Глава 30

      Когда я вернулась в Хогвартс, в кабинете директора были Боунс, Грюм и Дамблдор. Все одинаково мрачные, склонившиеся над бумагами и о чем-то напряженно думающие.       — Есть результаты? — поинтересовалась я, бесцеремонно вклиниваясь между Грюмом и Дамблдором, чтобы заглянуть в документы. — Миссис Боунс, я была уверена, что здесь толпа мракоборцев.       — Они здесь и были, — ответил Дамблдор. — Отработали очень оперативно, благодарю, Амелия.       — Какие результаты? — я вырвала из их рук бумаги, бегло пробегая их глазами. — Обнаружена… кровь единорога? — я по очереди посмотрела на каждого из присутствующих. — То есть… Где?       — В воде, — ответила Боунс. — В озере, в ванной старост, в теплицах у Стебль…       — То есть это Стебль?! — вытаращила я глаза. — Где она?!       Дамблдор покосился на меня, но ничего не сказал. Зато сказал Грюм.       — Не сажайте невиновных в Азкабан, — я готова была поклясться, что после этого совсем тихо прозвучало слово «снова».       — Где она? — повторила я. — Где все?       — В клинике Святого Мунго, — ответила Боунс. — Сметвик может нас хоть четвертовать за это, но, когда учителя и ученики сходят с ума, это национальная проблема.       — Они все сошли с ума? — тихо спросила я. — Было же тридцать…       — Уже больше, — уклончиво ответила Боунс. — Подробнее расскажет Сметвик.       — Дамблдор, а почему с вами все хорошо? — я приподняла брови.       — Потому что меня не было в Хогвартсе несколько дней.       — А где вы были?       Дамблдор посмотрел на меня долгим немигающим взглядом.       — В министерстве магии, — он чуть помедлил. — Спрашивал Фаджа, как же он, при его великолепной памяти на даты, забыл упомянуть, что в Хогвартсе будет новый директор.       — Новый директор? — переспросил Грюм.       — Да, — коротко ответила я. — Новый директор. Кто-то убил наших единорогов? — я поспешила перевести тему.       — Нет, — покачала головой Амелия. — Единороги в порядке. Кто-то просто подмешал кровь в воду.       — Кровь единорога… — медленно повторила я, только сейчас вспоминая о папке, которую мне дала Дорея.       По-хорошему, наверное, надо было спокойно и с достоинством выйти, дойти до своей комнаты и там, без посторонних глаз все прочитать.       Но у меня тряслись руки от ужаса. Сейчас мне нужно было узнать правду.       Внутри папки оказались бумаги, исписанные нудными строчками про доходы компании, про ее дислокацию, про успехи на рынке, про победу в конкурсе «Лучшее зелье для похудения 1985», мне нужна была лишь одна строчка. Владелец.       И я ее нашла.       И чуть не заорала в голос.       Владельцем компании «Остролист», выпускающей зелье, от которого умерла моя сестра, был маг, у которого Хогвартс закупал практически все чистящие и моющие средства, шампуни, зубные пасты, все то, что студенты могут использовать каждый день.       Амикус Черен.       Меня можно было бы осудить. И, возможно, даже было нужно. В другое время я бы обязательно сделала бы все с холодной головой. Но не в тот раз.       — Немедленно приглашайте Снейпа и зельеваров из министерства магии, — приказала я. — Пусть делают антидот! Если невозможно, то объявляйте эвакуацию из замка. Не пользуйтесь никакими чистящими и моющими средствами. И. Ничего. Не. Пейте.       — Ты куда? — крикнул Грюм вслед, но я уже бежала к камину и хватала летучий порох.       — Малфой мэнор! — тихо приказала я, чтобы Грюм и остальные не услышали, и закружилась в зеленой дымке.       Я не ошиблась. Меня выкинуло в зале со стоящим в нем длинным накрытым обеденным столом, за которым сидели семь человек в черных мантиях с капюшонами. По три с каждой стороны от мага, вид которого остановил рвущиеся наружу слова из моего рта, и я лишь нервно сглотнула. А на меня посмотрели красные узкие глаза, горящие на белом как мел безносом лице.       Там, где у нормальных людей был рот, прорезалась бескровная щель.       — Авада… — мне в лицо уставилась палочка.       — Я знаю про крестражи, про твое прошлое и могу ответить на вопрос, почему ты не сможешь убить Гарри Поттера! — на одном дыхании выпалила я.       Палочка замерла, а потом медленно опустилась.       — Я слушаю, — произнес Волан-де-Морт.       Я сделала пару шагов им навстречу и обессиленно опустилась на свободный стул, прямо напротив Волан-де-Морта. Сердце билось где-то в горле, живот крутило, а легкие горели огнем. Ни о каком сохранении достоинства даже речи не шло.       — Мистер Реддл, — каких усилий мне стоило произнести это, не закашлявшись! А у Волан-де-Морта дернулась щека. — Возможно, это нужно знать не всем… — я чуть-чуть повела плечами.       — Вон! — велел он.       — Подождите! — крикнула я, наконец-то восстанавливая дыхание, и, двинувшиеся было Пожиратели, замерли. — Томас, думаю, будет не лишним, чтобы ваши коллеги принесли Непреложный обет, — я ласково улыбнулась изменившимся в лице магам. — Разумеется, мы безоговорочно доверяем им, — я поочередно посмотрела на каждого, с недовольством отмечая, что Снейпа среди них нет, зато есть Петигрю, с жалкой гримасой на лице. — Но будет правильнее, если мы соблюдем формальности, — моя финальная улыбка была обращена к Волан-де-Морту.       Тот секунду молчал, а потом сделал легкое движение палочкой.       — Подойдите! — велел он, и Пожиратели, окинув меня злобными и испуганными взглядами поплелись к своему повелителю. Я наблюдала, как они протянули свои руки с явной неохотой. У каждого в глазах застыл страх.       — Ты тоже! — велел Волан-де-Морт.       Я повиновалась. Не в том я положении, чтобы спорить. Мои пальцы коснулись ледяных потных рук Петигрю и Малфоя. Я скривилась от омерзения.       — Обещаете ли вы, Питер Петигрю, Люциус Малфой, Антонин Долохов, Корбан Яксли, Алекто Кэрроу, Амикус Кэрроу, Долорес Амбридж, не рассказывать никому о том, что сейчас услышите? — спросил Волан-де-Морт.       — Клянусь, — первым нервно пролепетал Петигрю.       — Клянусь, клянусь, клянусь, — нестройно ответили остальные, и я поняла, что мои губы произнесли то же самое.       Из кончика палочки Волан-де-Морта вылетел луч света, который опутал наши руки. Всего на мгновение, после чего исчез.       Я отступила на шаг, пытаясь понять, что происходит. Я же уже давала Непреложный обет Грюму, так что все нормально. Я представила, как подхожу к Дамблдору и рассказываю ему о нашем рандеву с Реддлом.       И мое сердце на миг сдавило болью.       А потом оно забилось чаще.       Потому что я поняла, что только что дала Непреложный обет. Настоящий Непреложный обет.       А значит, что Грюм мне лгал. И вполне мог за моей спиной помогать Дамблдору.       Твою же мать, Клава, ну какая же ты идиотка!!!       — А теперь все вон, — велел Волан-де-Морт. — А ты мне все расскажешь.       Я проводила взглядом удаляющихся Пожирателей и прикусила губу. Оставаться наедине с сильным темным магом было не очень здорово. Закрыть меня собой от Авады будет некому.       Но отступать было уже поздно.       — Итак? — уточнил Волан-де-Морт.       — Когда-то давно, когда я была маленькой девочкой, ты обещал дать знания, — я слегка улыбнулась. — Моей сестре, правда, но тем не менее. Времена изменились. Теперь знания могу дать я, а взамен хочу попросить кое-что другое.       Волан-де-Морт захохотал грубым, но при этом каким-то сдавленным шипящим смехом.       — Нагайна, — тихо позвал он.       Я сначала услышала тихий шелест, а потом увидела гигантских размеров змею, приползшую к Волан-де-Морту и обвившую его шею словно огромный шарф.       — И все же моя информация будет полезна, — удивительно, как я умудрялась сохранить достоинство.       — Я слушаю, — Волан-де-Морт нежно погладил Нагайну по голове.       — Гарри Поттер — это твой крестраж, — ответила я. — Убьешь его, лишишься защиты, — я нарочито небрежно присела на стул напротив Волан-де-Морта. — Решать, конечно, тебе…       Волан-де-Морт выглядел ошеломленным. Насколько это возможно. Бледное почти белое лицо исказила гримаса, на виске взбухла вена.       — В тот день, когда?.. — медленно пробормотал он. — Чертова грязнокровка! — его рука схватила тяжелый графин и швырнула прямо в меня. Я едва успела увернуться, и он разбился о стену, усыпав ковер тысячами крошечных осколков.       — Ну… — пробормотала я. — Довольно экспрессивно, конечно, но…       — Ненавижу, — перебил Реддл, и его лицо исказила злая гримаса. — Маглы, грязнокровки, знаешь, кто хуже? — он встал, подошел ко мне вплотную, наклонился и почти касаясь моего носа процедил, — предатели крови!       Я невольно отстранилась, но нашла в себе силы хмыкнуть.       — Другими словами, чистокровные, связывающиеся с маглами, — я прищурилась и небрежно плеснула в ближайший бокал огневиски.       — Не согласна со мной, Амбридж? — голос Волан-де-Морта стал жестче, он потянулся за палочкой.       — Мисс Амбридж, — поправила я, игнорируя жест. — Знаете, Томас, — я заметила, как дернулся уголок его рта при упоминании имени. — Я понимаю вашу обиду на отца, у меня такая же на мать, но... По моей теории лучшие маги выходят все-таки из полукровок, — я выразительно приподняла брови и сделала глоток.       — Из предателей... — начал Реддл, но осекся, его щеки слегка тронул румянец. — Возможно, я вынужден с тобой согласиться, — тонкие губы изогнулись в едва заметной улыбке.       Я вообще-то про себя, дорогуша. Но ладно. Ты тоже ничего.       — У меня к вам деловое предложение, мистер Реддл, — улыбнулась я.       Волан-де-Морт хмыкнул и чуть склонил голову, вопросительно глядя на меня.       — Гарри Поттера вам лучше не убивать, — произнесла я. — Из соображений безопасности. Поговорим об остальных крестражах.       — Откуда…       — Мистер Реддл, я же сказала, что теперь вы не можете дать мне знания, хотя можете дать кое-что другое. А вот знания могу дать я. Ваш дневник уничтожен, Гарри Поттера уничтожать нельзя, кольцо вашего отца вот-вот уничтожит Дамблдор…       — Что?!       — Мистер Реддл, неужели вы думали, что никто никогда не узнает о крестражах? Так вот, остается четыре, да? Медальон Салазара Слизерина… Недавно его украл Наземникус Флетчер, министерство магии выследило его, но вот незадача, кто-то стер бедолаге память. И он понятия не имеет, куда дел медальон. Даже под Сывороткой правды не ответил… — я притворно вздохнула. — Так что у вас остается? Нагайна, диадема Когтевран и чаша Пуффендуй, которые не так уж далеко находятся. В Хогвартсе, куда вам нет доступа. Зато он есть у Дамблдора. По сути, из крестражей у вас осталась только змея. Не очень хороший расклад, верно?       — Амбридж…       — Но я предлагаю вариант гораздо лучше! — я почувствовала себя уличным продавцом, впаривающим косметику. — Например, Томас, вы устроитесь работать в министерство магии.       — Куда?! — Реддл посмотрел на меня как на чокнутую.       — В министерство магии, — повторила я. — Вы сильный маг, нам такие нужны. Вы останетесь в живых, Гарри Поттер останется в живых, я буду директором в Хогвартсе, и все будут счастливы. Даже отдам вам оставшиеся два крестража. А взамен попрошу лишь пустяк.       — Что? — Волан-де-Морт смотрел недоверчиво.       — Мне нужно, чтобы в отдел магического правопорядка доставили некого Амикуса Черена. Причем как можно быстрее.       — Зачем?       — Вопрос национальной безопасности, — уклончиво ответила я. — В Хогвартсе находятся единороги, и я уверена, что Черен может угрожать их жизни. Доставьте его целым и невредимым в отдел, и министр поймет, что вам можно доверять.       — Ты как-то изменилась, Амбридж, — пробормотал Реддл.       Я пожала плечами.       — Мы с вами очень давно не виделись, — ответила я.       — Тем не менее я почитывал газеты, — ответил Волан-де-Морт. — Про твои медицинские реформы, про родственников Поттера. Ты еще легко отделалась.       Мозг пронзила настолько банальная догадка, что я чуть не засмеялась в голос. Все наконец-то встало на свои места.       — Мистер Реддл, — я перешла на деловой тон. — Очень надеюсь на вашу помощь и ваше благоразумие.