Глава 2

      К цели можно идти всю жизнь, а можно прийти за один час.       Конечно, многое зависит от параметров человека и самой цели. Например, можно поставить цель «пойти попить воды» и выполнить ее за одну-две минуты, а можно поставить цель «стать миллионером» и идти к ней всю жизнь.       - Хм, - Философски сказал Иннокентий, сидя на обломке корабля. Подперев голову кулаком, он смотрел на траву, размышляя над важными материями.       Какая у него цель? Если говорить обобщенно, то это строительство ракеты. Если говорить в частности, то цель остается той же самой. Значит, что цель постройки ракеты является всеобъемлющей целью, которая определяет его действия на ближайшее будущее. А также на далекое будущее, что является еще одним подтверждением важности этой цели.       Основная цель есть. Что нужно для постройки ракеты? Очевидно, что очень многое. Термостойкие металлы, различная электроника, специальное топливо, драгоценные металлы, и еще всякое, что исчисляется несколькими тысячами наименований. Можно ли построить ракету без всего этого?       Можно.       Но она будет либо из воздуха и палок, либо только в воображении.       Значит, для постройки ракеты нужны тысячи материалов. И их получение тоже является конечной целью. Но означает ли это, что цель получения этих материалов является выше, чем строительство ракеты?       С какой точки зрения посмотреть. Если необходимо построить ракету, то цель ее строительства является основной, самой центральной. Значит, что она важнее всех остальных целей, стоит выше в иерархии целей.       А если нет цели построить ракету? Точнее, сама цель есть, но что, если это не является конечной целью? Например, после ее постройки пойдет логическое продолжение в виде освоения космоса. Тогда получается, что строительство космической станции как конечная цель является более высокой целью, чем строительство ракеты, потому что строительство космического корабля является необходимым условием для создания космической станции. Но тогда получается, что строительство ракеты является более приоритетной целью, чем строительство станции? Ведь без ракеты не достигнуть космоса, не построить станции. Значит, создание частей ракеты является более приоритетной целью, чем само ее строительство? Следовательно, если продолжить цепочку, можно прийти к тому, что на пустой желудок ничего не сделаешь.       - Хватит, – резко прервал себя Иннокентий после того, как на него упали несколько капель воды.       Посмотрев на абсолютно чистое небо, он нахмурился, но вернулся к размышлениям.       Если размышлять про цели в таком ключе, то на это может уйти вся жизнь. Есть одна цель – постройка ракеты. Она главная, самая центральная, самая важная, самая неприкосновенная. От нее, словно щупальца осьминога, отходят другие задачи по созданию необходимых материалов. Точка.       Что необходимо для создания этих материалов? В первую очередь выживание Иннокентия. Сколь идеальным существом он не был, законы физики диктуют свои потребности. Ему нужно убежище, источник еды и воды.       - Да, так будет правильно, - необходимо делить цели на долгосрочные, краткосрочные и срочные. Ведь если он будет искать еду в долгосрочной перспективе, отвлекаясь на посторонние цели, то и помереть недолго. Отсюда возникает закономерное деление целей на ранги.       - Как трудно быть гениальным, - испытывая гордость за свои мысли и логические цыпочки, Иннокентий погладил себя по голове. Шлем помешал почувствовать руку, но он просто представил то ощущение.       - Посмотрим, - какие есть срочные цели? Найти стабильный источник еды и воды, создать крышу над головой. Какие есть краткосрочные цели? А это хороший вопрос.       Он нашел стабильный источник еды и воды, построил крышу над головой. Что следует за этим?       Предполагая, просто ПРЕДПОЛАГАЯ, что ему не повезло упасть на планету с пятым уровнем биологической опасности, ему необходимо в первую очередь обезопасить себя. Возможно, за обманчивым пятым уровнем скрывались милые зверушки, которых не поняли ученые, а, возможно, здесь были машины-убийцы, способные за короткие промежутки времени эволюционировать в нечто хуже, чем человек.       Не то чтобы Иннокентий беспокоился о них, он ведь идеальный и они не смогут ему как-то навредить. Но они же животные, тупые, они могут не понять его сущности и вероломно напасть. Что еще взять с несовершенных существ? Значит, необходима оборона.       На первое время Иннокентий посчитал, что его балаклавы хватит для защиты от всяких спор и грибов. Мелкие, неопасные и ущербные виды она остановит, а опасные просто не посмеют подходить к нему, видя его Ореол.       Значит, остаются какие-то формы животных. Пока что Иннокентий не мог предположить, что или кто это будет, но нет ничего на свете, что не смог бы остановить старый добрый пистолет.       Но из чего создавать оборону? Понятно, что из автоматизированных турелей и стен. Не будет же сам Иннокентий стоять в чистом поле по двенадцать часов, зорко охраняя границу. Не для этого он был создан. Вопрос в другом.       Из чего создавать автоматизированные турели и стены? Очевидно, что не из дерева, земли и воздуха. Нужны металлы. А какой металл подойдет лучше всего, чем сталь? Значит, нужна руда, нужно топливо, и нужны печи. А что насчет начинки?       Как турели будут определять цели? Нужны датчики. А это электроника. Можно обойтись примитивной электроникой на меди, не используя кремний и громоздкие станки. Значит, нужна и медь. Осталось придумать, как из медной руды сделать датчики движения и логические процессоры. Впрочем, то была проблема на будущее.       - Основа есть, - заметил Иннокентий, решив посмотреть остальные необходимые компоненты на месте.       Для стен можно использовать каменные блоки. Один на один и скрепить чем-нибудь. Идеальная стена.       Что идет после обороны? Улучшение собственного комфорта. Значит, нужно больше еды и воды, и лучшие жилищные условия.       Далее… надо просто расширять завод. Ракета требует много деталей.       - За дело!       Чуть ли не подпрыгнув, Иннокентий осмотрелся. Несмотря на наличие рядом озера, он сомневался, что в нем находится чистая вода. Колодцы копать – нечем и глупо, значит, все дороги ведут в лес.       Обойдя железные остовы корабля, Иннокентий добрался до леса. Синее небо пропускало лучи местного солнца, заставляя лес светиться разноцветными цветами. Картина выглядела красивой, но слишком странной. Иннокентий постучал по коре дерева. Звук был здоровым.       Размахнувшись, Иннокентий ударил по одноцветной коре разноцветного дерева. Они были редкими, но среди зеленного насаждения они казались чужими, не на своем месте. А Иннокентия бесило, когда что-то находилось не на своем месте.       Со смачным звуком кора треснула, обдав силовую перчатку соком и деревом. Приспустив балаклаву, Иннокентий слизал вытекающий древесный сок.       - Довольно вкусно, - мутноватый, темно-коричневый на вид сок оказался довольно сладким и вкусным.       Попробовав кору, он сразу же выплюнул ее. Она оказалась тверже камня, мгновенно сушила горло и была противна на вкус.       За твердой корой скрывалась довольно мягкая начинка.       - Ну и дерьмо, - она оказалась немногим вкуснее коры. Начинка была тягучей, словно резина, безвкусной, так еще и сушила. Но, оглянувшись, Иннокентий понял, что это его единственная еда на ближайшую перспективу. Кроме деревьев, листвы и травы вокруг ничего не было.       Источник еды и воды найден. Иннокентию все равно никогда не нравилась природа.       Пока солнце стояло высоко, то здесь была довольно комфортная температура. Но будет ли также ночью?       Иннокентий сомневался, что шалаш сможет защитить его от погоды или температуры, не говоря про местную фауну. Значит, нужно что-то капитальное.       Из дерева такого не построишь. Оглянувшись на место падения корабля, Иннокентий помотал головой. Идти туда опасно из-за радиации. Так что набрать железа не получится. Придется искать что-то другое.       Выйдя из предлесья, Иннокентий внимательно осмотрелся в округе. Его внимание привлекли белые отблески у озера.       Это оказались выступавшие из земли серебристые каряки. С трудом отломав одну часть, Иннокентий попробовал ее на зуб. Она оказалась очень твердой и невкусной. Поморщившись, Иннокентий отложил ее в сторону.       После внимательного осмотра были обнаружены предполагаемые границы этого серебристого нечто. Рядом с ним, по бокам, находились такие же выглядывающие каряки, но разных цветов.       Медного цвета каряки были такими же, как серебристые, и Иннокентий отложил их на потом. А вот нечто похожее по цвету на камень привлекло его внимание.       - И снова я здесь! – Иннокентий упал, дико осматриваясь по сторонам, а потом к нему пришло осознание. Пыхтя от злости, он собирался выкинуть эту чертову коробку в озеро, но сдержался.       - Я буду смеяться от твоей реакции! В этом и смысл! – Смеющееся лицо этого человека с каждой секундой все больше злило Иннокентия.       - Ладно. К этому моменту ты, моя дорогая память, должна была немного освоиться на планете: походить, поизучать, все дела. Пришло время самого интересного!       Рядом с его лицом вновь возникла доска.       - Человек слаб и глуп. Не то чтобы это относилось ко мне, - погладив себя по голове, он продолжил. - Но ведь ты – не я. У тебя нет моих способностей. А значит, тебе нужна помощь! И я тут как тут!       На доске показалось изображение этого человека в костюме доктора.       - СШК хранит все достижения человечества, но они столь сложны, что некоторые из них может понять только мой гениальный разум. Если говорить про столь лестный мне факт, то что уж говорить про возможность их создания? Я не уверен, что ты сможешь своими неуклюжими руками сделать мономолекулярный резак или хотя бы простую печь. Я же говорил тебе, что люблю тебя!       На доске показалось огромное сердце.       - Поэтому я решил помочь тебе. Все продвинутые колонии используют технологию сверхмалой пространственной упаковки. Это был крепкий орешек, но мне удалось его сломать. Ох! – Весело вздохнул он, что-то представляя. – Я представляю лица тех дураков, когда они узнают, что их драгоценная технология была разгадана моим Великим Разумом. Они так ее охраняют!       Показались решетки, за которыми находилась червоточина.       - Эта технология позволяет упаковать несколько километров конструкций в метры и развернуть их при первой необходимости. Она есть в СШК, но находится настолько далеко, что ты построишь быстрее ракету и вернешься ко мне. Но для начала пошарь в заднем кармане.       Огромная перчатка еле залезла в карман, где была обнаружена очередная серая маленькая коробочка.       - Здесь находится Универсальная Производственная Фабрика Первая, мой упуфик. Личная разработка, - и во всей вселенной не найдется существа с большим эго, чем у этого человека. – Это очень заковыристая часть технологии, детали которой тебе не стоит знать. Попробуй ее разместить.       Нахмурившись, Иннокентий повертел коробку. На ровных гранях ничего не выступало, не было картинок или кнопок.       - Подумай «Сизам откройся!» и она разместится.       Волна гнева поднялась внутри Иннокентия. Он был готов слушать его, но так унижаться?..       Делать было нечего. Сжав зубы, он произнес эти слова.       Ничего не произошло.       - Вероятней всего, сейчас я давлюсь от смеха на корабле. Она активируется по таймеру. Примерно… сейчас.       Иннокентий был готов разнести и Лили, и эту коробочку, и остатки корабля, даже войдя в самый эпицентр радиации. Закрыв глаза, говоря успокаивающие вещи, Иннокентию удалось унять внутреннего тигра.       Перед ним предстала зеленная голограмма скошенного куба. Ржавые железные листы тянулись ввысь, заканчиваясь видимыми сквозь голограмму какими-то механизмами, шестеренками, резчиками, и непойми чем еще. Посередине стен с каждой стороны находилось по три отверстия, за которыми находилась непроглядная тьма.       - Несмотря на свой простоватый вид, она столь сложно устроена, что только я могу понять ее и воссоздавать. Эта маленькая универсальная фабрика, которая может создавать все, начиная от простой деревянной палки, заканчивая различными прикольными штуками. Сам узнаешь.       На доске появилась табуретка, от которой шла стрелка к ядерной бомбе.       - Это будет твоей основной рабочей машиной. Запомни, а то забудешь: только этот сборочный автомат может производить новые подобные автоматы. Потеряешь его и тебе конец, - в его голосе прозвучала непривычная серьезность, что даже выбило Иннокентия из колеи.       - Ну, я еще модифицировал несколько разных установок, иначе ты бы здесь всю жизнь провел, пытаясь получить обычный железный лист. Я же люблю тебя, моя помять. Или я говорил это? В общем, удачи! Жду тебя! – Отправив на прощание воздушный поцелуй, голограмма человека пропала.       Иннокентий несколько минут стоял на месте, обдумывая все сказанное. Странный человек, странный СШК, странная коробка. Было ли здесь что-то НЕ странное? На некотором отдалении от странных каряк Иннокентий активировал коробку.       Из коробочки вылетели мелкие частицы, собирающиеся в упуфик. Тысячи трубок, шестерней, пил, резаков, конвейеров собирались с невиданной скоростью, и через минуту упуфик был готов. Он возвышался над Иннокентием, по крайней мере на два его роста, а в ширину был метра четыре – шесть.       На передней панели находился экран. Подойдя к нему, Иннокентий увидел обычное меню. В первой строчке красовалось «рецепты», ниже «настройки», «состояние», «информация», «логика».       Но выше всего находилось "Сборочный Автомат 1". Это было лучше, чем упуфик, поэтому он теперь так и назывался.       Нажав на вкладку «информация», на панели высветилась информация о сборочном автомате: время работы, изношенность механизмов, количество произведенных деталей, выброс загрязнения и еще несколько других строчек.       В разделе логики красовалось красноречивое «подсоедините логические провода». Обойдя машину со всех сторон, Иннокентий увидел наверху четыре катушки разных цветов. Посмотрев на диаграмму на панели, он понял, что одна из них отвечает за электричество, а три других – за логику. Впрочем, что это за логика Иннокентий предположить не мог.       Но это не было проблемой, ведь он мастерски освоил логику, но можно ли то же самое сказать про машины? Возможно, что в будущем ему придется учить их логике. А если они необучаемые?       Иннокентий покачал головой. Сейчас нет смысла думать об этом.       В «состояние» дублировалась информация об изношенности деталей, уточняя ее. Также там было изображение машины с цифрами состояния возле деталей. Удобно.       В «настройки» были различные параметры установки. Можно установить скорость работы механизма, причем только в меньшую сторону, уменьшив износ деталей и потребление электричества. Хотя возникал вопрос о механизме работы данной функции, ведь в сути своей та же работа сделается просто за меньший промежуток времени? Дальше Иннокентий решил не спускаться, опасаясь свалиться в обморок от остальных опций.       В «рецепты» было все самое интересное. Открыв вкладку, Иннокентий увидел коричневый куб, гордо именуемый «деревянный сундук». Снизу были некоторые полезные характеристики вроде объема или времени на производство, а справа была панель с необходимыми для изготовления ресурсами. Бревно и цифра два красовались на том месте.       Какие нужны бревна? Какого они должны быть размера? Сухие или мокрые? Длинные или короткие?       - Черт с ним, - Иннокентия бесило то, что он не может объяснить все происходящее. Злость распирала его до белого каления, до дрожи в ногах и зубах, но сделать с ней он ничего не мог.       Иннокентий нажал на стрелку, на панели показался следующий рецепт. Патроны. Они требовали железа, пороха, свинца…       - Что? – Нет, патроны не требовали ничего этого. Они требовали всего четыре железных плиты.       На этом моменте Иннокентий не удивился очередному включению этого человека. - И снова я! Забыл сказать. Я разделил рецепты на два уровня: упрощенный и сложный. Вероятней всего, ты попадешь на враждебную планету и довольно быстро тебя заметит местная фауна. Но я же не хочу твоей смерти. Поэтому я, как самый гениальный человек во вселенной, создал преобразователь материи. Ну знаешь, тот, что может из одного вещества создавать другое, используя энергию. Она довольно сыра, ибо у меня были и другие дела, поэтому эти вещества довольно грязны. – Человек посмотрел куда-то в сторону и кивнул чему-то.       - Вот, эксперименты по пороху. Он на тридцать процентов менее эффективен, чем порох, созданный из натуральных компонентов. Я рассчитываю на такой же процент и для остальных веществ. Не пытайся разобраться в них! При вскрытии сборочный автомат уничтожается взрываясь! – Задумавшись, он встрепенулся, словно вспомнил что-то важное. – Чуть не забыл! Сложные рецепты требуют от тебя полного использования ресурсов, но и их эффективность имеет сто процентов. Так что быстрей найди залежи всех остальных ресурсов!       - Понятно, - к этому моменту Иннокентий разучился удивляться. Безумный наркоторговец сумел разгадать секрет сжатия пространства и преобразования вещества на молекулярном и атомарном уровне? Ладно. Генератор искр показал, что он был гениален, неистово умен, как самые гениальные люди в истории человечества, так что пусть.       Закончив нахваливать себя прошлого, Иннокентий посмотрел другие рецепты. Кроме шестеренок, микросхем, буров, лабораторий и печей там не было ничего интересного.       Солнце находилось в зените.       - Да, - Иннокентий вспомнил про цель убежища. Ему необходим очень прочный материал.       Железо? Можно, но оно слишком тонкое и трудное в обработке.       Каменные блоки? Идеально.       Но как их создать? В сборочном автомате их нет. Не похоже на то, что бур будет добывать идеальные каменные блоки. Самому их выдалбливать? В рецептах зубила не было.       Может, они откроются каким-то образом? Какие-то исследования? Или они откроются с созданием определенных вещей? А что делается из камня? В списке выпадала только печь.       Сборочный автомат показывал, что для ее изготовления необходимо пять камня. Возник вопрос что считать за одну единицу камня. Сантиметр на сантиметр на сантиметр? Нет, слишком мелко. Кубический метр? Возможно.       Подойдя к месторождению нечто, что похоже на камень, Иннокентий решил поступить умно. Вместо того чтобы собирать по верхам, он решил снять слой земли и добывать камень прямо с месторождения. Так, он сможет подбивать каменные глыбы снизу, и из-за гравитации они будут обваливаться. Похвалив себя, Иннокентий начал бить землю.       Несколько минут спустя эта тактика показала свою полную несостоятельность. При ударе земля отлетала в столь малом количестве, что слезы наворачивались.       Встав и отряхнувшись, Иннокентий решил поменять стратегию. Но что можно сделать? Например, не бить землю, а копать ее.       С тройным рвением Иннокентий принялся работать экскаватором, что оказалось эффективней. Вместо ударов по земле стоило копать ее. Некоторое время спустя грязный как свинья Иннокентий достаточно прокопал вниз, чтобы тактика была оправдана. Издав победный клич, он начал расширять свой карьер.       Выбивая искры и пыль, шла добыча камня. На определенной высоте земля полностью превращалась в камень, но наверх она выходила в виде сталагмитов. Иннокентий обкапывал его у основания, и выбивал основу, получая за раз огромное количество камня. Добытый камень со всей осторожностью, словно младенец, уходил на импровизированный склад.       День сменялся ночью. Иннокентий, в свете высекающихся искр все еще копал камень. Пот стекал на глаза, став линзами, которые усиливали тот немногий свет. Или то была горячка, бред разума?       Солнце зашло за горизонт, настала темнота, разбавляемая оранжевой луной, а Иннокентий только закончил свою работу. Уставший, потный, грязный и голодный он смотрел на мир дикими глазами.       Выбравшись из ямы, он несколько минут посидел на земле, успокаивая свои нервы. Получалось плохо.       Выместив злость на нескольких деревьях и пережевывая их начинку, Иннокентий вернулся к своему карьеру.       На земле лежали где-то неровные, а где-то ровные конусы камня. По прикидкам Иннокентия там был примерно один кубический метр. Он очень сильно надеялся, что один камень равен одному кубическому метру, а не десяти или сотне.       Хотя и луна ярко освещала окружающее пространство, но у Иннокентия был соблазн просто лечь спать и оставить все дела на завтра.       - Нет, - жестко сказал он, отгоняя всякие подобные мысли. Он решил твердо закончить строительство убежища за один заход, не ложась спать.       Или хотя бы проверить свою теорию.       Еще около часа, с огромными перерывами, Иннокентий таскал камень в сборочный автомат. Камень небрежно кидался в черные отверстия, падая в них словно в бездну. Проходя определенную метку, всякий звук от них пропадал, на экране увеличивалось значение на десятые, а автомат требовал еще и еще.       Измученный Иннокентий в последний раз кинул глыбу камня. Подойдя к панели, ему высветилась цифра один и пять сотых.       Иннокентий был рад и разозлен одновременно. Рад оттого, что его теория подтвердилась и он оказался прав. Не то чтобы он сомневался в ней, и вообще это было непроверенное утверждение, а не теория.       И огорчен оттого, что его непроверенное утверждение оказалось правильным. Ему придется работать всю ночь, а возможно и утро, чтобы просто построить одну печь. А ведь эта печь нужна еще и для бура.       Сжав кулак, Иннокентий хотел ударить по автомату, но вспомнил про последствия. До неба не достать, земля не окажет должного удовлетворения, а деревья…       - Как же я хорош. – Гладил себя по шлему Иннокентий, в одиночку добыв и перенеся пять кубов камня. Утро было в самом разгаре, несколько сломанных деревьев источали манящий сладкий запах, а Иннокентий стоял перед заветными цифрами и гладил себя по голове.       Трясущейся рукой, не веря себе, он нажал «подтвердить». Вместо ожидаемого звука работы высокотехнологичного сборочного автомата справа от экрана открылось отверстие, из который выехала ручка. Сперва Иннокентий не понял, а потом…       Ручка отлетела на километр минимум, пока разъяренный Иннокентий смотрел на нее как на злейшего врага.       Энергия, чертова энергия. Автомату нужна энергия, а он не может предоставить ее. Точнее может, но своими руками.       Спустя час поиска ручки она оказалась на месте. Еще через полтора часа верчения ручки в передние отверстие вывалилась маленькая коробочка. В отличие от первой коробочки на этой красовалось название, маленькая картинка и кнопка. После нажатия появилась голограмма печи.       Поставив ее недалеко от автомата, Иннокентий несколько минут просто разглядывал свое творение.       Спереди было огромное отверстие, которое сейчас пустовало. По аналогии с автоматом с каждой стороны были по одному выходу и входа, насколько успел убедиться Иннокентий. Сложенная из маленьких кирпичиков, она имела желтый цвет, резко переходящий в белый почти у самой вершины, где находился дымоход.       По привычке над черным отверстием находилась панель. Она смотрелась чужеродно, мягко говоря, на фоне камня, который используется примитивными цивилизациями. На панели были те же самые настройки, что и в автомате.       На удивление Иннокентия там оказался рецепт каменных кирпичей. Только на один кирпич требовались два камня.       Солнце всходило в зенит, а Иннокентий только закончил носить камень и дерево к печи.       Выбрав «подтвердить», печь зажглась, обдав его жаром. Жерло зажглось, нестерпимо горя. Нестерпимо горел и Иннокентий, ожидая каждую секунду только для того, чтобы увидеть результат.       Спустя пять минут огонь погас. Из верхнего приемника медленно выполз каменный блок, выступая из печи на несколько десятков сантиметров. С трудом свалив блок на землю, Иннокентий прикинул его размеры.       полметра на полметра на тридцать сантиметров.       - К черту все это, - стоя на ногах на одном упорстве, Иннокентий лег на землю, положил голову на теплый камень и сразу же засопел, провалившись в крепкий сон.       Солнце тихо освещало разноцветный лес, согревая спящее тело Иннокентия.       Совсем скоро он лишится и этого удовольствия.