольких человек вокруг, пока они танцевали:       — Думаю, со временем она сможет, — ответил он нежно глядя на нее. Выражение его лица заставило ее улыбнуться. Она могла бы прожить всю жизнь счастливо, если бы Энтони и дальше так на нее смотрел. Они оба были удивлены, когда танец прекратился, и были так увлечены друг другом, что даже не заметили этого.       Энтони предложил ей руку, чтобы они могли вместе пройтись по комнате, и она легко приняла ее. Они продолжали тихо переговариваться между собой, пока трубы не начали привлекать внимание к королеве. Пенелопа радостно захлопала в ладоши, когда королева назвала мисс Эдвину Шарм Бриллиантом сезона. Теперь ей было о чем написать, и она это очень ценила. Она ненавидела писать о себе, ей пришлось выбросить множество черновиков, в которых о ней говорилось слишком резко. Обычно она не возражала против того, чтобы говорить о себе так плохо, но она знала, что Энтони будет недоволен.

***

      Элоиза обнаружила, что ей нравится красться по вечеринке, это было довольно забавно по сравнению с разговорами с Крессидой Каупер. Может быть, она сможет убедить Пенелопу написать о ней что-нибудь в следующем номере? Это было бы забавно. Она размышляла об этом, когда прошла мимо кого-то из огромных занавесок, из-за которых доносился шепот. Ее глаза расширились, и она поняла, что это как раз то, что должна была сделать для Пен. Она прошла за занавес и стала ждать в стороне, зная, что в конце концов они должны будут выйти. Элоиза только вздохнула, когда Бенедикт вынырнул из-за штор. Он повернулся к ней с шокированным видом, но тут же осекся:       — Элоиза, что ты делала?! — обвиняющим шепотом спросил он, оттаскивая ее от занавесок. Не удержавшись, она бросила взгляд на второго человека и нахмурила брови, увидев, что это кто-то из лордов — не тот ли он художник, о котором говорил Энтони? Поняв, что они, скорее всего, говорят о какой-то ерунде, не имеющей никакого значения, она повернулась к Бенедикту, негодуя, что он отвлек ее.       — Я пыталась узнать что-нибудь интересное, чтобы рассказать Пен, но это был только ты! — проворчала она, скрестив руки, и оглядела толпу в поисках чего-нибудь более интересного. Бенедикт закатил глаза, тайком поправляя свой наряд, пока сестра смотрела в сторону:       — Если хочешь узнать что-то интересное, перестань заглядывать в занавески и пойдем со мной в сад. Уверен, мы найдем несколько улизнувших пар, — сказал он, пытаясь отвлечь и ее, и себя от затруднительного положения. Элоиза с нетерпением посмотрела на него и кивнула, взяв его за руку, когда он повел ее в сад. Они действительно нашли несколько пар, и Элоиза записала, кто и где находится, чтобы отдать записку Пен в конце вечера. Также она нашла время написать, что вся традиция бриллиантов довольно нелепа.

***

      По прибытии домой Пенелопа и ее сестры были удивлены, увидев гостиную полную вещей. Они растерянно переглянулись, когда в комнату вошла миссис Варли:       — Мэм, он здесь, новый лорд Фезерингтон, — сказала она, когда мужчина спустился по лестнице. Пенелопа услышала, как ее сестры прокомментировали, что он старый и некрасивый, и, судя по всему, ее мать тоже, поскольку она одарила их язвительным взглядом.       — Все в порядке, вы, должно быть, имеете в виду моего отца. Я не обижаюсь, он был уродлив и очень стар. На самом деле он был так стар, что поэтому и умер. Я очень сожалею о своем позднем прибытии. Я приехал из Америки. Но не волнуйтесь, я уже начал заботиться о делах. Филлипа, это, должно быть, ты. Твое приданое для этого прекрасного парня Финча выплачено. Книги покойного лорда уже на пути ко мне, и я уже пыталась связаться с лордом Бриджертоном по поводу завтрашней встречи. Кто из вас Пенелопа? — спросил он, его голос был дружелюбным. Пенелопа подняла руку, все еще опасаясь его. Что-то в ней не доверяло ему, а она всегда доверяла своей интуиции. Прежде чем она успела что-то сказать, он перешел к делу. — Поздравляю с прекрасной парой. Я взял на себя смелость перенести ваши вещи из вашей спальни, леди Фезерингтон, — сказал он, повернувшись к ее маме.       Ее мама была недовольна, из-за нового лорда это, похоже, не волновалась, поскольку он дал понять, что займет эти комнаты как новый лорд в доме, а затем быстро ушел.       Пенелопа улыбнулась матери:       — Все так, как ты сказала, мама. Новый лорд Фезерингтон здесь, чтобы обеспечивать нас, — сказала она, одновременно усталая и злая от того, что ее чуть было не выдали замуж за старика просто так. Хотя, по крайней мере, она благодарна ему за свой брак с Энтони.

***

      На следующее утро Пенелопа дала Роуз дополнительный фунт, а также следующий выпуск «Уислдаун», когда она передала ей мешочек с прибылью, полученной от последнего выпуска. Было немного странно осознавать, что она заработала столько денег, рассказывая о своих собственных отношениях. К счастью, следующий выпуск был посвящен новому Бриллианту, а также тому, насколько устарело все это. В письме, которое ей передала Элоиза, было написано все, что она подслушала на балу. Кто-то из них был прав, и она действительно хотела что-то изменить. Не говоря уже о том, что Элоиза принесла ей несколько сочных сплетен для следующего выпуска, поэтому она с большим удовольствием посвятила следующий выпуск своей подруге. Она чувствовала себя хорошо: она была честна с Элоизой, она хорошо работала в качестве леди Уислдаун, и чуть больше чем через неделю она выйдет замуж за Энтони. Каждый день, просыпаясь и осознавая, что все это не сон и она не вернется к прежней жизни, она не могла бороться с нахлынувшей на нее волной радости.