Глава 3. Magnum opus Персиваля

      Главный штатный маг Kingsman вышел из зала Круглого стола в смешанных чувствах. Он был готов к продуктивному диалогу: к детальному разбору ошибок, разумной критике, но получить в лоб абсолютно незаслуженное обвинение в собственной некомпетентности – это для Мерлина было где-то за гранью разумного. Он давно уже привык к причудам пожилого начальника, но это было, что называется, из ряда вон.       Чёрт знает что здесь творится... И, разумеется, он поспешил убрать назойливую «якудза»[1] с глаз долой. Да на что Артур вообще рассчитывал: что она после визита в преисподнюю перед ним оправдываться будет? Твою ж мать, когда он успел настолько пропить свои мозги? Или я чего-то не понимаю?!       В этих тяжёлых раздумьях Мерлин дошёл до двери координаторской и не без труда открыл её одной рукой. Внутри на кресле, рядом с креслом самого Мерлина, развалился скучающий агент Борс.       – Приветствую невинную жертву аристократического насилия! – усмехнулся здоровяк и протянул руку для приветствия. – Не сидится спокойно в лазарете?!       – Здравствуйте, Борс! – Мерлин сдержанно ответил на рукопожатие и заглянул в монитор. – Смотрю, Вы наконец-то заняты общественно-полезным делом? Курируете Ланцелота?       – Так точно! – по-армейски, со смешком ответил Борс. – Персиваль попросил подменить.       – Артур назначил его координировать миссии?       – Именно! Но не беспокойтесь: это только на время, пока наш дражайший гений не восстановит свой рабочий инструмент! – Борс подмигнул Мерлину.       – Значит, дело в надёжных руках, и я не прочь поболеть лишний месяц. Передайте это Персивалю! – усмехнулся главный координатор.       – О, уверен, наш красавчик будет в восторге! Кстати, совсем скоро Вы сможете лично сообщить ему о своих намерениях. – Борс указал на левый монитор, где в изображении видеокамеры отчётливо виднелась фигура вышеупомянутого агента. – Всего пять минут, и он предстанет пред Вашими очами!       – В самом деле... – пробормотал Мерлин, мельком взглянув на экран Борса и бегло набирая пароль на своём рабочем месте.       – М-м-м, да Вы отлично справляетесь! – незамедлительно встрял Борс, увидев манипуляции Мерлина одной рукой. – А знаете что? Дайте-ка подумать… Уверен, что могу дать Вам полезный совет! У Вас в запасе минимум месяц покоя. Рекомендую научиться печатать ногами! Я серьёзно! Почему бы и нет? По крайней мере, в следующий раз Вы уже будете готовы практически к любым чрезвычайным ситуациям!       Борс громогласно расхохотался. Мерлин же пропустил последнюю шутку остряка мимо ушей, так как внимательно изучал изображения с камер видеонаблюдения манора на своём мониторе. Ну, так и есть: он опоздал. Ева ни на минуту не задержалась в штабе, в чём Мерлин, впрочем, был уверен наперёд. Девушка проигнорировала даже личные апартаменты, откуда и вышла на заседание часом раньше. Не взяла ни плащ, ни зонт-трость… Отмотав запись одной из камер на несколько минут назад, главный координатор увидел в холле ателье Kingsman стройную женскую фигуру в белой блузе и узкой юбке-карандаш – в таком утончённом и таком несвойственном ей наряде… Вот застучали тонкие каблуки, мелькнул знакомый силуэт – и исчез за входной дверью.       Бунтарка!  Обрубила связь и даже не попрощалась…  Наверняка, теперь направится на Окинаву. Дикая-дикая Ева, как же мне тебя приручить?..       Размышления Мерлина были прерваны появлением флегматичного любителя зелёных галстуков всех оттенков – агента Персиваля, а в обычной жизни – лорда Ричарда Блейка. Остряк Борс за глаза звал его красавчиком и даже Аленом Делоном, однако тот им в общепринятом смысле вовсе не был, а скорее, имел черты, которые так нравятся молоденьким девочкам четырнадцати-шестнадцати лет. Худощавый на вид, высокий, с тонкими чертами лица, непослушными светлыми волосами и слегка вздёрнутым носом. А ещё неповторимым выражением лица, в котором постоянно угадывалась этакая байроновская тоска. Другими словами, ходячая карикатура романтического героя из сборника возвышенной поэзии. Правда, сейчас лицо Персиваля имело весьма сосредоточенное и даже напряженное выражение, словно он глазами искал кого-то. А найдя-таки в координаторской цель своего визита, улыбнулся и дважды поправил очки на переносице. Мерлин мгновенно считал кодовый жест и кивком головы указал агенту на одно из дальних помещений технического отдела.       – Скажите, Персиваль, Вы знакомы с операцией «Salt»? – осторожно начал Мерлин, когда они оказались внутри и убедились в отсутствии лишних ушей.       – О да, Галахад посвятил меня в детали. Хотя, не будь Галахада, уверяю Вас, я бы узнал от любого местного аналитика. О ней гудит весь отдел, как большой и шумный улей.       – В этом и проблема! – вздохнул главный координатор. – Только ленивый сотрудник не знает об операции. И даже практически без искажения фактов – я следил за сплетнями. Однако удивительным образом один-единственный человек разом перечеркнул все результаты «Salt».       – Знаете, Мерлин, – начал Персиваль и честно посмотрел собеседнику прямо в глаза. – Ваша «Salt» представляется мне огромным и сложным музыкальным инструментом, на котором никто не рискнул бы сыграть. Никто, кроме Вас. И при стечении всех сложившихся обстоятельств, итог «Salt» – это буквально виртуозное исполнение незнакомой доселе мелодии на этом самом инструменте!       И, пожалуй, никто бы не подобрал сравнения лучше...       – В очередной раз убеждаюсь, что Вы поэт, рыцарь Персиваль! – иронично, но не без восхищения заметил главный координатор.       – Это только разминка, – спокойно ответил агент. – Гораздо важнее и сложнее – что Вам, судя по всему, как и мне, связали руки. Простите за неуместный оборот, Мерлин, я не планировал упоминать о Вашей временной недееспособности...       – Всё в порядке, продолжайте.       – Так вот. Полагаю, Вы в курсе, что у меня имеется компромат на уже знакомого Вам мистера Джона Найтли?       Мерлин коротко кивнул.       – Хорошо. Семь лет назад этот господин косвенно попал в поле моего зрения. Помните операцию «Lion and unicorn»[2]? Ну разумеется, мы же тогда работали под прикрытием агентов MI-5, а Вы курировали захват террористов. Именно после того, как королевская семья оказалась в безопасности, а исполнитель был взят сэром Галахадом, обнаружилась серьёзная проблема. Вы помните, что горничная, которая должна была устранить семью принца Уильяма, вела запись их разговоров? И сразу после её задержания эта запись пропала. Королевская служба охраны была крайне обеспокоена этим фактом. Мы обыскали задержанную, её номер, а также все прилегающие номера, но артефакт как сквозь землю провалился…       – Я достаточно хорошо помню детали этой операции, как и все, которые разрабатывал, – прервал коллегу Мерлин. – Записи в итоге были найдены.       – Простите мою словоохотливую натуру, – с извиняющейся улыбкой ответил Персиваль, – Вы правы, у Вас поистине феноменальная память. Вернёмся к делу. Так вот, тогда никто не придал этому значения, но кассета с записью была обнаружена у одного из британских военных, работавших вместе с королевской службой охраны. Элитное подразделение, почти спецназ.       – Полагаю, на этом всё не закончилось?  – спросил главный координатор, дабы сократить рассказ.       – Вы как всегда проницательны, Мерлин! Я находился рядом с охраной, когда это произошло. Один из солдат буквально на моих глазах вынул эту кассету из нагрудного кармана и молча передал её своему начальнику. На мой закономерный вопрос начальник отряда коротко ответил, что за эту вещицу служба охраны Её Величества готова прыгать на задних лапках, как пресловутые королевские корги. Я предложил ему немедленно передать кассету охране, на что начальник, усмехнувшись, ответил, что не доверяет никому и сделает это сам. Что и произошло в итоге. Королевская служба охраны получила в руки записи личных разговоров членов королевской семьи, а один умный и предприимчивый военачальник вскоре очень быстро продвинулся по служебной лестнице, а потом и вовсе оставил военную карьеру и стал политиком. Догадываетесь, о ком идёт речь? – Персиваль, иронично прищурившись, посмотрел на собеседника.       – Джон Хэмиш Найтли.       – Именно! Я отметил его ещё во время операции. Он из тех людей, кто работает «на результат». И попусту не гоняет подчинённых. Его последующий стремительный взлёт не ускользнул от моего внимания…       – И с тех пор он у Вас на мушке, Персиваль? – усмехнувшись, спросил главный координатор.       – Да. И как оказалось, не зря. Рискну похвастаться, что это не просто сборник улик или стопка фотографий. Это целое дело, Мерлин. Дело, которым я вплотную занимался несколько лет в свободное от работы время. Скрупулёзно собирая все детали, сверяя факты. Можно сказать, на несколько лет изучение личности господина Найтли стало моим хобби.       М-да… Лучше бы у него была девушка.       – Я весь внимание, лорд Блейк! – отозвался главный координатор.       – Итак, Джон Найтли – личность крайне любопытная. Он всевозможными путями добывает секретную либо компрометирующую информацию. Но нигде старается не светиться лично, действуя через подставных лиц, чаще всего – через своих же солдат. Ну а тот, кто владеет информацией – владеет ситуацией! – Персиваль явно не без удовольствия рассказывал о своём любимом деле. – Дальнейшее, мой друг, Вы можете представить сами. Для Джона Найтли практически не осталось закрытых дверей и недостижимых целей. Ведь он ко всему прочему ещё и порядочно умён, а также осторожен, поэтому полученная информация всегда играла ему только на руку. Именно на этой почве произошло их знакомство, а впоследствии – довольно тесное сотрудничество с хорошо известным Вам господином Стернвудом. Но в отличие от компаньона, Джон Найтли предпочитал сохранять репутацию и никогда не нарушал закон напрямую. Не участвовал в прямых провокациях, манипуляциях и угрозах, а старался продать информацию через тех же подставных лиц или обменять её на бенефиции[3] для себя.       – Часть этих сведений была мне известна. Полагаю, это не всё? – спросил главный координатор, заинтересованно глядя на коллегу.       – Разумеется, нет! Два года назад Джон Найтли был замечен в сотрудничестве с агентами MI-5. Сотрудничество, как и следовало ожидать, было двусторонним. За предоставление определённой информации, содержание которой, к сожалению, мне неизвестно, агенты контрразведки закрыли глаза на незаконную часть деятельности мистера Найтли. К моему сожалению, коллеги из MI-5 имеют не самую лучшую репутацию…       – Вам удалось это доказать? – коротко осведомился Мерлин.       – Увы, копать под контрразведку в нашей стране – дело гиблое. Ни записей, ни фото, ни свидетельских показаний нет.       – Тогда откуда информация?       – У меня есть личные связи в MI-5. Источник проверенный.       – Всё ясно, Персиваль. Именно поэтому никаких официальных показаний нет и не будет. Вы не будете подставлять своего осведомителя.       – Вы как всегда правы, мой друг! – вздохнул агент. – У меня есть информация, но я не могу приложить её к делу. Откровенно говоря, поиск и вербовка осведомителя в британской разведке отняли у меня колоссальное количество времени и сил. Так что пришлось выбирать. Но поверьте, это ещё не вся история Джона Найтли.       – В самом деле? – заинтересованно спросил главный координатор.       – Этот же источник поделился со мной информацией, что Джон Найтли в одном из телефонных разговоров упоминал некого Сидни Шоу. Кто это и чем он занимается, толком не знают даже контрразведчики. Никакой конкретики, одни сплетни и домыслы. Но наш сегодняшний герой был уверен, что это некий гуру от мира разведки, якобы бывший советский шпион, и хотел во что бы то ни стало заручиться его поддержкой, а также наладить канал сбыта информации.       – Сидни Шоу? Специфический псевдоним.       – Именно. Сложно не запомнить. Однако за эти два года я не смог найти информацию по нему. Неизвестно даже, существует ли данный персонаж на самом деле. Так что вопрос остаётся открытым. Как и вопрос возможного сотрудничества Джона Найтли и Сидни Шоу.        – В любом случае, дела у мистера Найтли до недавних пор шли хорошо. Я бы сказал, даже слишком. Из чего можно предположить, что ребятами из MI-5 он не ограничился, – заметил главный координатор.       – Мерлин, Вы как всегда быстро и верно улавливаете суть! Нелегальные связи Джона Найтли с официальными государственными органами – это главная цель большого расследования, которое я планировал инициировать составленным мною делом…       – Полагаю, здесь как раз и возникла проблема?       – Именно так. Когда, наконец, работа моя была окончена, я отправился на ковёр к начальству, держа мой труд в руках, и… Знаете, что было потом?       Мерлин вопросительно приподнял бровь, ожидая исхода.       – Он пропустил мой доклад мимо ушей! Я не преувеличиваю: сэр Артур буквально проигнорировал результат моих трудов, заявив, что большая часть выводов – лишь плод моей фантазии, что улик наверняка недостаточно, контрразведка не даст показаний, а в завершении разговора вообще посоветовал больше не тратить столько времени попусту. Мерлин, Вы можете себе вообразить, чтобы глава Kingsman сказал подобное кому-нибудь из других агентов в ответ на проделанную работу? И это он заявил мне, даже не взяв папку в руки и не удосужившись хотя бы пролистать досье. Вы даже не представляете всю степень моего недоумения и огорчения...       Что ж, Мерлин теперь хорошо представлял это. Только в других выражениях, более коротких и ёмких, где слово «недоумение» было бы самым невинным. Но суть дела от этого не менялась.       – Персиваль! – Внезапно прервал не прекращавшего жаловаться агента Мерлин. – А где сейчас находится дело Джона Найтли?       Агент глубоко вздохнул:       – Увы, оно осталось в кабинете сэра Артура, в его личном сейфе.       На секунду в маленьком помещении повисла полная тишина.       – Что? Какого чёрта? – Своё недовольство уже не скрывал и главный координатор. – Нахрена он оставил у себя дело, которому сам же перекрыл кислород?!       – А вот это и есть главный вопрос! – отозвался Персиваль. – И он не менее важен, чем вопрос: «Почему три дня назад сэр Артур приказал Вам, Мерлин, оставить Джона Найтли в живых?».       – Как давно Вы приносили ему дело?       – Полгода назад, – мгновенно ответил Персиваль.       Мерлин на секунду задумался:       – Хм… Я тогда только приступил к разработке несчастной «Salt».       – Вы думаете, между этими событиями есть взаимосвязь? ­– прямо спросил агент.       – За прошедшие несколько часов я убедился только в одном: истинные причины поступков сэра Артура бесполезно выяснять лично... Я только что попробовал и мне не понравилось. Но либо наш дражайший Честер Кинг за бездну лет в кресле начальника накопил в своём организме достаточно виски, чтобы заменить им клетки мозга, либо же хозяин заскучал от размеренной жизни и решил начать свою игру. И знаете, что, Персиваль? Лучше бы это был чёртов «Johnnie Walker»[4]… – вздохнул главный координатор. И после минутной паузы спросил:       – У Вас остались какие-нибудь материалы по делу Джона Найтли?       – Разумеется! Большая часть сохранилась в электронных копиях. Если это окажется для Вас полезным, я буду рад помочь! – с довольной улыбкой ответил агент.       – О, Вы даже не представляете, насколько это облегчит мне работу! Будьте так любезны, Персиваль, не сообщайте никому о нашем разговоре. И само собой, не стоит посвящать сэра Артура в то, что материалы по делу Найтли будут у меня.       – Разумеется, Мерлин!       На этом разговор был окончен. Узнав всё необходимое и искренне пожелав Персивалю удачи, главный координатор направился в медицинское крыло. Впереди маячили море работы и целая бездна увлекательных открытий. Magnum opus - лучшая, наиболее успешная работа. [1] Так Еву (Леди Гвиневру) пренебрежительно называл сэр Артур за её спиной. Для неё это было прямым оскорблением, поскольку якудза являлись кровными врагами её клана. От рук якудза погиб муж Евы Коджимы. [2] Lion and unicorn - лев и единорог изображены на гербе королевской семьи Великобритании. [3] Бенефиции - привилегии, преимущества [4] «Johnnie Walker» - марка шотландского виски. Наиболее распространённый бренд шотландского виски в мире.