Глава 34

      На глаза Грюму я попадаться побаивалась, поэтому немедленно по возвращении в Хогвартс отправилась стоять над душой у Абигейл, которая что-то мастерила в пустом классе трансфигурации.       — Как успехи? — уточнила я.       Девчонка подняла на меня непроницаемый взгляд, потом указала на щепки, лежащие перед ней.       — Ловушка Джонсона-Берковского, — пояснила она словно это было само собой разумеющееся.       — Хорошо, — кивнула я, как будто что-то поняла.       Абигейл продолжила вертеть свои щепки, складывая их каким-то странным образом две вертикально, четыре наискосок, потом две горизонтально. Потом что-то прошептала, постучала по ним палочкой, из которой вырвалось легкое желтоватое свечение, раскинула щепки, и начала снова их собирать в обратном порядке: сначала горизонтальные, потом диагональные и, как вершина конструкции, вертикальные.       Я облокотилась о свободную парту, наблюдая, но не комментируя. Сейчас я не хотела портить отношения с человеком, который мог бы мне помочь. И абсолютно верно, потому что спустя несколько минут я услышала цокающий звук протеза, а потом в кабинет ворвался разъяренный, нет, РАЗЪЯРЕННЫЙ Грюм.       — Инкарцеро!       — Протего!       Я позорно упала на пол, закрываясь руками и только лишь успела заметить, что Абигейл, ни на секунду не изменившись в лице, сделала легкое движение палочкой, отбивая заклинание Грюма, а потом снова занялась щепками.       — Аластор Грюм! — рявкнула я, вскочив на ноги и встав позади Абигейл. — Какого хрена ты творишь?!       — Какого хрена творишь ты?! — заорал Грюм с перекосившимся от ужаса и ненависти лицом. — Ты привела в министерство магии ВОЛАН-ДЕ-МОРТА!       От его крика могли потрескаться стекла и обрушиться стены. Но вместо этого на меня лишь оглянулась Абигейл. И на ее лице уже не было прежней отстраненности.       — Вы сделали… что? — уточнила она, и я поняла, что в этом вопросе Абигейл мне не союзник. Теперь на одной стороне были два сильных мракоборца, а на другой ведьма, у которой из боевых заклинаний «Обливиэйт».       Я хмыкнула, постаравшись придать себе максимально снисходительный вид.       — Аластор, уберите палочку, — устало вздохнула я, присаживаясь на стул. — Вы хотите сражаться с Томасом Реддлом? — я приподняла бровь.       — Я положил жизнь на то, чтобы отправить Пожирателей Смерти в Азкабан! — прорычал Грюм, все еще держа меня на мушке. — Потерял ногу! Глаз! Сотни коллег!       — Спасибо хоть не «друзей», — хмыкнула я. — А то бы я не поверила.       — Амбридж! Назови хотя бы одну причину, по которой я не должен тебя убить прямо сейчас?       — Я твой начальник, Аластор Грюм! — я тоже выхватила волшебную палочку. — Я прекратила многолетнюю войну — да, Грюм, войну — без крови, одной лишь дипломатией! Я подняла уровень министра магии до небес! Я держу сильнейшего темного волшебника под присмотром Фаджа, Дамблдора и всего министерства магии! А теперь назови мне хотя бы одну причину, по которой ты не должен отправиться в Азкабан прямо сейчас?       Грюм злобно сузил здоровый глаз и медленно опустил волшебную палочку. Абигейл тревожно оглянулась по сторонам и последовала его примеру.       — Я жду ответа! — процедила я.       — Потому что, если я окажусь в Азкабане, рейтинг министра рухнет так сильно, что его уже ничто не спасет, — тихо, глядя мне в глаза, процедил он. — Волан-де-Морт в министерстве, а великий мракоборец в Азкабане, — он хохотнул. — Здорово!       — Вы тоже будете в министерстве магии, Аластор, — произнесла я, убирая волшебную палочку в сумочку. — Тинки! — крикнула я. — Принеси мне бланк и перо, — попросила я, как только эльфийка появилась.       — Что? — губы Грюма сложились в недоверчивую усмешку.       — Я освобождаю вас от должности, — ответила я, благодарно кивая вернувшейся Тинки, и начиная писать текст приказа. — Пожалуй, вы были правы, когда говорили, что не преподаватель. Вам нужно вернуться в свой отдел, в министерство. Вы, конечно, можете отправиться на пенсию, — я насмешливо посмотрела на Грюма, у которого на виске вздулись вены. — Но я расстроюсь. Такой сильный маг нам нужен в строю.       — Ты сейчас серьезно, Амбридж? — уточнил Грюм.       — Директор Амбридж, — поправила я. — Абсолютно. Вы не доверяете Волан-де-Морту, но, я думаю, вы доверяете Альбусу Дамблдору, — я дождалась медленного кивка. — Уверена, ваша помощь будет очень полезна, как мистеру Дамблдору, так и мистеру Реддлу, — я размашисто подписала приказ об увольнении, чувствуя разливающееся по сердцу тепло.       Эти отношения в любом случае надо было заканчивать, не хватало мне еще слухов.       — И кто же будет преподавать практическую часть Защиты?       — Абигейл Лилиан Марш, — отчеканила я, оглядываясь на слегка ошеломленную девчонку.       Грюм еще раз коротко хохотнул, плюнул на пол и вышел из класса, вообще не хромая, словно шел на своей собственной и абсолютно здоровой ноге.       — У нас сейчас урок, — не глядя на Абигейл, произнесла я.       — Хорошо, — кивнула девчонка. — Изгнанием призрака я займусь после уроков.       Она сказала это абсолютно спокойно, словно на ее глазах только что не разыгралась неприятная сцена. Оставалось надеяться, что это знак доверия ко мне.       Урока я ждала как приема у зубного. Одновременно хотела и замедлить время, чтобы оттянуть неприятный момент, и ускорить его, чтобы все уже наконец-то свершилось.       Абигейл молчала, но по пронзающим взглядам, которые она изредка кидала на меня, было понятно, что она все-таки ждет объяснений.       Объяснений у меня пока не было.       Пятый курс Слизерина и Грифиндора заходил неохотно, стараясь занять места как можно дальше от преподавательского стола. Те, кому не посчастливилось занять первые парты, усиленно рассматривали пол, свои руки, стены, учебники, что угодно, лишь бы не меня.       Малфой был бледен как смерть. Он забился в самый дальний угол, обложился учебниками, и напряженно замер, вжав голову в плечи. Многие слизеринцы вели себя чуть свободнее, даже выдавливали нервные улыбки, но абсолютно все были бледны. Грифиндорцы смотрели с ненавистью, которой пытались скрыть страх, проступивший у них на лицах.       Я выжидающе посмотрела на Поттера, ожидая сцены гнева. Но парень был не в том состоянии, чтобы ругаться. Он молчал, плотно сжав губы, на висках и шее вздулись вены, сжатый кулак нервно постукивал по парте.       — Мистер Поттер? — позвала я. — Вам нездоровится?       На меня посмотрели воспаленные покрасневшие глаза, ярко выделявшиеся на бледном лице.       — Вы уничтожили весь магический мир, — одними губами прошептал он.       — Мистер Поттер, — я махнула рукой, как будто с облегчением и села за свой стол. — Вы везде видите врагов и по какой-то неведомой причине упрямо отрицаете дипломатию.       — Волан-де-Морт вернулся, — произнес Поттер, и по классу прокатился ропот.       Я сделала небольшую паузу, размяла суставы пальцев, поджала губы, изображая раздумья.       — Я все-таки предпочитаю имя Томас Марволо Реддл, — произнесла я. — Это правильнее с документальной точки зрения.       — Вы… — начал Поттер.       — Подожди, — перебила его я, как можно мягче. — Гарри, я говорила это в министерстве, и скажу это здесь. Томас Реддл — очень сильный волшебник, который очень полезен всему магическому сообществу. Возможно, ты не знаешь, но недавно в Албании обнаружили некий медальон, который сжигает любого, кто к нему прикоснется. Уверена, что знания мистера Реддла помогут министерству обезопасить этот артефакт…       Даже если его не существует.       — Из Азкабана сбежали Пожиратели Смерти! Вы вообще понимаете, что происходит?! — он швырнул мне на стол «Ежедневный пророк».       На первой странице сиял заголовок «Побег из Азкабана. Что известно об исчезнувших преступниках?».       Ниже находилась колдография тюрьмы. Волны разбивались о каменные стены Азкабана, над тюрьмой черными тенями кружили дементоры. Я поежилась.       — Если из Азкабана действительно сбежали преступники, с ними разберутся мракоборцы, — как можно спокойнее произнесла я, аккуратно складывая газету и возвращая ее Поттеру.       — Но…       — Кроме того, — я повысила голос. — Все мы измучены войной. Мне ли говорить об этом вам, мистер Поттер? Ваши родители погибли в ней. Нам пора прекращать это противостояние и строить новое гармоничное общество. Пора жить в мире.       — И что будет с маглорожденными в этом мире? — Грейнджер прерывисто вздохнула.       — То же, что и раньше, — я пожала плечами, решив проявить благородство и не снимать баллы за вопрос без поднятой руки. — Пора прекращать делить магов на касты по признаку крови…       — Это вы Волан-де-Морту скажите, — едко заявил Поттер.       — Если вы не хотите лишиться баллов, добавьте уважения в ваш тон, — посоветовала я. — Что касается вопроса, уверена, что мистер Реддл разделяет наши ценности. Кроме того, он работает в команде с Альбусом Дамблдором.       — Что?! — некоторые ученики даже с мест повскакивали. Даже слизеринцы.       — Да, мистер Дамблдор принят на работу в министерство магии. Его опыт и навыки окажут нам очень большую услугу, равно как и педагогический талант, — я улыбнулась. — Что ж, вернемся к учебе. Аластор Грюм был вынужден тоже отправиться в министерство магии, поэтому практическую часть наших уроков будет вести Абигейл Лилиан Марш, — представила я хмуро кивнувшую девчонку.       Я ожидала очередного потока возмущений, но ученики и так были пришиблены новостями, так что семнадцатилетняя девчонка-преподаватель ЗОТИ на них не произвела особого впечатления. Хотя, кто у них эту ЗОТИ только не преподавал… уж после Локонса я могла английского бульдога притащить, и то сгодился бы.       — Мисс Грейнджер, что вы можете рассказать о вампирах? — начала я с домашнего задания.       Спрашивать кого-то другого значило просто поставить «Слабо», «Отвратительно», а то и «Тролль»…       Бледная девчонка неохотно поднялась со своего места, заметно дрожа. Ее пальцы судорожно сжимались и разжимались, глаза уткнулись в одну точку.       — Они пьют кровь, — тихо сказала она.       — Так. И? — я приподняла бровь.       — Стать вампиром можно в результате укуса… — добавила Грейнджер.       — Чьего укуса? — повысила я голос. — Собаки?       — Другого вампира.       — И всё? — я начала терять терпение.       — Убить вампира можно осиновым колом, — пробормотала девчонка, а потом подняла на меня сверкнувшие глаза. — Извините, профессор Амбридж, я не готова к уроку.       По классу прокатился гул. Эта новость подействовала чуть ли не более ошеломляюще, чем возвращение Волан-де-Морта.       — Садитесь, Грейнджер, — рявкнула я. — Очень слабо, — я поставила соответствующую оценку в журнал. Первую в жизни Грейнджер.       Девчонка вспыхнула, но не сказала ни слова, молча опустилась на стул, изучая парту перед собой.       — С такой подготовкой к практике вас сегодня даже подпускать нельзя, — строго произнесла я. — Открывайте учебники. К концу урока у меня на столе должны быть систематизированные конспекты. Кто такие вампиры. Какие виды вампиров бывают. Как ими стать. Как их победить. Работайте! — я хлопнула в ладоши.       Ученики неспешно зашуршали свитками. Сомневаюсь, что у них хоть что-то отложится в головах, но ладно. Если что, потратим на эту тему пару недель.       Остаток урока я тихонько беседовала с Абигейл, знакомила ее с планом уроков, рассказывала, что от нее требуется, ну кроме изгнания Бинса, конечно. А самое главное, пыталась понять, как мне быть в двух местах одновременно. Не хотелось оставлять Дамблдора и Волан-де-Морта без присмотра. Но и Хогвартс не оставишь. Макгоногал быстро его в свои руки возьмет. Молчаливое напряжение зрело весь день, чтобы взорваться на педсовете. В отличие от подростков, преподаватели, свидетели и даже участники магических войн, молчать не собирались.       Особенно пресловутая Макгоногал.       — Амбридж, то, что ты сделала — это государственная измена! — рявкнула она, едва я появилась на педсовете.       Я приподняла бровь.       — Профессор Макгоногал, вы используете слишком громкие термины, совершенно не задумываясь об их смысле, — на морщинистых щеках Макгоногал вспыхнули два красных пятна. — Если вы хотите юридическую терминологию, то сейчас вы занимаетесь клеветой, — продолжила я максимально спокойно и медленно прошла к директорскому столу.       — Вы… — задохнулась от гнева Макгоногал.       — Да, это я, — скучающе подтвердила я. — Директор школы чародейства и волшебства Долорес Джейн Амбридж.       — Вы понимаете, что за это светит Азкабан? — пискнул Флитвик.       — Я понимаю, что за это светит орден Мерлина первой степени, — парировала я. —Коллеги, — я постучала костяшками пальцев по столу, призывая к тишине. — Я прекрасно понимаю, что вы сейчас нервничаете. Это нормально, — о, Мерлин, я говорю, как доморощенный психолог. — Когда меняются внешние условия, это всегда страшно. И я понимаю, что Томас Реддл — это не совсем тот человек, которого вы бы хотели видеть в министерстве магии.       — Которого весь магический мир не хотел бы видеть, — процедил Снейп из своего угла. — В целом, а не только в министерстве магии.       Ой, вам ли, мистер двойной агент, об этом рассуждать? Баллы в глазах коллег зарабатываете?       — Допустим, — согласилась я. — Вы все помните Первую магическую войну, — я помолчала, отдавая дань памяти погибшим. — Сколько ваших учеников, друзей, коллег, родственников погибло? — я медленно обвела взглядом всех присутствующих.       Все опустили глаза. Снейп особенно быстро, словно боялся, что я увижу в них тень Лили Эванс.       — Вы хотите повторения? — также тихо спросила я. — Кого в этот раз будем отдавать на закланье? Гарри Поттера? Фреда Уизли? Может быть Римуса Люпина? Домового эльфа Добби? — я усмехалась уголком рта, словно говорила глупости, но лицо у меня оставалось серьезным.       — Что вы несете? — не выдержала профессор Синистра. — Если… Тот-Кого-Нельзя-Называть…       — О, его уже можно называть, — перебила я. — Его зовут Томас Марволо Реддл.       Синистра сжала губы       — Если… он, — выдавила она, так и не решившись назвать имя, — будет в министерстве, маглорожденных ждет либо смерть, либо рабство. Маглов — то же самое. Статус секретности полетит… — она не закончила фразу лишь неопределенно махнула рукой. — Что будет, если маглы узнают о существовании колдовства и То… — она снова не договорила, снова махнула рукой.       — Профессор Синистра, — произнесла я с притворным вздохом. — Вы — преподаватель астрономии, я понимаю, но… — я вздохнула, смиряясь с ее незнанием. — Сейчас попробую объяснить. А вы мне поможете, профессор магловедения — я посмотрела на Чарити Бербидж. — Томас Реддл, Волан-де-Морт, Тот-Кого-Нельзя-Называть… он фанатик, возможно психопат, расист, довольно жестокий человек по своей природе, но он не идиот, — я посмотрела каждому присутствующему в глаза. — Вы говорите, что он поработит маглов. Профессор Бербидж, когда маглы создали огнестрельное оружие?       — Самые первые известны с двенадцатого века, — недоумевающе ответила Бербидж.       Автоматически. Как Грейнджер на уроке. Не задумываясь о смысле, а просто излагая известную информацию.       — Двенадцатого, — кивнула я. — А сейчас у нас двадцатый. Восемьсот лет маглы совершенствовали свое оружие… в отличие от нас, — последние слова я буркнула себе под нос. — Давайте я набросаю несколько вариантов оружия, которые есть у маглов, если вы не против, — я сделала вдох-выдох, чувствуя, что начинаю потихоньку закипать. — Ружье, пистолет, автомат, карабин, винтовка, граната, бомба, пулемет, миномет… это только то, что может быть в руках у солдата, — я сделала паузу, и поняла, все это моим коллегам говорит столько же, сколько мне название «Адронный коллайдер». Что-то слышала, но как работает и на фиг надо не имею ни малейшего понятия. — Из них на огромной скорости вылетают маленькие кусочки металла, которые могут продырявить человеческое тело и убить на месте, — пояснила я.       Теперь глаза стали заинтересованными.       — И еще, — продолжила я. — Из того же автомата можно выстрелить очередью и положить сразу несколько магов, которые не успеют даже договорить «Авада Кедавра».       — А если маглы не справятся? — усомнился Флитвик.       — Выйдут танки, — пожала я плечами. — Огромные бронированные машины, которые просто задавят Пожирателей смерти. Вылетят самолеты. На высоте в несколько километров над землей и скинут бомбы. Ни одно заклятье так высоко не долетит.       Коллеги задумчиво притихли.       — А еще есть ракеты, которые также могут вылететь за несколько километров и приземлиться туда, куда им надо, — добавила я. — А знаете, что еще есть у маглов? Ядерное оружие. На крайний случай. Если другое не поможет, они просто сотрут с земли Пожирателей смерти и десяток городов вокруг них, — рявкнула я, поднимаясь со стола. — Правильно я говорю, профессор Бербидж?       Она медленно кивнула, конвульсивно дернув щекой.       — Так что я вас уверяю, порабощать маглов никто не будет. Порабощать маглорожденных… — я выдержала паузу. — Теоретически кто-то — я сейчас не про Реддла — может попробовать. На практике, думаю, маглорожденный может раздобыть автомат, собрать пару десятков приятелей и решить эту проблему достаточно кровавым, но очень действенным способом.       Преподаватели Хогвартса молчали. По глазам было видно, что они задумались.       — В общем, коллеги, я еще раз повторяю наша задача — учить детей, — подвела я итог.       — А где Грюм? — резко перевела тему Стебль, тревожно оглядевшись по сторонам.       Я расплылась в сладкой улыбке.       — Профессор Грюм отправился в министерство. Он будет работать вместе с Альбусом Дамблдором и Томасом Реддлом, — я усмехнулась вопросительно изогнутым бровям преподавателей. — Вместо него будет мисс Марш.       — А Бинс? — вспомнила Макгоногал.       — А Бинса не будет вообще, — улыбнулась я.       И как подтверждение моих слов, в кабинет вошла Абигейл с небольшим кристаллом в руках с клубящимся внутри содержимым. В полной тишине она положила кристалл на мой стол и шутливо козырнула с лукавым блеском в глазах.