Часть 640

Глава 640.

Жизненная Сила тётушки Ван заметно восстановилась. Она с улыбкой произнесла: «Чен Сюнь, Черныш, спасибо вам». «Ха-ха, мы же соседи, пустяки», – ответил Чен Сюнь, поднимаясь с приподнятым настроением: «Тётушка Ван, ты пока отдыхай, а потом приходи к нам на ужин. Третья сестра всё время вспоминает тебя». «…А где Журавлик?» – спросила тётушка Ван. «Она снаружи присматривает. Ну, мы пошли, тётушка Ван», – Чен Сюнь махнул рукой с улыбкой и похлопал Черныша: «Ну как, старина?!» «Му-у-у~~» – Черныш взволнованно потёрся о Чен Сюня: «Му-у-у!» Он помнил, как они когда-то так же стояли у постели безнадёжно больного старика Суня, беспомощно наблюдая за его угасанием. Сегодняшняя сцена была похожа на ту, но в то же время совершенно иная. Черныш громко замычал, продолжая тереться о Чен Сюня, его глаза заблестели. Чен Сюнь со вздохом передал ему мысленно: «Старина, всё прошло, всё хорошо». Черныш кивнул и, повернувшись к тётушке Ван, замычал с улыбкой. «Чен Сюнь, Черныш, идите с миром», – тётушка Ван хотела встать, но тело её было ещё слабо, и она снова опустилась на постель. Голос её звучал старчески: «Потом я приготовлю вам что-нибудь вкусненькое». «Хорошо!» – Чен Сюнь с улыбкой направился к выходу, заложив руки за спину. Он чувствовал, как исчезает какое-то навязчивое ощущение, очень слабое, настолько слабое, что он сам почти не замечал его. У двери доктор Ли почтительно поклонился: «Этот…» «Доктор Ли, не стоит», – Чен Сюнь с лёгкой улыбкой прервал доктора, понимая, что тот хочет сказать: «Я действую по ситуации». «Му-у~» – Черныш вежливо замычал в сторону доктора Ли. Они открыли дверь и вышли. Сразу же раздался шум голосов соседей, которые спрашивали Чен Сюня о состоянии тётушки Ван, можно ли её вылечить, и правда ли он разбирается в медицине?! «С тётушкой Ван всё в порядке, не беспокойтесь», – Чен Сюнь с улыбкой направился к выходу: «Входите тихо, ей нужен покой. Через несколько дней она полностью поправится». Соседи ахнули, глядя на Чен Сюня с новым уважением и почтением, как на настоящего отшельника! Особенно дети тётушки Ван, которые чуть не упали перед Чен Сюнем на колени, рыдая от облегчения. Однако они всё ещё сомневались и направились в дом, который быстро наполнился людьми. Чен Сюнь же, вместе с Чернышом, тихо удалился. Только маленький мальчик, который раньше называл его дядей Ченом, не пошёл за остальными, а последовал за ним. В переулке мальчик крикнул: «Дядя Чен! Дядя Чен!» «Что такое?» «Я хочу учиться у вас медицине». «Почему?» «Я тоже хочу спасать людей, как вы спасли тётушку Ван…» «Малыш, сначала закончи школу. Если через несколько лет ты будешь думать так же, приходи ко мне», – Чен Сюнь с улыбкой ответил, не оборачиваясь: «Тогда я проверю твой характер и посмотрю, достоин ли ты наследовать медицинское искусство учителя Нинг». «Дядя Чен, договорились!» «Хех, посмотрим», – Чен Сюнь махнул рукой и рассмеялся: «Не плачь больше, как девчонка, Не Юй». Мальчик покраснел и закричал: «Дядя Чен, это Рубинчик меня напугал! И я очень хочу учиться медицине!» Он стоял и кричал, глядя, как человек и бык постепенно исчезают в переулке, не отвечая. Не Юй вытер нос, вдруг глупо улыбнулся и побежал обратно. Он ещё не видел, как там тётушка Ван, так как сразу же бросился за дядей Ченом. … Во дворе дома семьи Чен. Журавлик, сидя на деревянном стуле, глубоко вздохнула. Неизвестно почему, но новость о внезапной болезни тётушки Ван потрясла её до глубины души. Ведь прошло всего двадцать лет… В последнее время её сердце было неспокойно. В мире бессмертных тысячелетия пролетают как мгновение, но, проведя столько времени на Мусорном острове и в Даосском Храме Таинственной Пещеры, она никогда не испытывала подобного чувства – пустоты, учащённого сердцебиения, пронизывающего страха. Лицо Журавлика оставалось спокойным. Поднялся лёгкий ветерок, разнося аромат цветов. Её взгляд стал глубоким и проницательным. Она медленно перевела взгляд на дверь и с улыбкой произнесла: «Старший брат, второй брат~» Рубинчик тоже подал голос с крыши: «Брат Сюнь, Брат Черныш!» Чен Сюнь с улыбкой кивнул и, пристально посмотрев на Журавлика, сказал: «Третья сестра, с тётушкой Ван всё в порядке. Через три дня она придёт к нам на ужин». «Угу», – кивнула Журавлик, успокаиваясь под влиянием безмятежности старшего брата. Черныш тоже внимательно посмотрел на Журавлика и фыркнул. Глядя на неё, он словно видел себя и Чен Сюня в прошлом. Он тихонько подошёл и заговорил с ней. Рубинчик же был беззаботен, как всегда. Целыми днями он либо играл, либо культивировал, не обращая внимания на происходящее вокруг. Ему было достаточно просто быть рядом с Чен Сюнем и Чернышем. В этом мире только они могли по-настоящему тронуть его душу. Всё остальное было неважно. Чен Сюнь спокойно сидел под деревом и рисовал. Жизнь и смерть обычных людей больше не волновали его. Он давно принял этот круговорот, как и Черныш. Два Дерева Журавля во дворе продолжали расти, подобно жизни обитателей переулка – дети рождались, старики умирали. Возможно, именно в этом и заключалась красота и великолепие жизни. … Десять лет спустя Чжоу Гуанъи потряс мир боевых искусств. В одиночку он бросил вызов двум могущественным школам – школе Рычащего Льва и Вратам Заходящего Солнца, сразившись с их мастерами и даже с их наставниками. Один взмах его посоха поверг всех в трепет! Исход этой битвы остался неизвестен. Ни одна из сторон не обмолвилась ни словом, оставив всё в тайне. Власти большого города, расположенного неподалёку от городка Цюнъян, хотели завербовать Чжоу Гуанъи, но он, гордый и независимый, предпочёл странствовать по свету, помогая нуждающимся. В народе его прозвали Великим воином Чжоу. Семья Чжоу наконец-то переехала в большой город благодаря Чжоу Гуанъи. Соседи провожали их с завистью, весь переулок гудел от взрывов петард. Только в глазах Чжоу Гуанхань читалась печаль. Она уже вышла замуж и не могла покинуть городок. У неё уже были дети, и мечта о жизни в большом городе, которую она лелеяла с детства, осталась недостижимой. Семья Чжоу была безмерно благодарна семье Чен, особенно Чжоу Гуанъи. Он пал ниц перед Чен Сюнем, благодаря его за наставления в боевых искусствах. После этого они уехали. Чжоу Гуанхань привела своих детей и стала умолять Чен Сюня и Журавлика обучить их боевым искусствам. Но Чен Сюнь не ответил. В её просьбе было слишком много корысти. Если она хотела обучиться боевым искусствам, ей не стоило обращаться к нему. Он лишь однажды дал ей несколько советов, не более. Чжоу Гуанхань уже не была той наивной девочкой с косичками. В её сердце поселилась зависть. Почему её брат смог достичь таких высот, а её семья – нет?! Она резко развернулась и ушла вместе с детьми, прекратив всякое общение с семьёй Чен. Эти старики, по её мнению, были слишком несправедливы к её семье. Чжоу Гуандай, переехав в большой город, изменилась до неузнаваемости. Её взгляды и манера речи стали совершенно другими. Она почти перестала навещать семью Чен. Если бы не слава её брата, она бы, вероятно, никогда не вернулась. Эта сцена потрясла Журавлика… Она видела, как они росли, помнила их детскую чистоту и невинность, которые теперь исчезли без следа. Они стали даже более переменчивы, чем бессмертные. В последние годы её настроение оставляло желать лучшего. Она лишь записывала свои мысли и чувства в маленькую тетрадь. Но Чен Сюнь и Черныш не придавали этому значения. Они прожили долгую жизнь, повидали многое и просто продолжали заниматься своими делами, не позволяя внешним событиям влиять на их душевное равновесие. Только Рубинчик презрительно усмехнулся. Стая белоглазых волков, думающих лишь о сиюминутной выгоде. Так им и надо, этим смертным. Брат Сюнь – Предок Дао Пяти Стихий!