2.

      — Мало вам было тогда пролитого вина, сбитой стопки книг во второй раз, — Тай недовольно вздыхает, осматривая свои покои, — Решили взять уровень выше и самостоятельно стать погромом?       Тисс пробирает упрямство. Она даже не держится за ушибленное бедро, хотя то неприятно ноет, разнося отголоски этой боли по всей ноге. Изображать перед слугами заинтересованность в принце стало новым развлечением девушки. Отчего-то Тисс находила это притворство приятным и до безумия интересным, особенно учитывая, что Тай ни разу не отказался ей подыграть. Хотя можно ли назвать это игрой с обеих сторон? В этом Тисс не была уверена.       Ещё больше сомнений появлялось в её голове, когда после каждого такого представления перед прислугой, они оставались в его покоях и целовались. Для большего эффекта? На случай, если кто-то решит подглядеть за ними в мелкую щель под дверью? Или всё же из-за чувств, которые шальным огнивом прожигали дыры в душе. Для себя Тисс признала последнее предположение, но показывать это перед принцем напрямую не решалась. Вдруг он не воспринимает это так же всерьёз?       Она задумчиво продолжила следить за перемещениями принца по покоям в поиске чего-то холодного. Тисс усмехнулась совсем тихо, так, чтобы даже ей самой этого не было слышно. Стал бы Тай заморачиваться с её возможным синяком, если бы подыгрывал всего лишь ради сохранения мира? Точно бы просто попросил зайти кого из лекарей в её комнату спустя некоторое время.       Сам принц ищет для неё холодное нечто, забавно ругаясь под нос и пристально всматриваясь в каждый предмет. Тисс хитро щурится и про себя отмечает, что не одна она увлеклась излишне сильно.       Тай же останавливает штурм своих покоев, когда замечает оставленный кубок. Довольный своей находкой, он подходит к Тисс.       — Символично, не находите? — принц кратко усмехается своей же шутке, — Кубок из того же набора, что вы когда-то и уронили.       Тисс, готовая уже ответить на замечание Тая, ошарашено смотрит, как тот встаёт на колени у её ног. Принц Ро’од перед ней в таком положении? Он мог просто передать ей кубок, чтобы та приложила холодный предмет к ушибу, однако… Чувствует вину за то, что поторопил девушку, отчего та и стукнулась бедром о стол? Это одновременно и смущало, и отчего-то заставляло Тисс чувствовать себя чересчур самодовольной. Однако её торжествующие мысли прервались голосом принца. Тот уже с минуту как вопросительно держал кубок у её бедра.       — Позволите? Или будете дальше пялиться? — Тая такой взгляд на себе раззадоривал.       Тисс кивнула ему. Принц же отодвинул ткань платья в сторону, такой удобный разрез сбоку помог ему в этом. Пожалуй, теперь это будет его любимый вид платьев на девушках. Нет, не на девушках, а только на Тисс. Эта излишне самоуверенная эльфийка со своим взглядом на забавные вещи не могла не волновать его. Тай даже обрадовался, когда она в очередной раз решила «обмануть» слуг.       — Можете гордиться собой, не за очередное выступление перед слугами, конечно, но за то, какой вид сейчас перед вашими глазами. Такое зрелище доступно далеко не каждой, — он прикладывает холодный кубок к её бедру.       Тисс же продолжает держать лицо, не хочет хмуриться из-за такого пустяка, как резкое ледяное касание. Тем более, что эта пара мгновений сменяются приятным заглушением боли.       — Буду иметь в виду, — Тисс всё же усмехается, пока пальцы Тая аккуратно проводят по её бедру, — Знаете, я думала, что по этикету Ро’од необходимо держать кубки несколько другим способом…       Где-то отдалённо она понимает, что лишний раз пререкаться не стоит, только вот соблазн куда выше, нежели стоящий на коленях принц. Не настало ли её время учить мужчину манерам?       — К сожалению, настолько неуклюжих эльфиек он не предусматривает, — старается парировать Тай, продолжая прижимать к ней кубок и с полной серьёзностью осматривая её бедро.       Мелких ушибов рядом не оказывается. Тай позволяет себе отвлечься, уже не заботливо выискивает потемневшие участки кожи, а так бесстыдно обводит взглядом бёдра девушки. Тисс же кладёт и свою руку поверх кубка. Всё же не доверяет принцу или старается свести их ладони ближе?       — Сильно болит? Может вы и внутреннюю часть бедра ушибли? — поддаться такой наглой ухмылке Тая девушка сочла бы преступлением против себя, но как же порой приятно переступать через «закон», — Позволите осмотреть?       — А вы опуститесь и до такого? — Тисс признаёт своё поражение с самодовольным тоном, — Если не боитесь, что я опять буду как-то не так сидеть или что-то держать…       — А мы уже и не за столом, — Тай придерживает ткань платья, подушечками пальцев чуть надавливая на кожу.       Тисс чувствует припадающий к щекам жар. Всё же касания к бёдрам приятно отдавались будоражащими мыслями. Принц империи прямо сейчас меж её бёдер? Тисс кажется, что это лишь глупый сон, странное видение или может… Может в спешке она всё же ударилась головой, и это всё лишь мираж? В таком случае она не хочет, чтобы он рассеивался так скоро.       Тай задерживает очередное касание излишне долго. Проверяет её выдержку? Намекает? Таким бесстыдным способом дразнит? Тисс решает, что всё сразу, да ещё и с таким околдовывающим взглядом. Прямой зрительный контакт словно зажимает её со всех сторон, загоняя в такую дурманящую западню. Она осторожно опускает вторую ладонь на его голову. Пальцы почти не дотрагиваются до волос, лишь колышут воздух.       — Хотите остаться на этот раз не для прикрытия? — пленительный шёпот Тая пробирает до очередных мурашек, даже слишком сильно, остаётся будоражащей дымкой на коже.       Тисс откладывает кубок в сторону и кивает, закусывая губу. Тай оставляет раззадоривающий поцелуй на её бедре и поднимается с колен. Он помнит, как же Тисс ненавидит самостоятельно разбираться с корсетом платья. Заводит руки ей за спину, распутывает тонкую шнуровку, мимолётно прикасается к телу под одеждой. Тисс неторопливо скидывает с плечей рукава и встаёт, чтобы платье, завлекающе скользя по изгибам фигуры, было сброшено на пол.       Тай не отводит взгляд, Тисс красива до одури. Он усаживает девушку на свои колени. Платье, оставленное на полу, путается под ногами, его точно придётся стирать. Тая это не волнует, он подготовит для Тисс хоть сотню таких или даже лучше. Она же предвкушающим взглядом обводит контуры принца. Полоса солнца остаётся незаметным теплом на спине Тисс. Опаляющее нетерпение заглушает любой другой намёк на огонёк. Пока руки Тая скользят сквозь эту полосу света, девушка неторопливо откидывает его волосы назад.       Однако тот отрывается от Тисс. Мысленно ругается, что не предусмотрел пару деталей, с которыми придётся разбираться в этот вынужденный «перерыв». Девушка стягивает белье, оно не отправляется к платью, оказывается закинутым на дальний угол кровати. Мужчина же быстро подходит к одной из полок, берёт пару зелий и протягивает один флакон Тисс. Зелье от нежелательной беременности и ещё менее желательных болезней оказывается практически безвкусным, лишь с отдалённой цитрусовой ноткой.       Тай срыву откупоривает флакон, выпивает содержимое и думает, что теряет концентрацию. Держать столько мелочей в голове и так просто испортить момент из-за клокочущего чувства при виде этой девушки. Она цепляет и даже слишком сильно. Его же руки тоже цепляют, но край своего же наряда, который он спешно откидывает к платью Тисс.       Девушка задевает ладонями его локоны, плечи и талию. Мимолётные касания и уже более ощутимые, крепкие, когда она устраивает руки на его плечах. Тисс ведёт его куда-то за собой, но упирается в стену, чуть отталкивает от неё. Неудачно и так удачливо одновременно. Картины над девушкой так угрожающе стучат, когда она вновь прижимается к стене. Но есть ли какое дело до них, когда для принца главная вершина искусства стоит прямо перед ним? Возвращаться к постели, на которой уже распластаны предметы гардероба и пустые стеклянные сосуды… Ну их, эти ткани и склянки!       Принц шепчет практически в её губы, уточняет, уверена ли Тисс. Та единожды кивает и позволяет утянуть её в поцелуй. Трепетный и дурманящий, с той еле заметной ноткой цитруса.       — Если бы я не была готова, я не стала бы молчать, — Тисс тихо-тихо произносит ему прям на ухо. Её голос нежный и терпкий одновременно.       Поцелуи плавным движением спускаются ниже. На шее девушки, её ключицах, около груди. Пальцы принца путаются в её волосах, пальцы Тисс — в его. Смущение переплетается с её твердым характером, не давая просто обмякнуть в руках Тая. Она целует его смазано. Его хриплое дыхание и руки на груди не дают наносить точные «удары», лишь обрывистые и почти незаметные касания губами.       Лёгкий шлейф каких-то масел окутывает комнату, когда Тай открывает ещё один флакон. Зелье в нём не жидкое, вязкое и практически прозрачное. Оно медленными линиями растекается по пальцам. Принц ловко кидает бутылёк ко всем остальным уже ненужным вещам на кровать. Теперь причин не возвращаться на «склад» ещё больше.       Тисс прикрывает ладонью рот. Прохладные пальцы на клиторе, и жгучие — на её бедре. Девушка ещё старается удержать свои вздохи в рамках «тихо и еле слышимо», однако с каждой секундой, когда пальцы Тая задают собственный ритм движений, эта задача становится всё труднее и труднее… Единственный выход — глушить томные вздохи в очередных поцелуях, что кружили голову сильнее и сильнее.       Она изгибается, кипящее удовольствие побуждает делать и получать больше. Больше нетерпеливых поцелуев, касаний, сжимающих и таких нужных сейчас, осторожных укусов шеи. Оставить следы на аристократичной коже принца Тисс не решается, излишняя дерзость.       Зато Тай решается на дерзость. Не в виде красных пятен на коже, что будут волнующим чувством отражаться при каждом взгляде в зеркало, а в виде ускоряющихся движений. Они окончательно уничтожают пунктик «быть как можно тише», а рваные выдохи девушки лишь больше раззадоривают Тая. Тисс жмётся ближе, чувствует, как воздух катастрофически быстро оказывается всё дальше и дальше.       Однако наглость принца обрушивается в полной мере, когда он резко останавливает движение. Тисс чуть разочарованно вздыхает, смотрит в глаза Тая, что так самодовольно улыбается.       — Не одной же вам досаждать мне, — он нехотя отходит от Тисс, берёт то вязкое зелье, очередная порция которого оказывается на его пальцах, однако теперь оставляет бутылёк на полу, рядом с девушкой.       — Мне стоило ожидать чего-то подобного… — Тисс кладёт ладони на плечи подходящего к ней принца, сжимает их. Договаривать, что ожидала подобное от имперца не решается, ведь этот самый имперец овладевает её мыслями, снами и особым местом в сердце.       Колючий поцелуй и без того искусанных губ и нежное движение пальцев уже внутри девушки. Очередной контраст, переворачивающий все мысли, расходящийся по телу сладостной дрожью. Медленно и размеренно, пока терпение Тисс практически трещит по швам. Она прогибается, хватается ладонями за Тая сильнее, трясущиеся ноги вовсе не помогают удержать равновесие.       Быстрее. Резче, но всё с той же осторожностью. Он целует девушку в покрасневшие щёки, осыпает касаниями её плечи. Когда Тисс прикрывает глаза, Тай вновь поступает так подло, обрывает на ещё несколько десятков секунд тот опьяняющий трепет. Вытаскивает пальцы, вытирает их о ближайший лоскут ткани, что только попадается под руку. Окажись это даже самый дорогой шёлк, это всё мелочь, не стоящая сейчас его внимания.       Пока Тисс жмётся, чтобы украсть ещё немного внимания принца разгорячёнными поцелуями, Тай спускает своё нижнее бельё. То тоже оказывается где-то в стороне. Ещё немного густого зелья, распределённого так старательно и бережно по члену. Волнение шипастое и пикантное, а предвкушение заводящее и до блеска в глаза соблазнительное.       Деликатное движение внутрь и сжатое в руке принца запястье Тисс. Приятное давление на кожу, сбитое дыхание и прерывистые стоны, которые ладонь уже не в силах заглушить. Укусы в шею на грани заметного следа, который красовался бы на Тае пару дней, не спасают от того головокружительного чувства, что заменяет воздух. Хочется ещё и ещё, а вместе с тем как-то передать всю ту поджигающую энергию.       Толчки становятся быстрее, а поцелуи — более жадными. Тисс прогибается в спине, неразборчивым шёпотом практически прислоняется губами к уху Тая. Ритмичные движения сводят бёдра, а духота становится привычной, такой неотъемлемой частью наслаждения, что затягивает без остатка.       Касания по всему телу, хаотичные и чувственные, лишь погружают в эту пучину глубже. И падать туда такая благодать. Тисс взбудораженно напрягается ещё сильнее, дрожь перенимает на себя всё внимание. Она учащённо дышит, а Тай лишь крепче зажимает её запястье. Смотреть в глаза принцу смущает. Ещё более смущает шумно простанывать от оргазма ему на ухо. Тай проводит пальцами по плечам девушки, убирает с её лица чёлку, пока та восстанавливает сбитое дыхание.       Тисс всё ещё потряхивает, приятное напряжение в мышцах отдаётся всё слабее и слабее. Тай же осторожно выходит из неё, опускает свою руку ниже, только вот у девушки другие планы. Её ладонь обхватывает член принца раньше, чем его собственная, скользит обжимающими движениями вверх-вниз, вверх-вниз. Тай опирается ладонями о стену по обе стороны от Тисс. Он рвано вздыхает, когда девушка продолжает наращивать ритм, что так путает все мысли. Ещё несколько более уверенных движений, и Тай с хриплым стоном кончает.       Они неторопливо приходят в себя. Стоит ли обсуждать всё произошедшее так сразу? Явно нет. Они не разговаривали о предыдущих встречах, где лишь целовались, бесконечно цепляясь руками друг за друга, а после оставались каждый в одиночестве своей комнаты. Удерживали глупую интригу, приправленную какими-то своими домыслами.       Тай передаёт платок для Тисс, разбирается с небольшим беспорядком и тихим голосом ещё что-то говорит о купальне. Он вновь, как и в начале встречи, ходит по комнате туда-сюда, ища что-то. В том, что его запасной наряд неизменно оставлен там, где и должен, принц уверен. Экстренно же найти платье для Тисс… Задачка потруднее и не без очередного мелькания перед слугами.       — Это становится традицией, — Тай ухмыляется, — Вновь куча испачканных вещей после ещё одной нашей встречи.       Тисс усмехается, вытирая ладонь о платок. Закусывает губу, накидывая на себя какое-то покрывало, так же предоставленное принцем, и решается.       — Надеюсь, теперь этикет позволит нам перейти на «ты», — она поднимает взгляд на Тая, — Или это тоже недостойные манеры?       — Не уверен насчёт официальных мероприятий, — он подходит к девушке, нежно целуя её в висок, — Но наедине никто этому не препятствует… Тисс.       Тисс. Лишь имя, без всех правил и знаков приличия. Она улыбается, кутаясь в покрывало сильнее. Так просто и лаконично, а вместе с тем особенно. Тисс неумело скрывает своё наслаждение от услышанного. Говорить напрямую принцу она тем более не собирается.       — Очень любезно с твоей стороны, Тай… — её голос без дрожи и с той манящей каплей колкости.       В купальни идут разные, благо во дворце их хватает. Вода приятно омывает кожу, греет уставшие мышцы, а очередной набор масел успокаивает, от чего Тисс начинает зевать. Уснуть хотелось прямо там, однако девушка находит в себе силы, чтобы дойти до своей комнаты. Остаться у принца сияло манящей идеей перед глазами, но слуги очередную выходку не поймут, будут ведь верно ждать в её комнате. В их сторону манеры дерзить не позволяли.