Часть 1

Призрак Кейла стоял позади команды, словно тень, растворяющаяся в воздухе. Альберу, Чон Су, Суй Кхан, Чхве Хан, Рон, Бикрос, Розалин, Он, Хонг, Раон, Эрухабен… Все они были перед ним, склонившись над его бездыханным телом. Они разбирались с последними из охотников, и вот уже последние несколько из них, загнаны в угол, но в какой то момент. Самый увёртливый из них стреляет в Кейла из арбалета и попадает в сердце. Никто не успел среагировать. Кейл когда-то сам проткнувший свое сердце, будучи уверенным, что выживет, погиб, практически мгновенно. И теперь немым, беспомощным призраком вынужден наблюдать, как тела его товарищей и детей сотрясались от рыданий, а сердца разбивались на мелкие осколки, над его телом. Он видел их боль, слышал их отчаянные крики, чувствовал их горечь. И ему хотелось протянуть руку, утешить, сказать, что всё в порядке. Но он был лишь призраком, неспособным на прикосновение, на слова, на утешение. Альберу держа руку рыжего, шептал, что-то неразборчиво, тихо, по его щекам текли слёзы. Эрухабен стоял прямо за ним держа Раона, что рыдал в его плечо, Он и Хонг, уткнулись в плечи Рона, что сидел на коленях у тела своего молодого господина, Бикрос стоял рядом вид крови, впервые за долгое время было страшно видеть, присмотревшись можно было заметить, как трясутся руки у дуэта отца и сына. Хан обнимал рыдающих Розалин и Лока, что практически выли от отчаяния. По его лицу бежали слёзы, а взгляд был будто стеклянный. Чон Су и Суй Кхан сидели с другой стороны от Альберу и держали холодную руку. В глазах из читалась сильнейшая боль, отчаяние. Они не плакали, нет, знали их младший не любил чужих слез, тем более из-за себя. Когда, то Кейл был готов отдать свою жизнь, чтобы победить Белую Звезду, но сейчас, видя страдания своих друзей, он понял, как сильно ошибался. Видя свою семью в таком состоянии, он вспоминал, как больно было видеть и осознавать смерть Чон Су И Ли Су Хека. Теперь же он лишь призрак, навеки запертый в этом ужасном воспоминании, обреченный наблюдать за тем, как его любимые люди тонут в море горя. Кейл хотел кричать, звать их, просить прощения, за то, что оставил. Но из его уст вырывался лишь тихий шепот, уносимый ветром. Его призрачная рука тянулась к ним, но проходила сквозь них, как сквозь туман. Он был так близко, и в то же время так бесконечно далек. Он хотел сказать им, что любит их, что никогда не забудет их. Что просит прощения за свою глупость, за эгоизм, который привел к такому исходу. Но слова застревали в его горле, превращаясь в беззвучный стон. Призрак Кейла смотрел на своих друзей, на лица, искаженные от боли, и чувствовал, как его собственная душа разрывается на части. Он был обречен, наблюдать за их страданием, мучаясь от бессилия и раскаяния.