Глава 6

      — Нокс, — произнесла я в пятый раз, и свет в люстре наконец погас.       Я насупилась. Заклинания было не так уж просто разучивать. Почему-то эти знания не шли в комплекте к новому телу. Более-менее регулярно получалось только Вингардиум Левиоса.              Но каждый раз, когда заклинание срабатывало, я чувствовала себя настоящей всемогущей ведьмой.       Которую трясло как осиновый лист от перспективы оказаться в Азкабане, пусть даже и с инспекцией. Если бы не присутствие Тинки, я бы туда не отправилась. Написала бы, что болею.       Письмо, на которое был наклеен портал, я дала в руки эльфийке. Мои собственные слишком сильно дрожали.       — Одновременно, — произнесла я, вместе с ней протягивая палец к порталу.       Меня ослепила яркая вспышка. Глаза непроизвольно закрылись и заслезились, тушь, скорее всего размазалась. Потребовалось несколько секунд, прежде чем я пришла в себя и смогла открыть их.       — Я ничего не вижу! — я вздрогнула от собственного крика, усиленного эхом.       — Потому что темно, госпожа, — пискнула Тинки.       Я сдержалась, чтобы не наорать на нее за эту чертову рассудительность. Глаза постепенно привыкали к темноте, и я уже смогла различать очертания серых стен, серого пола и серого потолка.       Больше ничего не было. Ни единого окна, ни самой крошечной картины на стене, даже следов потрескавшейся краски или щелей в полу не было. Сплошной монолит. Серый. Холодный. Мертвый.       — Тинки, ты знаешь, куда идти? — прошептала я.       Голос пропал сам собой. В этих стенах просто не должны были звучать человеческие голоса. Это было бы неправильным. Только могильная тишина. Больше ничего.       — Да, госпожа, — я дернулась от слов эльфийки. Слишком громко.       Мы пошли по коридорам. Тинки спокойно, бросая только изредка обеспокоенные взгляды на меня, а я как пришибленная кошка, вжимая голову в плечи, прислушиваясь к каждому звуку и озираясь по сторонам. С правой стороны по-прежнему были голые стены, но слева она перемежалась арками, если можно было так назвать проемы в стене, заполненные полупрозрачной дымкой, за которой виднелось пустое пространство.       Я машинально сделала несколько шагов в сторону. Почему-то мне казалось, что меня в эти арки засосет, и я навечно останусь… нигде.       Тинки остановилась перед обшарпанной серой дверью с черной, словно могильная плита, табличкой. На ней мелом от руки было написано: Николас Уайет.       Я осторожно постучала, вздрагивая от разнесшихся по Азкабану звуков, а потом решительно толкнула дверь. Куда угодно, лишь бы из этого коридора.       — Мисс Амбридж! — мужчина, сидевший за старым рассохшимся столом, привстал и протянул мне руку. — Вы замечательно выглядите!       — Здравствуйте, мистер Уайет, — произнесла я, пожимая его теплую ладонь. — Спасибо!       Он вообще не вписывался в реалии Азкабана. Высокий, крепкий, русоволосый с каким-то рыжим подтоном, с голубыми лучистыми глазами, улыбкой, обнажающей крупные зубы. Серость Азкабана лишь слегка впечаталась в его выбритый подбородок и то, если присматриваться.       Вообще ощущение было, что я снова воспользовалась порталом. За дверью был ледяной могильник, а здесь уютный кабинет с теплым желтым освещением. Серые стены украшали постеры с изображением игроков в квиддич и красивых ведьмочек. В стареньком шкафу за стеклом кроме большого числа разноцветных папок, я увидела сервиз белых чашек с голубенькими цветочками. На столе у Уайета стоял ряд фотографий в рамках с изображением его самого, женщины средних лет, видимо, жены и двух детей. Рядом источал пар большой чайник. А в углу стояло несколько деревянных ящиков, в которых росли настоящие цветы. В этом месте вообще не должно было быть цветов!       — Чаю? — услужливо предложил мужчина, и не дожидаясь моего ответа, достал из шкафа чашки и разлил по ним ароматный напиток. Сильно запахло травами, медом и почему-то персиками. — Вам снова нужны мои коллеги?       Я осторожно присела на старый стул, жалобно скрипнувший под моим весом, и сделала маленький глоточек чая. Сейчас главное не задать какой-нибудь идиотский вопрос, который раскроет, что я ничего не понимаю.       — Что? — я посмотрела на него кристально честными глазами.       — Ну дементоры для защиты Хогвартса, — мужчина потер переносицу. — Джонсон говорил, что вы просили тогда, чтобы они проверили территорию…       — А, точно, — я сделала вид, что вспомнила, внутренне содрогнувшись от слова «коллеги». — Нет, мистер Уайет, я к вам за отчетом.       — А я надеялся, с приказом о моем увольнении, — Уайет мрачно усмехнулся, вытащил из ящика стола бумагу и протянул мне. — Число веселящих зелий увеличили до шести в день, зарплату повысили в полтора раза, график: месяц через два. Но идиотов, которые на это соглашаются, все равно маловато, — произнес он.       Я внимательно всмотрелась в его лицо, и только сейчас заметила морщинки на лбу, синяки под глазами, да и улыбка была довольно нервной. Не особо искренней.       — Скоро отпуск? — уточнила я, больше, чтобы поддержать беседу.       — В сентябре, — ответил Уайет. — Пойдемте, мисс Амбридж. Коллеги пока дремлют, но они стали все чаще появляться днем. Климат, наверное, меняется.       Я снова поежилась от этого слова. Коллеги, высасывающие души. Не то, чтобы редкость, но не в прямом же смысле!       Я отставила пустую чашку и вслед за Уайетом вышла из кабинета в серый гнетущий Азкабан. Рядом засеменила Тинки.       — Экспекто Патронум! — прогремел Уайет, уничтожая тишину.       Из кончика его волшебной палочки вылетел ослепляющий серебряный луч, закручиваясь и превращаясь в огромного орла, с таким гигантским размахом крыльев, что в коридоре ему было тесно.       — Новый Патронус, — похвастался Уайет, заметив мой восторженный взгляд. — Сменил, когда родился младший.       Я понимающе кивнула. С орлом Азкабан казался не таким ужасным. Пропало чувство паники, сосущее под ложечкой с момента, как я сюда попала. Даже когда Патронус влетел в одну из арок, и Уайет посторонился, пропуская меня, мне было не страшно.       Внутри оказалось большое пространство. Такое же серое, но каменные стены перемежались прутьями.       — Это камеры? — спросила я.       — Ну да, как обычно — хмыкнул Уайет. — А-а, — протянул он, прежде чем я успела что-то сказать в свое оправдание, — вы новый блок имеете в виду? Извините, мисс Амбридж, открытие перенесли на октябрь, а, может быть, придется двигать и до ноября… Джонсон вам не говорил в прошлый раз?       — Нет, не говорил, — я притворно нахмурилась. — Плохо, мистер Уайет. С чем это связано?       — Коллеги хорошо охраняют, но плохо строят, — хмыкнул Уайет. — Они искренне уверены, что узникам не нужны камеры. Один поцелуй — и заключенные будут думать точно также.       — Камеры строят дементоры? — я чуть не ударила себя по губам за идиотский вопрос, но он уже сорвался.       Амбридж, это ТЫ должна знать!       Уайет или не обратил внимания, или сделал вид, что не обращает.       — Волшебники строят, но больше нескольких дней не выдерживают. Мы уже увеличили ценник в три раза, но все идет медленно. Извините, мисс Амбридж.       Я задумчиво кивнула.       И вскрикнула, когда меня за голень схватила чья-то рука.       Уайет отреагировал моментально. Оказался возле меня, бережно отодвинул в сторону и со всей силы наподдал ногой по прутьям решетки. С той стороны послышался жалобный скулеж.       — Патронус! — простонал кто-то. — Патронус! — к прутьям прижалась чья-то голова. Я не поняла, женщина это была или мужчина. Кто-то с косматыми свалявшимися волосами, впалыми щеками, заостренным носом и такими синяками под глазами, словно человек не спал несколько лет. — Верни мне палочку, Уайет, и я камня на камне здесь не оставлю!       — Бегу, Лейстрендж, — усмехнулся колдун, и еще раз ударил по прутьям, чтобы они оглушительно зазвенели. — Обожаю исполнять угрозы последователей сумасшедшего фанатика.       Лейстрендж? Беллатриса?       — Темный лорд велик! — прошипел узник, в котором я как ни старалась, не смогла различить даже пол. — И он вознаградит меня за преданность!       — Уже четырнадцать лет вознаграждает, — хмыкнул Уайет, подхватывая меня под локоть.       — Оставь Патронуса! — заорал узник, отчаянно ударяя по прутьям решетки.       Но орел улетал вместе с нами, и вопли потихоньку стихли.       — Поэтому мы и не любим эти проверки, — заметил Уайет. — Они становятся беспокойными.       Он хмыкнул, а я ускорила шаг, чтобы быть как можно ближе к Патронусу. Таким тоном говорят не о преступниках, а о умалишенных в сумасшедшем доме.       — Вот эти меня больше радуют, — добавил Уайет, слегка ударяя по прутьям одной из решеток. На звук никто не отреагировал.       Света, источаемого Патронусом, хватило чтобы я смогла увидеть то, что подтвердило мои догадки. На голой лавке, обняв себя обеими руками, сидел темноволосый мужчина. Такой же худой и изможденный, как и Беллатриса, но с выражением безразличия и каким-то потусторонним спокойствием на лице. Он слегка повернул голову в сторону Патронуса, и на его лице появилось едва заметное подобие улыбки.       — Как дела, Барти? — спросил Уайет.       Барти заторможенно повернулся в его сторону, попытался сфокусировать взгляд, но у него это не получилось, и глаза остались пустыми и бессмысленными. Он отвернулся обратно.       — Он такой спокойный, — пробормотала я.       — Коллеги его не тревожат, — ответил Уайет. — Он им уже не интересен, после поцелуя.       Я поежилась. Тинки тихо захныкала и прижалась ко мне. Все это надо было сворачивать.       — Пойдемте, — поспешно сказала я. —Вижу, что у вас все хорошо.       Уайет спорить не стал и быстро провел нас обратно в свой кабинет. Там я наконец выдохнула и даже согласилась на еще одну чашку чая.       — Джонсон вам оставил, — произнес маг, вытаскивая маленький кожаный мешочек на веревочке и протягивая мне. — Нет, мисс Амбридж, — он мягко остановил мои руки, когда я начала развязывать подарок. — Это портал. Если вам вдруг потребуется оказаться в Азкабане.       Он внимательно на меня посмотрел, видимо читая полное непонимание в моих глазах. Я поспешно отвела взгляд.       — Благодарю, мистер Уайет, — я поднялась и протянула ему руку. — До свидания.       — Всего доброго, — по-светски стиснул мою ладонь Уайет.       Мешочек я повесила на шею, как кулон. Пригодится.