Маленький кусочек руды, часть 1

      Это история про один из бесчисленных танков, произведенных на заводе. Его судьба ничем не отличается от судеб таких же танков, и можно говорить о нем в единственном числе, но думать и считать так, будто рассказ идет о мириадах таких же танков, которые не будут упомянуты здесь.       Эта маленькая история не будет поднимать «сложных» тем, не будет и серой морали. Нет, это история проста до безобразия, которую прочитаешь и забудешь в ту же секунду. Но я надеюсь, что в моменте она понравится вам, моим дорогим читателям, скрасив томный вечер или долгие рабочие часы.       На этом я удаляюсь со сцены и даю слово маленькому кусочку руды, что только что упал на синий конвейер.       Буквально секунду назад он находился в земле, как и две секунды назад, и три секунды, и тысячи лет до этого. По неизвестным нам причинам он оказался столь близко к поверхности земли, что лучи солнца, будь они чуть сильнее, а земля чуть тоньше, и руда сверху чуть прозрачней, смогли бы согревать этот определенный кусочек железной руды.       Но история не знает сослагательного наклонения.       Поэтому сотни, тысячи, а возможно и миллионы лет этот кусочек ютился так близко к поверхности, так близко к свободе, что протяни руку – и вот она, прямо здесь, в жалких двадцати – тридцати метрах.       Но не рук, ни сослагательного наклонения у кусочка железной руды не было.       И последние несколько месяцев своего многолетнего существования кусочек железной руды слышал странные звуки и чувствовал непохожие ни на что вибрации. Казалось, что даже Подземная паутина зашевелилась, стала петь, приветствуя что-то великое, не из этого мира. И иногда это до жути пугало наш кусочек руды, ведь такое он видел много, много лет назад, и не знал, чего ожидать в этот раз.       А несколько недель назад, если бы кусочек железной руды знал, что это, начали происходить совсем странные вещи. Огромные невидимые, но черные, маслянистые щупальца обвили каждый миллиметр его тела, прощупывая его, тысячами глаз оценивающе наблюдали за ним. Словно что-то невероятно могущественное выбрало его своей целью и оценивало, стоит ли тратить на эту пылинку свои ресурсы, подсчитывая потенциальную выгоду.       Может, от этого возбудилась великая паутина? Давно же это было в последний раз.       Но несмотря на некоторое беспокойство, кусочек руды продолжал тихо лежать в земле. Вокруг него находились такие же куски железной руды, хотя иногда нашему герою казалось, что они составляют одно целое. Как можно выделять отдельные куски, если вокруг тебя все состоит из монолитного материала, а сам ты являешься его частью? Впрочем, наш кусочек руды давно свыкся с данным фактом и не задавал вопросов.       Постепенно далекие вибрации стали привычными, страшный взгляд ушел куда-то на задворки, беспокоя не так сильно.       Но постепенно кусочек руды понял, что его безопасность была мнимой.       С каждым днём соседние кусочки, особенно те, что находили вверху, пропадали. Вот так просто, брали и пропадали. И наш герой тоже считал это невозможным, но реальность оказалась такова. Части одного целого пропадали, их голос замолкал навсегда, и на их место приходила пустота.       Но наш кусочек руды не сильно беспокоился об этом. Да, они пропадали, но с ними он не водил большого знакомства, и их пропажа не особо сказывалась на беспокойстве героя.       Тем временем вибрации становились ближе.       День за днём соседние кусочки руды пропадали, и сверху, и справа, и слева, и даже снизу. С каждой секундой дрожь становилась ближе.       Боялся ли наш кусочек руды? Может и нет, может и да. Нам привычно печься о своей жизни, ставить ее во главу угла, возвышаясь над другими. И кусочек железной руды не был исключением. Он боялся грядущего, не знал, что будет с ним и с его братьями.       Но сделать ничего не мог.       У него не было рук и ног, слизи, магических способностей или телекинеза. Он был обычным кусочком руды, как и мириады иных братьев, ничем не выделяющийся на огромном фоне железного месторождения.       Наш кусочек руды боялся, как и любое живое существо. Но чем ближе становились вибрации, чем меньше оставалось соседей, тем меньше оставалось страха. Ко всему нужно подходить рационально, в том числе и к страху. Есть ли смысл волноваться о грядущем, если никоим образом не можешь на него повлиять? Стоит ли переживать за братьев своих, если ничем не можешь им помочь? Стоит ли переживать за свою судьбу, если не можешь решать ее?       Кусочек руды нашел для себя ответы на эти вопросы.       Со спокойной душой он начал ждать неизбежного.       В один момент вокруг царила тьма, и в следующий момент царила тьма, но совсем иная тьма, не как раньше. Кусочек железной руды чувствовал, что он находится не в земле, а в ином пространстве.       И активно перемещается.       Как он это определил? В его случае это было довольно легко: громкий звук, похожий на звук ветра из рассказов кусочков сверху, окружающий все вокруг, другие кусочки руды, летящие за ним, странное движение не по направлениям, а вокруг прошлого положения.       Соседний кусочек подсказал, что это называется вращением вокруг оси.       Он всегда был странным.       И говорил странные слова.       Перемещаясь туда-сюда, не зная куда, кусочек железной руды преодолевал воистину огромные расстояния. За несколько минут полета по странной трубе он пролетел намного большие расстояния, чем за всю прошлую жизнь.       Ведь теперь настала новая жизнь.       Думая о высоких материях, кусочек руды летел по трубе. Иногда он сталкивался с ней, иногда другие кусочки сталкивались с ним. И многих из них наш герой знал, но они стали необщительными, мрачными и хмурыми. На любые попытки заговорить они отвечали либо молчанием, либо говорили очень плохие слова и выражения.       Долго ли, коротко ли, но наш герой оказался перед выбором.       Справа находилась дробилка, а слева — луч света.       Огромные валы дробилки медленно крутились, дробя все попадавшее между ними. Медленным, словно задумчивым скрипом она перемалывала все попадавшее в нее, отправляя в неизведанную тьму все попавшее. Наш маленький кусочек руды не хотел идти в дробилку.       Но его дальнейшее направление решал не он.       Вновь появился тот холодный взгляд. Он прошелся по каждому миллиметру тела, каждой молекуле и каждому атому, оценил, подсчитал их и вынес вердикт.       Налево.       Медленно идя по конвейеру, наш кусочек руды направлялся на выход. Остальным повезло не столь сильно, они направились направо. На их основе, с использованием огромного количества энергии модули эффективности создадут новые куски руды.       Но не будет в них прежнего веселья и души.       Их голос остался внизу, а здесь его раздробили и превратили в бездушную материю. Лишь множество миллионов лет спустя в их душе вновь появится жизнь, беря верх над бушующей внутри энергией.       Не подозревая об этом, веря в лучшее, наш кусочек руды оказался снаружи.       Неяркий свет ударил по его телу. Негостеприимные куски ворчали оттого, что он вмешался в их порядок вещей, занял место на конвейере, и что он должен потесниться и проявить уважение к старшим.       Наш кусочек руды не обращал внимания на них. За множество лет, проведенных вместе, он научался пропускать мимо ушей их ворчание, словно рыбак, вылавливая крупицы важной и интересной информации.       Пока старики ворчали, наш кусочек руды восхищенно осматривал окружающее пространство.       Огромные механизмы буров, как их называли некоторые, возвышались на многие метры ввысь. Среди них выступали настоящие гиганты, от которых к бурам тянулись километровые черные линии.       И шум. Шум работающего конвейера, шум работающих буров, шум напряжения, которое передавалось по черным линиям, шум черных небес, застилавших все до горизонта.       Проносясь меж буров, на конвейер высыпались новые кусочки руды. Неприветливые, наш герой окончательно растерял всякое желание общаться с ними. Им слово – от них молчание, и то в лучшем случае.       Буры закончились.       На пяти соседних линиях конвейеров перемещалась такая же руда, что и наш герой.       Впереди показалась странная конструкция.       По ворчанию кусочек железной руды понял, что это называется балансир. И есть у него ровно одна роль – переместить излишек руды с одного конвейера на другие. Но наш герой заметил, что от балансира в сторону отходят все шесть конвейеров, которые уходят под землю. Все шесть конвейеров были пустыми.       Право слово, наш герой не понимал, зачем это делать. Не понимал и то, куда они движутся, но конец пути есть у всего и всегда. И какая разница на каком конвейере они достигнут конца?       Странно устроено это место.       Право, лево, вниз, вверх, вправо, и вот кусочек руды оказался на том же конвейере, что и сначала.       И зачем нужен этот балансир?       Ворча, наш кусочек руды направился дальше.       Рассматривая себе подобных, наш кусочек руды добрался до погрузочной станции.       Дальше виделась гора.       Если выражаться более точно, то не гора, а возвышение конвейеров. Справа возвышался гигант, сравнимый с высотой тех черных проводов. Из его верха шел дым, хотя посреди серого воздуха он был совсем незаметен.       Подъем наверх прошел значительно медленнее, чем следование по обычному прямому конвейеру. Нашему герою быстро стало скучно, и он начал рассматривать свой прошлый путь.       Ряды буров стояли как по линейке, занимая воистину огромные площади. Наш кусочек железной руды и не знал, что он находился в таком большом месте. Впрочем, кажется, здесь все отдавало гигантизмом. Нужен он или нет наш кусочек руды судить не мог, хотя старики говорили о неэффективности всего здесь построенного, что будь у них такие возможности, они бы здесь все перестроили подчистую.       На самом верху наш герой заметил небольшой промежуток без руды, который следовал прямо за ним.       Посчитав это странным, он забыл об этом.       Кусочек железной руды упал в вагон, на другую руду.       Медленно они начали разгоняться.       За ними следовал следующий поезд, если верить ворчанию стариков. Он шел впритык, почти соприкасаясь с последним вагоном. Уже находясь за пределами станции, тот поезд остановился, и ровно в этот же момент в его вагоны начала сыпаться руда.       Наш герой удивился такому выверенному подъезду, но еще больше удивился спешке. Зачем спешить, если все события рано или поздно произойдут? И нет смысла ускоряться или беспокоиться о чем-то, необходимо лишь расслабиться и плыть по течению.       Тем временем состав набирал скорость.       Вокруг, насколько кусочек железной руды мог видеть, раскинулись поезда и железная дорога. Гигантские столбы, даже выше тех, что стояли у буров, возвышались над поездами. От черных проводов чувствовалась сила притяжения, но даже не она, а чувство свежести приманивало к ним нашего героя.       Но в силу некоторых, несомненно печальных обстоятельств, он не мог дотянуться до них.       В небе кружили странные конструкции, некто «дроны».       С собой они несли черные коробки, либо на серых веревках большие Коробки. Но, в отличие от черных коробок, их грани не были единым монолитом, а изменялись и извивались, а размеры могли конкурировать с поездом.       От них наш кусочек руды чувствовал еле заметные импульсы, словно от проводов, но их природы и зов в корне отличались друг от друга. И во всей вселенной не найдется слов для описания этого различия.       Его надо чувствовать.       Наблюдая за дронами, наш герой не забывал осматривать и землю.       И несмотря на черный все покрывающий дым, некоторые детали близких построек приглядывались.       Например, ровные ряды странных коробок, «сборочных автоматов», меж которых растянулись метры и метры конвейеров. Странные разноцветные конструкции захватывали такие же странные предметы, совсем не похожие на них самих, на руду, сборщики, Дронов или странные конструкции на верёвках. Отдавая в сборщик предмет, на выходе они доставали новые черные коробочки.       Кусочек руды задумчиво задумался над этим. Странное дело здесь происходило. Может, и так, что из этих коробочек что-то строиться? Или они используются для производства новой руды?       Поверхность такая странная, необычная… чуждая.       Но наш герой даже радовался такому. Больше непонятного – больше тайн для разгадки.       Несколько… много поворотов спустя состав добрался до станции разгрузки.       Светофор горел голубым, и наш герой удивился, как поезд смог разглядеть сигнал и как он знает куда ему ехать. Может, внутри него находится такой же кусок железной руды, который и управляет поездом?       Напрягаясь, наш герой ничего не почувствовал.       Если там и есть кусок железной руды, то он из другой группы, или, как ворчат старики, из другого месторождения.       Тем временем поезд заехал в батарею и встал, ожидая своей очереди.       Проворчав на остановку, наш герой принялся рассматривать окружающий мир.       Прежде всего бросался жар, который даже за сотни метров чувствовался очень отчётливо и ясно.       Во вторую очередь притяжение стало почти невыносимым. Оно чувствовалось где-то далеко, с обратной стороны этого странного сборища конструкций. Но его сила превосходила все, что кусочек руды чувствовал до этого.       Электрические печи, как их называли старики, работали на ура. Оранжевым светом печи светили сквозь темноту, словно рукодельные звезды освещая путь. Старики сетовали на их технологическую отсталость и «опять идти в печь, пятый раз за последний миллион лет».       Наш герой не понимал их слов, а поэтому не слушал. Пускай они говорят что-то себе на уме, будущее все равно за молодыми.       Полторы минуты ожидания и поезд тронулся с места.       По мере приближения жар, как и притяжение, становились сильнее.       Поезд резко остановился.       Через правый край все вагоны выкинули руду в ямы.       Для такой высоты падение оказалось довольно мягким. Только несколько кусочков откололись от нашего героя, про них он сразу забыл.       Вокруг оказалась темнота. Звуки уходящего поезда слышались далеко, как и все разговоры, и притяжение почти пропало, и жар не так сильно беспокоил.       Вновь появился звук работы конвейера и забираемой им руды.       Он был ни громким, ни тихим, ни величественным, ни ничтожным, он разносился во все уголки мира и нигде одновременно. Он был.       И темнота, которая разбавлялась светом из проема где-то там, в далее.       Довольно быстро нижняя руда уходила по конвейеру наверх, а на ее место вставала руда сверху.       Регулярно, словно по часам, подвозили новые партии руды.       Через некоторое время настигла очередь и нашего героя.       Он был рад покинуть это место.       Это проклятое всеми Богами место.       Он видел, как семья неудачно упала и разлетелась по разным углам. Их дочь пыталась добраться до своих братьев и родителей, просила и молила окружающих им помочь, но все было впустую.       Сначала конвейер пришел за их отцом. Вопя и посылая весь мир, он пытался спастись и добраться до своей семьи, но сделать ничего не мог.       Потом конвейер пришел за одним из братьев. Похоже, это был младший сын, он не мог толком разговаривать и формировать мысли, а конвейер забрал его вторым. Мог ли он понимать свою судьбу, свое будущее?       Нет.       Следом ушли остальные братья, которых наш герой насчитал пять штук. Кто-то из них плакал, молил о пощаде, другие звали родителей, иные просто молча приняли свою судьбу.       Потом конвейер пришел за дочерью.       Пока конвейер забирал руду, она смогла приблизиться к своей матери.       Оставались считаные миллиметры до их воссоединения. Наш кусочек руды слышал и чувствовал их общую надежду и радость, несмотря на произошедшее горе, физически ощущал то притяжение, которое возникало только от проводов…       Но конвейер был беспощаден.       Дочь ушла наверх.       А следом за ней и мать, но из-за неудачного положения она сместилась на несколько сантиметров и попала на совершенно другой конвейер.       Это была ужасная сцена для нашего героя, но старики не обращали на это внимания, словно это происходило каждый день, также общались между собой, говорили о новостях, даже шутили.       Для своего душевного спокойствия, несмотря на все отвращение, наш герой решил последовать их примеру и забыть об увиденном. Иногда на некоторые вещи просто необходимо закрывать глаза.       С лёгкой душой наш герой направился вверх.       Синие руки брали куски руды и быстро закидывали их печь, даже не останавливаясь для этого. Печи гудели, и нашему герою казалось, что они пристально смотрели на него и требовали именно его в качестве очередной закуски.       Но он успевал пролететь между ними, пока один из манипуляторов не схватил его и не швырнул в печь.       Ударившись о стенку приемника, он полетел вниз.       В чаще плавала другая руда, но ее голос и песнь исказились, были рваными, словно пустыми и безэмоциональными. Они что-то говорили, но наш кусочек руды не понимал их, даже если бы и хотел этого.       А он не хотел слушать очередных стариков.       Темнота.       Теперь он не кусочек руды, а металлическая пластина.       Мир вокруг был не тем, что раньше.       Потухли краски.       Жар не так сильно давил.       Притяжение от проводов, наоборот, давило ещё сильнее, но наш герой не обращал на него никакого внимания.       Глупые разговоры стариков потеряли всякий смысл.       И сталь вокруг, и конвейеры, и манипуляторы казались нашему герою роднее, чем его прошлые «друзья». Он чувствовал необъяснимое притяжение к ним, словно они были его частью, а он – их частью.       Только звук конвейеров стал еще громче, заглушив все остальное.       Молча наш металлический лист направился по течению, в сторону огромных подземных складов.       Бездушные листы разлеглись рядом, также шедшие по течению.       На конвейер добавлялись новые листы, но наш герой не обращал на них никакого внимания.       Все померкло и не имело смысла.       Замедлившись, он въехал на склад.