Глава 4. Год спустя

      Мерлин проснулся у себя дома на целый час раньше будильника. Чувство тревоги и одновременно предвкушение перемен оказались сильнее сна. Целый год он жил в режиме ожидания и теперь, наконец, это состояние должно было закончиться. Именно сегодня. Главный координатор встал и посмотрел на себя в зеркало. Затем перевёл взгляд на пустую постель, в которой так редко спал, предпочитая для экономии времени жить в маноре. Да, не так он планировал провести этот год. Мерлин грустно усмехнулся: кто и когда вообще спрашивал о его желаниях?..       Механические движения, отработанные годами: душ-завтрак-костюм – казалось, он может выполнять их с закрытыми глазами, затрачивая каждый раз одно и то же время, вплоть до минуты. Жизнь одинокого сорокадвухлетнего мужчины не отличалась разнообразием, особенно, когда она была посвящена работе. Но в последний год ему казалось, словно кто-то перемешал все краски и замазал всё до основания монотонным серым цветом. Раньше Мерлин любил хорошую кухню, сейчас же вся еда казалась ему одинаковой на вкус. Алкоголь не давал ни расслабления, ни удовлетворения, одно разочарование и головную боль наутро. Практически каждый рабочий день он заканчивал в спортивном зале: тренировался до изнеможения, чтобы потом мгновенно уснуть, не позволяя тяжёлым мыслям захватить его. Выходные Мерлин проводил на работе по той же причине. Но с сегодняшнего дня всё должно было измениться.       С громких событий, грянувших тихим летним вечером в «The Five Fields» и нарушивших размеренный быт англичан, прошёл год. Какое-то время Kingsman ещё убирало «хвосты», стирало следы своего присутствия в злополучном отеле и подбрасывало левые данные полиции. Но нет ничего более неизбежного, чем время: оно единственное без оглядки бежало вперёд, не зная устали. И в итоге все: даже Артур (который до сих пор воспринимал всю операцию как личное оскорбление) и даже Мерлин (которому она стоила нескольких лет жизни) забыли о «Salt». Миссию прекратили упоминать на общих заседаниях, Бен перестал вздрагивать при внезапных звонках сэра Артура, а само дело было подшито и отправлено в архив.       И вот за окном снова лето, на удивление тёплое для Туманного Альбиона, рыцари Kingsman – в строю и в полном здравии. Пустой медицинский отсек – что может быть лучше? Жизнь прекрасна, не правда ли?!       Главный координатор сделал ритуальный глоток кофе, настраивая себя на рабочий лад, и приступил к отчётам.       – Доброе утро, мальчики… Кто и чем меня порадует сегодня? – начал собрание аналитического отдела Мерлин.       Николас Холт, ответив своей неизменной улыбкой на приветствие главного координатора, предоставил отлично составленный отчёт аналитиков по последнему делу Ланцелота.       – Ник, мать твою, ты когда-нибудь ошибаешься? – с напускной суровостью отчитал его главный координатор, просмотрев отчёт. – И какого хрена ты ещё не сидишь в координаторской на месте малыша Бена? Кстати, где носит его задротскую задницу?       – Не знаю, Мерлин, я написал ему любовное послание за завтраком, но он не ответил – сострил Холт.       – И на моё сообщение он тоже не ответил… Значит, наш малыш сегодня получает штраф в виде старины Борса. Координирование миссии начнётся в 23:00. Ну вот, придёт попозже – уйдёт пораньше… утром, – мгновенно отреагировал Мерлин, меняя данные в базе.       – Закажу ему кофе часов на десять вечера, – со смехом отозвался Николас.       – Капучино с двойной пенкой. И не забудь сердечко нарисовать, – добавил Мерлин, и теперь уже все присутствующие коллеги дружно рассмеялись.       Десять минут – и главный координатор закончил собрание. Он не любил долгие пафосные пассажи и переливание из пустого в порожнее. Отпустив коллег, Мерлин приступил к рутинным делам. Внезапно взгляд его упал на маленький стикер в углу монитора, оставленный им самим же:       «Полить бонсаи»       Снова ты… Всё здесь напоминает о тебе, как бы ни старался старый алкоголик предать забвению твоё имя. Целый год позади. И целый год эта жизнь текла без тебя. А ведь было время, когда я не задумывался о том, что ты рядом. Было время, когда я не знал, что моя жизнь может быть другой – с тобой. А сейчас я смотрю – и мне страшно. Тебя нет рядом и жизнь продолжается без тебя. Я больше не хочу так.       Мерлин переклеил стикер, написав на нём дату и время выполнения, и в этот момент в координаторской медленно материализовался Бенджамин Уишоу.       – Доброе утро, моя диснеевская принцесса! Неужели соловьи и прочая лесная дичь снова не разбудили тебя вовремя? – Мерлин был верен себе в общении с младшим коллегой. – Нет? Какая жалость! Могу предложить более надёжное средство – будильник! Морально устаревшее, конечно, да и не каждому под силу разобраться в столь сложном механизме… Но я в тебя верю! Ты сможешь!       – Здравствуйте, Мерлин, – с извиняющейся улыбкой промычал себе под нос взъерошенный Бен, – Я уже готов согласиться на соловьёв. Артур не…       – Артур не в курсе твоего опоздания. Если, конечно, парни из техотдела не захотят с тобой за что-нибудь поквитаться и не сдадут тебя, – спокойно ответил Мерлин, загружая в базу данные по текущим миссиям.         – Спасибо, – также под нос ответил Бен и принялся за работу.       Некоторое время координаторы работали молча, разбирая текущие дела и отчёты. Затем Мерлин переключился на новости и напомнил младшему координатору:       – Бенджи, ты пропустил утреннее собрание. А я, между тем, жду от тебя отчёта по «Мексиканскому шторму». Это главный инфоповод последних суток. Артур однозначно потребует доклада. Как обстоят дела с выводом агента из Мексики?       На несколько секунд в координаторской повисла полная тишина. Так, что даже можно было услышать работу технического отдела. Мерлин нахмурился и повернулся к младшему координатору. Тот в ответ смотрел на наставника ошарашенным взглядом и, кажется, потерял дар речи. Отвратительное предчувствие царапнуло сердце Мерлина.       – Что случилось?       – Э-э-э…       – Бен-джа-мин, – строго отчеканил главный координатор. – Операция началась вчера. На сегодня запланирован возврат агента.       – Д-да…       – Бен, ты куратор операции. Ты связался с агентом?       – Н-нет…       Мерлин почувствовал ледяной комок в груди.       – Бен, – тихо продолжил главный координатор, – Что происходит?       – Я… Я не знаю… Я не понимаю! Ничего не понимаю…       – Говори тише, вполголоса. Словно ничего не произошло. – Мерлин окончательно взял себя в руки и повернулся к монитору.       Бенджи нервно сглотнул и последовал примеру наставника.       – Мерлин, я, – тихо начал молодой человек, постоянно сбиваясь и с трудом подбирая слова. – Позавчера…я видел… в базе… «Мексиканский шторм»… В базе были Вы! Ваше имя! Вы курируете миссию, – наконец выдавил из себя Бен.       Настал черёд Мерлина удивляться. Но вместо эмоций он открыл официальное распоряжение Артура годовалой давности и вывел детали операции в самой базе Kingsman. Затем кивком головы указал на них младшему координатору.       Абсолютно везде значилось имя Бенджамина Уишоу.       – Д-да… Я помню это… Но в базе значилось Ваше имя… Ваше…  Позавчера. Я уверен! Я голову даю на отсечение, что там были Вы… Ваше имя! Я… я ничего не понимаю…       В помещении повисла гнетущая тишина. Мерлин мгновенно осознал масштаб проблемы и, не теряя ни минуты, переключился в режим координатора. Звонил, писал, искал информацию, налаживал связь, пытаясь хотя бы отчасти наверстать упущенное. Бен обхватил голову руками и тихонько сидел рядом, пытаясь собрать мысли воедино и понять, где, а главное – как была допущена ошибка. Ошибка, из-за которой Ева Коджима могла не вернуться из Мексики.