Часть 470

Глава 470.

Шесть силуэтов владык Великого Совершенства казались одновременно бесконечно далекими и удивительно близкими. Каждый из них стоял с неповторимым выражением лица, взирая на Мусорный остров. В центре находился Инь Тяньшоу, молча наблюдая за маленькой фигурой на берегу. Чен Сюнь не смог сдержать сдавленного стона: мощь этих существ словно обрушивалась на его собственный путь к бессмертию, на его душу. Это была подавляющая сила мировых законов, выходящая за пределы его понимания. Его системная защита не могла скрыть его от этого давления, оставалось только принять его. Он сделал тяжёлый шаг вперёд, склонив голову в поклоне и с выражением смирения произнёс: «Грешник Чен Сюнь приветствует Владыку Драконов…» Тело Владыки Драконов было столь огромным, что его окружение подчинялось движению его формы. Даже при взгляде снизу вверх нельзя было охватить весь его облик, разве что заметить эту внушающую ужас голову дракона. С холодной отчуждённостью он спросил: «Ты убил десять драконов из моего рода. Они назвали себя?» Неощутимое, но тяжёлое давление нависло над Чен Сюнем, и тот сквозь сжатые зубы ответил: «Назвали». «Это твоя первая вина: ты осмелился пренебречь властью Бессмертного Дворца и законами Великого мира, вызвав конфликт и бросив вызов нашим устоям!» «Так и есть…» «Они тебя преследовали? Обидели тебя? Ты хоть как-то был с этим связан? Разве не ты сам стал зачинщиком?» «Почтенный Владыка, нет… они лишь были знакомыми младшими, не более того», — голос Чен Сюня звучал глухо, его голова опускалась всё ниже, а метка на лбу утратила блеск. «Вторая вина: неукротимая жестокость и беспощадность. Они не могли задержать тебя, и это даёт вам право убивать слабых, полагаясь на свою силу?» — Владыка Драконов с холодным презрением взирал на Чен Сюня. Его слова звучали неспешно, но их удар был подобен раскатам грома: «Если так, значит, и я имею полное право учинить резню среди вас?!» Слова эти наполнили пространство безмерной убийственной энергией, накрыв Мусорный остров, заставив каждого ощутить тяжесть, сгибающую их спины, и не позволив произнести ни звука. Особенно велико было давление на Чен Сюня, стоящего в центре всего этого — огромные волны накатывали на него, с головой окатывая и оставляя в беспомощном виде. На его губах застыла горькая улыбка, но он продолжал стоять с опущенной головой: «Во всём виноват я, Владыка, и приму любое наказание без возражений». Владыка Драконов выпустил струю драконьего дыхания, моментально растворившую всю энергию вокруг. Очевидно, его сила была безмерной, и рядом с ним культиватор стадии Слияния с Пустотой казался ничтожным. Все обитатели Мусорного острова с ужасом наблюдали за происходящим, и даже культиваторы на стадии Трансформации Души начали дрожать. С исчезновением энергии мира в случае боя у них не осталось бы доступа к силе. Все, кто был ниже стадии Слияния с Дао, автоматически скатывались бы до уровня культиваторов стадии Зарождающейся Души, и эта разница была подобна пропасти, оставляя их без шансов на сопротивление. Лицо Владыки Драконов выражало лишь холод и безразличие. Не было в его взгляде ни гнева, ни ярости. Его слова звучали отстранённо, будто это не имело к нему личного отношения. Даже если бы кто-то убил его родного сына, это не затронуло бы глубин его эмоций. Весь его мощный взгляд был сосредоточен на Чен Сюне, не ослабляя давления: «Люди — один из главных родов Великого мира, и тем не менее среди них находятся такие, как ты, сеющие хаос. Знаешь ли ты, что такое разница положения, и признаешь ли ты свою вину?» «Младший осознаёт свою вину», — Чен Сюнь едва заметно дрожал, его голос становился всё тише, а морские волны накрывали его с головой, капли воды медленно стекали с его висков: «Эти десять драконов не были виновны и не должны были погибнуть так…» Услышав это, Владыка Драконов взглянул на Чен Сюня более серьёзно. Убить десятерых драконов той же стадии, — это подвигает его к ряду лучших талантов Южного континента, и всё же его смирение поражает. Такой человек, как Чен Сюнь, определённо представляет собой угрозу. Неудивительно, что ради его защиты Инь Тяньшоу пришлось заплатить столь высокую цену. Очевидно, его потенциал неимоверно велик, и его будущее обещает быть выдающимся. Однако Владыка Драконов давно разработал свой метод. Тысяча лет в Бессмертной Тюрьме для культиватора стадии Слияния с Пустотой — это не просто наказание, а практически смертный приговор. Чен Сюнь явно обладает глубокими основами, а значит его продолжительность жизни коротка, Бессмертная Тюрьма не предназначена для совершенствования, и этот срок уничтожит любые шансы на его возвышение. Применение наказания должно раз и навсегда оборвать его путь. Вдалеке четыре Великих Владыки хладнокровно наблюдали за ситуацией на Мусорном острове. Они уже досконально изучили местность и не нашли в ней ничего особенного. Более того, остров находился под контролем Туманной Тьмы, что делало их действия ограниченными. Бессмертный Дворец Таинственных Глубин поддерживал хорошие отношения с Туманной Тьмой, а свалка отходов для культиваторов вносила значительный вклад в экономику региона. Трое мельком посмотрели на спокойного Инь Тяньшоу, словно говоря: «Вы, старейшина, и правда знаете, как выбирать места для таких событий». Владыка Драконов открыл рот, собираясь продолжить, но Инь Тяньшоу шагнул вперёд. Его голос, полный силы, разнёсся по округе: «Ты действительно полагаешь, что благодаря своим крохам силы и случайно обретённым возможностям никто не может с тобой справиться?» Его слова сопровождались волнами, обрушивавшимися на берег, превращая положение Чен Сюня в ещё более унизительное. Тот отступил на несколько шагов, но, содрогнувшись, вновь выпрямился, сложив руки в поклоне. Он даже отключил своё энергетическое поле, позволив потокам энергии мира свободно проходить сквозь его тело. «Такой, как ты, культиватор стадии Слияния с Пустотой, никогда не поймёт, что такое настоящая сила!» — продолжил Инь Тяньшоу, его голос был подобен грому: «Я покажу тебе ту безнадёжность, что ощутили десять молодых драконов из клана Восьми Начал, когда встретились с тобой!» С этими словами Инь Тяньшоу взмахнул рукой. Его движение было подобно гигантскому дереву, корни которого простираются до небес, а крона затмевает солнце. Его ладонь, излучающая бескрайнюю мощь, ударила по направлению к Чен Сюню. В этом ударе концентрировалась буря, молнии и бесчисленные дуги электрической энергии, которые, сплетаясь, стремительно обрушились на цель. Чен Сюнь почувствовал, как невидимая рука сжала его за горло. Боль в груди становилась невыносимой, его дыхание было прервано. Но внезапно в небе появились гигантские вихри духовной энергии. Они крутились с громовыми звуками, излучая ослепительные цветные лучи — это была манифестация правил великого мира. Энергия мира трепетала в ответ на удар Инь Тяньшоу. Волны бушевали, скалы разрушались, создавая иллюзию того, что сам мир содрогается от силы удара. В небе возникли красные молнии, и грохот их столкновений оглушал. Чтобы выдержать такое нападение, нужна была не просто закалка, а тело, достигшее полного Единения с Законами. Без этого, даже обладая мощным телом, невозможно противостоять Владыке Великого Совершенства. Чен Сюнь поднял голову и увидел, как Инь Тяньшоу, подобно горе, источал свет из плотной энергии, превращающейся в материю. Его мощь казалась непреодолимой. Удар ладони отбросил Чен Сюня далеко назад, оставив на его теле глубокий отпечаток, из которого хлынула кровь. Вдалеке драконы клана Восьми Начал наблюдали за этой сценой с холодными улыбками. По их мнению, Чен Сюнь получил даже слишком лёгкое наказание. Однако возможность увидеть атаку Владыки Великого Совершенства стоила того, чтобы прийти сюда.