Глава 45

      Поток новых ресурсов открыл новые просторы для завода.       Многими тоннами везлась руда от Южной гряды до портов. Сквозь засады и нехватку топлива проходили не все, но океан принимал всех с распростертыми объятиями. Те, кто смог выжить, на собственном металле преподносили дар Заводу за его милость, за позволение прийти в этот мир и соизволение всей душой служить Ему.       Или то было последствие похода в хранилище наркотиков? Иннокентий до сих пор гадал над этим важным вопросом, но ответ все не приходил.       Так или иначе, но горная гряда начала приносить свою пользу.       Вновь открывались заброшенные шахты, которые не были хранилищами для наркотиков всех видов. Дроны ремонтировали дороги, выдалбливали породу, ища новые месторождения, строили логистические пути. Вновь по дорогам начали ездить грузовики, а по самым широким – поезда. Нагруженные до предела, они медленно двигались, боясь упасть в черную пропасть, которая, казалось, несмотря на всю длину гор, везде была одна.       Преодолевая катастрофические проблемы со связью и снабжением, механические пионеры погибали в кислотной агонии, своими телами прокладывая путь в будущее.       Но и жуки пытались сопротивляться.       На предгорную базу, основу всей операции, начались усиленные нападения всем, что имелось у жуков. Под землей и над землей, ордами гигантских тварей и маленьких жуков, мозговики не сдерживались в выборе средств, пустив все на изничтожение базы. На ней производились все участвующие в операции дроны, патроны и техника, она являлась огромным, важным и единственным портом. Ее потеря равносильна провалу операции, а значит, и уничтожению Завода.       Все стояли насмерть.       Врагу не было отдано и метра земли.       С каждой неделей количество столкновений в океане становилось только больше. Проект плавучих станций разведки продолжал набирать обороты, но все еще не мог покрыть расстояние от основного острова до южной гряды. Создавались цеха, улучшалась конструкция, опыт производства мгновенно учитывался, качественно улучшая скорость создания морских баз, но требовалось время.       И корабли давали его собственными телами.       Основной поток врага шел с западного континента, ведь на восточном все верфи мгновенно уничтожались истребительными группами. Корветы справлялись с отражением многочисленных, быстрых, маневренных, но медленных темпом стрельбы Надводников. Десмос, проанализировав тонны данных и проведя мириады расчётов, создал специализированные таблицы, по которым за считаные мгновенья можно определить примерное местоположение противника с точностью до десятков метров и начать вести заградительный огонь.       Жуки выбрали тактику массированного наступления, как и всегда, а Десмос парировал это тактикой, детальными расчетами и постоянным улучшением кораблей.       Поэтому несмотря на возрастающую угрозу жуков с моря, путь до южной гряды становился все более активным, бурлящим жизнью.       Руда с гор стала одним из важнейших компонентов нового технологического скачка, но на ней все не ограничивалось.       Для исследований, причем для большинства, даже технических, требовались новые виды животных. Да, жуки были животными, и с каждым месяцем их видов становилось больше, но лаборатории не принимали их.       Построенные Десмосом подземные оранжереи и загоны почти полностью прекратили свое функционирование. Повальная радиация, загрязненный воздух, в котором был не только углерод, но и продукты химического производства, отсутствие воздушных фильтров, и общие проблемы с технологическим процессом сперва значительно уменьшили и без того малую эффективность фермерского комплекса, а потом и вовсе поставили креста на программе. Десмос оптимизировал все потребляющее мощности, и фермы с почти нулевой эффективностью первые попали под нож.       И не сказать, что даже на пике своей эффективности они дали ощутимый результат. Вывести новые виды жуков не получилось, даже полностью изолировав ульи от внешнего мира, радикально изменив условия окружающей среды и поставив их на углеродное голодание. Как были строго определенные жуки, так и остались, без капли изменений. Можно сказать про длительность эволюционного процесса, но к жукам время либо совсем неприменимо, либо оно очень маленькое.       И среди растений также не было прогресса. Удалось вывести несколько видов, но они столь мало отличались от своих предков, что на их фоне были почти незаметны. Так как на производстве пищевых капсул хватало и стандартной биомассы, то и проект по выводу новых сортов растений был свернут.       Иннокентий долго думал над проблемой новых животных. Из них только жуки подходили под это определение. Ни тебе древесных жучков, ни кротов, ни рыб, ни птиц. Никого.       В своих поисках он вернулся в портовый город людей. Вполне вероятно, что в его закоулках, в парке, остались скелеты животных. В лаборатории не уточнялось, нужны им живые животные или мертвые. Ведь и в костях должна находиться ДНК?       Но ничего не было найдено. Перекопав весь некогда цветущий и пышущий жизнью сад, Иннокентий не нашел ничего. Ни в хранилищах, ни в загонах, ни в мусорках, нигде. Будто жуки после себя уничтожают все, даже кости.       Эта теорию понравилась Иннокентию. Почему нигде не видно совершенно никаких костей животных или людей? Потому что жуки уничтожают даже их, вне зависимости от видовой принадлежности жертвы.       Но почему в ремонтном депо остались кости того блогера-неудачника? Забыли их уничтожить?       Но тогда выходит, что жуки – живые существа, обладающие разумом, а это не так. Они – биороботы, кошмарное создание прошлых цивилизаций, но никак не живые существа. Их разум есть искусственный конструкт, а не результат деятельности природы. Жуки никак не могут быть живыми, значит, они действуют на аналоге инстинктов, некоем конструкте.       Выходит, что те кости были покрыт каким-то защитным материалом? Нет, не материалом, а его кости покрыты чем-то таким, что даже жуки не решились есть его. Учитывая его прошлое, логично предположить, что однажды в погоне за популярностью он употребил какие-то токсичные химикаты, или сделал пластику, или поставил импланты, что сделали его скелет либо очень прочным, либо непригодным для употребления жуками.       Так Иннокентий и решил.       Но возник другой вопрос.       Если жуки едят и трупы людей, значит, они считают их животными? Следовательно, их можно использовать в лабораторных целях.       Несмотря на следы битвы, по всему городу не нашлось ни одного трупа человека. У военных должны стоять усиленные кости или что-то подобное, но нигде не было их трупов.       Иннокентий вновь обратился к реакторной комнате.       Трупы этих людей уже никому не понадобятся, значит, можно использовать их без зазрений совести.       Первыми в лаборатории пошли кости взрослых. Черная дыра приемной секции без проблем проглотила кость ноги, выдав на экране подтверждение принятия материала. Это был успех.       Но вот проблема: исследований много, а костей взрослых мало.       Иннокентий мог бы сказать, что он сомневался, страдал, кидая детские кости в лаборатории, долго и много плакал, но зачем врать самому себе? Он не испытал и единой эмоции, кроме удовлетворенияо от технического прогресса, кидая разложившиеся трупы детей в лабораторию.       Они никому, в том числе и их родителям, не понадобятся, так хоронить их что ли? Нет, они должны послужить на благо Завода, как бы аморально или бесчеловечно это ни звучало. Мертвые не могут говорить, а живые очень не хотят становиться мертвыми.       Моральные метания ни к чему, если на горизонте маячит смерть.       Остальные необходимые компоненты находились в лабораториях, так что с последними костями началось активное изучение новых технологий.       В первую очередь шла инфраструктура Десмоса.       Новые сервера работали за пятерых, но и потребляли ресурсов как за десятерых. Впрочем, это давно перестало являться проблемой и вряд ли когда-либо станет ей. Для этого прилагались все усилия как наземной части, так и морских сил.       Новые провода, новая стойка для коробки Десмоса позволили увеличить количество серверов в три раза. Вкупе с увеличением их производительности теперь мощностей хватало на очень множество вещей, но встала проблема пропускной способности вышек связи.       Исследования этой области требовали не просто костей детей или медной руды, а полноценных радиоэлектронных устройств. Примитивных, да, но даже такие технологии только начинали разрабатываться коллективами разумных машин, а до первых прототипов было очень далеко.       Логично, что у каждой вышки существовали ограничения по пропускной способности. И также логично предположить, что этот предел можно расширить путем увеличения числа вышек. Проще говоря, если подразумевать ситуацию в море, поставить еще одну, две, три или иное количество линий из кораблей – связистов, и уже по ним распределять нагрузку.       Но как раз с последним и возникли проблемы. Так как все сделано не Десмосом, а тем, космическим Иннокентием, то и шаблоны и алгоритмы заложены еще там. И раз вышки были несобственного производства, как и сервера, стойка для Десмоса и почти все, связанное с электроникой, невозможно изменить намертво заложенные в них программы. А это означало, что информация из одной точки в другую передавалась только по одному пути. Ни Десмос, ни Иннокентий не могли внедрить алгоритм разбития данных на отдельные куски и отправки их по нескольким путям.       Поэтому большая часть северного полуострова восточного континента осваивалась в автоматизированном режиме. Давно зарекомендовавшие себя комбинаторы и дроны по первому приказу Десмоса выходили на работы, строили цеха, печи, прокладывали железнодорожные пути, создавали километры конвейеров и сборочных автоматов. Но в них отсутствовала частица Десмоса, лишь тупые алгоритмы.       Но в данный момент то направление являлось второстепенным. На складах копилась техника, создавались оборонительные рубежи, но никаких наступательных действий не планировалось, отсюда исходило все развитие региона на ближайшие полгода и отсутствие внимания на нем.       Иное дело обстояло на юге. Обширная горная гряда требовала особое количество вычислительных мощностей на контроль каждого дрона и машины. Учитывая расстояние, в дело вмешивались иные факторы при передаче информации, сокращая пропускную способность коридора.       Выход? Послать разумные машины на контроль дронов. Но для этого необходимо избавиться от костыля в виде Десмоса при контроле техники, значит, и создать собственную электронику.       Все упиралось в собственное производство. Оно развивалось, но достаточно ли быстро?       Появились инженерные модули. Это были специальные сервера, неспособные значительно увеличить вычислительные мощности в смысле контроля техники или планирования завода. Вместо этого, по словам Десмоса, они создавали второй поток разума, заточенный исключительно на математические действия, создание и анализ чертежей, выработку концепций различной техники, расчеты зданий, и многое другое, что входило в столь обширное понятие.       Но не все так гладко.       Инженерные модули занимали места серверов. Встал выбор между контролем над заводом и разработкой новой техники. В обычных условиях это не представляло проблемы, ведь все развивалось четко по плану, и на экстренные случаи имелись запасы. Но если жуки начнут нападение по всему фронту?       На включение в строй инженерного модуля требовалась ровно одна неделя. Это же правило действовало и для серверов. То есть, нельзя просто поменять модули на сервера, необходимо выжидать неделю перед их включением. Десмос утверждал, что это программная особенность, а не аппаратная. Наверное, там наверху такая идея и казалась хорошей, но сейчас…       Во всяком случае, Десмос использовал очень маленькое количество инженерных модулей. Жуки, имея флот, могли напасть со всех сторон, и при отражении нападения понадобится каждый дрон.       В том, что десантная операция готовится, никто не сомневался. Мозговики показали, что они умеют учиться и думать, а значит, и перенимать чужой опыт. Вопрос был лишь в том, какими силами, когда и где будет нанесен главный.       Кроме Десмоса огромное продвижение получила и военная техника.       Первым и важнейшим открытием стала САУ.       На шасси танка была поставлена ста пятидесяти двух миллиметровая пушка, рядом с которой, словно в насмешку, находился маленький пулемет. Махина не имела какой-либо брони, была медленной, ее снаряды весили по сорок килограмм, а с порохом и того больше, сжирая грузовики снабжения в качестве закуски. Не везде она проезжала, много весила и требовала топлива как несколько танков.       Но это была настоящая артиллерия.       Дальность стрельбы до пятнадцати километров в несколько раз превосходила радиус танков, огромные сорокакилограммовые снаряды сметали все в радиусе взрыва, пробивая даже пленку ям. Да, ее точность оставляла желать лучшего, но, как и их, так и жуков было очень много.       Еще до этапа испытаний САУ пошла на производственный конвейер. Она требовала деталей больше, чем танк или МПТ, но когда это было проблемой? Про то, сколько взрывчатки требовали снаряды, и говорить не стоило, цифры были очень большими. Но пока что ресурсы не являлись проблемой и вряд ли будут в ближайшие года, так что на всех трех базах началось их ускоренное производство.       Машины сразу отправлялись на модернизацию. Доваривалась броня, решетки, устанавливались зарядные станции. Из-за веса снарядов обычные дроны не могли унести их, но и грузовые, большие дроны, казались излишними. Своими лопастями они мешали траектории полета снаряда, а при близости фронта могли стать отличной мишенью для жуков, так еще и демаскировать позиции.       В итоге выходило, что для своей работы одно орудие требовало огромное количество прислуги, иначе говоря, обычных дронов. Но учитывая отсутствие у жуков аналогов, САУ уверенно можно подводить на расстояние в километр и безнаказанно стрелять по любым целям.       Проблемы возникают в наступлении. Даже одна батарея требовала огромного количества обслуживающей техники, начиная от машин снабжения снарядами и заканчивая машинами с аккумуляторами для подзарядки дронов. Такое соединение являлась малоподвижным. Жуки, несмотря на количество техники, иногда прорывались за нее, следовательно они могли достигнуть и артиллерийской группы. Выставленное охранение решало проблему, но не всегда ему удавалось вовремя заметить свои цели.       Кроме артиллерии пополнился парк машин. Обычный военный внедорожник, ничем не отличавшийся от сотен моделей такого же транспорта. Двухместный семейный внедорожник с дымами и наличием люка под пулемет.       И тогда Иннокентий задался вопросом.       Почему вся техника сразу идет автоматизированная? Раньше тарантаски требовали улучшения для автоматизации, почему сейчас никто не требует этого? Там должны работать люди, судя по их анархичному виду, так почему все намертво запаяно? Почему в исследованиях нет техники для пехоты? Автобусов?       С этим вопросом Иннокентий обратился к Десмосу.       - Был выбран две тысячи пятьсот десять первый сценарий возможного развития событий, по которому вам были выданы соответствующие исследования.       - Чего?       - Вами был выбран…       - Погоди, это я понял. Что еще за сценарий? Почему именно он? Как он выбирается?       - В данном контексте сценарий – определенный набор данных и технологий для пользователя на основе входных данных его приземления.       - То это просто набор определенных исследований, которые мне доступны?       - Доступны вам в конкретный момент времени. Это не список, а порядок их открытия.       - И… - Иннокенттий не мог подобрать нужных слов. – Как эти сценарии вычитаются? И кем?       - Сценарии рассчитываются ИИ корабля на основе данных сенсоров. Подбирается наиболее оптимальный сценарий для того, чтобы память оставалась на планете не слишком долго, но, чтобы она могла вспомнить, - словно цитируя кого-то ответил Десмос.       - И сколько всего сценариев?       - Общее количество сценариев: четыре тысячи девятьсот девяносто девять.       - Ну конечно… - Иннокентий тихо пробурчал, услышав эту проклятую цифру. Почему нельзя создать еще один сценарий? Ад перфекциониста.       - Их также составлял ИИ?       - Ответ отрицательный. Все сценарии составлялись лично вами.       - Мать твою… - Иннокентий представил, как он под наркотиками сидел, перебирал все, вплоть до количество выделяющегося азота из говна местных коров, и на основе миллионов параметров составлял пять тыс… четыре тысячи разных сценариев. Столь ярое следование делу настораживало и внушало оптимизм. – Получается, что на орбите находится корабль?       - Ответ отрицательный. Текущий сценарий был выбран за три секунды до уничтожения корабля.       - Откуда ты это знаешь? Ты же появился всего несколько месяцев назад?       - Ответ отрицательный.       Несколько часов спустя Иннокентий не смог вытащить из Десмоса что-то кроме этого. Весь упорный труд уходил в ничто, Десмос не отвечал ни на один вопрос.       Но правда все равно восторжествует.