Глава 24

      Дорея заметно нервничала, когда оказалась в Хогвартсе. Время она коротала в моей комнате, помогая собрать чемодан, но было заметно, что девушка не в своей тарелке.       — Чаю хочешь? — я отступила от официоза, справившись наконец с молнией на чемодане.       Девушка неуверенно кивнула.       Тинки организовала не только чай, но и вазочки с вареньем, конфетами и печеньем. Дорея осторожно опустилась на краешек моей кровати, сделала глоток и чуть не поперхнулась.       — Волнуешься?       — Угу.       Я посмотрела на девушку. Она сидела напряженная, закрывшись копной своих волос и барабанила пальцами по покрывалу. Я сочувственно положила ей руку на плечо, и она вздрогнула, расплескав чай.       — Мне жаль!       — Успокойся, — велела я.       — Эскуро! — Дорея направила палочку на пятна чая на кровати. — Я случайно…       — Я знаю, — вздохнула я. — Испортила тебе выходные?       — Нет, — поспешно ответила девушка. — Я очень рада командировке… Что это?!       За дверью послышался звон стекла.       — Пивз, — я хмыкнула, осознавая, насколько привыкла к полтергейсту, даже почти не обращала уже внимания на него. — Здесь слышимость как на стадионе. Пойдем, — я ободряюще сжала ее плечо.       Перед отъездом я еще немного постояла над душой Абигейл. Вместе с Грюмом и Дамблдором, естественно. Дорея в диалог не вступала. Мне показалось, что она вовсе хотела стать невидимой в этот момент.       Абигейл собралась как на войну. В ее комнате оказалось несколько десятков ловушек для полтергейстов и призраков, флакончики с зельями, медальоны с выбитыми на нем рунами. Мой собственный как будто нагрелся при этом.       Дамблдор мягко улыбнулся.       — Я попросил профессора Снейпа приготовить мазь, заживляющую раны, — голубые глаза блеснули за очками. — Но вы все же будьте поосторожнее.       А вот и пассивная агрессия подъехала.       — Мисс Марш, вы уверены, что справитесь в одиночку? — еще раз уточнила я. — Мы можем начать в понедельник, после нашего с профессором Грюмом возвращения.       — Уверена, — буркнула Абигейл, всем своим видом демонстрируя, что нам пора на выход.       — Дети точно не пострадают?       — Почти все дети будут в Хогсмиде, — закатила глаза Абигейл. — Это же выходные.       Это хорошо.       — Профессор Дамблдор, не мешайте, пожалуйста, работать сотруднику министерства, — понизила я голос.       — Никогда, — старик клятвенно приложил руку к сердцу, но в голосе прозвучала тень насмешки.       К сожалению, разбираться времени не было. Подходила пора бросить в камин щепотку летучего пороха и произнести: министерство магии Российской Федерации.       Нахождение в магическом мире определенно шло мне на пользу. Из камина я не выпала, как раньше, а спокойно вышла и небрежным движением смахнула с черной мантии пепел.       Помещение напоминало аэропорт. Очень высокие потолки, окна во всю стену, которые находились слишком далеко, и я не могла осмотреть территорию снаружи. У одной из стен стояло множество каминов, над которыми время от времени зажигались надписи с названием стран. Над тем, из которого вышла я, а также еще на двух рядом, горела вывеска «Великобритания / Great Britain».       Послышался легкий шорох и из соседнего камина вышел Грюм, нарочито громко цокнув протезом. Еще пару мгновений, и следом выпорхнула, по-другому не скажешь, Дорея. Отряхнула пепел и замерла, глядя на меня в ожидании дальнейших указаний.       — Идем! — велела я, подхватывая чемодан и направляясь к одной из стоек, за которой сидела средних лет женщина в серой мантии.       Увидев нас, она сурово сузила глаза, словно пыталась прочитать мысли, но легилеменции я не почувствовала.       — Здравствуйте, — пропела я по-русски, расплываясь в самой доброжелательной улыбке. — Мы очень рады посетить вашу страну…       — Документы, — коротко приказала женщина.       Изучала она их добрые минут пять, просматривала разрешения на пребывание, удостоверения министерства магии.       — Тема доклада.       — А? — я растерялась.       — Тема доклада, — повторила женщина.       — Нашего?..       — Да.       Я замялась.       — Содержание магических животных… — пробормотала я.       — Нет.       — Создание необходимых условий для содержания магических животных, а также содействие мировому магическому сообществу в охране магических животных от международного браконьерства, — отчеканил Грюм по-английски.       Женщина удовлетворенно кивнула, смерила меня подозрительным взглядом, неохотно поставила на трех листах печати и протянула их нам.       — Спасибо, — моя улыбка получилась вымученной.       — Проходите! — прозвучал очередной короткий приказ.       Как только мы зашли за стойку, к нам подошел коротко стриженный молодой мужчина в такой же, как у женщины, серой мантии.       — Сергей, — представился он.       — Долорес Джейн Амбридж, — я снова улыбнулась.       — Грюм, — мракоборец был лаконичен.       Мне показалось, что Сергей посмотрел на него гораздо пристальнее, чем на меня. Видимо, Скиттер была права. О Грюме знали и за пределами Великобритании.       — Дорея, — а вот секретарша молодец, улыбка вежливая, даже с легким намеком на флирт. Не то, что мы.       Жаль, что на Сергея не произвело ни малейшего впечатления.       — Пройдемте, — произнес он, наконец оторвавшись от разглядывания Грюма.       Да здесь все разговаривают приказами что ли? Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Надо было не заморачиваться, а просто попросить отпуск. Мол, хочу Москву посмотреть, мечта детства.       Сергей вел нас длинными коридорами. Ни окон, ни дверей, ни даже краски на стенах. Голый бетон. В итоге мы дошли до тупика, он достал палочку и дважды стукнул по стене. На ней проступили очертания двери, которую маг толкнул. Внутри оказался небольшой кабинет с письменным столом и несколькими стульями.       — Вы будете жить в гостинице «Россия» и находиться рядом с маглами, — произнес Сергей по-английски, садясь за стол и кивком приглашая нас занять свободные стулья. — Пользоваться магией запрещено. Выходить к маглам в мантиях запрещено. Пользоваться совиной почтой запрещено. Варить зелья запрещено. Использовать магические артефакты запрещено. Совершать иные действия, ставящие под угрозу Статус Секретности запрещено, — он протянул три листа и, к моему удивлению, шариковые ручки. — Подписка о неразглашении, — пояснил он, хотя текст и так был составлен на английском языке.       — А что разрешено? — уточнил Грюм, с опаской глядя на ручки.       Ожидает, что там бомба?       Сергей не изменился в лице.       — Разрешено пользоваться комнатой отдыха, — ответил он все тем же голосом робота. — Разрешено посещать мероприятия в гостинице, в том числе и в магловской ее части. Разрешено посещать туристические места в присутствии сотрудника министерства магии Российской Федерации. Разрешено пользоваться комнатой для подготовки к выступлению в присутствии сотрудников министерства магии Российской Федеарции. Разрешено…       — Спасибо, остальное мы прочитаем, — перебила я, быстро ставя подпись на листке.       Грюм с неохотой последовал моему примеру. А Дорея обворожительно улыбнулась, на миг соприкоснувшись руками с Сергеем, когда передавала ему лист.       Тот никак не отреагировал на это. Как будто из камня был сделан.       — Вы должны переодеться, — сказал он.       Я только открыла рот, чтобы возмутиться, что здесь это сделать попросту негде, как заметила, что он кивком указывает на две еле заметные двери в стене. На одной было изображение женщины, на другом мужчины.       Я выдохнула, и первая шагнула внутрь, подталкивая Дорею и показывая пример Грюму. Надеюсь, за несколько минут он не устроит драку, которая обернется международным скандалом.       Внутри оказалась небольшая комнатка с лавкой, зеркалом и вешалками, как в примерочной. А в стене обнаружилась еще одна дверь, за которой стоял унитаз. Сервис, конечно, на высоте.       — Ох… — озвучила мои мысли Дорея. — Как-то неуютно…       Я махнула рукой, стягивая с себя мантию. Девушка сделала то же самое.       — Красивый медальон, — заметила она, надевая белую блузку.       Я машинально схватилась за украшение, чувствуя себя воровкой.       — Купила в Хогсмиде, — на удивление голос звучал очень спокойно. — Продавец сказал, что он подходит к моим глазам.       — Он был прав, — льстиво ответила Дорея, втискиваясь в темно-синюю юбку до колена.       Я переоделась в любимый бежевый костюм, поправила прическу и нанесла на губы блеск. Нервная дрожь никуда не делась, впрочем, медальон на шее придавал уверенности.       — Не бойся, — ободряюще улыбнулась я своему отражению.       — Не боюсь, — Дорея приняла это не свой счет и гордо вскинула голову.       Она и правда выглядела поуверенней. Конечно, рядом ни Дамблдора, ни Фаджа, которые одним своим присутствием создавали гнетущую атмосферу.       Когда мы вышли, Грюм уже ожидал нас одетый в потертые джинсы, клетчатую рубашку и джинсовую куртку. Очень странно смотрелось после его камзолов.       — Он требует снять протезы, — едва увидев меня, произнес Грюм.       — Заменить, — поправил Сергей. — Глаз — это магический артефакт. Запрещено. Птичья лапа ставит под угрозу Статус Секретности. В СССР такого нет.       — СССР тоже уже нет, — процедил Грюм.       — Соблюдайте правила или возвращайтесь в Англию, — спокойно сказал Сергей, но я заметила, как едва заметно дернулась его щека.       Грюм сжал палочку.       — Аластор, он прав, — я посмотрела ему в здоровый глаз. — Нам необходимо соблюдать Статус Секретности.       А я по-прежнему уверена, что протезы тебе не нужны.       — Безногий и безглазый инвалид не будет привлекать внимания? — уточнил Грюм у Сергея, не сводя с меня злобного взгляда.       — По нынешним временам — не будет, — отрезал Сергей. — Протезы мы предоставим.       Предоставленные протезы были максимально стандартными. Нога, которая крепилась там, где должно быть колено, и серый глаз. Не двигающийся, а самый обычный, из стекла или вроде того.       — Вам помочь? — уточнил Сергей. Грюм отрицательно мотнул головой и скрылся в раздевалке.       Вышел он оттуда через несколько минут, неловко покачиваясь.       Добро пожаловать в современный мир. Именно так ходят люди с протезами.       Я с трудом сдержала ухмылку.       — Ваши вещи будут заперты в сейфе, — Сергей продемонстрировал серый ящик, в который успел сложить и глаз, и лапу. — После конференции все в целости и сохранности вернется вам.       — Я надеюсь, — процедил Грюм, придерживаясь за стену, чтобы не упасть.       — Идем, — произнес Сергей.       Снова потянулись бесконечные коридоры, которые опять же привели к серой стене.       — За стеной мир маглов. Просьба соблюдать порядок, — велел Сергей, постучал по стене, и она исчезла, пропустив нас в коридор, застеленный красной ковровой дорожкой. — Ваши номера – 1111, 1112 и 1113, — он протянул нам три ключа. — Сейчас вниз.       Я с интересом оглядывала красивые, несколько вычурные коридоры с узорами, картинами на стенах, свисающими яркими люстрами.       Сергей привел нас к высоко лестнице, ведущей в светлый холл с колоннами. На полу ярким красным пятном был положен ковер.       — Сюда, — сказал Сергей, подводя нас к двум красным диванам в самом углу. — Завтра в одиннадцать часов я буду вас ждать и проведу в министерство магии, где будет форум. Вам требуется дополнительная подготовка?       Я отрицательно покачала головой.       — Тогда я покажу вам ваши номера, — кивнул Сергей.       В моем оказалась двуспальная кровать, застеленная золотистым пледом, огромное окно со шторами такого же цвета. На полу был постелен красный ковер, а на стене висела картина с изображением собора Василия Блаженного на Красной площади.       Здесь была отдельная ванная комната, и, едва разложив вещи, я отправилась туда и встала под душ, пытаясь смыть с себя напряжение.       Медальон я снимать побоялась. Под магические артефакты, это, наверное, подходило, но я же его не использовала. Это просто украшение. Не более.       Закутавшись в белый пушистый халат, я вышла из ванной и села на подоконник, прикрыв глаза.       Мне нужна была передышка, но тишину грубо нарушил стук в дверь.       — Амбридж!       — Мисс Амбридж! — рявкнула я. — Чего вам?       Дверь распахнулась. На пороге возник Грюм, проковылял несколько шагов и беспардонно уселся на кровать.       — Скажи, что у тебя есть план, — попросил он впервые без хамства.       Без его сумасшедшего глаза и устрашающего протеза он выглядел настолько… нормальным, что я замерла, вглядываясь в его лицо. Обычный уставший мужик со слегка покрасневшими глазами. То ли от недосыпа, то ли от алкоголя. Мозолистые пальцы сжимали и разжимали покрывало, а на лице застыло недоумение. Вообще был не похож на того Грюма, которого я знала.       — Ты боишься? — я удивленно подняла брови.       — Амбридж, мы в чужой стране, у меня нет моего глаза, нам запрещено колдовать, а вокруг чекисты. Как ты думаешь?       — Да почему сразу чекисты-то? — возмутилась я. — Они поддерживают Статус секретности. Никому не хочется стирать маглам память. Грюм, нас никто не убьет здесь. Им не нужен международный скандал.       — Какой-то маленький международный скандальчик за целых три трупа англичан, — буркнул Грюм. — Ты не знаешь этой страны.       Я откровенно фыркнула.       — А ты?       — Когда ты выучила русский? — мой вопрос Грюм проигнорировал.       — У меня много талантов, Аластор, — я улыбнулась. — А ты параноик. Это все?       Он медленно поднялся с кровати и подошел ко мне. В нос ударил запах очень тяжелого одеколона. Перец, табак и что-то хвойное, ёлка что ли…       — Тебе не страшно, Амбридж? — уточнил он.       Я глубоко вздохнула и прислушалась к ощущениям внутри себя.       — Нет, не страшно, — честно ответила я. — А тебе?       Грюм криво усмехнулся и отошел от меня, прихрамывая.       — Зачем ты притворяешься? — не выдержала я. — Ты прекрасно ходишь на своем протезе, а теперь вдруг комедию начал ломать.       Грюм обернулся у самой двери и смерил меня оценивающим взглядом.       — Комедию, — выплюнул он и вдруг потянулся руками к ширинке.       — Грюм! — рявкнула я, вскакивая с подоконника.       Что делать, я не знала. Палочка была у меня, но, что я сделаю пятью заклинаниями? Водой его оболью?       А Грюм тем временем стянул джинсы, до колен, сел обратно на кровать и снял их полностью, оставшись в темно-синих семейных трусах.       — Смотри! — велел он, хлопая по правой ноге.       От колена шел выданный деревянный протез, который мракоборец отстегнул и швырнул на ковер.       — Смотри! — повторил он, поглаживая остаток ноги.       Она заканчивалась чуть выше колена. Молочно-белая плоть, на которой проступал заметный еще более светлый шрам. Выглядел Грюм в этот момент жалко, но одновременно и пугающе.       — Я отдал свою ногу Пожирателям Смерти! — процедил он. — Полгода валялся в клинике, меня лечили от таких проклятий, о которых клерки вроде вас даже не слышали. Все, что я чувствовал в это время, — непрекращающаяся боль! И ты меня называешь симулянтом?! — он посмотрел мне прямо в глаза, а потом голыми руками начал вытаскивать глазной протез, оставив лишь пустую глазницу, от которой мне стало еще страшнее. — Я полуслепой одноногий инвалид, который всю свою жизнь положил на уничтожение приспешников Волан-де-Морта! И ты смеешь меня в чем-то обвинять?!       Я почувствовала дрожь по позвоночнику.       — Ты очень хорошо ходишь на своем протезе… — неуверенно проговорила я.       Грюм засмеялся хриплым каркающим смехом.       — Попробуй разобраться на досуге в магии! — он начал неспешно надевать свои протезы.       — Это уже слишком, Аластор! — я повысила голос. — В магическом протезировании я разбираться не обязана.       — Помнить, как ты хлопотала о моем лечении в Святом Мунго ты тоже не обязана? — хмыкнул Грюм.       Я почувствовала жар на щеках. Я еще и хлопотала за него? Долорес Джейн Амбридж, а ты никогда не думала вести дневники на случай, если в тебя кто-то вселится?       — Аластор, — я присела рядом, стараясь придать лицу сочувствующий вид. Было несложно, от вида искалеченной ноги меня мутило, и, действительно, появлялась жалость. — Конечно, я помню, что пыталась всеми силами сохранить жизнь нашему лучшему мракоборцу. Прости, что я недостаточно вникла в твою ситуацию. Мне было страшно. В конце концов, я обычная женщина, которая…       Договорить мне не дал обжигающий поцелуй, накрывший мои губы. Изо рта Грюма воняло луком, щетина колола мое лицо, а огромные руки до боли сжали мои бока.       — Ал-Аластор! — я отстранилась. — Что вы?..       — Да так, — хмыкнул Грюм, закрепляя ножной протез и натягивая джинсы. — Спокойной ночи, мисс Амбридж, — он смерил меня взглядом.       — Спокойной ночи, — я постаралась, чтобы голос звучал ровно.       А когда за Грюмом закрылась дверь, я упала на кровать, глуша истерический хохот.       Боже мой! Только не говорите, что у той Амбридж были отношения с Грюмом. Ну собрала компанию — Фадж, Грюм… кто там еще затесался? Малфой? Снейп? Дамблдор? Неужели во всем министерстве она не нашла кого-нибудь помоложе на роль любовника? Да тот же… нет, Перси Уизли, это слишком… Но все равно! Мало что ли молодых, симпатичных…       Я хмыкнула, постепенно успокаиваясь. Нет, если разобраться, иметь прославленного мракоборца поближе к себе — неплохая идея. Второй вопрос, я ему зачем? Не верю я в любовь с первого взгляда и до гробовой доски. Тем более в нашем возрасте и при наших должностях.       Ладно, главный день у меня послезавтра. А вот самый ответственный завтра. Фадж, при всей своей кротости, оторвет нам троим головы, если мы что-то не так скажем на конференции.