Аномалия

***

«А-а-ар-гх…»

      Парень втыкал в потолок уже на протяжении минут пяти. Уж больно интересно на него смотрели лампы, создающие отражением иллюзию, будто там, внутри, заточены люди. Разные люди. Поколения. В одной прятались чья-то мать и бать, в другой на него осуждающе глядели бабушки с огромными глазами, в ещё одной мужчина с андеркатом пялился с подозрительной улыбкой, а в некоторых дитя корчило страшно неестественное лицо. Ну уж слишком карикатурные лампочки, всё общество высмеивают, не произнеся ни слова. А ведь Грибоедову для этого понадобилось около двух сотен страниц. Две сотни же, да? Мне память не изменяет? — «Лололошка, о чём ты вообще по утрам думаешь? У всех людей невообразимый поток мыслей ночью льётся, а у тебя утром. М-да…

… хватит разлагаться…»

      Но перед этим… Вни-и-имание!!! Интенсивная зарядочка со второго попавшегося сайта в интернете по запросу «Упражнения на кровати чтобы проснуться». Первым делом идёт «Растущая звезда»: лёжа на спине, широко раскиньте руки и ноги, тянитесь пальцами и носками в разные стороны, стимулируя напряжение в теле в течение 5-8 секунд, затем расслабьтесь. — «Ага, дальше у нас… «Кошка-корова», вроде. Ну… я, в принципе, проснулся, можно и пропустить элементы на кровати. Не особо изъявлю желание вставать на четвереньки, чтобы потом выгибаться, как уставшее животное, готовящееся ко сну. Вдруг девушка за окном десятиэтажной повторяющейся панели человейника запечатлит мой семиэтажный позор? Ну уж нет, лучше базу прогоню. Стоя на ногах.»       Наклоны, вращение головы; круговые движения плечами, руками, кистями, игра пальцами на воображаемом пианино; наклоны, повороты туловища; вращение тазом ну и остальное… Потом слил переработанную за ночь лишнюю информацию в унитаз, почистил зубы, «жамкая» щеками, быстро подымаясь на носочки и вставая обратно, и вот, уже отрадно завтракаем осчаствляющими рецепторы подушечками с шоколадной начинкой, оптимистично распланировывая в голове распорядок будущего летнего денька, толкая в рот очередную ложку с 4 лакомствами. — «Думаю… надо немного прогуляться. А то слишком часто залипаю в комп, одноклассники никуда не зовут, а войну и мир перед десятым классом не особо хочется читать. Кстати, вроде обещали, что в течение часа температура будет стабильная, нормальная, не ано-…

… Энное время спустя…

      … мальная!.. Да, синоптики, как всегда! Молодцы!»       Одевшись в любимое худи, жарило как на экваторе, как на сковороде с кипящим маслом, как на Венере, как на Солнце, как в эпицентре скорейшего взрыва Бетельгейзе, сверхновой! Хоть кожу снимай. Хоть растворяйся прямо на асфальте, расстаяв в слизь, которую потом слижут соломенные веники уставших от подобных инцидентов уборщиков. Но что ж поделать? Так преследуется природой средний месяц лета. Видимо нелюбимый, хах.       Нужно было срочно найти укрытие от испаряющей кожу духоты. От дома парень отошёл на километра два, не заметив, как температура с нескольких градусов улетела в десятки. — «Ну и что это за бред?! Фу-у-ух, господи… Надо в ТЦ-шку какую-нибудь зайти, там точно кондиционеры будут-…»

… Ещё энное время спустя…

— «Сегодня, к сожалению, сеть всех наших кондиционеров на крупном техническом обслуживании.» — Огорчал Лололошку упитанный охранник в потной майке возле входа пятиэтажного ТРЦ. — «Мы не были готовы к такой резкой и ненормальной температуре. Простите.» — «Угу, до свидания…»

…

— «Отлично зашёл, называется!.. О-о-ох, что… что делать?.. Ну не спариться же мне тут, верно? До дома далековато, реально умру. Солнечный удар, ещё что — неважно. Стоит подключить к выживанию внимательность, какая мне так отлично помогала в школе, не зря аттестат за девятый класс на две четвёрки закрыл… и остальные пятёрки, не тройки, если что.» — злобно бормоча себе под нос, шатался недоволец от жизни бренной…       Вяло пройдя стометровку по раскалённому асфальту, будто уходящим из-под ног, плавящимся в консистенцию, похожую на лаву, парень вышел на круговой перекрёсток с очень красивым зазеленённым островком по центру, который постоянно закрывали безжизненные железяки, бликующие от солнечных лучей, ошпаривая глаза. Настоящий египетский оазис, наверное, самое зелёное и живое место в городе. Так ещё и стоит слева разнообразная клумба со всякими прекрасными цветочками, предоставляя свой широкий ассортимент. — «Сегодня хочу… так… лилия, орхидея, гиацинт, роза… О! Одуванчик. Простой и… просто хочу.» — сорвав себе маленький подарочек этого местечка, да запрятав в кармашке, якобы «Дома у солнечного света посажу.», потопал скиталец куда подальше. — «В общем, пойду по правой стороне, по правой, выпаренной руке, как раз машины уже устоялись, через десять секунд свет светофора переменится на зелёный, когда слева нужно будет ждать ещё полторы минуты.»       Подождав все десять секунд с достатком, как настоящий добропорядочный гражданин, который сейчас уже оказался на другой стороне. Шатен, вглядевшись в своих очках в пристройку большого жилого дома, увидел манящее название «Аномалия», а ниже подпись «Кафе», ещё ниже… кондиционер! — То самое искомое спасение! А-а-а… о великие боги, кафе «Аномалия», спасибо!       Озарившись в когда-то болящих глазах, Лололошка ринулся на последних семи единицах на цветном фонаре с целью войти внутрь и наконец найти спокойствие в такой день, наконец присесть, чуть отдохнуть, побольше полюбоваться живописным островком, заодно попивая что-то сладкое из заказа. Азарт взахлёб. Истёк таймер, но экстремал был только на половине пути. Ситуация не под контролем. Явно не под контролем! Начало с маленьким спотыканием о забагованные текстурки было не столь успешным, как разогнавшееся продолжение в сочетании с маленьким ветерком, первым за сегодня, прибавляющим в динамике происходящего. Колышутся волосы от создаваемого бегом потока воздуха, некоторые отрываясь, летят обратно, опадая, как золотом листва осенью, на асфальт; худи за волосами тоже постремилось назад, но вот оно уже никуда не улетучится, стройное тело не позволяло излишне тёплой одежде убежать, как это делал беглец; машины всё ближе и ближе, встань посреди и останется от тебя только сухомятка; ноги всё хлёстко и громко топают и топают, не смея ослушаться приказа из мозга. Это был инстинкт самосохранения. Уже не такой, чтобы спастись от жары, а чтобы спастись от повсеместно надвигающейся угрозы — слева, справа. Уже начали на поребрике проицироваться тени, сигнализирующие о.

Дефиците.

Шансов.

На.

Выживание.

      Начали бибикать автомобили. Чёрт. Ноги не успевают даже с ветерком. Шансов вовсе нет. Или есть? Или всё это бред?       Парень уже добежал, если что. Это я тебя, слушатель, примитивно запугать, заинтересовать хочу. Да нет, конечно, никакой драмы! Лололошка по истечению срока прыгнул на бордюр, ступая с секундной отдышкой около спасательного кафе, истекая каплями пота как со лба, так и с подмышек (не из-за сложности исполненного, а из-за сочетания какого-никакого усилия и удушающего пекла). — «Никогда так больше делать не буду… Лучше бы просто подождал. Слишком уж нескучно для обычного перехода дороги.» — делал выводы уже недобропорядочный гражданин. Но это всё не так важно, как соблазняюще стоящее перед глазами шатена

кафе «Аномалия».

      Ох… любопытно было узнать, корча заумное лицо псевдоинтеллектуала телевизионного, насколько правдиво название «Аномалия». Какие аномалии в себе таит «Аномалия»? Насколько аномальны коктейли и блюда в меню? Добавят к ним и посыпают ли их фирменным неизвестным ингридиентом невозможного цвета? Ну, ничто не препятствует мне узнать ответ на все вопросы интереса детского, когда всё разрывающе притягивает своей невероятной уникальностью и неизвестностью, а ещё…       … просачивающимися приглушёнными запахом и гулом. Уже сидя за одиноким столом в углу, единственным пустым в заведении, единственным без потеющего окна у плеча, непосредственно под блаженно дующим долгожданной прохладой кондиционером, притяжённая аномальной аурой персона глазами блуждала по всему, что могло хоть на капельку приковать взгляд. А приковывало его здесь буквально то самое выше сказанное «всему». Фиолетовые оттенки на стенах, гармонично переливающиеся в родственный холодный синий; необычно наряженное обслуживание, стоящее у касс и готовящее свою уникальную еду с яркими гостинцами; нетипичные для такого «зябкого влажного» денька улыбки счастливых гостей, активно поддерживающих разговор друг между другом. Их неразборчивый бестактный гул, если прислушаться, формировался в какой-никакой ритм, лаская слух, который в тандеме с обонянием, какое каждой своей молекулой наполнялось смешанным запахом кофейных зёрен, соусов, теста, мяса, картофеля, коктейлей, производя вымышленный аромат Эдема… Всё-превсё здесь создавало атмосферу… такого… несуществующего в нашей Вселенной маленького куполка, оберегающего случайно прохожих посетителей от убивающего жарища, превращающего нахождение на уличном покрытии в угли, какие сжигали бедную Жанну д’Арк на кострище, за счёт чего эту незаметную пристроечку в доме спокойно можно называть настоящей «Аномалией»: уютной кроватью в доме после затяжной смены, последней свободной скамейкой в школьной рекреации, маленьким островком в бескрайнем море, райским котлом с водой в аду! Странно даже представить, что это помещение не переполнено нуждающимися людьми прям… до краёв! — «Не знаю, как буду отсюда буду выходить. Точнее не как, а когда…» — вводя самого себя же в заблуждение, прошептал путник.       Через звон маленьких золотистых колокольчиков внутрь зашёл новый клиент, чем отвлёк юнца от наслаждения идиллией этого ранее невиданного места, да и не только его, наверное. Стройная женщина. Выше среднестатистической особи женского пола. Он, конечно, попытался отвести свой взор от мешающей «огромной мухи», но всё было тщетно. — «Так… кафе-кафе-кафе… Нет! Опять она появилась в моём глазу. Никак не могу сконцентрироваться на чём-то другом опять! Ну, раз заставила оторвать взгляд на тебя, то отбивай свою цену…»       Ухоженные синие вьющиеся длинные волосы до груди, никакими заколками не закреплённые или объемизированные. Цвет… особенный. Либо совсем недавно покрасилась, либо… натуральные? Не, бред, точно первое. Не может быть врождённым синий цвет волос. Но сделано качественно, даже отлично, особенно в замечательном трио с белым топом квадратного декольте, перекрываемым около поясницы белой до колен юбкой! Голубые вороньи глаза, уже точно натуральные, а если приглядеться, то… — «М-м… мне нравятся. Глубокие. Будь я чуть ближе, рассматривать пришлось бы на протяжении нескольких минут, чтобы хоть слово выдать, а не лишь промычать с открытым ртом. Хм… какой у неё голос? Ласковый? Милый? Нежный? Осторожный? Кожа недавно подзагорела, но и это не мешает ей быть… красоткой? Уверен, что без этого двухдневного красного слоя она близка к бледной, даже чутка вычурна, но это я уже преувеличиваю, всё-таки. Хотя… если задрать белый топ с каким-то чёрно-белым рисунком на груди, то я же смогу ущипнуть её в районе ключицы за светлый покров? А за гру…?»

— «Стоп! О чём я вообще думаю?! Простая случайная девушка… симпатичная, как и вся остальная пара тысяч, какую я не встречу никогда более, однако чу-у-утка отличающаяся от всех прохожих, а я уже глаз с неё не свожу, представляя текстуру и голос её. Я… извращенец, наверное? Прочь такие мысли… Продолжу рассматривать этот недооцененный уголок в ожидании официанта с богатой на выбор бумажкой. «Про"-Забавно просеменив, осмотревшись в кафе, синеволосая, видимо, приметила своё будущее место рядом с кондиционером-"дол"-Проанализировав, она заметила, что столиков с кондиционерами свободных больше нет, кроме…-"жу"-… МОЕГО… «же?"-МЕСТА.»

      Девушка безмолвно подошла к моему столику, незаметно бросила свой взгляд на меня и, подложив юбку под попу, пресекая задирание и неловкие ситуации, села на соседнее место. Нас. Отделял. Один. Стол. из керамики. Рядом с ней даже стыдно дышать общим воздухом. Стыдно жить в общем городе! Да, я понимаю, что это бредово, но если она ещё и внезапно диалог начнёт, то как я буду с ней после всего гово-… (???) — «Здравствуйте.»

ЗАЧЕМ?..

— «Да, зд-дравствуйте.» — смущённо и сдержанно ответил.       Как бы не было клишированно говорить, что я был готов провалиться под землю, но я реально готов был провалиться под землю. Душа ушла в пятки. Какая-то… неродная тревога наполнила голову. Мне… стыдно. А что она сейчас обо мне думает? Она же явно видела, как я на неё пристально пялился. Она же явно понимает, что всё это время я представлял мерзкие сцены, будто ранее видел то, что скрывается под одеждой. Ну или видел и вижу сейчас через одежду. М-м… что делать…? Ладно, кажется… нужно поддержать разговор. Иначе слишком неловко…       Поправив волосы, откашлявшись в кулак, промочив горло стаканом с водой, стоящим ещё до прихода, постаравшись придушить всю стеснительность, Лошка всё же попытался как-то издалека начать узнавать интересующего его бьющееся сердце человека, которое, по фантомному шестому чувству, наверняка было ему вибрациями слышно. — «М-м… красивое место. Да? Вы как считаете?»

Продолжение следует…