Глава 4

      Цифры — это хорошо, но реальность внесла свои коррективы.       Прикинув площадь для буров, Иннокентий нашел одну проблему.       Как проблему? Затруднение.       Буры на железе хорошо вставали, но на угле площадь под их размещение была впритык.       Если, а точнее когда, Иннокентий будет плавить еще и медь, что имеет такие же пропорции, то ему банально не хватит угля на обеспечение всех плавильных мощностей.       А ведь еще необходимо тратить уголь на плавку камня.       Выход? Поумерить свои аппетиты. Можно выделить часть угля с железа на остальные ресурсы. Разделить один поток на три?       Хотя нет. Зачем ему столько каменных блоков? Можно на камень оставить двадцать процентов угля, а железо и медь разделить как сорок на сорок.       Но опять же. По логике, что требуется больше: меди или железа? Очевидно, что железа. Получается, что шестьдесят на двадцать в пользу железа.       А если использовать уголь, который остался свободным, то можно довести заполнение конвейера железа до сотни процентов при сохранении конвейеров под медь в сорок и камня в двадцать процентов.       Но все это в будущем. Сейчас необходимо просто ждать. Ждать очень долго и очень нудно, пока медленно уголь доедет до печи, пока манипулятор черепашьими темпами загрузит его в печь, пока печь также медленно переплавит кусок руды в железный лист, и лишь спустя сотри таких циклов Иннокентию найдется дело...       Его убивало это ожидание. Каждая секунда была на счету. Если он не встретил местных это не значит, что их вовсе нет. Отсутствие местной фауны начинало беспокоить Иннокентия с каждым днем все больше.       Но еще больше его беспокоило безделье. Вот так просто, сидеть и ждать? Он убьет себя, чем будет это делать. Ему необходимо было чем-то заняться.       Пока по конвейерам медленно ползли ресурсы, Иннокентий решил спланировать ближайшее будущее.       Кто-то говорил, что нельзя делить шкуру неубитого медведя? Бред. Необходимо решать здесь и сейчас, что делать с ресурсами, которые появятся после окончания строительства всех плавильных массивов и всей необходимой инфраструктуры.       А что он вообще может? Иннокентий может все. Но что ему необходимо прямо сейчас?       Оборона. В сборщике он видел рецепт пистолета и патронов. Но не видел рецепта турелей. А что это значит? Правильно, как и сказал тот… человек, турели необходимо изучить в лаборатории.       Посмотрев ее рецепт, Иннокентий немного опешил. Тридцать шесть железных плит и пятнадцать медных плит. С железными плитами были проблемы, но они неспешно, но решались. А с медью? У него не было даже намека на плавильни.       Но ведь лаборатория не будет работать на ручной силе? Ей необходимо электричество.       Среди рецептов были найдены несколько претендентов на это гордое выработки света. «Труба», «паровой двигатель», «бойлер», «насос». Система довольно проста: насос выкачивает воду, бойлер нагревает ее и передает пар в паровой двигатель, который превращает пар в электричество. Но здесь возникло еще больше проблем.       Как переносить энергию? Среди рецептов была найдена «средняя опора ЛЭП», которая, по логике, должна переносить электричество на расстояние. Она требовала одну медь и одно бревно.       Вместе с ЛЭП был «инструмент для подключения и отсоединения проводов». Это был тот самый прибор, с помощью которого Иннокентий должен был подключать и отключать машины от сети. Стоил он одну микросхему и одно железо.       Но стоит вспомнить за счет чего получается пар. Вода нагревается явно не из-за воздуха, поэтому бойлерам необходим уголь.       Все это требовало конских количеств ресурсов. На один паровой двигатель необходимо тридцать одно железо, на бойлер – десять железа и пять камня, насос – пять железа и три меди. Это было печально, ведь текущее производство железа составляло один лист в пять минут.       Но это дело времени, производство железа довольно быстро возрастет. С каждой новой печкой оно будет расти в очень значительных количествах.       Кроме лабораторий, что еще необходимо для расширения завода? Желательно безграничные ресурсы и время, но Иннокентию приходилось работать с тем, что он имеет.       - Автоматизация – залог успеха, - заметил Иннокентий, стоя и смотря на горящую печь. В первую очередь, решил он, необходимо автоматизировать производство самых базовых вещей: конвейеров, манипуляторов, печей, буров.       Но конвейеры требуют шестерней, которые производятся только в сборочных автоматах. Энергии для них не было, а крутить ручку весь день… можно, но зачем? Лучше подождать и создать электрическую сеть.       Та же самая проблема возникает и при создании всех остальных компонентов. Все они требовали энергии, и она стала красной линией, которая не давала Иннокентию пройти дальше.       Что ему еще оставалось делать? Ждать, носить ресурсы, крутить ручку и очень медленно увеличивать производство базовых ресурсов.       Спустя день очень продуктивной работы вверх выбрасывали смог пять печей на железе и одна печь на меди. На земле лежала мотки медной проволоки. На поясе Иннокентия красовались коробки со всеми необходимыми компонентами его будущего величия.       Несколько минут спустя ему удалось найти такое положение, где насос горел бы зеленым. Он ни в какую не хотел становиться на крутой берег, только на песчаный склон. И хотя их было несколько, Иннокентий не хотел занимать тот склон, с которого он ходил мыться. Он был особенным, только его. Остальные склоны находились дальше и требовали большего количества конвейеров для обеспечения углем. Но, в конце концов, Иннокентий принял эту жертву.       Насос оказался массивным. Огромная труба спускалась ко дну озера, наверху одна труба разделялась на две, переходящие в помпы, закрытые стеклом. Но все они сходились в металлическую трубу. Сбоку вылезла ручка, и спустя несколько оборотов на землю вылилось большое количество воды. Иннокентий порадовался количеству воды, но проклял всеми кругами ада эту ручку.       Поставив две трубы, он подсоединил насос к бойлеру. Это был приличных размеров котел с большой трубой, сквозным ходом для воды и выходом для пара. Подвести уголь не составило проблем, хотя от количества потраченных конвейеров у Иннокентия заболело сердце. Но что не сделаешь ради собственного удобства.       Покрутив ручку, Иннокентий залил в бойлер воды.       При попадании воды он загудел, затрещал, начал нещадно греться. Спустя несколько минут из трубы повалил углекислый газ, а из выхода для пара пошел первый пар. Удостоверившись в работоспособности механизма, Иннокентий соединил бойлер и паровой двигатель.       На один бойлер ушло три паровых генератора. Адский механизм крутился, превращая механическую энергию разогретого пара в электрическую энергию. Часть пара шла дальше, в другие генераторы, а остальной, отработанный, валив вверх.       Поставив опору ЛЭП, Иннокентий разозлился. На подсоединение парового генератора к сети требовалась медная проволока. Разозленный, он принес целых десять огромных мотка проволоки, совсем не чувствуя их вес.       Но не будет же Иннокентий вручную подключать все это, для того и существовал инструмент. Маленькая коробка с парой кнопок и стрелок. Иннокентий выбрал бур, над ним появилась голограмма стрелки, а затем нажал на опору ЛЭП, над ней тоже появилась стрелка. Нажав большую красную кнопку, ближайший моток проволоки распался на частицы, которые собрались в провод от двигателя к ЛЭП.       Провод это был исключительно медным, и что-то подсказывало Иннокентию, что трогать его или даже приближать к нему – очень плохая идея. Не то чтобы его это беспокоило, он же идеальный и не умрет от какого-то там электричества, но откуда знать об этом электричеству?       - Так трудно жить среди глупых вещей, - тяжело вздохнул Иннокентий, смотря на постепенно замирающий паровой двигатель.       Пока Иннокентий смотрел на двигатель, он подумал об одной проблеме.       Доходя до конца конвейера, уголь просто падал на землю. Можно закруглить конвейер, что выглядело довольно уродливо, и проблема частично решится. Но решится она ровно до того момента, пока угля не станет настолько много, что при очередном круге он не столкнется с новым углем. Тогда вся система теряет всякий смысл.       Судя по постепенно замирающему двигателю, выработка энергии зависит от потребности в ней. Значит, что бойлер будет потреблять уголь в зависимости от потребности пара. Это создавало огромную проблему в угле, ведь его потребление варьировалось в зависимости от потребления энергии. Можно, конечно, было рассчитать расход угля на единицу энергии, но Иннокентию не хотелось заниматься лишней работой… не было времени на это. Но даже если проделать эту работу, в чем ее смысл? Все равно автоматически регулировать выход угля в зависимости от потребления энергии не было возможности.       Решение? Иннокентий не знал. Можно отправить уголь дальше по конвейеру, на печи, но тогда не будет буфера угля на случай резкого скачка потребления энергии.       Но иного выхода не было. Тем более, когда будет резкий скачок потребления энергии? Нечему потреблять электричества больше обычно. А когда появятся такие механизмы, вот тогда и надо думать над проблемой.       Первое электричество появилось, что дальше?       Необходима автоматизация конвейеров и манипуляторов. Руки, ноги и спина в такт друг другу болели от марафона по ношению железа, дерева и меди. Конвейеры будут лучше явно переносить предметы, чем Иннокентий.       Что нужно для конвейера? Две шестерни и одно железо.       Конвейер создавался по две штуки и с учетом времени создания шестерней общее время создания двух конвейеров составляло одну минуту. Потребление железа в минуту находилось в пределах нормы, так что на остальные предметы оставалось достаточно ресурсов.       Дальше. Необходимо избавляться от устаревших твердотопливных манипуляторов. Еще при проектировании плавильного массива выявилась проблема, что манипуляторы, которые достают железо, не имеют подпитки углем. Можно было на тот же конвейер положить уголь, но манипуляторы потребляли его столь мало, что он бы просто сваливался, ведь манипулятор постоянно перекладывал уголь с конвейера на конвейер не останавливаясь. А подпитывать их своими руками… Иннокентий был довольно занятым человек, который мог просто забы… не успеть вовремя положить уголь.       Эту проблему решали электрические манипуляторы. Были это те же самые твердотопливные манипуляторы, но потреблявшие электрическую энергию за свою работу. Но вместе с потреблением электричества они потребляли и конское количество ресурсов на создание. Четыре железа и полторы меди, шедшие на создание одной микросхемы. Учитывая, в каком количестве они требовались, то выходила довольно грустная статистика.       Но что не сделаешь ради расширения завода.       Весь завод состоял из одних проблем. Например, как одновременно подвести и медь, и железо? Можно вывести все на один конвейер, но тогда они будут в неравной пропорции, что приведет к затору. На концах конвейеров, почему-то, не находились невидимые стены, предотвращающие падение предметов. Решение было довольно простым: немного изощриться и подвести медь очень извилистым и плохим способом. Пока она идет до конвейера, то впереди нее успевает прийти железо.       На этом моменте в затылке Иннокентия что-то зашевелилось. Словно он собирается начать одну очень плохую вещь, будто что-то связанное с макаронами.       - Не может того быть, - он ведь идеален и никогда не ошибается.       Одна микросхема создавалась минуту и четверть, а один манипулятор – две минуты и четверть. Куда девать излишек?       - О-хо-хо, - зловеще рассмеялся Иннокентий, стоило ему заметить «электрический бур». Это означало, что он может значительно сократить расчеты угля, и одновременно повысить его добычу. Значительно повысить. Очень значительно повысить.       Но эта установка Черта стоила соответствующе. Три микросхемы, пять шестерней и десять железа. И изготавливалась в сумме восемь минут и четверть.       И вот, в итоге оставалось довольно мало ресурсов. Но что делать? Завод требует расширения и оптимизации.       Часть скромно оставшихся ресурсов шла на самые первые исследовательские пакеты. Это были самые обычные красные колбы, называющиеся «автоматизационный исследовательский пакет». Они стоили «всего» одну медь и два железа, но изготавливались целых пять с половиной минут.       К этому моменту большая часть железа с конвейера была использована. Но ведь в производство запущены всего несколько предметов! И столько предстояло сделать.       Например, на железо требовалось на изготовление сборочных автоматов. Четыре с половиной меди и двадцать два железа на шесть минут и три четвертых минуты.       Большая часть оставшегося железа пойдет на колбы. Иннокентий чувствовал, что их понадобится большое количество. А излишек пойдет на разные нужды. Создавать автоматизированное производство лабораторий Иннокентий посчитал большим расточительством.       Еще необходимо оставить на оборону.       Но, посчитав разные цифры, Иннокентий решил сделать для нее отдельный массив. С учетом увеличившейся выработки угля это легко можно было сделать. Тем более что пять магазинов с патронами потребляли четыре железных листа. И что-то подсказывало, настойчиво так намекало Иннокентию, что патронов ему понадобится очень и очень много.       Но где хранить полученные материалы? Очевидно, в сундуках.       Обычный деревянный сундук был обычным деревянным сундуком. Никаких панелей, замков, простая деревянная коробка. Поставив ее перед манипулятором, он сложил в нее руду и остановился на этом. Одна руда и сундук оказался переполнен.       Но это не относилось к созданным вещам. Манипуляторы довольно бережно укладывали их по стопкам, что несказанно порадовало Иннокентия.       Но хватит думать! Пора приступать за дело!       С этими мыслями Иннокентий принялся дальше стоять на месте, ожидая очередной партии железа.       День спустя на поясе Иннокентия висели десятки коробочек: манипуляторы, сборочные автоматы, а в сундуке на плечах целое море конвейеров.       Раздумывая над размещением автоматов для производства конвейеров, Иннокентий подумал над проблемой расширения плавильного массива.       Месторождение железной руды находится на севере, около озера. Вверху, в пяти метрах, находится месторождение меди. В двадцати метрах направо находилось месторождение камня. В сотне метров вверх находился уголь.       Куда расширяться? Несмотря на всю нелюбовь Иннокентия к природе, лес требовал значительных усилий для рубки. За озером находилась поляна, переходившая в лес. На юге лежала зона радиации и опять лес. Все пути вели на север.       Но там находилось месторождение угля. При неправильной проектировке оно может стать проблемой.       Будто эта проблема касается Иннокентия.       Но куда расширять массив? Если идти далеко на север, то потребуется огромное количество конвейеров для доставки руды до печей, что не являлось рациональным использованием ресурсов. Значит, надо расширяться не ввысь, а вширь.       С этим проблем не было. Вширь поляна с озером была большой, проблемой являлись только конвейеры.       Но что делать? Завод должен расширяться.       Проведя длинный конвейер на север, выйдя за пределы плавильного массива, Иннокентий начал творить.       По его расчетам, один сборочный автомат на шестернях способен в полной мере обеспечить один сборочный автомат по производству конвейеров. Хотелось бы больше, но пока что и этого хватит.       Рядом с поставленным сборочным автоматом был установлен манипулятор. Напротив манипулятора Иннокентий поставил другой сборочный автомат так, чтобы шестеренки сразу клались в него, минуя конвейер. Конвейер с железом для шестеренок был закруглен и выведен к сборочному автомату по производству конвейеров.       По конвейеру медленно полз железный лист. Ожидая словно второго прихода, Иннокентий жадно пожирал его глазами.       Он ненавидел, когда не мог видеть результат своей работы. И вот сейчас, когда этот лист подъедет к манипулятору, он захватит его и погрузит в чертоги пожирающей машины.       Метр за метром, он ехал… пока не достиг манипулятора и не проехал дальше.       Посмотрев на лист, посмотрев на манипулятор, Иннокентий остался в недоумении.       - Чертова физика. – Сказав себе это под нос, он пошел подключать это производство к электросети.       На второй раз все оказалось намного лучше. Захватив лист, манипулятор отправил его в автомат.       Подъехал второй лист, который также был отправлен в автомат. Он загудел, заработал, выдавая две шестерни. Ловко подхватив их, манипулятор отправил их в другой автомат.       Следующие листы забирал жадный манипулятор. Но вот, он насытился, внутренне хранилище сборочного автомата оказалось заполнено, и больше железо в него не клалось. Иннокентий гадал, каким образом манипулятор узнал об этом, но так и не нашел ответа на свой вопрос. Но пока он размышлял над этим, железные листы оказались в сборщике конвейеров.       Заурчав, автомат заработал.       - Давай, родненький, - стоя у выхода, Иннокентий жадно пожирал его взглядом.       Наконец, заветные коробочки вышли из его чертогов. Подхватив их, манипулятор ловко сложил их в сундук.       Иннокентий улыбнулся.       У него получилось.       Оставив производство, со спокойной душой он направился на сон.