Глава 27

      Я от души прорыдалась, заливая подушку слезами, подремала несколько часов, и проснулась среди ночи с раскалывающейся головой.       В комнате было душно. Я открыла окно, вдыхая холодный воздух осенней ночи. Голова все так же болела, но теперь по телу еще и побежали мурашки.       Я постояла какое-то время на ветру, легла обратно в кровать, накрылась одеялом, но сон не шел. Хотелось пить. Оставив бесплотные попытки уснуть, я натянула свитер и брюки и вышла из номера.       Чтобы столкнуться с крадущейся по коридору Дореей. Увидев меня, она вздрогнула и отскочила к стене, явно не зная, как себя вести.       — Ну и где же облико морале? — хмыкнула я.       — Что? — переспросила Дорея.       — Ты откуда так поздно?       Девушка покраснела.       — Пойдем, — я кивком головы указала в сторону лестницы.       Дорея последовала за мной, как наказанная школьница. На самом деле я не планировала читать ей морали. Взрослая девочка как никак. Имеет право гулять по ночам. Мне просто сейчас очень нужен был хоть кто-то, с кем можно было поговорить.       Бар работал, но сотрудница за стойкой выглядела сонной, уставшей и недовольной.       — Чайник вашего самого вкусного чая, — заказала я с улыбкой, искренне надеясь, что мой вид будет ее раздражать. Хотелось чего-то покрепче, но слишком сильно болела голова.       Девушка с бейджиком «Аня» смерила меня неприятным взглядом, но пошла в сторону кухни.       — Мы будем за столиком, — крикнула я ей вслед, подталкивая Дорею к диванчику в углу.       Аня что-то буркнула себе под нос, но спустя несколько минут вернулась с чайником и двумя чашками.       — Должен настояться, — коротко произнесла она.       — Спасибо, — я оскалилась в улыбке, но девушка даже ухом не повела и вернулась за барную стойку.       — Ты как? — я повернулась к Дорее.       Та потупилась.       — Нормально.       Я положила ладонь себе на лоб, чувствуя приятную прохладу, посмотрела исподлобья на Дорею и слегка усмехнулась. Даже скорее просто дернула уголками губ.       — Извини, — вздохнула я. — Если хочешь идти спать — иди.       Вместо этого Дорея разлила по чашкам чай и улыбнулась.       — Я на концерт осталась.       — Он же давно должен был закончиться… ааа… — догадалась я, когда Дорея снова потупилась. — Сергей?       Девушка отвернулась.       — Извини, — еще раз повторила я и сделала глоток чая.       Обычный, с чабрецом. Если это их самый лучший, то даже знать не хочу, какой худший.       — Спасибо за твою помощь, — я посмотрела на Дорею, которая уставилась на меня несколько ошарашенно. Явно не привыкла к благодарностям. — Подумай, если хочешь попробовать себя в каком-то другом отделе, то я помогу.       — Спасибо, — прошептала Дорея, тоже отпивая из чашки. — Здесь немного неуютно, правда?       Я оглядела пустой бар. Аня дремала, опустив голову на стойку, посетителей кроме нас не было.       — Не знаю, — честно ответила я. — Это совершенно другой мир, — и все же он гораздо ближе Клаве, чем Долорес. — В целом, я рада, что мы сюда приехали.       — Я тоже, — кивнула Дорея, задумчиво крутя в руках полупустую чашку. — Только Грюм…       — Не надо про него, — я налила еще чаю.       — Я ветренная? — Дорея вскинула голову, глядя мне прямо в глаза.       Я опешила.       Для Клавы точно нет. А вот для правильной Амбридж, рожденной в пятидесятые…       Я встала из-за стола, повинуясь неожиданному порыву, села на диван рядом с Дореей и приобняла ее за плечи.       — Все встречи в нашей жизни не случайны, — мне хотелось сказать что-то важное, но с губ сорвалась пошлая банальность.       Впрочем, Дорее хватило. Она прильнула ко мне, кладя голову на плечо и замирая.       — Я очень на это надеюсь, — прошептала она, и ее пальцы сжали мои плечи. ***       Утром, когда мы отправлялись назад, Грюм избегал смотреть на меня, стоял поодаль, как будто мы не были знакомы. А мне стоило больших усилий это стерпеть. Хотелось орать! Швырнуть в него его же протезом. Да хотя бы дать пощечину.       Но я держалась.       — До встречи в министерстве, — я потрепала Дорею по плечу.       — Увидимся, — девушка уже пришла в себя, и весело помахала нам рукой, прежде чем скрыться в камине. — Косой переулок!       Камин вспыхнул, и Дорея исчезла в зеленом пламени. Наступала наша очередь.       Я сжала в руке волшебную палочку, которую мне вернули, кивнула на прощание провожавшему нас Сергею, бросила щепотку летучего пороха в огонь, и меня закружил портал, чтобы спустя несколько минут, перенести в директорский кабинет.       Первое, что бросилось в глаза, — абсолютный бардак. Дамблдор, конечно, не отличался сумасшедшей любовью к чистоте, стол у него всегда был завален, да и свитки в шкафу я еще помнила, но не настолько же.       Стол был перевернут и утопал в разбросанных бумагах, которые были щедро политы чернилами. Одна из ножек кресла подломилась, и оно несчастно припадало на бок, обивка была прожжена. Со стен исчезли портреты, а у клетки с фениксом выломаны несколько прутьев. Самого Фоукса тоже не было.       — Что здесь произошло? — рявкнул Грюм, тоже выходя и камина.       — Вы спрашиваете у меня? — холодно уточнила я, ставя чемодан в наиболее чистый угол кабинета. — Пойдемте выясним.       Я услышала сдержанное рычание у Грюма. Но мозгов не выяснять отношения прямо сейчас, у него хватило, и он молча последовал за мной.       — Агуаменти! — рявкнула я, вытаскивая палочку, и летевшую на нас стайку синих существ, похожих на крошечных домовых эльфов, облило водой.       — Иммобилус максима! — почти одновременно со мной воскликнул Грюм, и мокрые существа, замерли, злобно оскалив крошечные пасти, а потом упали на пол. — Откуда здесь пикси? — он брезгливо отодвинул их ногой.       Пока ты не сказал, я даже не знала, что это пикси…       В Хогвартсе царила разруха: сломанные картины валялись прямо на полу, который был щедро усыпан осколками окон, хрустевшими под ногами. Стены были измазаны грязью, исписаны оскорблениями и изрисованы рисунками гениталий, на лестницах отсутствовало несколько ступенек.       — Как мы?.. — я посмотрела вниз в дыру в лестнице. Если мы провалимся, от нас не останется ничего.       — Молча! — Грюм с невероятной для хромого ловкостью схватился за перила, перекинул через дыру здоровую ногу, нащупывая ступеньку, еще крепче уцепился за перила и перемахнул на безопасную сторону. — Давай!       Я зажмурилась, но повторила маневр.       Нога соскользнула.       Я вскрикнула, теряя опору, но в следующую секунду меня уже втащили на твердую поверхность лестницы.       — С-спасибо, — пробормотала я.       Грюм кривовато усмехнулся и затопал вперед, с такой силой припадая на протез, словно хотел выбить из лестницы еще несколько ступенек.       — Вингардиум левиоса! — заорала я, увидев, как на Грюма летит огромный металлический кусок люстры.       Тот отшатнулся и посмотрел наверх, где в десятке сантиметров над его головой зависла металлическая тяжеленная изогнутая дуга.       — Бомбардо! — произнес Грюм, и штуковина разлетелась на тысячи крошечных частиц. — Заклинания первого курса? — он иронически изогнул бровь.       — «Спасибо» произносится по-другому, — отрезала я, стряхивая с плеча металлическую крошку. — Ой! — я присела на лестницу и закрыла голову, над нами с визгом пролетел Пивз, разливая что-то из большого чана в руках.       — Протего! — воскликнул Грюм, одновременно хватая меня и уводя на пару шагов вперед. — Драконье дерьмо!       Я зажала нос и рот. На нас, благодаря реакции Грюма, ничего не попало, но пол, лестницы и стены были залиты коричневой отвратительно воняющей субстанцией. Такой, что слезы на глазах появлялись.       — Что это? — пробормотала я, едва не поскальзываясь.       — Драконье дерьмо, — повторил Грюм. — Я же сказал.       Я поспешила прочь. Мне был необходим свежий воздух, пока я не добавила к драконьему дерьму человеческую рвоту.       Хогвартс выглядел ужасно: разбитые стены, разрушенные люстры, скользкие полы, залитые дерьмом, зельями, вареньем и водой так, что все это пропитывало обувь и даже края брюк. А если бы не Грюм, я бы успела несколько раз искупаться в этом зловонии целиком.       Двери многих кабинетов были разбиты и валялись на полу. Судя по обугленным частям пола, здесь жгли костры. Стены были изрисованы и исписаны вдоль и поперек. В холле на полу была изображена карикатура на меня: маленькие поросячьи глазки, криво искаженный рот в гримасе, толстые щеки и розовый воротничок. Я столько времени, сил и денег потратила на изменение имиджа ради этого?       Ну и все это, конечно, было покрыто размазанным дерьмом. Запах стоял соответствующий.       На улице я с наслаждением вдохнула холодный осенний воздух, прогоняющий эту вонь.       Там стояла группка учеников и… веселилась! Ученики курса второго и третьего радостно швырялись друг в друга грязью и хохотали. Поодаль группа старшекурсниц водила хоровод, еще несколько учеников с отстраненным видом сидели прямо на голой земле и смотрели в небо с абсолютно идиотскими улыбками на лицах. И я с ужасом поняла, что в центре этого хоровода, в обнимку с кошкой танцует Филч. Он прижимал ее к себе, нежно гладил и влюбленно-идиотским взглядом смотрел куда-то вдаль.       Что они тут употребляли пока меня не было?!       — Дамблдор! — рявкнула я, заметив высокую фигуру директора, мирно сидящего в собственном кресле, вытащенном во двор, и перебирающего в руках бумаги. — Что здесь происходит?       Тот поднял на меня невозмутимый взгляд       — У нас появились внеплановые расходы, связанные с медициной — произнес он. — Прикидываю, что нам урезать. Думаю, можно давать ученикам меньше мяса, а учителям совершенно незачем иметь собственные учебники. Они вполне могут взять одну книгу у учеников.       — Какие расходы, связанные с медициной? — прорычала я, отчаянно борясь с желанием вырвать ему бороду волосок за волоском.       — Пивз немножко расшалился, — Дамблдор посмотрел на Хогвартс. — И несколько учеников попали под… кхм… горячую руку, если так можно говорить про полтергейста.       — Где ученики?! — закричала я. — Где Абигейл???       Пострадавшие ученики! В Хогвартсе. Да что напишут в газетах после этого?! И это я на выходные уехала. Этому старому маразматику необходимо запретить вообще в школе находиться не то, что быть директором.       — Ученики в теплицах, — произнес Дамблдор, покусывая кончик пера. — Им оказывают первую помощь профессоры Снейп и Стебль. Несколько человек они уже осмотрели, их физическому здоровью ничего не угрожает, — он посмотрел на ребят во дворе.       Физическому.       Какое интересное уточнение. То есть ты тоже считаешь, что они тронулись?       — Абигейл была где-то… — Дамблдор огляделся по сторонам. — Кажется, последний раз я видно, как она кидает проклятье в Пивза. Только между нами, — он понизил голос и заговорщически прищурился. — Но, кажется, это было Круцио. Либо она назвала его «кретином»…       Я прикусила губу, чтобы также не назвать Дамблдора.       — Вспомните, что вы еще директор, и приведите остальных детей тоже в теплицы! — вместо этого велела я. — Абигейл! — я остановила бегущую на меня девчонку. — Что ты натворила?!       Та вытерла пот со лба и сплюнула под ноги.       — Я натворила?! — рявкнула она. — Какого хрена вы не сказали, что это полтергейст основателей.       — Что? — переспросила я.       — Таких полтергейстов нельзя изгонять! Они часть здания, в котором находятся. Я увольняюсь! — она снова сплюнула и развернулась.       — Разумеется, ты уволена! — холодно произнесла я. — Не надейся, что сможешь остаться в министерстве после такого.       Еще одна дрянь. Все. Пора окончательно брать все в свои руки.       В теплицах я бегло оглядела студентов. Выглядели они не особо, но ничего катастрофического я не заметила. Ссадины, синяки, царапины, у парочки, правда, кажется, были сломаны руки, но… Но это Дамблдор не досмотрел! Меня вообще здесь не было!       Стебль и Снейп смазывали пострадавших какими-то отварами. Причем в случае со Снейпом, школьники исцелялись и без зелий. Один взгляд на профессора, и рука не так уж сильно и болит. И синяки — это лишь плод воображения.       Святая грифиндорская троица тоже была тут. Грейнджер, похоже, успела овладеть какими-то медицинскими заклинаниями… Что?!       — Грейнджер! — я хлопнула в ладоши, привлекая ее внимание. — Минус десять очков Грифиндору. Вы собираетесь врачевать, не имея на это лицензии?!       — У него сломан нос! — Гермиона отвлеклась от темноволосого мальчика с залитым кровью лицом. — Это обычное заклинание «Эпискеи», чтобы его вправить.       — Вправлять его будут травматологи в клинике Святого Мунго! — отрезала я. — Еще минус десять очков Грифиндору. Хотите помочь, разбейте пострадавших по парам, чтобы они отправились лечиться организованно.       Гермиона открыла было рот, но тут же его закрыла, не захотела больше лишаться баллов. Еще и бросила предупредительный взгляд на Поттера и Уизли, которые сверлили меня таким взглядом, что я должна была бы сгореть заживо.       — Тинки! — позвала я, и эльфийка возникла по щелчку. — Отправляйся к Сметвику и скажи, что я велела принять пострадавших учеников. Сегодня. Поттер! — я бросилась к резко схватившемуся за голову мальчишке, которого уже успели подхватить Грейнджер и Уизли.       Давай ты не будешь тут умирать и портить статистику, а? Хогвартс считается безопасным местом. Даже с учетом «расшалившегося» Пивза.       Поттер отпрянул от меня, но на ногах едва устоял, прижался к стене теплицы и начал растирать лоб.       — Что с тобой? — я заглянула в его бледное лицо.       — А то вы не знаете, — буркнул тот. — Это все из-за возвращения Волан-де-Морта.       Главное, чтобы не из-за опухоли мозга! Черт! Обязательно нужно МРТ! Ну или хоть какая-то медпомощь.       — Вы немедленно отправляетесь в клинику Святого Мунго, — безапелляционно заявила я. — Все остальное — позже.       И все-таки надо решить проблему с полтергейстом.       — Пииииивз! — крикнула я. — Давай поговорим.       Спустя пять минут я сидела за директорским столом, вытащенным на территорию двора. Справа от меня, но чуть поодаль, словно отстраненный судья, сел Дамблдор, а напротив, тоже в кресле, донельзя серьезный Пивз, глядящий на меня исподлобья и сложивший руки в замок. На голову он натянул черную шляпу, на шею прицепил черную бабочку и вообще выглядел как мафиози, пришедший на сделку.       — Мне нужно, чтобы ты прекратил громить Хогвартс, — произнесла я.       Вместо ответа, Пивз зачерпнул с земли грязи и швырнул мне в лицо.       — Агуаменти!       Струя вода размыла грязь, которая не успела причинить мне вреда, а заодно щедро облила Пивза.       — Какие у тебя условия? — безэмоционально продолжила я.       — Один день в месяц принадлежит мне! — отфыркиваясь, заявил Пивз. — Могу делать, что хочу.       — В год, — отрезала я. — При этом не должны страдать ученики, а безобразничать ты можешь только в коридорах.       — И Большом зале! — начал торговаться Пивз.       Я бросила взгляд на Дамблдора, но на лице у него не было никаких эмоций. Просто наблюдал. Предатель!       — Не должно быть ущерба школе, — добавила я. — Выбирай день во время летних каникул!       — Рождество! — отрезал Пивз.       — Нет. Летние каникулы.       Полтергейст рассмеялся и взмыл в воздух.       — Поговорим через неделю, профессор Амбридж, — засмеялся он.       — Стой! — спохватилась я. — Любой день за исключением праздников: Рождества, Нового года, начала учебного года, Дня всех влюбленных, Хэллоуина и других. Также твой день будет переноситься, если в эту дату в Хогвартсе будут проходить соревнования, например, кубок по квиддичу или прием гостей, или другое важное мероприятие.       — В таких случаях будет два дня, — повысил ставки Пивз.       — Хорошо. Какая дата?       — Второе октября.       Сегодня? Ладно, начнем отчет.       — По рукам, — я поднялась с кресла. — У тебя есть время до полуночи.       — Это еще не все, заместитель министра, — рассмеялся Пивз.       — Да? — я приподняла бровь и села назад. — Слушаю.       — В школу вернутся навозные бомбы!       — Только во дворе и уборка производится теми, кто их сбросил. Без магии.       — А еще я хочу шарф!       — Что?!       — Шарф, — Пивз порылся в карманах и вытащил мятый листок, выдранный из какого-то журнала. На картинке женщина замотала шею ярко-фиолетовым боа.       — Хорошо, — вздохнула я. — Завтра я привезу тебе шарф. Теперь ты перестанешь разрушать Хогвартс?       — После полуночи, замминистра, — Пивз весело вскочил с кресла и помахал рукой. — С вами приятно иметь дело.       — Профессор Дамблдор, — я покосилась на директора.       — Профессор Амбридж? — вкрадчиво уточнил он.       — Завтра профессор Флитвик будет показывать всему Хогвартсу заклинания уборки. И преподавателям тоже.       — Преподавателям?       — Вы же не хотите, чтобы все драил Филч? — притворно возмутилась я. — Единственный человек, не обладающий магией. Это тянет на статью эксплуатации трудов сквибов. И домовых эльфов, кстати говоря, тоже.       Я поднялась из кресла. Нужно было проверить остальных учеников и при необходимости отправить их в клинику Святого Мунго. А завтра еще и в министерство